Такая эта Америка

Из разговора в раздевалке выяснилось, что Жоржа не выгнали только потому, что у него нет денег на ремонт разбитых машин. Парня оставили работать – пока он не рассчитается. Ремонт будут делать своими силами, и обойдется он в шестьсот долларов. Это был отличный вариант в пользу Жоржа. Видно было, что кто-то поручился за него перед боссом.

Все последующие дни Сергей работал в приподнятом настроении. Работа стала разнообразнее и интереснее. Он опробовал все виды автомобилей. Вступил в прямой контакт с клиентурой. Он получил возможность общаться с людьми, используя свой скудный словарный запас и таким образом пополняя его. Сергею были доверены кнопки «Стоп» и «Пуск» конвейера. И главное, он получил возможность постоянно выезжать на улицу Лерой-стрит, где светило солнце и шла своим чередом жизнь. Была и обратная сторона медали – некоторый риск. Об этом Сергей помнил, был постоянно бдительным и предусмотрительным. Все шло хорошо.

По графику Сергей имел два выходных в неделю. Это были среда и четверг. В эти дни он ходил на занятия по английскому языку, которые проходили на пятом этаже углового здания 7-й авеню и 27-й стрит. Занятия проводили студенты старших курсов университетов. Это была их преддипломная практика. Сорокачасовый месячный курс по два часа ежедневно стоил тридцать пять долларов.

Особенностью таких курсов являлось то, что перед группой, состоящей из людей разных национальностей (поляки, китайцы, кубинцы, вьетнамцы, испанцы и др.), преподаватель вел занятие на английском языке, и все его понимали.

К сожалению, Сергей мог посещать занятия только по выходным. Это было не очень эффективно, но зато давало возможность познакомиться как с коренными американцами, так и с теми, кто недавно приехал в США. На занятиях завязывались знакомства с представителями многих народов мира. Новые знакомые оказывались, как правило, простыми людьми, которые не признавали межнациональных барьеров. Английский язык этих людей объединял.

За два месяца занятий Сергей не встретил ни одного человека из республик бывшего Советского Союза. Зато большой неожиданностью для него явилось искреннее внимание американских студентов-преподавателей к нему лично. Это внимание заметно выделяло его из среды слушателей. Особую заботу и интерес к Сергею проявляла темнокожая Сандра. Она отличалась от других преподавателей наиболее четкой методикой проведения занятий. Постепенно Сергей понял, что простые американцы относятся к русским не только с интересом, но и с большим уважением.

Большинство слушателей, посещающих занятия английского языка, были поляки.

Вообще поляки обладают удивительной способностью проникать во все сферы жизни города Нью-Йорка. Однако Сергей не встречал их на низкооплачиваемой работе (ниже шести долларов в час). Жить они предпочитали в Квинсе. Там же в районе Гринпойта Сергей как-то имел дело с агентством по трудоустройству, принадлежащим полякам. Сотрудники агентства «Морис и Роберт» за услуги предоставить работу взяли у Сергея двести долларов. Три недели любезно обещали работу, а потом агентство ликвидировалось. Остался только телефон, автоответчик которого постоянно сообщал, что сотрудники ушли в отпуск. И это был не единственный случай в жизни Сергея, когда поляки любезно и много обещали, но практически ничего не делали. Впрочем, любезность всегда привлекала Сергея и даже располагала к себе. Тем более что Польша – соседка Беларуси, и, казалось, ближе и роднее поляков в Америке у Сергея никого не было…

Со станции сабвея «28-я стрит» Сергей на трейне № 1 через полчаса добрался до 181-й стрит. Это был Испанский район. Здесь жили смуглые, шумные, подвижные и веселые люди. В месте пересечения улицы с Бродвеем детвора вихрем носилась на роликовых коньках и велосипедах, а подростки тут же на проезжей части мастерски демонстрировали игру в баскетбол. Отовсюду доносилась ритмичная испанская музыка. Пройдя по Бродвею и свернув на 178-ю стрит к мосту Вашингтона, Сергей оказался у своего дома. В почтовом ящике он обнаружил письмо из Лос-Анджелеса, в котором регистрационная компания «Грин-карт» предлагала для дальнейшего участия в розыгрыше лотереи срочно прислать фотографию и свои данные с подписью. Два месяца назад Сергей послал в эту компанию свои данные и маниордер на семьдесят пять долларов.

Теперь вот понадобилась фотография. Не исключая очередного мошенничества, которое не редкость в Нью-Йорке, Сергей все же преодолел подозрение и пошел на почту, где успел до закрытия сдать письмо.

Наконец-то Сергей оказался дома. Он подогрел еду, перекусил. Затем принял душ, постирал белье и, перелистав записи и учебник по английскому языку, отошел ко сну. Завтра его ждал очередной трудный рабочий день.

Поднялся Сергей утром, как всегда, в 5.30. Полчаса ушло на сборы и завтрак. Благо станция сабвея рядом с домом. Через сорок минут Сергей был уже в Гринвиледже и направился к Лерой-стрит.

Погода за ночь испортилась. Ветер гнал с океана темные облака, и уже появлялись первые брызги дождя. Сергей зашел в офис и отметил в карточке время начала работы. Не спеша переоделся, вышел к мойке. Машин не было. Конвейер стоял. По прогнозу погоды в Нью-Йорке на весь день – дождь. А метеослужба здесь никогда не ошибалась.

Подъехал таксист на желтой машине с пуленепробиваемой перегородкой внутри салона. Потом появился вен-работяга. Машины вымыли и проводили в путь-дорогу. Начался дождь, и конвейер стал. К сливной яме подошел Жорж, начал собирать инструменты и специальные принадлежности для ее чистки.

В девять часов появился Янек и распорядился ввиду отсутствия работы начать чистку сливной ямы. В помощь Жоржу он выделил до 12 часов Сергея и Виталика.

Жорж, стоя в яме, набирал лопатой и загружал в ведра жидкую грязь с примесью смолы и масла, а Сергей и Виталик таскали ведра на улицу и выливали грязь в металлические контейнеры. Стандартные двадцатилитровые ведра были тяжелые, и ребята вскоре приспособили тележки для перевозки этих ведер. Но погрузка и разгрузка тележек делалась вручную. Такую работенку поляки не любили и старались ее избегать. Ну а остальные переносили ее спокойно.

Примечания