Вектор: Жизнь и смерть

ГЛАВА 40

Портер медленно подошел к двери, пока Света держала автомат наготове, присев на корточки и высунувшись из-за косяка двери слева. Она ничего не видела, но прекрасно слышала, как монстр где-то там, прилично вдалеке, но все же патрулирует местность, до сих пор не отпустивший желание найти их двоих. Не менее важно было для нее сейчас слышать каждое движение Портера, пытавшегося нащупать панель на стене, за которой кроется рычаг открывания двери. Казалось, все длится вечность, а сам Портер, явно еще не освоив работу одной рукой, всерьез начинал злиться на неспособность найти ключ от выхода. И вот это случилось, монстр стал приближаться, медленно, шаг за шагом, прямо в их сторону, вынуждая Портера больше нервничать: все же он был на прямой перед ним, так что Свете пришлось втащить его обратно, чему он не сильно сопротивлялся, нервничая чуть ли не до дрожи.

Не может же этот монстр вечность тут бродить, делая вмятины в полу и ломая двери, думала Света. И вот ответ пришел сам: этот монстр, неуклюжий медведь, поможет в этом деле, ведь он с легкостью гнет железо, даже не замечая иногда его наличия перед собой, – так что его же силой она эту дверь и отопрет. Собираясь повторить прием с громкой игрушкой, слыша, как «медведь» бродит совсем недалеко от них, Света решила поискать предмет и, включив на мгновение фонарик, обнаружила, что они тут не одни.

Прямо у стены напротив входа, в куче уже известной ее глазу слизи и крепких материй, находится существо, когда-то жившее ни больше ни меньше типичным монстром, напоминающим многоногое тело. Сейчас оно извратилось, стало чем-то иным, в очередном коконе, который, назло им всем, вдруг стал подавать признаки жизни, а точнее, то, что там было, вдруг решило заявить о себе. А как известно, роды бесшумными не бывают. В ту же секунду Света подбежала и, нащупав кокон и достав заранее нож, сразу стала наносить смертельные удары. Но неожиданно случилось так, что она все не может понять, где рот у этой твари, который жизненно необходимо заткнуть, только вот новорожденный вертится в этом чуть ли не мини-бассейне, ожидаемо ненавидя ее и гневаясь на то, как тесно его знакомят с острой сталью. Портер также пытается чем-то помочь, но происходит то, чего они боялись больше всего: существо кидает свой голос в мир.

Решение этой проблемы нашлось так же быстро, как и его исполнение: уверенно и крепко сжав руками новорожденного, она вырвала его из кокона и швырнула к двери с особой жестокостью. Очень худое тело, больше походившее на обезьянье, крайне гибкое и сильное, пролетело с гневным криком вперед и ударилось о стену, успев прожить еще несколько секунд. Существо быстро сгинуло под натиском более агрессивного, более огромного и злобного хищника, особо даже не заметившего тот момент, когда нога или лапа, возможно, даже близкая к копыту, раздавила преждевременно рожденное существо. Шум разламывания необходимой двери с сопровождающим его воем не позволяли расслабиться даже на секунду: наоборот, ставки возросли, ведь, в то время как здешний громила поднял найденное тело и, судя по звукам, с жадностью его проглотил, прожевывая каждую его часть с характерным мерзким чавканьем и жадными стонами насыщения, его массивное тело, словно бульдозер, на замечало наносимые окружению повреждения. Нужная дверь была выломана, но он до си пор не уходит, детально продолжая смаковать каждую косточку. Света вдруг поняла, насколько нетрудно даже ему догадаться о возможном наличии добавки здесь, совсем рядом от того места, где была найдена первая еда.

«Медведь» перестал трапезничать и начал поиск десерта, который, разумеется, он рассчитывал отыскать из ближайшего помещения, где, собственно, Света и Портер сейчас и прятались. Каким-то невообразимым образом Портер вынудил Свету сесть на корточки за мгновение до того, как огромная лапа уперлась в стену, у которой они стояли, помогая остальному телу пролезть вовнутрь, отчего они оба ощутили не только идущий от монстра жар вместе с сотрясанием пола, но и то, какая мощь и ярость обитали в нем. Двери, как и косяк, были разломаны, «медведь» медленно пролез вовнутрь, освободив проход, которым Портер сразу же воспользовался, таща за собой Свету.

Нужные двери были выломаны наружу. Аккуратно держа руками гнутый металл, оба пытались беззвучно создать щель достаточного размера, чтобы оказаться с другой стороны. Света манипулировала левой створкой, методом пробы пыталась двигать ее в разные стороны, нащупывая самый простой путь. То же самое проделывал Портер с правой створкой, пусть и одной рукой, но все же. Непонятно, в какой точно момент, но Света уже проталкивает Портера вперед, и как-только настала ее очередь, монстр вдруг смолк, наступила вновь идеальная тишина. Почему-то подобное вынудило ее замереть, ведь теперь каждое движение и каждый скрип будут слышны, отчего Света была уверена, что Портер также замер и, если бы мог, поймал бы сейчас ее испуганный взгляд. Тут Портер похлопал ее по руке, которой она придерживала правую створку, и, загнув пальцы, дал ей понять желание взять пистолет, чему Света сразу же поспособствовала и передала его, надеясь на то, что он все же решил не открывать пальбу. Очень быстро Портер включил фонарик и осмотрел территорию, в которой оказался, после чего протянул ей руку, цель чего была крайне ясна. Двери скрипнули, но не громко, Света наконец-то выбралась и сразу же включила фонарик на автомате. Однако еще до возможности увидеть, наконец, окружение, оба почувствовали холод – настоящий мороз, от которого у Портера аж пошел пар изо рта, и, сразу же стараясь спрятать руки, он впервые пожалел о потере перчаток. Света быстро осмотрела его, убеждаясь в отсутствии ран или травм, но все ее внимание привлек источник здешней температуры. Разумеется, ей переносить холод было куда легче, ведь, несмотря на повреждения костюма, все же он отрабатывал себя. Только причина такой температуры испугала их не меньше оставленного позади громилы, дав понять четко и ясно, что до необходимого уровня безопасности им еще добираться и добираться.

Шириной метров в тридцать, длиной, может быть, во все сто – этот зал содержал множество криокамер квадратной формы с бронированными стеклами и массивными креплениями сверху и снизу. Все они были созданы для содержания кого-то или чего-то, и как раз система заморозки позволяла хранить их в безопасности от остальных, да вот только это было давно. Сейчас, как видят Света и Портер, старающиеся не отходить друг от друга далеко, одна часть камер так и стала гробами для разных существ, другая же была пуста, а третья не выдержала желания пленников получить свободу. Первые встреченные ими оказались с монстрами, и, чуть приглядевшись, Света заметила отличительные черты, пробудившие в ней страх больший, нежели смерть от неуклюжего здоровяка, а именно: все это были люди! Переходя от одной камеры к другой, преисполненная борьбы между любопытством и желанием убраться отсюда, Света разглядывала изуродованные тела людей, бывших сотрудников или специально привезенных для опытов, – этого она не знала, но везде были люди. От тех камер, которые были покинуты жителями против воли хозяев, тянулись кровавые следы, в основном до мертвых тел в паре метров от дома: видимо, не способные на самостоятельную жизнь, они просто умерли. Возможно, поэтому тут и включили такую прохладу – ведь боялись, что выбравшийся субъект постарается сбежать, а так он либо дольше сохранится, либо вообще замерзнет. Это не могло не смутить ее, ведь что-что, а инопланетная Жизнь найдет любой путь.

Свету и Портера это место пугало даже больше, чем схватка со здоровяком, ведь тут они видели последствия конфликта двух жизней во всей красе, и каждое движение, каждый взгляд давались им несколько с трудом. Портер явно не просто так шел на три шага впереди, ему было очень холодно, но даже этот дискомфорт чуть-чуть заглушался видами изуродованных и страшных существ, вряд ли желавших такой смерти. Они боялись издавать даже звук, совершенно не желая хоть как-то взаимодействовать с этим ужасным местом, по сравнению с которым остальной Вектор вполне терпим. Но все это напряжение тотчас и сорвалось, когда грохотом разразился приход огромного монстра. Света и Портер уже прошли половину пути, оставив за спинами десятка два криокамер разного содержания, порой даже боясь поднимать фонарик, ведь страх увидеть еще одно подтверждение немыслимого ужаса был крайне велик.

Для пришедшего без приглашения монстра это место было также новым, но совершенно по-иному воспринятым уже через каких-то десять секунд. Подойдя к первой же камере, в которой Света впервые заподозрила человека, монстр тотчас же со всего размаху ударил по стеклу, разбив которое незамедлительно решил употребить новую трапезу. Все бы ничего: он же не знает об их присутствии здесь – однако, доставая тело, успевшее врасти в камеру, неуклюже и в присущей ему жестокой манере, он снес саму камеру, выломав всю систему крепления, которая устроила замыкание электрической сети. Света и Портер думали, что часть станции обесточена: на деле просто не было света и питания дверей, а для аварийного не было причин. Замыкание устроило парад искр, и начавшееся плавление проводки, изолированной от прямого контакта с холодом и кислорода, привело к включению пожаротушения.

Ни Света, ни Портер не видели самого процесса, лишь слышали все эти события, пока перебежками старались удрать подальше. Женский голос информировал о включении пожаротушения путем выкачивания кислорода, которое, насколько знала Света, должно попасть в специальные отсеки, но пользы от этого было мало. Портер и Света переглянулись и, даже не посмотрев назад, слыша очередной кутеж «медведя», до сих пор не знавшего об их наличии здесь, сразу же побежали вперед, наплевав на издаваемый ими шум. Портер все так же освещал себе путь фонариком с пистолета, Света же уверенно делала то же самое с автоматом. За их спинами «медведь» добрался до еще одного тела, но, судя по звуку, достать его было проще, а громкий победоносный рев стал уже даже привычным, особенно когда после него слышится грохот от разрушения очередной камеры.

Портер уже стал чувствовать недомогание, что заметила Света в тот момент, как они добежали до больших дверей, явно предназначенных для выгрузки камер. Портер уперся локтем в колени и с трудом дышал, глядя на Свету изможденным взглядом. Сама же она сможет продержаться кое-какое время, но у костюма нет большого запаса кислорода – так что времени в обрез. И если, взглянув на две большие двери, они сразу поняли, что их не открыть, то самая крайняя справа дверь более чем подходит для грубого применения силы, ведь она как раз для персонала. Света подбежала к ней и, открыв панель сбоку, дернула рычаг, который открыл дверь, после чего сразу же голос сообщил, что угроза не устраняется и сейчас будет введена изоляция, за которой последовало быстрое закрытие створок, вынудив ее поставить автомат между ними, дабы Портер успел забежать. Прямо перед тем как выдернуть оружие, она заметила вдалеке, как монстр все так же громил окружение, не щадя ничего и никого, лишь мельком выглядывая из-за криокамер.

Портер упал на пол, Света, облокотившись на дверь, плавно присела, не выпуская оружие из рук. Тяжело дыша, уставшие, они с трудом приходили в себя. Сейчас они были в небольшом пропуском пункте, чистом и освещенном, словно из другого мира, как подметила сразу же Света. Справа и слева от нее были небольшие помещения с мониторами и компьютерами в стенах, разделявшее стекло было чистым и цельным, словно и нетронутым с прошлого раза, когда на нем выводилась информация о посетителе.

– Ты в порядке? – спросила она у Портера, который уже лег на спину и просто переводил дух, тяжело дыша, пытаясь согреться.

– Да, да, я… я в порядке…

– Кто это был?!

– Откуда мне знать? Я переписью не занимался, знаешь ли, да и кто его знает, может быть, ему день отроду!

– Ненавижу это место.

ГЛАВА 41

Выбраться из пропускного пункта, куда явно не пускали кого попало, оказалось для Светы и Портера самым простым действием за последнее время: все же, несмотря на то что следовало бы передохнуть, откладывать побег с Вектора никто из них не желал. Лишние силы оба получали от самого обычного и естественного страха перед более сильным противником, и так уже достаточно потрепавшим их нервы и здоровье, так еще и обычные двери ему не преграда. И раз так вышло, что его существование обошлось Жизни в более внушительные траты ресурсов, то смело можно ожидать его воскрешения. Все-таки неизвестно, сколько времени там длилось выкачивание кислорода.

За дверьми Света сразу же подметила лифты слева, метров через десять, а справа – длинный коридор, впереди проход между медицинскими палатами, но уже с глухими стенами. Обернувшись, она посмотрела на Портера, изможденного и уставшего, державшегося явно из последних сил, и, поймав его взгляд, хотела спросить, но сразу же получила ответ:

– Я в порядке. Бывало и хуже.

– «Хуже»… Ты руку себе пиланул, так что давай без этого дерьма, – вбросила она даже с ухмылкой, явно пряча собственную усталость.

– Чего ты хочешь от меня? – Он подошел ближе, почти вплотную.

– Я хочу сказать спасибо – Его удивили эти слова. – Ты не бросил меня, хотя и мог.

– Ты единственная… – оборвал он себя, желая сказать «кто может меня вытащить отсюда». И пусть это и была правда, но явно не вся, и это он осознал как раз там, когда они были наедине с огромным созданием. – Ты единственная, кому я могу верить.

Света хлопнула его по правому плечу в полсилы, хотя и от этого он еле устоял на ногах, но принял такой жест правильно. На этой ноте, чуть ли не ощущая некую дружескую связь с Портером, окончательно убеждаясь в его надежности, она сделала пару шагов в сторону, поглядывая вокруг, выискивая дальнейший путь. Портер подоспел сразу, вновь оправдывая себя как проводник. Обогнав ее, пригляделся к знакам под потолком и номерам коридоров и сразу же сказал:

– Если ты хочешь вернуться к Остину, то нам направо, но если мы все же наконец-то пойдем к основным серверам, то тогда прямо. Мой выбор ты знаешь.

– Да, надо сделать уже дело, – недолго думая, подытожила Света, помня, что Остин подтвердил выживание Питера и должен ждать ее там, так что осталось направить Альберта, от которого она уже получила обратную связь:

– Света?

– А кто это еще может быть?

– Я должен был проверить. Докладывай.

С момента последней связи произошло многое, даже слишком, что еще более подчеркивается пониманием того, как давно она связывалась с Альбертом.

– Даже не знаю, с чего начать… Портера нашла, оказывается, он был у Оса. Тот его схватил и пытался без прелюдий добыть антитела, боясь, что я могу помешать, да и времени не хотел моего отнимать.

– У него получилось?

– Тебя не особо парит, да, что Ос…

– Разбор полетов потом устроим, не сейчас. Что было дальше?

– Да ни хуя! – чуть сорвалась Света. – Пытаясь спасти Питера, сам Портер свалил, потому что с ним как со зверьем обращались! Но, как оказалось, у него и вправду есть антитела, Портер с иммунитетом. Теперь он самый ценный человек и сможет выбраться с Вектора.

Света обернулась к Портеру, который при его упоминании даже не подал виду, лишь, с трудом стоя на ногах, держался за культю руки и всеми силами сохранял трезвость.

– Ну а еще с местным контингентом повоевать пришлось, так что будь аккуратнее – на Векторе всякие твари водятся, совсем неожиданные, я бы даже сказала.

– Подожди, не спеши – что с Питером?

– Не поверишь, но он жив. Остин сказал, они догонят нас… О, супер, Ос уже добрался до нас – правда, я не вижу с ним Питера.

– Послушай меня внимательно и не подавай виду, не верь Портеру, он…

Но дальше она уже ничего не слышала. Возможно, это было из-за того, что по стечению обстоятельств именно сейчас прервалась связь, возможно, виною стала полная смена внимания, лишив ее иных каких-либо отвлекающих моментов. Но, скорее всего, то была виновата выпущенная пуля из пистолета Остина, по касательной задевшая ее маску с правой стороны, выведя связь из строя. Все выглядело именно так, как в тот момент, когда Портер лишил себя конечности, пустившись в бегство, все действия ей видны как в замедленной съемке, чему она даже не успевает удивиться. Ведь уже второй выстрел дал ей понять – целью была не она. Портер стоял почти за ней, когда Остин приближался и, молча достав пистолет, с расстояния метров пяти попытался попасть точно в лоб ее проводника. Однако она непроизвольно сделала шаг в сторону, тем самым спасая его от смерти. А второй раз уже не получилось – и, сознательно обернувшись, она увидела лежащего на полу Портера, схватившегося правой рукой за шею, откуда из-под пальцев течет кровь. Первым же шагом она перегородила путь, оставив Остина в трех метрах с вытянутым пистолетом, навстречу которому Света уже направила автомат, даже положив палец на курок, что не должно происходить до момента стрельбы.

– Какого хера ты делаешь?!

– Я пытаюсь нас всех спасти!

Света постоянно маячила перед человеком, которого совсем не узнавала, не позволяя пистолету даже выйти на прямую линию с Портером.

– Давай-ка ты, мразь, сначала успокоишься и перестанешь в него целиться! И так уже меня подцепил, урод тупой!

– Нет, ты не понимаешь, он опасен! Опасен одним своим наличием. Все на самом деле было иначе, с самого начала. Мы все, ты, я, Питер и остальные, смотрели не туда и поэтому неправильно поняли происходящее! Света, выслушай меня – и тогда ты поймешь, что я прав.

Остин поддерживал зрительный контакт, полный уверенности в своих словах настолько, что даже в ней смог зародить крайне маленькие, но все же крупицы заинтересованности.

– Я бы и рада, да вот только ты открыл стрельбу буквально у меня под рожей, чуть не убив на месте! Твоя попытка выйти на пиздеж несколько, сука, запоздала!

Она быстро взглянула на Портера и, увидев подтверждение худших подозрений, решила пока спасать жизнь, а не отнимать.

– Ос, не вынуждай меня убивать тебя!

– Наши костюмы крепче…

– А я все же попробую, терять-то будет нечего, если Портер умрет!

Света не только видела – она четко знала, насколько не готов умирать ее некогда хороший друг.

– Света, пожалуйста, выслушай меня…

– Так ты говори, я же не затыкаю.

То было почти правдой: она готова была дать ему шанс говорить, но не готова была слушать. Задача стояла другая: поднять Портера и спрятаться за ближайшей дверью, а для этого нужны безопасные секунд десять, все-таки, как она подметила, ее проводник еще жив, даже пытается встать на ноги.

– Ты должна понять главное – защищая его, ты продлеваешь тот ужас, который тут происходит. Света! Неужели ты хочешь…

Договорить она ему не дала, потому что так же неожиданно, как он заявил о своих намерениях, Света сделала выпад в его сторону, получив ожидаемый от него шаг назад, благодаря которому он встал прямо перед потолочной лампой, ныне яркой освещавшей эту территорию, но не выдержавшей автоматную очередь. Она начала искрить и обрушиваться на пол. Времени оказалось достаточно, чтобы помочь подняться Портеру и быстро спрятаться за ближайшей дверью. Остин подбежал к двери и машинально стал по ней бить, попутно переключая внимание на панель, которую Света сразу же заблокировала.

– Я буду с тобой разговаривать только так! Если хочешь чего-то добиться, при этом сохранив шанс на то, что я тебя не грохну, сука, то говори сейчас же, в чем дело!

Света злилась, чуть ли не готовая открыть дверь и все же вступить в бой, просто чтобы выплеснуть гнев. Но вместо этого она старалась держать себя в руках и, вспомнив о Портере, сразу же обернулась к нему, присев и начав обработку раны на правой стороне шеи.

– Ты… мы, мы думали, что Портер может спасти Питера, что его кровь обладает нужным лекарством. Да вот только на самом деле у него в крови не лекарство – у него в крови самый настоящий яд.

Света поглядывала в глаза Портера, в которых если и пряталось подтверждение слов Оса, то очень хорошо, потому что, как и можно было ожидать, человек, у которого рваная рана на шее, залившая кровью все вокруг, вынужден лишь думать о том, как бы дожить до следующего часа. К счастью, как могла судить Света, Портеру повезло: опасности особой не было, главное сейчас – изолировать кровотечение, и все. Достав медпакет, приложила бинты, готовясь использовать медицинский клей со степлером.