Следами вымышленных побед

Глава 3. Трудности учебы и сложности отношений

Сто дней до Приказа! Важнейшая веха в жизни каждого курсанта, своего рода обратный юбилей. Особый день, как на него ни смотри! Да, если верить рассказам старших и опытных, стодневный рубеж военные отмечали всегда, пусть в разные времена он и воспринимался по-разному. Изначально это было ненавязчивое напоминание солдату срочной (далеко не добровольной) службы о приближении долгожданного «дембеля». В последние же столетия значение знаменательной даты кардинально изменилось, она стала предвестником финала изнурительного обучения и скорого начала полноценной службы. Конечно, различия очевидны, но не в том суть. Как бы там ни было это традиция, одна из тех, на которых держалась, держится, и будет держаться армия.

Подумать только, всего лишь сто дней и все случится! Размеренную жизнь училища всколыхнут мероприятия. Праздничные и не очень. Нет, ничего сколько-нибудь выдающегося не будет, обычный набор: выпускные экзамены, вручение погон, раздача наград, после чего долгожданный и волнительный Кадетский бал.

Отшумят торжества, затем немного времени на отдых, «раскачку» и вот она отправка в войсковую часть…

«Нет, это только вдуматься – сто дней и все позади! Уйдут в небытие ранние подъемы, забудется опостылевшая зарядка, растают, словно утренний искусственный туман на искусственном же солнце, воспоминания о марш-бросках за пределы защищенной куполами зоны, но главное – не будет бесконечных занятий. Да, больше всего изматывает теория. Науки, которые в принципе не могут пригодиться кадровому офицеру Объединенных Вооруженных сил Солнечной системы», – вряд ли удастся встретить курсанта, в голове которого не роились бы подобные мысли. Глупые и наивные если честно! Будет, будет то же, но только уже на новом уровне. Да и просто жизнь военнослужащего соткана из тренировок, тревог и редкого, но столь долгожданного полноценного отдыха.

– Бойцы! – лейтенант Перов неторопливо прошелся по плацу, поглядывая на парней из подчиненного ему взвода. – Поздравляю с преодолением последнего рубежа! Осталось совсем немного, чуть больше трех месяцев и на смену учебе придет служба. Хочу охладить пыл тех из вас, кто думает, что начнется эпоха блаженного безделья. В боевых частях не будет места…

Двадцать две пары глаз, не мигая, следили за офицером. Тот размеренно вышагивал перед строем, хорошо поставленным командирским голосом в красках описывал ближайшее будущее без пяти минут кадровых военных. Курсанты же ловили каждое его слово.

Отдельный взвод технического обеспечения был самым юным подразделением в училище. Его сформировали чуть больше года назад. До того ребята служили кто в десанте, кто в штурмовой или саперной роте, а кто и вовсе на курсах вспомогательных сотрудников. Разные они, но было и кое-что их объединяющее. Нет, не высокий рост или атлетическая фигура – без этого не видать парням курсантских погон. Каждый из них проявил себя с лучшей стороны в робототехнике, точнее, каждый из них выгодно отличался умением справляться со всевозможным «умным» железом. Алексу в числе первых предложили место во взводе, не раздумывая, он согласился. Его это, вне всяких сомнений его, да он чуть не с раннего детства мастерил неуклюжих роботов и разные там автоматические штучки.

Казалось, логичная идея. В эпоху тотального засилья наделенных искусственным интеллектом агрегатов и механизмов в вооруженных силах она просто-таки лежала на поверхности. Тем не менее, долгие годы реализовать ее на практике не удавалось. Это все замшелый армейский консерватизм. Шли споры, прения, военные старой школы упорно сопротивлялись, молодые кадры настаивали. В общем, лишь год назад в стенах учебного заведения появился тот самый уникальный, экспериментальный, а потому своеобразный и ни на что не похожий взвод…

– Наверняка вы все прекрасно знаете, что наше подразделение создавалось не просто так. Еще пару лет назад считалось, что управлять роботизированной боевой единицей может любой солдат с прямыми руками и зачатками… разума. Следствием подобного подхода стали постоянные ошибки программирования, что в свою очередь послужило причиной возникновения и стремительного пополнения рядов «орды отбившегося от рук железа». Роботы, изначально созданные, чтобы сберечь жизни людей и избежать потерь на поле боя, стали серьезной для нас угрозой. Они встречаются на всех без исключения планетах и спутниках где только располагаются военные базы, отлично себя чувствуют в условиях ядовитой или отсутствующей атмосферы, ведут подрывную деятельность, становятся причиной гибели личного состава…

– Мы займемся их отстрелом? – гулким шепотом прошептал широкоплечий парень с огненно-рыжей шевелюрой.

Феникс. Крайне правый в первой шеренге, он выглядел богатырем на фоне очень даже атлетически сложенных курсантов. На полголовы выше любого из своих товарищей, с железными кулаками и грубыми чертами лица здоровяк пользовался заслуженным уважением среди друзей и пробуждал вовсе не безосновательный страх у недоброжелателей. При всем при этом он выгодно отличался веселым нравом, смешливостью, а еще умением напомнить о себе в самый не подходящий для этого момент. Да, ему редко когда удавалось сдержаться, за что постоянно доставалось…

Лейтенант подошел вплотную к «говоруну» посмотрел на него снизу вверх испепеляющим взглядом. Тот застыл, практически перестал дышать, густо покраснел, со стороны казалось, что курсант вот-вот вспыхнет, словно та самая, то ли реальная, то ли вымышленная огненная птица, чьим именем его наделили.

– Чтобы палить во все стороны большого ума не надо, – удивительно, но в этот раз командир взвода ограничился лишь взглядом, дополнив его насмешливым замечанием. – Подобных же кадров у нас предостаточно, особенно в разведроте, из которой, если я не ошибаюсь, вас к нам перевели…

Пусть команды «вольно» не было, курсанты дружно переглянулись и зашушукались. Послышались смешки, которые стихли, стоило лейтенанту отойти от раскрасневшегося здоровяка. Мгновение и молодые энергичные парни снова превратились в окаменелых истуканов с живыми глазами на полностью лишенных эмоций лицах.

– Вам уготована особая роль. Вы должны будете проанализировать опыт многих поколений военных, изучить их ошибки, выработать основы тактики и стратегии использования роботов на поле боя. Помимо этого вам придется разобраться в причинах и понять механизм изменения «сознания» автоматических боевых единиц, чтобы предотвратить дальнейшее увеличение популяции «дезертиров», – Перов остановился и странным взглядом обвел молчаливое свое воинство. – Что приуныли? Мрачновато звучит, правда?

– Так точно! – нестройно ответили некоторые из курсантов.

– Ничего, не расстраивайтесь. Пострелять удастся и не раз. Конечно, в первую очередь вы специалисты технического направления. Это так, вас научили вбивать в электронные мозги правильные во всех отношениях программы, но вы прошли и усиленный общеармейский курс. У каждого из вас заслуженное «отлично» по боевой и физической подготовке, в чем, конечно же, моя заслуга. В общем, можно смело сказать – вы элита современной армии, так что не думайте, что служба ограничится архивом и лабораторией. В ходе проведения исследований вам придется самим добывать себе «рабочий материал». Он же наверняка будет упорно сопротивляться…

Лейтенант замолчал и засмотрелся куда-то вдаль. Вздрогнул, скользнул взглядом по экрану коммуникатора, кивнул.

– Верю, вы справитесь. Каждый из вас не единожды доказал, что служба для него не пустой звук. Вы старались, вы учились, проявляли инициативу, смекалку и фантазию, некоторые довольно-таки своеобразно, – он остановился напротив Алекса, смерил того взглядом и укоризненно покачал головой. Выдержал паузу. – На этом праздничное наше собрание считаю состоявшимся. Вольно! Разойдись!

Умудренные опытом многократных построений вызванных недостаточной «резвостью» курсанты бросились врассыпную. Мгновение и на плацу остался один лишь офицер. Целиком и полностью довольный результатом, тот кивнул своим мыслям, повернулся, выполняя безмолвную команду «кругом», четко чеканя шаг, скрылся в ближайшем учебном корпусе.

Этим более или менее торжественным мероприятием празднование стодневного рубежа и ограничилось. Курсанты вернулись к занятиям, время же стремительно помчалось вперед. Как-то совершенно незаметно месяцы стали прошлым и вот дата прощания с училищем отчетливо замаячила на горизонте…

– Ты определился? Нужен внятный ответ и уже сейчас. Скажи прямо, идешь или нет! – сводные братья Клод и Винсент нависали над Алексом.

Оба они (и небезосновательно!) считались настоящей находкой для подразделения. Абсолютно разные и непохожие, их объединяло усердие, целеустремленность и твердая уверенность в правильности выбранного пути – служба была смыслом жизни обоих парней. Это действительно так, но кроме всего прочего они умели рисовать. Братья могли изобразить все что угодно, притом на любой сколько-нибудь ровной поверхности. Учитывая тот факт, что наглядных пособий для совершенно нового взвода практически не было, обоим частенько приходилось «подрабатывать» художниками. Да их так и называли…

Алекс чуть заметно повернул голову. Он лежал на застеленной по всем правилам армейского быта постели в выделенной ему квартире-ячейке безликого жилого строения, расположенного в нескольких сотнях метров от учебных корпусов. Практически не двигался. Медленно мигал глазами, задумчиво смотрел в уныло-серый потолок.

– Не знаю, – рассеянный взгляд курсанта лениво скользнул по лицам товарищей и снова вернулся к изучению практически неразличимой трещины на стыке двух плит.

– Понятно. А когда будешь знать? – Винсент, который не отличался свойственным брату терпением, взял процесс ведения переговоров в свои руки.

– Вот дождусь звонка или сообщения и сразу…

– Слушай, но ведь вовсе не обязательно ждать лежа! Вставай! Пойдем с нами! Отдохнем, развеемся. Мы тут вчера с девчонками познакомились, договорились в клуб сходить. Там музыка, там атмосфера, у нас же бал на носу, думать что-то надо! Они втроем придут вот и нас трое…

– Давайте в следующий раз. Не то у меня сегодня настроение.

– Понятно. Это все твоя синеглазая, – то ли спросил, то ли констатировал факт Клод. – Нет, дама она эффектная, не поспоришь. Ну, как знаешь! Пойдем, братец Вини, осчастливим кого-нибудь другого, а ты лежи, жди, тренируй терпение и вырабатывай усидчивость…

Братья переглянулись, синхронно пожали плечами, повернулись и вышли из комнаты, оставив погрязшего в меланхолии друга наедине с его мыслями и сомнениями.

Да, как бы ни хотелось того признавать, последние месяц-полтора отношения Веги и Алекса не клеились. Нет, они не поссорились, не было ни предпосылок к подобному развитию ситуации, ни даже возможности как следует повздорить. У них попросту не получалось встретиться. Попытки связаться с девушкой ни к чему не приводили, парень слышал или классические длинные гудки или малоубедительные отговорки. Словом, если она и отвечала, то тут-таки просила перезвонить позже, ссылаясь на занятость и катастрофическую нехватку времени.

Так и в тот день, жди, мол, сообщу…

Трижды казалось, что все получится, договаривались о месте, времени, он приходил, она нет. Связаться опять-таки не удавалось. Однажды случилась обратная ситуация. Вдруг и без какого-либо повода Вега прислала сообщение, заявив, что ждет его в кафе. Просто так, средь бела дня. Да, он сбежал с занятий, рискуя навлечь на свою голову массу неприятностей. Чуть не бегом примчался на противоположный конец довольно-таки большой станции, влетел в полутемное помещение любимого заведения. Как несложно догадаться, ее в зале не было, не было и внятного понимания случившегося. Лишь на следующий день выяснилось, что у нее выдалось несколько свободных минут, в которые курсант попросту «не вложился».

Все это угнетало и задавливало настроение. С каждым днем прогрессировала апатия. Он скучал, мечтал ее увидеть, но не мог ничего сделать, чтобы приблизить этот миг. Оставалось надеяться лишь на выпускной вечер благо, тот уже не за горами.

Кадетский бал. Еще одна дань традиции. Можно с уверенностью заявить, что достаточно фривольные собрания с легкими закусками и бесконечными танцами проводились всегда. Все учебные заведения, которые имели хоть малейшее отношение к вооруженным силам, практиковали подобные развлечения. Правда, как утверждают историки, в процессе эволюции данное действо растеряло всю свою живость, яркость и красочность. Есть что-то искусственное в мероприятии, где офицеры сплошь в парадных мундирах, их же очаровательные спутницы все как одна в бесформенных однотипных комбинезонах…

Причиной тому капризы моды. Странное дело, но где-то в пресловутом пробеле безвозвратно исчезла женская ее составляющая. И именно исчезла! Стоит полюбопытствовать у любого специалиста по прошлым векам, тот сразу и без раздумий сообщит, что давно когда-то понятие стиля и красивой одежды в первую очередь ассоциировалось со слабым полом. Так было, теперь же мир будто перевернулся. Все унылое, утилитарное и однообразное. Военные остались единственной прослойкой общества, что умудрилась сохранить франтовскую парадную форму и та разительно отличалась от ежедневной одежды.

То же утверждала и Вега. Еще в те времена, когда встречи случались гораздо чаще…

– Да, и это доподлинно известно! Нередко на дисках обнаруженных нами серверов встречаются архивы старых журналов. Чуть не половина из них о моде и в каждом просто-таки толпы красавиц в умопомрачительных одеяниях. Смотришь и поражаешься, как они могли в этом ходить? А та же косметика! Боевая раскраска, наскальная живопись. Нет, не спорю, встречаются образы очень даже ничего, но бывает такое… – девушка медленно покачала головой. – Что тут сказать, в ту пору женская красота была непростым делом. Десятки баночек, скляночек, тюбиков и коробочек, тени, пудры, карандаши. Пока во всем этом разберешься! Сейчас вот осталась одна помада, но это не столько… украшательство, сколько защита…

Блуждающий взгляд Алекса застыл. В глубине его глаз зажглась искорка надежды. Он вспомнил еще один разговор. О Земле, лесах, полях и горах. Из недр памяти выплыл размытый и нечеткий образ другого воплощения красоты – цветка. Взялась за дело фантазия, собрала из разрозненных фрагментов нечто целостное и, кажется, довольно симпатичное. Смекалка подсказала, как из подручных материалов воссоздать столь странный и непонятный предмет.

Курсант отбросил апатию. У него появилась идея. Он придумал, как удивить синеглазую свою подругу. Решил преподнести ей оригинальный и своеобразный подарок. Цветок! Надо только его смастерить, право, это же так просто…

Довольно-таки быстро из обычной трубочки и красной пластиковой ленты удалось сплести то, что рисовало воображение. Алекс внимательно осмотрел свое «рукоделие» и довольный улыбнулся. Да, примерно об этом она ему и говорила.

Все! Лежать, глядя в потолок, он уже не мог. Его буквально распирало. Он во всех красках представлял, как удивится она, как обрадуется. Возможно, захочет дополнить оригинальной деталью монотонный свой комбинезон…

Глава 4. Курс на Землю

«До чего же весело блестят новенькие звезды на погонах! Как играют они отблесками в свете мощных ламп! Казалось, столь незначительная деталь военной формы, а меняет она все, трансформирует!» – размышлял Алекс по пути в родное училище. Он не спешил, шел медленно и даже вальяжно, наслаждаясь уникальным во всех отношениях периодом жизни военнослужащего. Странно это: вроде бы и не кадет уже, но еще и не полноценный представитель столь многоликой когорты младшего комсостава Вооруженных сил.

По всем приметам тот день был необыкновенным, пусть и начался он как обычно – с пробуждающих звуков электронного горна и исключительно рефлекторной на них реакции организма. В то утро особенно остро вчерашний курсант почувствовал себя другим человеком. Вряд ли новым, скорее, более значимым. С каждой минутой, с каждым пройденным шагом это ощущение разрасталось и крепло. Тому благоприятствовали завистливые взгляды молодежи – все еще кадетов, коих немало можно встретить в окрестностях учебного заведения. Завидев счастливого обладателя заветных звезд, те тут-таки переходили на строевой шаг и четко по-уставному отдавали честь. Еще бы, субординация! Это два дня назад парни запросто могли пересечься на дружеских посиделках, где места нет условностям, теперь же… офицер! А вот еще девчонки из расположенного в том же «пузыре» бухгалтерского колледжа, что готовил кадры и для армии. Улыбки, колкие взгляды…

Отшумел прощальный бал. Нельзя сказать, что столь долгожданное мероприятие прошло так, как бы того хотелось Алексу. Увы, Вега не появилась, а «достучаться» до нее так и не удалось. Да, он расстроился, но тут-таки взял себя в руки. Решил оставить все в прошлом и сконцентрироваться на службе. Он ждал распределения, мечтал, чтобы его отправили куда-нибудь на край света, а то и за край. Да просто куда угодно, туда, где он сможет забыть взбалмошную своенравную красавицу.

Учеба действительно закончилась. Уже второй день полным ходом шла отправка недавних курсантов в войсковые части. Количество праздно слоняющихся по территории выпускников уменьшалось с каждым часом. Молодые офицеры, дождавшись своей очереди, разлетались в разные уголки Солнечной системы.

В течение первых суток определились с местом службы почти все начинающие специалисты военно-технического направления. Собственно, к тому самому необыкновенному утру из целого взвода на «базе» оставались лишь четверо. Непростая четверка, «актив», как называл их Перов. Энтузиасты, парни деятельные и энергичные: отличник учебы Алекс, здоровяк Феникс, а с ними неразлучные братья-художники. Тот факт, что друзей оставили «на закуску» наводил на размышления. Похоже, в запасе у командования для них припасено что-то особенное, знать бы еще что!

Алекс зашел в центральный корпус. Машинально махнул рукой на входе, по-военному приветствуя дежурного. Несмотря на то, что офицерское звание в самом буквальном смысле открывало перед вчерашним курсантом двери всех лифтов учебного заведения, привычно ступил на лестницу. Поднялся на седьмой этаж, свернул налево и решительным шагом направился прямо по коридору. Ему назначено на одиннадцать. Кабинет 705. Обычный с виду номер, но вот странность – других выпускников, перед тем как те окончательно покидали стены училища, приглашали на комиссию в комнаты, расположенные двумя этажами ниже…

– Тебя тоже вызвали? – Клод сдержанно поздоровался с другом. Отступил на шаг. Внимательно посмотрел на каждого из товарищей, пожал плечами, улыбнулся. – Слушайте, похоже, нас собираются сослать плюс-минус в одном направлении и я страшно этому рад!

Точно так, у дверей кабинета уже сидели трое из «актива». Молчали, обменивались взглядами, часто посматривали на индикатор над дверью, горевший ровным красным светом. Волновались, не без этого…

– Было бы здорово! Во всяком случае, от вашей компании я бы точно не отказался, – тут-таки согласился Алекс. – Не удалось подглядеть, что там?

– Нет, – хриплым раскатистым шепотом ответил Феникс. – Сидим с полчаса, а дверь так ни разу и не открылась. Я уже нервничать начинаю.

– А вот этого не надо! – Винсент покачал головой. – Держи себя в руках. Твои нервы могут боком выйти и не только тебе…

Индикатор подмигнул, погас на мгновение и снова зажегся, но на этот раз призывным изумрудным светом. Парни разом поднялись, машинально поправили новенькую форму. Дотошно осмотрели друг друга. Пусть что бы ни ждало их с другой стороны двери, выглядеть надо безукоризненно.

Феникс осторожно постучал. Ответа не последовало. Парни переглянулись, дружно кивнули. Здоровяк толкнул легкую металлическую створку. Толпясь, все четверо вошли в кабинет.

Никого. Совершенно пустое помещение. В большие окна мощным потоком вливался искусственный свет, его отблески играли на кристалликах люстры. Точно посредине длинный широкий стол. На нем наваленные друг на друга какие-то плакаты. Вокруг множество расставленных в полнейшем беспорядке стульев. Несколько шкафов вдоль стен. Как бы и все…

Бывшие курсанты немного потоптались у входа и нерешительно прошли вперед. Остановились у стола. Осмотрелись. Беглого взгляда на столешницу было достаточно, чтобы понять – то, что со стороны казалось учебными пособиями, а то и вовсе наглядной агитацией, на деле являло собой карты. Похоже, старые. Большие сильно потертые в местах изгиба листы. Бесформенные цветные пятна на них, какие-то значки, фигурные стрелки, линии. Особого внимания заслуживал материал. Не похож он на пластик, неужели настоящая бумага?

– Земля, – пробормотал Клод. – Классическая топография на основе аэрофотосъемки. Вряд ли то, что все это здесь брошено простая случайность, полагаю, это намек, указание на пункт нашего назначения. А что, я не возражаю. Не думаю, чтобы там было хуже, чем где-нибудь в другом месте…

– Товарищи офицеры, рад приветствовать! – донеслось со стороны двери.

Все четверо непроизвольно вытянулись, звонко щелкнув каблуками, повернулись, следуя привычке, что стала рефлексом, застыли. Это все голос. Знакомый голос, парни слышали его каждый день на протяжении последнего года. Лейтенант Перов. Тот стоял, скрестив руки на груди и, странно улыбаясь, разглядывал недавних своих подчиненных.

– Да ладно вам! Расслабьтесь, – взводный довольно улыбнулся. – Забыли, мы ведь с вами в одном звании. Правда, это ненадолго. У меня новое назначение, со дня на день получу еще пару звезд. Точно, по одной на каждый из погон. В общем, паритет обязательно восстановится, пока же пользуйтесь случаем…

Перов подошел к по-прежнему напряженным выпускникам, крепко пожал каждому руку. Спросил с гротескной серьезностью в голосе:

– Рассказывайте, каково это осознавать, что ты офицер?

– Трудно сказать, еще сами не поняли, – за всех ответил Алекс.

– Ну и ладно. После разберетесь. Так, считаем, с любезностями покончено, перейдем к делу, – лейтенант махнул рукой, мол, рассаживайтесь, кто куда видит. – Прежде всего, давайте договоримся, хоть то, что я собираюсь вам сказать, и не является тайной, старайтесь особо на эту тему не распространяться. Вопрос закрыт?

Парни синхронно кивнули.

– Хорошо. Вкратце обрисую ситуацию. Вы все правильно поняли – нам надлежит отправиться на Землю, – Перов откинулся на спинку стула и посмотрел в глаза внимательно слушавшим его подчиненным. – Да, вы не ослышались, нам! Я лечу с вами. Старшим группы, впоследствии командиром роты. Принято решение создать на базе одного из полигонов полноценное учебно-боевое подразделение технического обеспечения. Основные задачи: борьба с электронно-механическими «дезертирами», проведение исследований в по-настоящему полевых условиях плюс подготовка специалистов из числа действующих военнослужащих. Мне понадобятся толковые взводные, люди, на которых можно будет положиться, собственно, они передо мною. Как вам такой расклад?

– Здорово! – в голосе Феникса прозвучала подлинная радость. – Но зачем так далеко лететь? Можно же расположиться на Титане, слышал, там недавно ЧП случилось со стрельбой…