Продольные основы разума, поперечные оковы слов

Всё больше и больше

это напоминает сталинские годы… Вновь пришедшие говорят, что находящиеся на воле завидуют нам, поскольку все они живут в постоянном страхе, все боятся быть арестованными или расстрелянными без суда и следствия…

[ Белобогатырёв

И как обычно

Всё более

Забывая то, что постиг

я

чувствуя себя

немного пристыженным

из-под парты и книг

достаю

спасительную шпаргалку.

Мой

последний экзамен.]

…Похоже, что в бессознательном состоянии я делаю очень много глупостей, потому что моё имя присутствует в списке приговорённых к расстрелу. У меня остаётся только один шанс… Похоже, что в бессознательном состоянии мой мозг активизируется, потому что неведомым для себя самого способом я совершил побег и в данный момент нахожусь достаточно далеко от места расположения любимого лагеря. Надо отсидеться где-нибудь в глуши…

[ вот номер Л

Скажи-ка строчка, ведь не даром

Тебя пишу я с таким жаром?

Положен гонорар?

Ведь были ж строчки и похуже,

Бывали шире, были уже.

Не даром я – поэт великий –

Дарю свой людям дар!]

…Я раздобыл фальшивые документы и направился в сторону столицы. При этом я всё равно пытался не пользоваться общественным транспортом, стараясь идти пешком или останавливать попутки, боясь быть узнанным и отправленным обратно, не смотря на то, что внешность моя была изменена до неузнаваемости…

[ Бред с кий

Жить в эпоху машин, не имея водительских прав

к сожалению, скучно. Капот иномарке задрав,

видишь то, что внутри, но зачем? почему это ездит?

Иномарка твоя не видит wi-fi и bluetooth,

но не очко обычно губит, а к одиннадцати туз,

только как бы когда если…]

…Поиск соратников по оппозиции в нынешних условиях – дело опасное. Неудивительно, что я занимался этим только в бессознательности. Периодически приходя в себя, я удивлялся, что в наших противоправительственных рядах становится всё больше и больше народа…

[ Маяк с кий

Послушайте!

Ведь, если звезды зажигают —

значит – это кому-нибудь нужно?

Значит – кто-то их хочет и будет хотеть?

Значит – кто-то раскручивает их натужно?

И вытаскивает из обыденной грязи и заставляет петь,

врывается к продюсеру,

боится, что не тому дал,

плачет,

целует ему двухстворчатость,

просит —

чтоб обязательно была ещё одна звезда!]

…За десять лет, проведённых на свободе, я заручился поддержкой всех слоёв населения, армии и нескольких могущественных зарубежных группировок. План захвата власти был разработан мной до мелочей…

[ Зимов

Границы ключ – хороший был вождь,

А наш батюшка Ленин – такое дерьмо,

Он разложился на плесень и всё будет в кайф,

А перестройка всё идёт и такие мудаки.

И вся грязь ожидания болтается,

И всё пойдёт под планом.]

…Бои были кровопролитными, но переворот свершился за один день. Я в Кремле… Я зашёл в кабинет главного управляющего страны и приказал арестовать его. Он внимательно посмотрел на меня и засмеялся: «Неужели ты думаешь, что я на самом деле управляю страной и я устроил всё, что здесь происходит?» «Не думаю», – сказал я и подошёл к стене, в которой был тайный ход, замаскированный под дверь, ведущую в тайный ход. Я зашёл в неё и увидел за столом человека, которым оказался (как вы все уже давно догадались) тот самый прохожий, после встречи с которым я попал под машину. Он, не поднимая глаз, сказал: «Не тот вариант ты выбрал… попробуй ещё раз…»

[ Broadников

О, прикольнитесь приколисты!

О, приколите приколистов!

Что прикалываются приколами, что приколюхиваются прикольно,

О, прикольнитесь наиприкольнийше!

Наиприкалывайте таких прикольных приколов,

чтобы даже самому ниприкольнейшему приколисту

стало не прикольно, а СМЕШНО!]

– Хочу предложить тебе, спортсмен, три варианта продолжения нашего знакомства:

1) 

ты отправишься дальше своей дорогой и больше никогда не вспомнишь, что видел меня;

2) 

мы едем в аэропорт, садимся на мой личный самолёт и летим в мой фамильный замок в Шотландии, где я переписываю на тебя завещание и оставляю тебе всё своё имущество;

3) 

мы едем в ЗАГС, где нас уже ждёт моя слепая и безногая дочь, за которой мне надоело ухаживать, и поэтому я с радостью взвалю эту обязанность на тебя – её будущего мужа.

На секунду я задумался…

…и конечно же, я выбрал 2-й вариант, потому что я никогда не был в Шотландии, а килт на мне уже был надет, заправленный в трусы под спортивными штанами, а штаны и Шотландия – это одно и то же. Кто-то скажет, что штаны и Штаты – это одно и то же, но того мы пошлём за живой и мёртвой водой, молодильными яблоками, короче, выпить и закусить нам!

[любовь-кровь-морковь (Николаевна – не отстирывается – аллергия)]

В Дьюти Фри мы обзаводимся всем, что нам надо и с песней садимся в самолет. Песня называется «Гимн Шотландии» и поэтому поёт её только мой новый друг, а я делаю вид, что засыпаю, закрываются мои глазки, и просыпаюсь я только в аэропорту Глазго. Там мы сразу же пересаживаемся на вертолёт и летим к нашему фамильному замку, который снаружи кажется неприступной крепостью, а внутри обставлен на деньги, явно полученные от деятельности преступной.

[слёзы-грёзы-розы (после счастья – перед счастьем – счастье)]

Ко мне подходит лакей, предлагает мне переодеться, принять ванну и поужинать. Я соглашаюсь только принять и поужинать, хотя ужин в десять утра кажется мне странным. На ужин меня относят носильщики (не путать с насильниками!). Приём пищи проходит под живую музыку, и оркестр имени английской королевы на чистейшем русском языке поёт мне про тяжёлую жизнь российского паренька, несправедливо осуждённого и отбывающего срок в колонии строго режима. Слуги за ужином не позволяет мне напрягаться и орудуют за меня всеми столовыми приборами. Еду подносят непосредственно ко рту, и я еле успеваю его открывать.

[мечты-цветы-мосты (сбываются – свадьба – развод)]

После ужина мы отправляемся играть в гольф. Мне вручают намагниченный мячик и клюшку с оптическим прицелом. В итоге я прохожу все восемнадцать лунок за несколько минут. Та же беда оказалась в бильярде и боулинге. Я ни разу не промахнулся мимо лунки и выбивал страйк за страйком соответственно. Когда я решил поплавать в бассейне, на меня напялили костюм, который не давал моим мышцам напрягаться и выполнял все движения за меня.

[ночь-прочь-дочь (свидание – такси – такси не приехало)]

В середине дня мне объявили, что настало время обеда. Я начал догадываться, что завтракать мы будем ближе к ночи. На этот раз я сел за стол сразу с открытым ртом, а чтобы он не закрывался мне профессионально и безболезненно придерживали его плоскогубцами. После обеда меня отнесли на кровать, потому что после обеда полагается поспать. Заснул я сразу, то ли от того, что один из слуг пел басом колыбельную, то ли потому, что комнату наполнили каким-то усыпляющим газом.

[время-бремя-семя (летит – мешает лететь – см. дочь)]

Проснулся я только тогда, когда мне принесли завтрак в постель. Как я и ожидал, произошло это около десяти часов вечера. Завтрак оказался скромненьким и состоял из восьми мясных блюд и нескольких запрещенных веществ. Сразу после приема пищи мы отправились на охоту. До необходимого места нас везли на одной из машин хозяина замка, хотя пройти там надо было всего сто метров. Мне вручили в руки ружье и сказали стрелять в оленя, которого предусмотрительно вывели из сарая и поставили напротив меня. Пришлось стрелять в упор.

[тебя-себя-любя (помню – забываю – деепричастие)]

После удачной охоты нам быстренько приготовили всех добытых животных. Слегка перекусив, мы, наконец-то, отправились спать. Ох, и устал же я за этот день! Но моя новая жизнь потихоньку начинала мне нравиться. Через пару недель я стал замечать, что моя старая одежда стала куда-то исчезать, на её месте появлялась новая и была она на пару размеров больше. Смена одежды происходила приблизительно раз в неделю. Я начал догадываться, что это не с проста, а не с проста потому, что связано с тем, что я начинал поправляться. Во всяком случае, мне так казалось.

[кайф-лайф-драйв (наркотики – привычка – зажигание)]

Определить свой вес точно я не мог, потому что в доме не было весов. Не было там и зеркал. На мои просьбы принести эти предметы мне отвечали невыполненными обещаниями. А на мои вопросы: "Не кажется ли вам, что я поправился?" – все находящиеся в замке люди говорили: "Что вы, что вы! Вы в отличной форме! Вы даже немного похудели! Видимо, это от нервов. Вам нужно срочно закусить стресс".

[хлеба-небо-не был (с маслом – голубое – в Антарктиде)]

Вскоре наступили прекрасные времена, когда я уже не мог встать с кровати. Даже самые необходимые жизненные функции я не выполнял, да и не хотел выполнять самостоятельно. Я понимал, что так долго продолжаться не может, и так долго это и не продолжалось. В одно замечательное солнечное утро в комнату заехал небольшой подъёмный кран, слуги ловко прицепили мою кровать к крюкам, и мы все вместе куда-то направились.

[один-господин-блондин (рог – полицейский – голубоглазый)]

Место, в которое меня привезли, мне очень понравилось. Эта была поляна с разведенным посередине костром. По краям поляны располагались деревянные разноцветные статуи, изображавшие людей в масках, находящихся в разнообразных позах. Рядом с костром располагалось нечто похожее на трон, на котором восседал хозяин замка. Лицо его было обезображено какой-то боевой окраской. Хозяин начал что-то говорить на непонятном мне языке. В это время слуги поместили меня в большой сосуд с водой и куда-то понесли. Когда же вода в сосуде начала нагреваться, я понял, что он (вместе со мной) расположен над костром.

[рожь-ложь-нож (колосится – расцветает – заработок)]

Слуги начали танцевать вокруг костра ритуальный танец, видимо, желая вызвать дождь, а хозяин в это время уже забрасывал в воду макароны и различные специи с приятным запахом. И тут я вспомнил, что очень давно не кушал, и начал стараться вылавливать полусырые макаронины ртом. После того, как я съел всё, что было добавлено в котел, хозяин подошел и сказал: «Слышь, краснокожий, [а кожа моя к тому момента действительно была красного цвета] харэ жрать, оставь чё-нить пацанчикам на закуску». На что я ответил: «Если ты, сучий потрох, мне другие варианты продолжения нашего знакомства не предложишь, то я ещё и всю воду из этого сосуда выпью, а потом себя поедать начну, и не остановлюсь, пока всего себя до последней косточки не сожру».

– Вижу, что ты действительно на это способен, дружище. Тогда так, дорогой. Тело твоё, красавчик, всё равно останется у нас, а я могу предложить тебе, спортсмен, три других варианта продолжения нашего знакомства:

4) 

ты начинаешь жизнь сначала, с самого рождения;

5) 

ты превращаешься в бестелесный дух;

6) 

ты становишься домашним питомцем в очень хорошей семье.

На секунду я задумался…

и, конечно же, я выбрал вариант номер пять… и не сразу понял, что произошло. Жизнь моя, казавшаяся такой долгой, пронеслась в моем мозгу за несколько секунд. Но я не умер. Это я отчетливо осознавал. Я ощущал себя как целостный организм, мог логично размышлять и передвигаться в выбранном направлении. Первые подозрения появились у меня, когда я понял, что перемещаюсь несколько на другой высоте, чем остальные существа. Точнее сказать, я летел над ними. При этом все они стояли без движения и на меня не обращали никакого внимания. Только спустя достаточно долгое время я догадался, что это не жители планеты стоят на месте, а я перемещаюсь и думаю с очень большой скоростью. Когда моя попытка пройти сквозь стены оказалась удачной, я начал искать подходящие слова для своей новой формы существования. В зеркалах я не отражался (проверено!), плоти у меня не было, а поток сознания был. Следовательно, ближе всего я был к некоему сгустку энергии, движущемуся в определенном направлении. И должен сказать, что движение моё было действительно направленным и, скорее всего, не мной. Я делал несколько попыток надолго остановиться или свернуть со своего пути, но каждый раз у меня возникало непреодолимое желание двигаться дальше. И я двигался, параллельно рассуждая о плюсах моего нового состояния. Во-первых, я чувствовал, что с пропажей тела у меня пропали и все желания, жившие в нем. Я не ощущал чувство голода и жажды, мне не нужно было спать и размножаться, во всяком случае единственным известным мне до этого времени способом. И никакого сожаления по поводу потери этих ощущений я не испытывал. Зато испытывал я неповторимое удовлетворение от осознания того, что разум мой, оставшись наедине с самим собой, начал резко развиваться и на данный момент превосходил все мыслимые до этого пределы. Продолжая двигаться в кем-то или чем-то выбранном направлении, я пытался найти хоть что-то похожее на меня. Я видел огромное количество бессознательных радио и магнитных волн, но ко мне они явно не имели никакого отношения. Наблюдал я также сгустки очень похожие на меня, но от них отдавало какой-то мертвичиной, и направлялись они, в отличие от меня, перпендикулярно вверх, устремляясь вдаль от земли, и довольно быстро исчезали из поля моей способности их ощущать. И в этот момент я почувствовал, что всё это скоро закончится и меня затягивает в тело, которое я неожиданно увидел перед собой. Мне этого очень сильно не хотелось, и я сопротивлялся изо всех сил, но все мои попытки были безуспешны, и меня практически засосало в эту плоть. В следующее мгновение я уже осознавал, что управляю этим телом, как своим…

– Ну что же, хозяюшка, я вас поздравляю! Ваш питомец войдет в историю, как первое существо, удачно прошедшее телепортацию! Да и вы, я думаю, останетесь в истории, благодаря ему.

– Да, да. Всё это очень интересно, – говорю я. – Только вы мне обещали порядочную сумму за этот эксперимент.

Профессор, или как его там, выписывает мне какой-то чек и говорит: «Деньги получите в кассе. А завтра приведите мне Ганнибала на осмотр».

«Хрен тебе! За это же ты мне не заплатишь», – думаю я, а сама говорю: «Конечно, профессор. А не маловато ли вы мне платите за исследование, которое могло стоить жизни моему любимцу?»

– Думаю, что за эксперимент, длительность которого составила менее секунды, этого вполне достаточно.

Я видел, что хозяйка была недовольно этим ответом, но спорить и скандалить она не стала, хотя умела и любила. Она молча взяла поводок, надела его на меня, и мы вышли на улицу. Первые шаги мне давались с каким-то непонятным трудом. Меня не покидало ощущение ненужности моей плотской оболочки, мне хотелось вырваться из своего тела и парить, и лететь… А в следующий момент я очень сильно захотел есть. Но я знал, что, пока мы не придем домой, надеяться на еду бесполезно. В этот момент у хозяйки зазвонил телефон.

– Алло… Привет, дорогой… Веду Ганнибала домой… Да, всё прошло успешно… Деньги заплатили, так что с кредитами за этот месяц рассчитаемся… Ганнибал жив и, судя по всему, здоров… Ну, не расстраивайся ты так… Ну всё. Пока. Дома поговорим.

То, что хозяин меня недолюбливает, я знал и раньше: он это открыто показывал. А вот то, что хозяйка, которая была всегда мила со мной, потащит меня на опасный эксперимент ради денег, я не ожидал. Но как ни странно, я был ей благодарен, потому что состояние, пережитое мной за секунду отсутствия в собственном теле, нельзя было сравнить ни с чем, что я испытывал раньше. Кроме того, я ясно начал понимать, что говорит моя хозяйка и другие особи её вида, тогда как до эксперимента я различал только отдельные звуки, многие из которых я мог отличить от других, но понять сказанное целиком у меня раньше не получалось. Так, может быть, и хозяйка меня поймет, если я попытаюсь объяснить, что хочу обратно!

– Тихо, тихо, Ганнибал! Да что с тобой случилось! Ну чего ты разорался на всю улицу! похоже, эксперимент всё-таки не прошел даром. Надо побыстрее отвести тебя домой, а завтра отвезу тебя к этому профессору, пусть осматривает тебя и лечит, если понадобится.

Бесполезно! Она абсолютно ничего не понимала из того, что я говорю! Зато я отлично понимал, что даже если завтра меня снова отведут к профессору, то я всё равно не дождусь желаемого и на эксперимент меня не пустят. Тем более что желающих было достаточно. Деньги-то за это платили неплохие. О, а вот и мой любимый пруд! Было бы неплохо сейчас в нем поплавать! О, а вот и любимая подруга хозяйки… Было бы неплохо её сейчас сожрать…

– Привет, дорогая! Ты какими судьбами здесь?

– Привет-привет! Да вот решила прогуляться с Ганнибалом. А ты куда направляешься?

– Иду дочь из школы забирать.

– С каких это пор ты за дочкой в школу ходишь? Она же у тебя взрослая уже.

– С тех пор как она домой пьяная пришла и сигаретой в руках. Боюсь, как бы она наркотиками баловаться не начала.

– Ну, если она в маму, то точно начнет.

– Не смешно!

Как же тяжело всё это слушать! Настоящий наркотик один, и я его сегодня попробовал. И если в моих силах вернуть это состояние, то я просто обязан это сделать. Вот и дерево мне подмигивает, намекая, что всё в моих силах. Да и асфальт какого-то неестественного цвета моря, уступившего наглым приставаниям суши. Когда глаза срастаются с красотой окружающего мира, начинаешь понимать, что ты тут абсолютно не нужен, ты только портишь общую картину. А тем более мне для достижения цели нужно разделить свою духовную и плотскую составляющую на две независимые половины. И пруд мне должен в этом помочь. Вот ещё бы избавиться от поводка.

– Ты купила новые духи?

– А я всё думаю, неужели ты не почувствовала. Нравится?

– Конечно! В чём-чём, а в этом ты разбираешься.

– Можно подумать, что я в чём-то другом не разбираюсь!

– Если надо будет, то ты во всём разберешься!

– Вот-вот! Разберусь и соберусь, если надо будет.

Проблема всех живых существ в инстинктивном стремлении сохранить жизнь. Все боятся смерти, хотя жизни нужно бояться гораздо больше. Плоть никогда не позволит окунуться в счастье настолько глубоко, насколько это возможно. Смерть – единственная радость, смерть – любовь моя, смерть – жизнь моя! Закрою глаза, чтобы привыкнуть, а чтобы отвыкнуть – открою. Прополощу мозг последними мыслями и побегу к своей благоверной и родной. Она ждёт меня с момента моего рождения, а я всё делал вид, что не замечаю её, думал о ней только тогда, когда она к другим приходила. Нежная моя, как же это я так с тобой некрасиво поступал! Бегу к тебе, терпеливая моя!

– Что такое, Ганнибал? Что случилось?

– Может, он побегать хочет. Целый день на цепи его держишь. Отпустила бы ты его.

– Ну, беги, мой маленький, развлекайся, а мы пока ещё немного поболтаем.

– И на чем я остановилась?

– Ты говорила, как тебе какой-то нахал место в автобусе уступил.

– Ну да. Так вот…

Наконец-то, поводок отпущен! Теперь быстрее бежать к вечности, пока хозяйка не передумала. Какая приятная свежая мокрость воды! И как много страшных мучительных секундоминут блаженства ждет меня впереди! Для начала надо нырнуть и постараться не выныривать, а ведь это не так-то и просто сделать. Голова так и просится на воздух, но нужно терпеть! Один раз научишься не дышать, и это умение на всю жизнь пригодится.

– Слушай, а что случилось с Ганнибалом?

– А что с ним?

– По-моему, он тонет.

– Не может быть. Он очень хорошо плавает.

Вода в ушах, глазах, голове, серд-це, тук, звонк, э-то-ког-да-ни-будь-за-кон-чит-ся…вспыш-ка-там-а-ран-о-ещё-плеск-песок-а-я-боялс-я-боялс-я-боли-я-бо…ни-ког-да-боль-ше-боли-не-бу-дет-не-буди-её…ни-ког-нет-её-е-ё-ж-з-и-й-кто-то-кри-чит-ме-ня-по-име-ни-зо-вут-но-поз-дно-дно-ря-дом…но-дно-дом-мне-от-ны-не-и-на-всег-ды-ши-жи-пиши-че-рез-и-ды-ши-ртом-вод…во-да-да-да-ад…

…Алло, дорогой! Ганнибал утонул!

–Это шутка?

– Нет! Я абсолютно серьезно! Только что! На моих глазах!

– Так..стоп! Не плачь и не устраивай истерик! Я тебе другого такого же куплю!

– Мне не нужен другой! Мне нужен Ганнибал!

– Тогда не куплю! Всё равно я никак не мог понять, что тебе нравится в этих животных: ходят на двух ногах, кожа гладкая без чешуи, хвоста нет, зато есть какая-то растительность на голове… Фу, просто мерзость какая-то… И зачем их нам вообще привезли? Свою планету они успешно разрушили, теперь не хватало, чтобы за нашу принялись!

– Хватит, дорогой! Я это всё уже не один раз слышала! Не ворчи хоть сейчас… Он же умер!..

– Прости, родная. Я уже лечу!

И я уже летел. Только высоко в небе и в столь понравившейся мне бестелесной оболочке. Но на этот раз я направлялся не параллельно земле, а перпендикулярно вверх, и рядом со мной поднималось неимоверно большое количество сгустков до боли похожих на меня. Цель моя была достигнута, но всё оказалось не так-то просто. Состояние безтелестности я снова испытывал недолго…

… в одной из палат обычного российского роддома раздался крик новорожденного мальчика. Это был долгожданный ребенок с давно выбранным для него именем: Владимир. Первые несколько лет родители считали, что у них растёт вполне нормальный и здоровый мальчик, но потом они начали замечать, что ребёнок частенько о чём-то надолго задумывается. Он мог остановиться посреди проезжей части и уйти в собственные мысли, а вернуться из них только тогда, когда раздосадованные автолюбители начинали усиленно сигналить. Частенько Вова просыпался ночью, что-то шептал или молча выходил на середину комнаты, взирая на родителей совершенно недетскими глазами.

[здесь мы пропустим знакомый внимательному читателю кусочек повествования и сразу окажемся:]

Большой Вова быстро подошел к машине, залез в бардачок и вернулся к маленькому Вове с пистолетом. Через секунду пистолет был направлен в лоб мальчику со словами: "Прощайся с жизнью!". И Вова попрощался, но перед этим мозг его вытворил ещё одну штуку и позволил ему увидеть то, что никто из нас видеть не должен и это была явно не его семилетняя жизнь, хотя стереотипы – это не всегда плохо...... но в этот момент большой Вова одумался, убрал пистолет и сказал: "Беги отсюда, мальчик, только быстро беги!"

И Вова побежал. Когда он пробегал мимо Варфоломея, тот произнес: "Изошел дьявол моими молитвами…"

После этого случая Вова больше никогда не ходил по ночам, никогда не возвращался в эту деревню и вырос вполне себе нормальным человеком, если считать одно но, но об этом "но" поговорим в следующий раз…

…главное, что родители были безмерно счастливы, что поездка в деревню помогла их сыну стать здоровым и быть как все, а что думал по этому поводу их сын совершенно не важно, а поэтому…

…всё остальное в рабочем порядке.

Иллюстрация Дарьи Грековой: