Малиновый пиджакъ. или Культурная контрреволюцiя

– Я, однак-то, не понял, парни, у кого из вас день рожденья-то?

– Ни у кого, – невозмутимо ответил Зорик.

– А чо они, однак-то, вас поздравляют всё время? – не унимался гость.

– Жрать хотят, – подал голос тихоня Гомбо, – а у нас мясо, однако…

– Так нада им дать мяса, и пусть сами готовят! – резонно заметил гость, – а то, они у нас всю водку выпьют, а у нас мала. У вас ещё есть, однако, водка?

– Много давать придётся, – возразил Зорик, – они все жрать хотят, вся общага. А водку у коменды купить можно, если чо…

– Тогда, однако, зови их и скажи: кому, однак-то, мяса надо, пусть к машине идут! А то, не дадут посидеть, однако! Скажи, щас спущусь и дам, кому мяса нада…

Через час в общаге царило редкое оживление: на всех пяти этажах, в кухнях и в комнатах на плитках студенты варили, тушили, жарили мясо. В своей комнате, украшенной букетом из сухих трав и репродукцией Обри Бёрдслея, откинув прочь репринт Андрея Белого, на кровати страдала от переедания красавица Ритка. На соседней кровати, с томиком Блока в руках, страдала верная подруга Наташа.