- -
- 100%
- +
– Скажите тост Лаша.
– Спасибо Темир, скажи ты, мы здесь вдвоем, а хозяин у нас ты.
Темир встал на ноги, поклонился, в след за ни поднялся и Лаша. Любой абхазец знает, за что будет первый тост.
– Господи, даруй нам теплоту своих очей!
Они выпили вино до дна, согласно ритуала, затем опять сели.
– Хорош твой сыр из буйволиного молока, – Откусив кусочек, сказал Лаша, причмокнул, закатив глаза. – Молодец твоя Сария. Повезло тебе с женой.
– Это правда, – Кивнул Темир.
– Налей – еще. Давай Темир выпьем за тех, кто погиб, за мир и спокойствие, за нашу Абхазию.
Они выпили. Темир сообразил, что старик объединил три тоста в один, значит хочет остаться один. Он поднялся, снова оробев, – Мне нужно идти уважаемый Лаша, работы много. – Он взял одежду старца и ушел.
Старик, кивнул, не ответив, медленно жуя кусочек сыра. Мысленно он был уже далеко. Сегодня после пробуждения все изменилось. Будущее, о котором, последние годы, он много размышлял, как дальше быть, пытаясь решить для себя вопрос, кому передать амулет, перестало быть неопределенным. Сейчас, когда его окружили недруги со всех сторон, нужно было найти решение. Конечно он мог спокойно уйти в Грузию, или в любое другую соседнюю страну, и там затеряться, дождавшись поражения Аслан – бея. Но он не хотел покидать любимую Абхазию. Налил себе еще вина, выпил, прислушался к вкусу напитка. Отломив кусочек сыра, понюхал, а затем отправил его в рот. Встав на ноги, Лаша снял халат и осторожно спустился воду. Теперь он точно знал, что нужно делать.
Глава 3
Закончив завтрак, Лаша попросил Темира и Сарию пройти в комнату, где лежал Нури. Он предложил им сесть на соседнюю лавку, сам же уселся на табурет.
– Други мои, вчера ночью мне приснился вещий сон. Мой путь земной заканчивается, а хранителя амулета, я так и не нашел. Лаша снял его, положил на лавку, где лежал Нури. – Я очень долго нес это бремя. Не человек выбирает амулет, а амулет человека. Только тот, кто является избранным может получать его помощь. Я не знаю почему он выбрал меня. Это большая ответственность, большое испытание, и большая боль. Мне сто девять лет. Я пережил свою жену, своих детей, некоторых внуков, и недавно узнал о смерти своего правнука. Мне очень хотелось бы быть сейчас в кругу моей семьи, но боюсь навлечь на них горе. Я знал твоего деда Темир, когда твой отец был еще мальчиком. Но не я выбрал твоего сына. – Старик опустил голову на грудь, замолчал. Воцарилось молчание. Некоторое время спустя, он поднял голову, вытер ладонью глаза, продолжил. – Ты Нури будешь хранителем амулета, пока за ним не придет избранный.
В комнате раздались удивленные возгласы.
– Ну как я узнаю дедушка, что он избранный?
– Это будет русич, и он победит в схватке волка. Я не знаю, как это будет, и когда он придет. Может и ты его не встретишь, чтобы передать амулет. Может это сделают твои дети или правнуки, я не знаю. Но он обязательно придет. Пообещай мне, что ты и твои предки, будете неустанно хранить амулет. Никогда, никому, не расскажите о нем, чтобы не навлечь на себя беду. И еще одно. Нужно, чтобы тот, кто будет хранить амулет жил поближе с землей русичей. Нури, ты хорошо запомнил, что я сказал?
– Да, дедушка Лаша.
Когда они прощались, Темир протянул Лаше котомку.
– Как вы просили Лаша, немного мамалыги и сыра. Почему вы отказываетесь от мяса или колбасы?
– Не нужно мне Темир, по дороге у меня есть где остановится. Там мне тоже будут рады. А скоро я буду пировать за одним столом с князем Аслан – беем, и его помощниками братьями, князьями Атейба. Прощайте други мои, уж больше не свидимся.
Он поочередно обнял каждого.
– Храните тайну амулета, берегите себя.
– Уважаемый Лаша, позвольте мне вас отвезти. Я быстро телегу запрягу.
– Если нас увидят вместе, это может навлечь на вас беду. Я всю жизнь ходил пешком. И последнюю дорогу свою, тоже пройду пешком. А вот проводить до дороги ты меня можешь.
Они ушли в лес. Нури и Сария, стояли и смотрели на опустевшую тропинку.
– Идем, в дом сынок, рано тебе еще ходить, – вытирая слезы сказала женщина.
Глава 4
Лес расступился, и старик увидел селение Гума. Прошло не более полутора часов, как скрылось солнце, однако окна еще светились в некоторых домах. Люди ложились спать рано. Идти по дороге было не трудно. Безоблачное небо покрывал ковер звезд. Яркая, полная луна, поднимающаяся над горизонтом, белым, холодным светом освещала землю. Слева от дороги над высокой, еще не скошенной, и не тронутой скотиной травой, летали маленькие светящиеся огоньки. Десятки белых фонариков в своем полете освещали траву на расстоянии локтя. Лаша остановился, любуясь воздушным танцем маленьких жучков. Фонарики тухли, потом снова зажигались, двигаясь то известному только им маршруту. Один светящийся фонарик отделился от остальных, пересек дорогу перед наблюдателем, и потух. Старик двинулся дальше, уверено ступая по неровной дороге. Пройдя до ее небольшого поворота, увидел нужный деревянный дом. Небольшое окно светилось тусклым желтым светом. Те, кто ему были нужны, еще не спали. Он постучал в калитку. В ответ раздалось рычание и лай собаки. Почти сразу к нему подключились собаки соседних домов, сообщая о названном визите позднего гостя. Раздался шум открывающейся двери, кто – то подошел к калитке.
– Кто там? – Голос был суров и не гостеприимен.
– Джансух, – Гостей принимаешь?
– Кто тут?
– Я, друг мой.
– Лаша? Неужели это вы? – загремел засов, калитка отворилась. – Слава Аллаху, вы живы. Какая радость. Давно вас не было.
Они обнялись.
– Я тоже рад Джансух, что ты в добром здравии.
– Проходите Лаша в дом. Вот радость, так радость.
Когда солнце только показалось на востоке, дверь калитки открылась, и из нее вышел старик, поправляя котомку на плече.
– Спасибо за гостеприимство друг мой.
Из дома вышла женщина и подошла к ним. Мужчина взял из ее рук небольшой мех11, протянул старику.
– Возьмите немного вина в дорогу Лаша. Сегодня будет жаркий день. Может вы все – таки передумаете, и я вас отвезу в Сухум – Кале12.
– Не нужно. К обеду я уже буду сидеть в гостях. Меня там уже заждались. Пусть боги хранят тебя и твою семью.
– Да хранит вас Господь, друг мой.
Они обнялись, старик развернулся и пошел вниз по дороге. Не успел Лаша выйти за
пределы селения, как по небу в сторону моря полетел голубь. – Ну вот и хорошо, – подумал старик, – Значит скоро меня встретят.
Глава 5
Прошел час, может чуть больше, солнце начало пригревать. Яркий его свет бил в глаза. Старик надвинул папаху на лоб, продолжая спускаться вниз по дороге. Иногда спускаться тяжелее, чем подниматься в вверх. Эта часть дороги под большим углом спускалась вниз. Выступающие большие камни с промоинами, мешали при ходьбе. Поэтому приходилось, постоянно смотреть куда ставить ноги, тянуть ступни в подъеме, что создавало неудобства. Наконец крутой спуск закончился. Лаша, остановился, снял папаху, вытер рукавом рубахи пот со лба. Осмотрев дорогу, направился к ровному пригорку у дороги, куда пока не доставали лучи солнца. Сняв с плеч накидку, постелил ее. Усевшись, облокотился о дерево, папаху положил рядом. Не спеша огляделся, взглянул на небо, некоторое время сопровождая взглядом одинокое облако, плывущее от моря в сторону гор. Вытащил из котомки мех, отпил несколько глотков. Подождал немного, сделал еще один глоток, положил его рядом. – Спешить не куда, – решил про себя старик, – Наверно, люди Аслан – бея, которые меня так упорно ищут, уже выехали мне навстречу, и скоро будут. Посижу, подожду. Уж больше не придется вот так посидеть, в тишине, в одиночестве, сливаясь в одно целое с природой. – Лаша прикрыл глаза, погрузившись в мысли.
Старик открыл глаза. Посмотрев на солнце, которое прошло зенит, и теперь пригревало его, вслух сказал, – Вот это я вздремнул. – Прислушавшись, он понял от чего проснулся. Там внизу по дороге, еще далеко, медленно вверх вбиралась арба. От лучей солнца было жарко. Лаша поднялся, перебравшийся на другую сторону дороги, снова уселся. Отсутствие амулета уже начало сказываться на здоровье, прислушавшись к себе, определил старик. Еще сутки, и действие амулета совсем закончится, и он превратится в старика, соответствующего его возрасту. Его способности, развитые с помощью амулета, уменьшатся, но не исчезнут совсем. Он уже раньше пробовал, как влияет амулет на самочувствие.
– Сутки нормально. Мне больше и не нужно. – Рассуждая про себя, решил Лаша. Достал из котомки сыр, открыл мех. Сделал пару глотков и закусил. Прошло пару минут, он опять сделал пару глотков вина и снова закусив сыром. Некоторое время спустя, сделав новый глоток, и еще продолжая жевать сыр, старик услышал новые звуки. К приближающимся звукам арбы, добавились новые. Уже было слышно, вверх быстро двигались всадники. Стук подков по каменистой дороге гулко раздавался в тишине.
– Ну, наконец – то. А то я уже начал думать, что им уже не до меня.
Скоро на дороге появились те же всадники, которых старик встречал несколько дней назад. Проводник заметив сидящего на пригорке под деревом старца, остановив коня, повернулся назад.
– Князь, – сказал он, указывая рукой с плеткой на старика.
Всадник, к которому обратится Кудж, выехал вперед, и остановился у сидящего под деревом.
– Хвала Аллаху, уважаемый Лаша, рад тебя видеть. Рад, что сам лично смогу тебя проводить к князю Аслан – бею. Что ж ты старик, знал, что он тебя ищет, а прятался? А теперь сам решил с нами встретится. Не поверю, что просто так попался.
– Правильно понимаешь князь Леон Атейба. Дела другие были. Вот освободился, и решил заглянуть в гости.
– А я старик, как сегодня о тебе услышал, что ты вниз идешь из Гума, сразу вспомнил недавнего кабана. Все голову ломал, кто такой его напугал. А это твои шутки старик.
– Так я люблю пошутить князь, и всегда любил. Хорошая шутка поднимает настроение, и дарит радость душе. Смотрю, ты сегодня и для меня лошадь привел, – Вставая сказал он. – Скажи своим людям пусть помогут верхом сесть, стар я уже, тяжело самому.
Один из замыкающих наездников по указанию князя соскочил, подставил руки, на которые старик поставил ногу, помог взобраться ему в седло. Маленький отряд развернулся, и уже не спеша направился вниз по дороге в сторону моря.
Глава 6
– БисмиЛляхи-р-Рахмани-р-Рахим13, – Аслан – бей Чачба вышел на встречу старику и князю. – Наконец – то уважаемый Лаша, ты почтил нас своим присутствием. А я зову тебя, зову, а ты не идешь. По всем дорогам, любимой нашему сердцу Абхазии, гонцов разослал, а ты прячешься.
– Ва алейкум ассалам14 Аслан – бей. Твоих людей я видел князь, а приглашения в гости мне никто не передавал. Он осмотрел комнату, в которую его ввели. Это был кабинет коменданта крепости Сухум – Кале. За всю свою долгую жизнь, он не раз здесь бывал. Князь Аслан – бей вышел ему на встречу, из-за большого стола, на котором виднелась карта, лежали бумаги, стояло несколько серебряных кубков для вина, графин. Рядом со столом стояли князья Соломон Ярдар-Ипа, Ростом-бей Чачба, и дворянин Каца Маан. Он всех их знал, когда они еще были детьми. Единственный кто сидел на стуле, с трубкой в одной руке, и кубком в другой, был князь Кизилбек Атейба, брат Леона. По его грязной одежде, было видно, что он долго был в дороге, и приехал недавно, не успев переодеться.
– Ну, что други мои, все собрались, пойдемте за стол, произнес Аслан – бей, и не дожидаясь остальных вышел из кабинета.
Когда обязательные тосты были сказаны, и пришло насыщение после еды, Аслан – бей обратился к старику, – Уважаемый и мудрейший Лаша, мне нужна твоя помощь,
Абхазии нужна твоя помощь, и помощь твоего амулета. Все знают, что ты можешь творить чудеса. Аллах, дал тебе силу, которую ты должен направить на благо нашей любимой страны.
– Князь, ты же знаешь, что я не покланяюсь Аллаху.
– АльхамдулиЛляхи раббиль 'алямин15. Кто еще может дать такую силу во благо Абхазии, если не он.
– Я не буду помогать тебе князь, да простят меня боги. Твой отец, великий князь Келеш Ахмат-бей16, был мусульманином, однако он выбрал союз с Россией. Он хотел, чтобы каждый абхазец мог сам выбирать свою веру. Хотел остановить уничтожение османами духовных и материальных ценностей своего народа. А ты, что делаешь? Опять развязал войну, опять гибнут лучшие мужчины Абхазии. Не о стране ты думаешь князь. Обуздай свою гордыню. – Старик замолчал.
Некоторое время царило молчание. Молчал старик, молчал князь Аслан – бей, молчали остальные сидящие за столом.
– Жалко, что уважаемый Лаша не хочет нам помочь. – Нарушил тишину Аслан – бей. – Но я думаю, что другие, не менее достойные мужи, смогут с помощью амулета помочь нам в борьбе с неверными. Ростом-бей, забери амулет, и подай мне.
Молодой князь поднялся и направился к старику.
– Князь Аслан – бей, у меня больше нет амулета, – произнес Лаша, – Но если бы и был, то он не смог бы тебе помочь. Амулет сам выбирает хранителя.
– Ничего, старик, в нашей стране достаточно магов, и истинных патриотов. Найдем ему достойного.
Ростом – бей подошел и наклонился перед сидящим стариком. Отодвинул ворот рубахи. Не найдя амулета, начал осматривать и ощупывать одежду старика.
– Ростом, иди домой сынок, останешься с князем, убьют тебя, – тихо сказал ему старик.
Молодой князь застыл на мгновение, потом продолжил осмотр, вплоть до голенищ сапог.
– Что ты там ему говоришь старик, – не расслышав его слова, спросил, сидевший не далеко, Каца Маан.
Старик не ответил.
– Нет амулета, – поднимаясь, закончив осмотр, сказал он.
– Ростом, забери старика, найди свободную комнату недалеко от нас. Пусть там побудет. Приставь к нему двух охранников, и пусть ему не мешают свободно ходить по крепости.
Когда старик и молодой князь вышли, Каца Маан, спросил, – А не убежит он?
– Он сам к нам пришел. – Аслан – бей, поднялся из-за стола, принялся ходить по комнате. Помедлив продолжил, – Если бы захотел, мог бы спрятаться, уйти в другую страну, мы бы его не нашли. Но не захотел. Он что-то знает, чего не знаем мы. Где амулет он не скажет.
– Пытать его бесполезно князь.
– Ты прав Кизилбек, – ответил он. – Сегодня дай задание людям, пусть с утра пораньше, с рассветом, скачут в ближние селения, и везут сюда семьи, тех кто дорог старику. Себя он жалеть не будет, а их смерти не допустит, отдаст амулет. Амулет нам
очень нужен. Я уверен, что его сила гораздо могущественнее, чем рассказывают. Поэтому старик и спрятал его. Без него нам не справиться. Соглядатаи сообщили, что русские во главе с Горчаковым, готовы выступить на помощь гарнизону Лыхны, и наведению порядка в Абхазии. И князь Дадиани, собирает отряды Мигрельской милиции. Русские, воевать умеют. И вооружение у них лучше. Есть корабли. Поэтому атаковать они нас будут и с суши, и с моря.
– А турки нам разве не помогут? – спросил Соломон Ярдар-Ипа.
– Нет. На противостояние с Россией они сейчас не пойдут. У них свои проблемы.
– Да тогда, у нас очень тяжелое положение.
– Вот поэтому и нужен амулет. Леон, расскажи всем, что тебе сказал, один бывший знакомый старика.
– Крестьянин Барнук из селения Шбаарха, несколько лет назад был дружен со стариком Лашой. Ну может не дружен, но в хороших отношениях. И вот как-то старик пришел к нему в дом, и попросился на ночлег. Это было единственный раз. Больше они не встречались. После ужина, когда этот Барнук увидел во время омовения старика амулет, который весел у него на шее, спросил, – Что это?
Лаша ответил, – Это творение богов. А в плохих руках может принести много бед. Он не только помогает человеку, который им владеет, но дает возможность видеть будущее, лечить людей, и управлять ими, воздействовать на предметы и окружающий мир.
– Как это? – Спросил у старика Барнук.
– Ну вот, например, человек сломал кость. Я смотрю на больное место, и вижу место перелома. Вижу сломанную кость, и нет ни кожи, ни сухожилий, ни крови. Потом я представляю, что кость цела, прошу все срастись, как было. Прикасаюсь рукой, и исцеляю. – Он еще хотел, что-то сказать, но запнулся. Внимательно посмотрел на Барнука, оделся, и не сказав не слова, ушел в ночь. Я уверен, что он тогда уже увидел, что этот крестьянин мне расскажет эту историю.
– Вы понимаете друзья, какой силы этот амулет? – С воодушевлением сказал Аслан – бей. – Когда он будет у нас, пушки и ружья неприятеля будут ломаться и взрываться, корабли потонут, кони врагов будут ломать ноги, а враги разбегаться в страхе. Он поможет нам победить. Уверен, что завтра упертый старик скажет, куда спрятал амулет.
Старик вышел из комнаты и двинулся к выходу из здания коменданта крепости. В нескольких шагах за ним, как две тени шли охранники. Лаша вышел во двор, спустился по ступеням, вдохнул носом утренний не прогретый еще солнцем, терпкий, отдающий солью и гниющими водорослями воздух.
– Какая же у нас прекрасная страна сынки, – сказал он своим охранникам. – Маленькая, но такая разная. Вот даже воздух здесь на побережье, один запах, в предгорье другой, а в горах пахнет совсем по-другому.
Не ожидая ответа, он не спеша двинулся к выходу со двора, а далее в сторону моря. Выбрав удобное место возле дерева, Лаша уселся на землю, прислонив спину к его стволу, и направив взгляд на солнце выплывающее из моря. В чистом воздухе было слышно, как из крепости в разные стороны ближайших селений поскакали всадники.
– Шакалы поскакали за добычей, – негромко вслух сказал он. – Только зря все это. Ничего у тебя не получится великий князь. – Старик повернул голову в сторону гор. Первые лучи солнца уже освещали и нагревали их, испаряя росу с деревьев и трав, превращая ее в легкий клубящийся туман. Лаша улыбнувшись, закрыл глаза. Он втянул носом чистый, еще прохладный, утренний воздух. Его дыхание постепенно замедлялось, пока не остановилось совсем. Со стороны казалось, что старик просто заснул.
Часть 2. Наше время
Глава 1
Николай Петрович Самаркин, главный врач краевой станции переливания крови, положил на стол лист бумаги, за которым сейчас сидел. Наклонив голову, почесал пальцами, упирающейся локтем правой руки о столешницу стола, лоб и волосы. Потом обхватил голову обеими руками, упершись локтями о стол, застыл. Так прошло несколько минут, затем он выпрямился в кресле, оттолкнулся ногами от плитки пола, подкатился к соседнему столу. Открыв дверцу престольного ящика, вытащил початую бутылку коньяка КС «Град Петров», Дербентского коньячного комбината. Оттуда же достал двухсотграммовый бокал, налил на треть. Несколькими глотками выпил до дна, поморщился, как будто пил дешевый портвейн. Подкатился на кресле обратно. Щелчком выбил из пачки «Кэмел» сигарету, прикурил. Приподнял лицо немного вверх, выпустил струю дыма. Снова затянулся.
– Вот и случилось, – мысленно сказал он себе. – И как быть?
Николай Петрович оглядел кабинет. Небольшая светлая комната, в которой находилось пару столов с оборудованием, и медицинский шкаф. Одно большое окно было затянуто светлыми рулонными шторами. Единственная дверь из комнаты вела в коридор, а оттуда в общий коридор здания. Кроме кабинета, имелся санузел с душем, и маленькая кухня с окном, вдвое уже по ширине, чем в комнате. Это изолированное помещение больше напоминало однокомнатную малогабаритную квартиру. В кухне стоял, небольшой стол для еды, холодильник, и шкафчик для одежды. Рядом с мойкой находился небольших размеров рабочий стол, с микроволновкой и электрочайником на нем. Николай Петрович, потянулся, взял бутылку и налил в стакан коньяка на глоток. Закурив новую сигарету, снова выпил. Теперь он не скривился. Прислушавшись ко вкусу напитка, сделал затяжку.
Снова окунулся в свои мысли. – Прошло три года. А то для чего он здесь, случилось сегодня. Это могло случится, и три года назад, когда он первый раз оказался в этом кабинете, а могло случится и позже, может через несколько лет. То, что это случится, он практически не сомневался. Но он надеялся, что это случится позже, примерно к тому времени, когда все медицинские данные жителей страны будут занесены в единую базу, и в его услугах больше не будет нужды. Но кто – то, очень могущественный и богатый в стране, а может и не в стране, не хочет или не может ждать, когда эта база будет сформирована. А то что он могущественный и богатый Николай Петрович не сомневался. – Он встал и начал мерить кабинет шагами.
Примерно три года назад, к нему в кабинет, зашел посетитель, некто Иван Иванович Иванов. Он так представился, и предложил не пыльную работу, и этот кабинет с оборудованием. Когда он назвал себя, хозяин кабинета рассмеялся, и ответил, – Ибрагим Ибрагимович Ибрагимов, вам бы более подошло. Посетитель, улыбнувшись, ответил, – Мы в России живем, Николай Петрович, все мы россияне.
На не пыльной работе Николай Петрович должен был выполнять тесты ДНК, с материалами, которые ему будут передавать, оформляя их документально. Также необходимо было следить за появлением в его центре, крови четверной группы с отрицательным резусом, и тестировать ее. За выполняемую работу ему была обещана ежемесячная выплата, в сумме одна тысяча евро, и место главного врача центра. Требований было немного. Первое. Никто не должен знать о его работе. Он не должен никогда, ни с кем, ни при каких обстоятельствах, разговаривать на эту тему. Второе. Никогда не использовать оборудование для своих других подработок, как дополнительного заработка. Третье. При положительном результате теста, сразу звонить по номеру для связи. По этому номеру можно было звонить, если случится неординарная ситуация. Такая ситуация один раз случилась. Примерно полгода назад, начала не корректно работать часть оборудования. Тест он все-таки провел, но решил позвонить и сообщить о проблеме. К следующему его приходу оборудование было отремонтировано. Вернее, та часть его, которая работала с ошибкой, было заменено. А на столе лежал лист бумаги с новым номером для связи.
Когда Николай Петрович, ответил согласием Иванову Ивану Ивановичу, жизнь его изменилась. Не прошло и месяца, как непотопляемая, главный врач центра Губанчук Ксения Степановна, имеющая огромные связи в крае и Москве, тихо уволилась по состоянию здоровья. Заняв место главного врача, финансовое благосостояние Николая Петровича быстро пошло вверх. С одной стороны, он ежемесячно, первого числа, находил на своем столе в лаборатории конверт с оговоренной суммой, с другой, он, как и его предшественница, начал откусывать большие куски государственных средств, выделяемых его центру. Его новая подработка, оказалась не сильно обременительным делом. Он работал один, или два раза в месяц, а иногда не работал совсем. Людей с такой группой крови, всего 0,4 % от общего количества жителей на планете. Другими словами, один, или два человека, примерно на двести пятьдесят тысяч населения. Следовательно, работа и в дальнейшем обещала быть не пыльной.
Николай Петрович, снова налил коньяка, выпил, закурил сигарету, снова уселся в кресло, продолжая вспоминать и размышлять. – Иванов Иван Иванович, когда говорил о проведении тестов, сообщил, что положительным считаться тест, при любом процентном совпадении выше нуля. А сегодняшний тест выявил определенное количество совпадений. Сразу не спросив, и более не встречаясь с Ивановым, он не знал, что будет после получения положительного теста. На этом работа его закончится, и зарплата перестает выплачиваться? Оборудование, согласно договору, переходит в его собственность, и он может открыть свой центр тестирования, но не может его продать до особого указания, так как возможно, что его услуги могут быть снова востребованы. И это решительно не нравилось ему, по сравнению с ранним договором о работе. Николаю Петровичу это было совсем не по душе. Его наниматель предупредил, что в случае нарушения предмета договора, он понесет серьезное наказание. Какое именно он не уточнил, а Николай Петрович, не спросил, так как был тогда согласен с условием договора. Теперь все изменилось. Было удобно получать ежемесячно приличное вознаграждение, практически не прилагая усилий и затрачивая минимум времени. Пусть остается все как было, решил он, сфальсифицировал отчет и оставил его в файле на столе, как это он делал всегда.
Глава 2
Константин Грачикович Манукян из Ростова – на – Дону, размышлял над той же дилеммой, что и его коллега из Ставрополя. Ему тоже с одной стороны не хотелось перемен. Нравились график работы и своевременная оплата за не сильно обременительный труд. Но, в отличие от Николая Петровича, Константин только пять лет назад завершил медицинское образование, и занимал простой пост рядового терапевта, в рядовой поликлинике. И самое главное, он совершенно не понимал, почему выбрали именно его. Его нынешняя работа, очень быстро опротивела ему. За совершенно небольшое вознаграждение в виде заработной платы, ему приходилось вести прием больных в поликлинике, где, возле двери кабинета, часами сидели в очереди граждане в надежде получить максимум медицинской помощи, от не самого квалифицированного персонала, и устаревшего медицинского оборудования. После приема, или до него, приходилось бывать на вызовах, и выполнять другие указания заведующего отделением. Не имея блата и денег, не приходилось надеяться на продвижение по службе. Поэтому Константин уже давно решил, что, если это произойдет, он уволится из поликлиники и откроет свое дело.