Агентство «Застрахованные мечты»

23. В наследство от дальнего родственника…

Несмотря на довольно-таки раннюю пору, во дворе «Авто-Мира» было уже не протолкнуться. Все свободное место заполонили машины. На недавно обновленную разметку, призванную разграничить парковочные места, никто внимания не обращал. Стояли авто в полнейшем беспорядке, мешая заехать одним, не позволяя выехать другим. Данная ситуация давно никого не волновала, ведь что может быть лучше, чем начать утро руганью, выгодно дополняемой надрывным писком звуковых сигналов.

Пусть практически все клиенты фирмы в унисон жаловались на высокую стоимость горючего и запчастей, полное отсутствие денег и государственной поддержки, машины были как на подбор, все дорогие и все новые. Практически все иномарки за исключением разве что старенькой «Нивы» главного инженера бывшего колхоза имени Ленина, да скромно притаившихся в дальнем от ворот углу директорских «Жигулей».

– Что ни говори, а не люблю я уборочную! – пробормотал Денис и вдавил кнопку сигнализации на брелоке. – Нет, с одной стороны, чем больше клиентов, тем больше оборот, следовательно, зарплата, а вот с другой – одни сплошные неудобства. Ни тебе кофе утром выпить, ни перекурить, ни пасьянс нормально разложить…

Отойдя на несколько шагов от своей машины, он остановился, обернулся, задержался, любуясь удивительно приятным контрастом: его новенький внедорожник рядом с металлоломом директора. Красота!

– Да, эффектно выглядит, но явный диссонанс наблюдается! – прошептал Денис. Он обернулся и не спеша побрел в сторону открытых дверей склада, офиса и своего рабочего места. – Вот я и думаю, а не пора ли поразмыслить о повышении? Уверен, из меня бы отличный руководитель получился, да и не только мелкого филиала. Правильная мысль! Жаль, только деньги кончились, на последнее желание пришлось даже у родителей одалживать. Тем не менее, подумать есть о чем.

Освежающее дыхание кондиционера слегка подправило отвратительное утреннее настроение. Правда, ненадолго, клиенты…

– Дениска, ты почему опаздываешь? Шевелись, включайся, самое время поработать! Зерно в поле пропадает! – инженер местного сельхозпредприятия, Витька, уже занял место у стола и энергично переворачивал страницы толстенной общей тетради.

– Слушай, вот скажи мне только честно, а ты вообще спишь когда-нибудь, – мрачно спросил Денис, пожимая протянутую ладонь. – Чуть свет уже на ногах! И ладно бы сам не спал, так еще и другим мешаешь…

– Кто рано встает, сам знаешь! Давай, запускайся уже, просыпайся, время не ждет, два комбайна в поле стоят, урожай теряем…

Лишь полтора часа спустя Витька, загрузившись по завязку запчастями, отъехал от склада. С его отъездом отхлынула утренняя волна посетителей, теперь можно было правильно начать рабочий день: сделать наконец-то кофе, подкурить сигарету да попытаться хоть немного проснуться.

– Это компания «Авто-Мир»? – во двор въехала совершенно черная с тонированными стеклами машина. Она блестела свежей полировкой, притягивала взгляд удивительной красотой линий и в то же время отталкивала странным до нелепости хищным силуэтом. Окно водительской двери плавно опустилось, в нем показалось мужское лицо, большую часть которого закрывали черные в тон тонировке солнцезащитные очки. Сразу захотелось спросить водителя, неужели в такой комбинации черного с… не менее черным, он хоть что-то видит…

– Именно так, Староукраинский филиал компании «Авто-Мир», – потягивая кофе и выпуская сизые клубы дыма, кивнул Денис. – Если вы по вопросу запчастей, то вы приехали точно по адресу. Проходите в офис, выбирайте любого оператора, вам непременно помогут.

– Нет спасибо, я по другому вопросу! – дверь машины открылась, из авто вышел полноватый мужчина, одетый во все черное: черный костюм, черная рубашка, с ней черный же галстук, только часы блестели золотом, но циферблат, опять-таки черный. Он положил на крышу машины простенькую картонную папку, раскрыл ее. Взял верхний листик. – Мне нужен Ткаченко Денис Евгеньевич. У вас такой работает?

– Точно так, это я и есть… – сердце Дениса бешено забилось. Еще бы, ведь этим солнечным утром он еще не вспоминал о своей предусмотрительно застрахованной мечте!

– Превосходно. Я адвокат, можете называть меня Василием Петровичем, – он снова вернулся к папке с документами. – Ситуация вкратце такова. Без малого полгода тому назад умер один ваш дальний родственник, как оказалось, вы его единственный наследник. Таким образом, вы автоматически становитесь собственником его недвижимости, а именно частного дома со всей обстановкой. Вам также полагается небольшая денежная сумма, но увы, ее хватит лишь на то, чтобы покрыть затраты на оформление наследства и мой гонорар.

Слушая, Денис размеренно кивал головой…

– Я так понимаю, у вас возражений нет?

– Конечно же, нет, да как иначе! Скажите только, где подпись поставить и все…

– Если вы не возражаете, я бы предпочел расположиться где-нибудь за столом. На вашем рабочем месте это удобно?

– Да проходите, – Денис придержал дверь, пропуская вперед адвоката. Он чувствовал точно то, что почувствовал, впервые увидев свою новенькую машину. Точно такие же ощущения, вот только на этот раз более насыщенные, более концентрированные, все-таки дом, это вам не какое-то там средство передвижения! – Мой стол в вашем распоряжении, присаживайтесь!

Под удивленные взгляды коллег, Денис подписывал один листик за другим. Рассеянно слушал, медленно кивал…

– У меня все! – адвокат поделил бумаги на две стопки, одну сложил в свою папку, другую передал Денису. – Документы на право собственности ваши, к ним прилагаются ключи, держите. Адрес в бумагах указан: улица Садовая дом двенадцать дробь пять. Вот вам моя карточка, в случае возникновения любых вопросов, звоните. Поздравляю и всего хорошего!

Пожав руку Денису, адвокат прошествовал мимо синхронно мигающих глазами сотрудников фирмы, коротко кивнул директору, выглядывающему из кабинета, толкнул входную дверь.

– Что серьезно?! – первым не выдержал директор. Он подбежал к Денису. – Дай взгляну на документы… точно! Слушай, а ну сгребай всю эту макулатуру и пошли в мой кабинет, расскажешь подробнее. А вы чего стоите, рты раскрыли? Нечем заняться? Пока клиентов нет, витрины свои до ума доведите! Рессору вон со склада принесите. Два дня как продали, а на место положить некому…

Выполняя распоряжение директора, сотрудники разбрелись по офису, открыли стеклянные шкафы и занялись тем, что принялись делать вид, будто и вправду раскладывают в них товары. Вадим тот и вовсе побрел в склад за тележкой и тяжеленной рессорой, там и остался…

– Уважаемые коллеги, – Денис вышел из кабинета директора и остановился посреди зала, – в общем, тут такое дело я всех вас приглашаю к себе на новоселье! Нет, не сегодня. В субботу приходите, думаю, часикам к пяти. Подарки приветствуются, но они вовсе не обязательны! Жду всех, никакие отговорки не принимаются!

– Вот именно, пусть только кто-нибудь не явится! – вслед за Денисом из кабинета вышел директор и запер за собой дверь. – К прогульщикам будут применены штрафные санкции!

Он шутливо пригрозил кулаком, громко рассмеялся, открыл входную дверь, посторонился, пропуская Полину, помощника директора, секретаршу и отдел кадров в одном лице, задержался на пороге.

– Да. Если нас будут искать, мы поехали «по клиентам», в банк и в налоговую. Вопросы?

Дверь за директором закрылась, Денис посмотрел вслед руководству и медленно опустился в свое кресло. Тяжело вздохнул. Теперь ему оставалось только ждать. Ждать того момента, когда стрелки часов покажут шесть часов вечера. Отвратительное занятие, самое отвратительное из всех, какие только бывают на свете! Но это ладно, ведь потом можно будет запрыгнуть в машину, вдавить педаль газа и умчаться туда, где его ждет вторая по порядку, но первая по важности мечта всей его жизни.

Работать получалось с трудом. Можно сказать, не получалось вообще. Как иначе, если при всем своем немалом опыте, Денис дважды умудрился выписать не тот товар, который у него просили! Хорошо клиенты попадались понимающие, ограничивались исключительно язвительными замечаниями. В ответ же Денис стойко выдерживал насмешки, добросовестно переделывал документы, молчал и глуповато улыбался, не считая нужным реагировать.

Время ползло, время тянулось, но вот и все, свершилось! Шесть часов вечера. С последним рывком секундной стрелки, Денис подскочил как ужаленный, но тут вспомнил о товарище. Замялся. Была очередь Вадима дежурить, а это значит еще целых полчаса…

– Езжай, я пешком прогуляюсь! – ответил тот на немой вопрос друга.

– Вот и отлично! Удачи, счастливо и все такое! – Денис коснулся протянутой ладони и бросился к выходу, к мечте, к дому…

Осталась позади улица с Ленинским прошлым. За рынком Денис свернул направо, сбавил скорость, прекрасно понимая, что город хоть и небольшой, но улиц в нем много, на каждую асфальта не напасешься. Проехал один квартал, еще один, притормозил. Огляделся. Кивнул. Если верить навигатору, да и собственной памяти, эта узенькая улочка и есть та самая Садовая. Теперь осталось только найти дом, тот, что с номером двенадцать…

Искомый адрес быстро нашелся. Вернее, нашлись ржавые ворота, на створке которых сохранились наполовину стертые цифры: один и два. Сам же домик тоже был на месте, терялся он в густых непроходимых зарослях, белел грязно-белым пятном средь колючих сорняков и многолетней поросли клена.

– И это у них называется благоустроенный дом… – расстроено пробормотал Денис. – И здесь мне предстоит отмечать новоселье?! Всего-то через несколько дней! Да тут две недели уйдет только на то, чтобы проход в дебрях прорубить и до дома добраться, если это вообще возможно. Нет, ребята! Так не пойдет, это обман. Мягко говоря, невыполнение контрактных обязательств! А раз так, надо съездить, поговорить с этим Карловичем, разобраться, причем немедленно, уже сейчас!

Он проехал мимо заброшенного домика, мрачно проследил за ним взглядом и тут-таки вдавил педаль тормоза в пол. По соседству с поросшим сорняками мрачным двором виднелся новый добротный металлический забор, на воротах которого готическим шрифтом ярко-белым по темно-вишневому выведено «ул. Садовая, 12/5».

– Так и до инфаркта недалеко! – заметно повеселел Денис. – Но это же вовсе… Это же совсем другое дело. Посмотрим, что там у меня…

Калитка оказалась запертой. Эта проблема легко решилась с помощью первого же ключа из тех, что передал адвокат. Секунда и Денис уже прогуливался в уютном дворике, мощенном фигурной тротуарной плиткой и затененном четырьмя растущими по периметру орехами. Впереди белым прямоугольником среди темно-зеленой листвы вырисовывались широкие металлические жалюзи, наверняка въезд в гараж.

Трудно было устоять и не проверить. Заглянул. Действительно гараж. Весьма удобный, наверняка проектировался под машину тех же габаритов, что и авто Дениса. Смотровая яма имеется. Вход из дома плюс автоматические ворота. Предел мечтаний!

– Надо сразу же определить моего железного коня, а то он все во дворе стоит…

Скоро автомобиль эффектно выглядывал из гаража. Конечно, можно было опустить ворота полностью, но Денису хотелось поглядывать на свою машину, пусть недолго, пусть пока не сядет солнце…

– Уважаемый Денис Евгеньевич прошу вас в дом. Проходите, будьте так любезны! – хихикнув, он шагнул на аллею, живописно затененную густо растущим виноградом. Прошел несколько метров, оглядываясь, остановился у крыльца. Поднял голову. Над ним нависал дом. – Что мы имеем? Два полных этажа, стильно. Модерн или все-таки конструктивизм? Не знаю, да и неважно, я в этом все равно не разбираюсь. В любом случае изрядно угловатое строение, с гладкими стенами, без лишних завитушек, но выглядит очень даже богато. Особенно мне окна нравятся высотой во всю стену. Посмотрим, что внутри интересного припрятано.

Ключ легко провернул сердцевину замка. Входная дверь отворилась. Денис с силой выдохнул, отошел на шаг назад, будто собирался прыгать через порог с разбега, нервно хихикнул, подкрался на цыпочках, заглянул сквозь вторую, полностью стеклянную дверь.

То, что он увидел, ему сразу понравилось. Настолько понравилось, что он уже безо всяких опасений вошел в дом. Вышел на средину просторного помещения. Огляделся.

Комната, занимавшая практически весь этаж, была оформлена по принципу «все в одном». Одна ее часть, та, что ближе к двери (весьма условно) могла называться «прихожей». Все атрибуты в наличии: и большой шкаф-купе, и узкий продолговатый диван, на который можно было присесть, чтобы разуться, и, висящая на стене у двери, металлическая вешалка. Все правильно, все к месту.

Далее, лишенная каких-либо четко обозначенных границ, начиналась гостиная. Точнее, две гостиные. Два симметричных меблированных пятачка, составленных из угловых диванов, кресел и журнальных столиков. Одинаковые диваны, одинаковые кресла, только в одной «гостиной» они черного цвета, а в другой белого…

– Так и назовем – шахматная гостиная. А что, есть черное, есть белое, плюс некоторое пространство между ними. Отличное место, где можно будет потанцевать! – озвучил свою мысль Денис и продолжил осмотр.

У дальней стены обнаружилась кухня. Эта часть дома мало интересовала счастливого обладателя собственных квадратных метров. Единственное, что ему по-настоящему понравилось в той стороне – длинная и высокая стойка. Просто-таки украшение любого приличного бара. Еще и несколько высоких стульев имелись, в том же стиле, будто вынесенные из питейного заведения. Сразу захотелось присесть на один из них, а заодно проверить, не осталось ли чего-нибудь «горячительного» от бывших хозяев.

И ведь осталось!

– Замечательно! – выдохнул Денис, осушив очередной бокал найденного в одном из кухонных шкафов «трофейного» коньяка. – Просто замечательно, сейчас немного подкреплюсь и продолжу осмотр. То, что я уже видел, мне действительно нравится, но есть же еще целый этаж! Неисследованный.

24. Желаньям возраст не помеха

Входная дверь противно заскрипела. Приятной прохладой сквозняк пробежал по потной спине. Сан Саныч добродушно улыбнулся во сне, наверняка ему снилось что-то доброе, что-то хорошее, что-то, что было куда приятнее удушающего летнего зноя.

Скрип повторился, отвратительный звук нарастал, достиг пика, умолк на секунду и вдруг вылился в оглушающий грохот. Сквозняк постарался, захлопнул тяжелую створку двери, да еще и уронил какую-то из железок, что висели у деда в сенях на гвоздике.

– Кто там? – сонный с нотками страха голос выбрался из глубины помещения.

Вместо ответа послышались тяжелые шаги. Они приближались.

– Санек я тебя разбудил? – в комнату гостя заглянул дед Гриша. Он смущенно пожал плечами. – Тогда извини. Не хотел я. Просто дверь у меня входная, что тот маятник, только заденешь, так она и захлопывается. Да еще и грохот такой, кажется, будто вот-вот дом развалится. Посмотришь потом как-нибудь на досуге?

– Посмотрю, – легко согласился Саша. – А почему вы не спите, там же за стенами просто ад земной.

Дед печально пожал плечами. Посмотрел по сторонам отрешенным взглядом, разглядел старенький табурет в дальнем углу, подошел, сел.

– Понимаешь, тут такое дело – нечистый попутал. Поддался, что называется, общему настроению. Ну, стадный инстинкт, все в окно и я в окно, все такое. Словом, решил и я застраховаться…

– А вам-то оно зачем?

– Не надо! То, что я старый это еще не значит, что у меня мечты как таковые отсутствуют, а желаний, так тех и вовсе нет! – дед подскочил вместе с табуретом, но тут-таки успокоился и снова сел.

– Простите, я не то хотел сказать… – помрачнел Саныч. – Просто любопытно, что за мечта вас подвигла…

– Ладно тебе! Извиняешься! За что спрашивается? Сказал, что сказал, да и ладно. А ну подожди… – Григорий Иванович снова вскочил и стремительно вышел.

Почти сразу послышался протяжный скрип. Дед поднимал люк, закрывающий вход в подвал…

– Давай наливочки выпьем холодненькой, – старик выглянул из подпола и с грохотом поставил на пол покрытую толстым слоем пыли закатанную металлической крышкой трехлитровую банку. Сквозь толщу грязи проглядывала темно-красная жидкость. – Даже и не скажу, сколько ей лет, это еще бабуля делала…

Жестяная крышка выстрелила чуть тише пробки хорошего шампанского. По комнате разнесся удивительно-насыщенный вишневый с легкой примесью ванили аромат. Искрящаяся жидкость наполнила стаканы. Дед лукаво подмигнул гостю, потер руки в предвкушении скорого удовольствия, быстро перекрестился и залпом выпил.

– Хороша выдержанная…

Саныч подозрительно понюхал жидкость, отпил, скорчил довольную мину, выпил до дна. Довольно выдохнул.

– Да, очень даже ничего!

– Я и говорю, супруга покойница делала. В смысле, когда жива еще была… – недавняя улыбка сошла со старческого лица, дед снова помрачнел. – Ты, конечно же, не понимаешь, да куда тебе! Уже считай за сорок, а ни жены у тебя, ни детей! Живешь, что тот бурьян при дороге. Мы же с нею, почитай, всю жизнь вместе. Давай еще по одной…

Дед взялся за банку.

– Вот прошлой ночью часов около двух я открыл глаза и тут-таки подскочил просто как ужаленный. Мысль меня посетила – а что если?! Что если попытаться? Я, конечно же, скромничаю, деньжат немного отложил. Сам понимаешь, на черный день, надеюсь, не последний год живу, еще отложу… – Григорий Иванович пожал плечами. – Подумал я чуток, поразмыслил, прикинул, что да как, вот и решил, а схожу я всем назло да застрахуюсь! Все ходят, вот и я пойду! А что, вдруг удастся время вспять повернуть, вдруг все станет, как раньше было. Чтоб я и старушка моя…

Заметив недоверие на лице гостя, Григорий Иванович махнул рукой.

– Я и говорю – ты не поймешь! Ведь столько лет…

– Но неужели вы думаете, что это возможно? Воскрешение просто-таки…

– Честно говоря, уже и не знаю, – дед медленно пожал плечами. – Вот еще вчера днем точно не верил, а сегодня зашел к страховщикам этим и неверие куда-то ушло. Нет, еще не совсем, но уже почти. Да и не в вере дело, это ниточка, соломинка. То, за что хочется ухватиться…

– Значит, вы застраховали свою мечту? – Сан Саныч, сам не понимая причину того, ощутил нечто, отдаленно отдающее ревностью, его страшно злило осознание того факта, что у людей есть вполне себе реальная возможность получить то, о чем мечтают, а его этого шанса лишили. И все из-за чего! Из-за какого-то штампа в паспорте… – Хотите, чтобы ваша покойная жена воскресла?

– Не совсем. Это как-то слишком уж глупо звучит. Я сразу две страховки оформил. Порядки у них! Представь только, каждая следующая в два раза дороже! До сих пор не пойму, какая из них мне обошлась в большую сумму… – тихий смешок стал прелюдией к продолжению. – Прежде всего, я пожелал помолодеть! Нет, ненамного, скромный я, всего лишь на тридцать пять годков. Откуда такая математика? Тут все просто, мне скоро семьдесят пять стукнет, вот я и подсчитал – вернусь в свой сорокалетний юбилей! Есть что-то в сорокалетии… Чем плоха идея?! Ну а вторая, та самая, я прямо так и написал, мол, хочу, чтобы мы с бабулей были вместе. Более того, вместе и навсегда! Вот как…

– Это понятно, но если вы помолодеете, а она останется такой как была…

В выцветших глазах старика блеснул бесовский огонек.

– А ведь прав ты Санька! Зачем мне молодцу старуха? Но ничего, с этим тоже разберемся. Пусть только вернется, мы и ее омолодим…

– Вот хорошо вам! – Саныч с бесконечной тоской вгляделся в глубину опустошенного ним стакана. – Мне же неместному, увы…

Стаканы вновь наполнились красной жидкостью.

– Нравишься ты мне Санек! Хороший ты человек, – стакан деда со звоном соприкоснулся с посудой Саныча. – А посему помогу я тебе, сделаю доброе дело! Завтра же. Съездим утречком в центр, я тебя к себе пропишу. Временно, конечно. Ты как, не станешь возражать?

– Так я всегда «за»! – перед глазами внезапно осчастливленного простого водителя Саши пронеслись вереницею все его мечты, реальные, выполнимые и не очень.

Картинки светлого будущего закружили его. Мелькали они, весело подмигивали, но обретая более или менее зримые очертания, одна за другой тускнели, теряли яркость и отчетливость форм. В его воображении на каждую мечту, в нижнем углу, будто лента на траурное фото, накладывалась черная полоска с одной единственной надписью – «Деньги».

– Ну! Ты чего это опять загрустил? Кажется, все очень даже хорошо складывается!

– Ничего, мелочи все это, решаемо. Слушайте дедушка вопрос к вам, а металлолом где-нибудь поблизости принимают?

***

Предвкушение скорого исполнения заветных желаний, подняло Сашу с постели ни свет ни заря. Он, нарочно громко топая ногами, принялся прохаживаться по комнате, из одного ее края в другой, прекрасно понимая, что от количества пройденный метров ничего не изменится…

Дед же на жалкие потуги квартиранта поторопить его никак не реагировал. Будучи человеком, который прожил долгую жизнь в гармонии с собой и миром в целом, бессонницей он не страдал. Не слышал он топота ног постояльца, не беспокоили его тяжелые вздохи. Не замечал дед ничего, спал здоровым крепким сном.

Как и обычно, лишь большие настенные часы пробили семь раз, дед открыл глаза, рывком сел на постели, не давая себе шанса снова уснуть. Принялся энергично мигать глазами, прогоняя остатки сна. Лишь тогда он услышал поскрипывание половиц, топот ног, тяжелые вздохи, сразу понял причину столь шумного явления, печально усмехнулся, оделся, вышел из комнаты.

Саныч встретил деда взглядом оценщика. Внимательно осмотрел с головы до пят. Что поделать, если с ничуть не меньшим желанием, чем заполучить заветный штамп о регистрации, он жаждал посмотреть на деда. Увидеть, понять, удалось ли тому помолодеть, или все-таки нет.

25. Приготовления к свадьбе

Ночь нехотя сдавала свои позиции. Через щель меж неплотно сдвинутых штор, слегка рассеиваясь на воздушных нитях тюлевой занавески, в комнату пробирались первые лучи восходящего солнца. Прыгали они по комнате, перескакивали с одного предмета мебели на другой, отражались от лакированных поверхностей, разбивались на тысячи осколков, преломляясь в кристаллах дорогой люстры. Один из непрошеных гостей, один из солнечных зайчиков отскочил от зеркальной дверцы шкафа и бесцеремонно влетел в раскрытые глаза терзаемого бессонницей Виталия Петровича. Слепящая вспышка заставила того зажмуриться. Глаза градоначальника закрылись. Он мысленно выругался, повернул голову в надежде скрыться от назойливого отблеска. Скрипнула кровать, по комнате разнесся неимоверно тяжелый вздох, настолько мрачного настроения Виталий не припоминал…

Отвернувшись от вездесущего солнца, он увидел ее. Слегка прикрытую тонкой простынкой обнаженную Елену. Увидел оголенные плечи, тонкую шею, гладкую, будто бархат кожу спины. Увидел все то, что ранее будило в нем желание, заставляя позабыть обо всем на свете. Вот только так было раньше. Теперь же некогда сводящая с ума картина вызывало совсем иное чувство. Странное чувство, непонятное. Трудно его точно описать, практически невозможно правильно классифицировать, но более всего оно походило на банальное раздражение. Обычное раздражение, усиленное подлинной безысходностью. Гремучая смесь двух далеко не самых приятных чувств порождала желание, другое желание. Страшно захотелось что-то изменить, возникло стремление сделать что-то с этим отвратительным состоянием, прогнать олицетворяющую его грусть, выгнать печаль! Жаль только, что эта не в меру деятельная мысль блеснула в сознании и тут-таки погасла. Понимал Виталий, что бы он ни чувствовал, чего бы ему ни хотелось, это реальность, ее не изменить.

Вслед за очередным еще более тяжелым вздохом совершенно неожиданно нахлынуло забытье, легкое, эфемерное, но столь приятное…

Шлепанье босых ног заставило его открыть один глаз. Он увидел электронные часы, стоявшие на тумбочке, отметил время – семь тридцать. Пора. Заметил обнаженную Леночку, та стояла в дальнем конце комнаты у комода и что-то искала в нижнем ящике.