- -
- 100%
- +
– Пока что ничего. Дайте еще время. За неделю я, естественно, ничего не смогла узнать – они еще не привыкли. Пока из тех, из кого можно вытащить какую-то информацию, я видела только солдат, но ведь они не располагают ничем. Так что остается только ждать.
– Ладно, – потушив окурок об подоконник, произнес мужчина, – иди. Не дай бог после комендантского часа попадешься…
Таня, попрощавшись с ним, поспешила на выход. До комендантского часа оставалось минут двадцать, так что она, возможно, и не успела бы добраться до дома. «Нужно идти как можно быстрее, – мысленно подгоняла она себя. – Аушвайса ведь еще нет. Так что нужно поторапливаться».
Она вышла на освещенный Энгельса и, прибавив шагу, направилась домой. Поправив ремень сумочки на плече, мельком взглянула на часы на руке – оставалось пару минут, а до дома было еще несколько кварталов.
– Эй! – кто-то окликнул ее сзади. Не останавливаясь, Таня обернулась – это был Макс. – Постой!
Пришлось остановиться. «И что ему надо? – подумала девушка, еще раз быстро взглянув на часы. – Кому-то ведь домой надо…»
– Я провожу, – он, нагнав ее, стал идти рядом. Сегодня она во второй раз видела его в форме – первый был, когда она впервые увидела его в машине.
– Но ведь комендантский час…
– Не бойся, со мной пропустят.
Только они прошли этот квартал, как встретились на переходе с женщиной, недобро глядевшей на Таню. Та узнала ее – одна из соседок мамы.
Проходя мимо нее, та что-то недовольно сказала вслед Тане, отчего она непроизвольно вздрогнула и сжала губы. Слова били плетью по самому больному. «Держись, – мысленно говорила девушка себе, – ты должна держаться. Не поддавайся на это. Она только этого и добивается».
– Что она сказала? – спросил Макс, оборачиваясь. Женщина уже успела скрыться в каком-то проулке.
– Тебе лучше не знать, – попыталась улыбнуться она.
Девушка заметила, что когда она ходила одна, то бабы смело нападали на нее, издеваясь. А сейчас она, видя, что Таня не одна, а с этим «немцем своим проклятым», лезть к ней не спешила и боязно кричала с расстояния. Таня поняла, что ей это на руку – они боятся немцев, как огня.
– Это из-за меня? – Таня не ответила. – Если это мешает тебе, то я могу… не приходить.
– Что ты, – вздохнула девушка. – Я уже привыкла.
– Может, я поговорю с ними? Или Йоахима попросить? Он теперь тут власть.
– Только не это! – воскликнула испуганно она. – Не надо. Пусть все будет так. Когда-нибудь они перестанут – им надоест.
– Уверена? Если что – всегда готов помочь.
Они подходили к ее дому. В квартале от дома, они натолкнулись на вышедший патруль. Солдаты, патрулирующие улицу, проверив документы Макса, о чем-то тихо поговорили с ним и, пожелав ему приятного вечера, пропустили.
– У тебя есть аушвайс? – спросил парень, когда они отошли от солдат.
– Еще нет. А он точно обязательно нужен?
– Если хочешь беспрепятственно ходить по всему городу, то да.
Они прошли арку. Таня, быстро оглядев все освещенные окна, тихо произнесла:
– Зайдешь?
– Приглашаешь?
– Да, – она пожала плечами. – Или ты не можешь? Если что, то я не настаиваю…
– Нет-нет, – он пропустил ее вперед.
На лестнице они столкнулись с одним из офицеров. Тот, закуривая, прошел мимо них, поздоровавшись с Максом. Тане же он приветливо махнул рукой.
– Ты одна? – спросил парень, когда они зашли в квартиру.
– Как видишь, – оставив сумку на комоде, с улыбкой ответила девушка.
– Извини, я не так выразился. Иногда мне сложно выразить свои мысли… Ты живешь одна?
– Ты хочешь спросить, есть ли у меня кто-нибудь? – она остановилась в проходе и лукаво взглянула на него. Он кивнул. – Был жених.
– Он на фронте?
– Нет, – она попыталась сдержать дрожь в голосе. – Его расстреляли при первой оккупации, – и скрылась от дальнейших расспросов на кухне.
Таня, быстро заварив чаю, принесла чашки в гостиную. Макс, положив свою фуражку на столик рядом с телефоном возле зеркала, уже ждал ее.
– Ты спросил у меня, – усаживаясь на край дивана, произнесла Таня, – есть ли у меня кто-нибудь. Могу ли я задать тебе тот же вопрос?
– Ты можешь спрашивать у меня о чем угодно, – Макс подвинул к себе чашку с блюдцем. – У меня была невеста. Я уже и не помню, как ее звали…
– Так любил? – усмехнулась Таня.
– Нет, я ее вообще не любил. – Встретился с непонимающим взглядом девушки. – Родители навязывали мне этот брак. Он был выгоден им, но не мне. К счастью, она сбежала с каким-то офицером СС, за что я ей премного благодарен.
Они молчали пару минут. Разговор вообще не шел. Таня уже начала жалеть, что пригласила его.
– Ты всегда так поздно возвращаешься из бара? – прервав затянувшееся молчание, произнес Макс, отставляя чашку.
– Ну да, – Таня посмотрела на него. – Хотя, тут уж как получится. Если успею всех выпроводить, то успеваю дойти до дома до наступления комендантского часа. Если нет, то… стараюсь не попасться на глаза патрульным.
– Смело, – усмехнулся он. – Нет аушвайса, а по улицам ходишь в неположенное время.
– Приходится, – девушка пожала плечами.
– Хочешь, тебя будут подвозить? Я могу попросить Йоахима…
– Ты всегда пользуешься статусом брата?
– Только когда это действительно необходимо.
– Ты ведь и так много сделал для меня.
– А для тебя мне ничего не жалко.
У Тани сердце пропустило удар. Она тихо выдохнула, смотря в ясные глаза улыбающегося Макса. Она не верила в реальность слов, которые он сказал. «Неужели он это искренне? – думала она, пытаясь найти в его глазах хоть малейший намек на ложь. – Черт, как же я привыкла к обману, что везде ищу его. Почему я не могу поверить в то, что кто-то относится с добром ко мне?»
Таня не знала, что ответить ему. Правильные слова не шли на ум. Она чувствовала, что теряется, смотря в эти голубые глаза парня. Чувствовала, что мысли путаются, мешая ей сосредоточиться.
Вдруг их прервал неожиданный, но настойчивый стук в дверь.
– Кого-то ждешь? – поинтересовался Макс, кивнув в сторону коридора.
– Нет, – она встала и, поправив юбку, пошла открывать. Услышала шаги позади себя – Макс шел за ней.
Быстро справившись с замком, Таня открыла дверь. На пороге стоял молодой парнишка в форме, очень похожей на форму Макса, и нетерпеливо заглядывал внутрь квартиры.
– Обер-лейтенант Ридель здесь? – спросил он.
– Здесь, – Макс прошел вперед, загородив собой замершую Таню.
– Срочно вызывают в штаб, – отрапортовал парнишка, перед этим вскинув руку в партийном приветствии. – Генерал-майор просит вас срочно явиться для выполнения задания.
– Хорошо, я сейчас спущусь.
– Машина ждет вас у арки.
– Иди.
Макс, прикрыв дверь, повернулся лицом к девушке. Та выглядела несколько испуганно, стоя в шаге от него.
– Прости, нужно идти, – он развел руками.
– Ночь на дворе ведь, – произнесла Таня.
– Так я из эскадры ночных истребителей, – его губы чуть тронула улыбка. – Прости, что так получилось.
Таня видела, что он хотел протянуть к ней руку, но почти сразу же опустил ее и, изменившись в лице, поспешил уйти. Кинувшись к двери, девушка выскочила на площадку и взглядом стала искать лестничный пролет, на котором сейчас был Макс. Наконец, найдя его, она крикнула:
– Удачи тебе, Макс!
Тот крикнул ей что-то в ответ, но слова слились в один звук, так что Таня ничего не смогла разобрать. Вздохнув, она отошла от перил и вернулась в квартиру.
В гостиной она заметила фуражку Макса на столике. Взяла ее в руки, покрутила, рассматривая. Нечаянно краем глаза заметила свое отражение в зеркале и внимательно взглянула на себя, перевела взгляд на фуражку, которую все еще держала. И, не удержавшись, надела ее на себя. Увидев себя в фуражке летчика Люфтваффе, рассмеялась, сама не зная отчего.
«А ведь стоит отдать, – подумала она, кладя фуражку на место. – Кто знает, когда он вспомнит о ней?.. Хотя, тут скорее будет правильным вопрос: когда он вернется за ней? Ведь он любит пропадать на несколько дней».
Уже ложась спать, Таня решила, что завтра же отнесет ему фуражку. Узнать, где находится их аэродром ей не составит труда – в этом доме ее уже все знают, сможет спросить здесь. Если не скажут – пойдет к Йоахиму, тот уж точно скажет ей. Трудности возникнут тогда, когда она попытается пройти на сам аэродром. «Все кажется таким легким, – думала Таня, смотря в белеющий в темноте потолок. – А на деле хватит ли у меня смелости сделать все это?»
Глава 6
10 августа 1942 г.
Таня нерешительно остановилась недалеко от пропускного пункта. Отсюда ей видны были трое солдат, стоящие там, и овчарка, сидящая на поводке у ног одного из них. Особенно хорошо она видела винтовки, которые были у них.
Утром она узнала у офицера из соседней квартиры, где находится аэродром. Он сразу же ответил ей, но потом, видимо, опомнившись, поинтересовался, зачем ей это нужно. Таня, не лукавя, ответила и для подтверждения своих слов показала фуражку, которую держала в руках. Тот лишь усмехнулся в ответ.
Закрывая бар, она была уверена, что у нее все получится. Все казалось таким простым и легким – просто принесла, отдала и ушла. На деле же все оказалось совсем не так.
У нее не было аушвайса. Это, конечно же, затрудняло проход через пункт. Да и ее, русскую, вряд ли пропустили бы под любым предлогом – арестовали бы сразу же.
Покрутив фуражку в руках, Таня еще раз взглянула на солдат, размышляя. Она перебрала уже все варианты, что можно было бы сказать им, но все было каким-то неправдоподобным. А сказать правду тоже было бы глупо – они бы просто посмеялись и прогнали ее. «Что ж, – думала она, – что я буду зря тут стоять? Темнеет уже… Пойду домой. Сам зайдет и заберет свою фуражку».
– Здравствуй, – услышала Таня откуда-то сбоку.
Она резко обернулась. Рядом с ней стоял, дружелюбно улыбаясь, тот самый друг Риделя с вьющимися волосами.
– Что ты тут делаешь? – спросил он, прищуривая один глаз.
– Вот, – она показала фуражку. – Решила занести.
– А, так ты к Максу? – он улыбнулся еще шире. – Пойдем, я проведу.
Таня нерешительно двинулась за парнишкой. Ее немного напрягало то, что все происходит так просто. Фуражку зашла занести? Проходи. «И он даже не поинтересовался, откуда я узнала об их местонахождении, – подумала Таня, когда они приблизились к пункту. – Почему все так легко? Все слишком просто…»
Парень прошел к солдатам, обменялся с ними парой слов, из которых девушка услышала лишь «она со мной», и поманил к себе. Таня, стараясь не смотреть на глядящих в упор на нее солдат, начала медленно проходить мимо них. Уже когда она прошла их и спокойно выдохнула, то услышала голос одного из них:
– Постойте.
Остановилась, испуганно взглянув на собаку. Та спокойно сидела у ног дальнего солдата и смотрела на Таню взглядом, полным безразличия.
– Можно вашу сумку? – спросил парень, ткнув стволом автомата в сторону девушки.
Она посмотрела на парнишку, который провел ее. Он, поняв ее намек, кивнул и ободряюще улыбнулся. Таня, вдохнув и выдохнув, сняла ремешок с плеча и протянула сумку солдату. Тот, раскрыв ее, начал рыться в ней, звеня ключами. Поняв, что ничего противозаконного там нет, закрыл и протянул хозяйке.
– Можете идти.
Таня молча приняла сумку и вновь повесила на плечо. Парнишка, до этого снявший свою фуражку, вытерший пот со лба и пригладивший волосы, жестом руки попросил следовать за ним.
Пока они проходили возле ангаров, Таня вовсю оглядывалась, не стесняясь присутствия идущего впереди нее белобрысого паренька. Некоторые ангары были закрыты, ворота некоторых были открыты – девушка видела стоящие в них массивные самолеты. Большие, темные и страшные машины.
Остановившись на пару секунд возле открытых ворот одного из ангаров, парень задумчиво кивнул сам себе и прошел вперед. Таня, увидев номер «9», медленно пошла за ним.
– Макс! – крикнул он, сложив руки рупором. Ломающийся голос его эхом разнесся по всему ангару. – К тебе пришли!
Увидев самолет и нескольких парней, возле которого они крутились, Таня бегло осмотрела их. Ни в одном из них она не узнала Риделя.
– Макс! – еще громче крикнул парень, подходя к самолету. Остановившись в нескольких сантиметрах от него, застучал ладонью по корпусу. – Макс!
Пока он продолжал стучать ладонью по холодному металлу, те трое парней, которые возились с инструментами, быстро собрались и, поприветствовав своего друга, пошли на выход. Проходя мимо стоявшей у ворот Тани, каждый окинул ее оценивающим взглядом; один даже присвистнул. Рассмеявшись, они ушли.
Тут Таня, сквозь шум, исходивший от того белобрысого паренька, услышала глухие недовольные возгласы, доносившиеся откуда-то из самолета. Тут из кабины вылез ругающийся Макс, которого отвлекли от работы.
– Курт, ну чего тебе? – спросил он, становясь на крыло самолета.
– К тебе пришли, – доложил парнишка и махнул рукой в сторону замершей Тани.
– Ты? – Ридель был явно удивлен. – Что… Как ты сюда попала?
– Ну, я пойду, пожалуй, – улыбаясь, произнес Курт, идя спиной вперед. Поравнявшись с девушкой, он чуть подтолкнул ее вперед и, хихикнув, скрылся за воротами.
– В голове не укладывается, – усмехнулся Макс, когда Таня подошла ближе. – Как, как ты нашла меня?
– Всего-то лишь узнала у соседа, где находится аэродром, – она пожала плечами.
– Пришла… И пропустили ведь, – он прошел к краю крыла и присел, свесив ноги вниз. – Как ты смогла пройти?
– Меня провел твой друг.
– Курт? – она кивнула. – Вот ведь… И зачем же ты пришла сюда?
– Вот, – она протянула вперед руку с зажатой в ней фуражкой. – Ты забыл вчера.
– И ради этого, – он забрал ее, – ты шла через весь город? Ради этого без аушвайса прошла наш пропускной пост? – Он тихо рассмеялся. – Даже и не знаю, что сказать…
– Мне хватит и простого «спасибо».
– Ах да, извини. Спасибо за фуражку.
Макс рывком спрыгнул с крыла самолета и остановился в шаге от Тани. Он пару секунд заглядывал ей в глаза, потом как-то лукаво улыбнулся и перевел взгляд за ее спину. Улыбка тут же пропала с его лица.
– Темнеет уже, – произнес он.
– Ничего, я дойду как-нибудь, – девушка сделала шаг назад.
– Постой, – он ухватил ее за руку. – Я хотел бы отблагодарить тебя.
Таня несколько напряглась. «Что он имеет в виду? – думала она, смотря на немца. – Я, конечно, все понимаю… Но я ведь принесла ему всего лишь фуражку, которую он забыл. Так бы каждый на моем месте поступил. Наверное… Да и чего я боюсь? Хотел бы убить – убил бы еще тогда, в нашу первую встречу в баре. А сейчас-то что?..»
– Пойдем, – он потянул ее за собой. – Покажу кое-что.
– Куда? – почти шепотом спросила Таня, следуя за ним в глубь ангара.
– Увидишь.
Проведя ее через весь ангар, Макс приоткрыл еле заметную в темноте дверь и пропустил Таню вперед. Решив, что бояться ей решительно нечего, она смело перешагнула порог и вышла на улицу.
Здесь была небольшая площадка, где сухая трава была плотно притоптана. Впереди – что-то вроде взлетной полосы, окруженной зарослями степных трав, в которых стрекотали кузнечики. А здесь, рядом с ангаром стоял светлый биплан, на хвосте которого виднелась подзатертая свастика.
– Надеюсь, ты шутишь, – на выдохе произнесла девушка, оглядывая самолет.
– Ну, извини, – он развел руками, – свой я взять не могу – не положено. А этот можно.
Таня остановилась, не веря своим глазам. Все происходящее сейчас казалось ей каким-то сном. Она думала, что стоит ей сейчас ущипнуть себя за руку – и она проснется у себя в комнате. И ни Макса, ни биплана, ни стрекочущих кузнечиков – ничего не будет.
– Не стой на месте, – парень мягко подтолкнул ее к самолету. – Ты когда-нибудь видела закат над вашим городом с высоты?
– Нет…
– Тогда, – он вступил одной на крыло и протянул ей руку, – не хочешь взглянуть?
***
Небо над полем освещали последние лучи заходящего солнца. Все пестрое пространство степи совершенно переменилось, изменив с заходом солнца краски. Дневная музыка степи утихла и сменилась на другую, ночную, характерную только ей – откуда-то слышался свист первых выползших сусликов, совсем близко траву оглушали своим стрекотом кузнечики, в небе парил, изредка крича, ястреб.
Таня, придерживая одной рукой небольшой букет уже собранных полевых цветов, другой срывала следующий цветок. Макс полулежал чуть в стороне, приподнявшись на локтях, и молча наблюдал за ней.
– Неужели у вас так легко взять самолет? – спросила Таня, повернув голову к Максу.
– Хоть это и не мой, но да.
– Это не твой самолет?
– Это учебно-тренировочный Бюккер, так что, да, легко. С истребителями дело другое.
– А какой у тебя самолет? – неожиданно произнесла Таня. Ей почему-то срочно захотелось это узнать.
– Юнкерс Ю 88, – почти сразу же ответил он. – Хотя, это мало о чем говорит тебе, да? – Встретившись взглядами, оба рассмеялись. – Ночной истребитель, проще говоря.
Встав с места, парень потянулся и размял затекшую шею. Таня продолжала собирать цветы, боковым зрением следя за ним. «И зачем я спросила? – думала она, глядя на его белую рубашку. – Как будто я разбираюсь в самолетах… Разве что из интереса».
– Холодает, – произнес Макс.
– Степь ведь, – ответила она, на мгновение встретившись с ним взглядом. – Да и ночь почти…
– Ты не замерзла?
– Немного.
Таня распрямилась, когда Ридель за секунду оказался в шаге от нее. Он быстро расстегнул китель и накинул его на плечи девушки. Та сначала немного опешила и посмотрела в глаза Макса, ища каких-то подсказок. Сейчас, в темноте, они казались немного темнее, чем обычно.
– А ты?
– Потерплю.
Таня изумленно выдохнула, сжала цветы в руке чуть сильнее. Стрекот насекомых, раздававшийся со всех сторон, мешал думать, отвлекая от мыслей. «Ну же, – мысленно подгоняла себя девушка, – сделай же что-то. Не стой столбом. Хотя бы поблагодари его…»
Макс тем временем положил ладонь ей на плечо. Таня чувствовала сквозь плотную ткань кителя, как его пальцы касаются ее лопаток, и потому пыталась изо всех сил скрыть внезапную дрожь, появление которой сама не могла объяснить.
Она сама сделала еле заметный шажок вперед, сокращая расстояние между ними. Теперь она чувствовала, как горячее дыхание Риделя обжигало ей щеку. Ей казалось, что сердце ее сейчас бьется с такой силой, что готово пробить грудную клетку насквозь.
Вдруг над полем раздался мерный гул. Они оба одновременно обернулись в ту сторону, откуда шел звук. Быстро разглядев то, что надвигалось на Ростов с воздуха, Макс машинально прижал Таню к себе, ухватив ее одной рукой за талию, а другой за плечи.
– Кто это? – прошептала она, смотря в небо.
– Ваши, – он проследил взглядом за приближающимся к ним самолетам.
Тут тишину, возникшую сейчас над полем и нарушаемую только шумом летящих самолетов, прервал звук разорвавшегося снаряда, упавшего в паре десятков метров от Тани и Макса. Девушка, увидев столп земли и пыли, взметнувшийся вверх, тихо вскрикнула, выронила букетик и спрятала лицо у Риделя на груди. Он же, увидев, что самолеты совсем близко, рывком стянул китель и накинул его себе на плечи, толкнул Таню на землю и закрыл сверху своим телом. Макс навис над ней, упершись локтями в землю в нескольких сантиметрах от ее лица.
– Что ты делаешь? – возмущенно зашептала Таня, упираясь ладонями ему в грудь.
– Так нас не увидят, – пояснил парень. – У тебя платье светлое, его издалека видно.
– Мы могли бы отойти к биплану…
– Нет. Я не знаю, заметили ли они нас, или это была случайность, но рисковать нам уж точно нельзя. Если бы мы побежали назад, то нас бы точно заметили, и тогда мы бы вряд ли вернулись в город тем же путем, каким попали сюда.
– А что, если… это не случайность и нас и вправду заметили? Что, если…
– Если мы умрем? – подхватил Макс. – Тогда я хотел бы извиниться, если я как-либо обидел тебя. Не хочу, чтобы ты держала зла на меня.
Таня, услышав эти слова, замерла и внимательно посмотрела на него. «Мне показалось, – думала она, – или он и вправду это сказал?» От напряжения на его лбу появился пот, рядом с виском выступила вена. Она видела, что ему тяжело, но не знала, чем ему можно помочь.
Все еще происходящее этим вечером казалось ей сном. Глупым сном, который закончится, стоит лишь ей проснуться, ущипнув себя за руку. Но, тем не менее, Таня осознавала, что все это – жестокая реальность, и сколько ни щипай себя, а ни за что не проснешься.
– Макс, – тихо позвала она парня, когда услышала, как где-то рядом с ее ухом застрекотал сверчок, – все стихло.
– И?
– Они улетели, – счастливо улыбнулась она, понимая, что опасность миновала.
Парень, что-то пробурчав себе под нос, откатился в сторону, улегшись на примятую траву рядом с Таней. Она пыталась понять, почему, когда самолеты пролетали недалеко от них, упал один снаряд? «Неужели нас могли заметить издалека? – размышляла она, глядя в стремительно темнеющее небо. – Целое поле травы, выросшей мне по пояс, – нас здесь не так уж легко было увидеть. Как же тогда? Почему, пролетая над нами, не сбросили еще один? И почему сбросили тот? Мы же не какие-нибудь политические преступники, не дезертиры. А форму Макса они тоже не могли увидеть – с такой высоты разве разглядишь что-то? Может, биплан?.. Нет, его из-за кустов не видно. Да и вообще, к чему было так тратиться ради только лишь двоих людей? Это не какой-то важный отряд, не рота и даже не взвод – только лишь два человека. К чему же тогда все это?..»
– Нас не заметили, – неожиданно произнес Макс.
– Почему ты так уверен? – спросила Таня. – И почему ты уверен, что это «наши»?
– Немцы бомбят так: летит самолет, – начал объяснять он, – и сбрасывает одну-две бомбы постепенно по всему маршруту. А ваши, – он на секунду замолчал из-за внезапных взрывов, раздавшихся со стороны города, – сваливают весь груз в одно место.
Таня, увидев множество вспышек над городом, резко села. Ей срочно нужно было в город.
– Макс, – она посмотрела на него, – давай вернемся.
– Сейчас?
– Да.
– Да, – он взглянул на небо и поднялся на ноги, – пожалуй, вернемся. Они уже не прилетят. А вот на аэродроме меня явно ищут…
– Ты украл самолет?
– Взял на время в пользование, – он помог ей подняться.
– И никому, конечно же, не сообщил?
– А зачем? – усмехнулся он и подал ей руку, помогая залезть.
Самолет приземлился в паре сотне метров от того места, где взлетел. Тане отсюда были видны запятые огней, которыми был освещен аэродром.
– Пришлось посадить его здесь, – произнес Макс, помогая Тане вылезти. – Здесь нас не видно. А мне еще надо как-то помочь тебе уйти.
– Я и сама могу дойти, – девушка пожала плечами.
– Через весь город и без аушвайса, да еще и в комендантский час? – усмехнулся Ридель. – Нет, я уж лучше проведу. Не хотелось бы потом забирать тебя от брата.
– Твой брат занимается такой мелочью, как я?
– Если только это очень крупная мелочь.
Макс, крепко держа Таню за руку, повел ее через траву, изредка оглядываясь в сторону аэродрома, проверяя, не заметили ли их. Когда они дошли до высокой стены, то парень прибавил шагу – идти оставалось всего ничего.
Наконец вышли к пустой дороге. Налево – выезд к городу, направо – к воротам и пропускному пункту. Макс, воровато оглянувшись по сторонам, потащил за собой Таню в сторону, противоположную городу.
– Куда? – возмущенно шептала она. – Мы же оттуда вернулись.
– Тебя довезут до дома, – быстро ответил Ридель, продолжая идти.
– Что? Кто?
– Помнишь, когда я впервые увидел тебя? – Обернулся на пару секунд и, увидев ее кивок, продолжил. – Это мой водитель, он отвезет тебя до дома.
– Макс! – Тане не хотелось ехать в машине с незнакомым ей человеком. Да и ей хватило прошлого раза, когда мамины соседи видели, как она приехала с Максом. – Я сама…
– Нет, – он остановился и внимательно посмотрел на нее.
На входе в пункт он даже не остановился и не сбавил шагу – так и пошел на солдат. Таня, следуя за ним, увидела, как потянулась в их сторону овчарка, и испуганно вжалась в спину Риделя. Солдаты хотели было перекрыть путь, но Макс что-то быстро выкрикнул, поэтому они расступились, пропуская их обоих.
Если пару часов назад Курт повел ее прямо и чуть левее, то сейчас Макс потащил Таню сразу же направо. Заведя ее в большой, просторный гараж, он попросил ее подождать немного здесь, у ворот, а сам поспешил к группе механиков.
Таня начала бегло осматривать помещение, взглядом цепляясь за новые, тускло блестящие на свету машины. Всего автомобилей было восемь – здесь пять, да на улице три.
Тут она заметила, что к ней размашистым шагом направляется Макс, а за ним, пытаясь попасть в шаг, коренастый парень. Как показалось Тане, они были одногодками.