Настоящая книга

А им всем так хотелось…

Нет, правда! Дую-Ду-Дю начинает издалека. Он рассказывает, что на прародине человечества, давным-давно уничтоженной в войне с неконтролируемым ИИ Земле, люди всегда верили в нечто бессмертное. Сначала высшим существом выступало Солнце или Луна, потом их заменили боги, олицетворявшие дальние планеты солнечной системы и завладевшие умами людей на долгие тысячелетия, а потом люди придумали себе бессмертных людей, якобы рождённых от богов.

Все это было бы довольно глупо, если бы все религии так или иначе не перекочевали в космос и не распространились с человечеством по обитаемой вселенной. Старые забылись, а на их основе родились новые. И везде фигурировали бессмертные люди или бессмертная душа, которая переселялась из тела в тело. И расположение местожительства вечных всегда отодвигалось за границу, которую не могли преодолеть люди. Небо для древних землян, Луна, Солнце для более современных, центр Млечного Пути для добравшихся до Альфа Центавра, Галактика Андромеды для освоивших гиперпространственные технологии. Дую-Ду-Дю так намекает, что никаких богов и бессмертных нет, и если человеку хочется верить в них, то он помещает жилище богов за пределы расстояния, которое в состоянии преодолеть. На что сторонники вечной души всегда возражали: душа же всегда живет внутри… То есть, она рядом.

На основе последней идеи даже получились почти бессмертные люди. Матрица сознания снималась, то есть копировалась на ДНК-накопитель и в реальном времени сохранялась, а потом эта матрица служила основой для нового тела, которое выращивалось с помощью клонирования. Но не все верили, что новое существо полноценный человек. Те из людей, кто не имел достаточно деньжат для подобного воскрешения, создали «Общество защиты от подделок» и всячески пакостили счастливчикам, отчего им пришлось изолироваться на удаленной планете и создать «Общество защищающихся подделок». Всем сразу стало легче, а два общества теперь досаждали исключительно друг другу. Тем не менее, технологии продления жизни существовали, но не были абсолютными. Как минимум, для людей. Сюда попадали как генетические изменения, так и киборгизация тела любой сложности. Некоторые доходили до полной замены конечностей и органов на роботизированные конструкции максимальной сложности, оставляя от тела только мозг, плавающий в сверхзащищённом резервуаре с функцией замены умерших клеток новыми из стволовых. Но всегда мог сломаться как кибернетический остов, так и выйти из строя мозговой резервуар. Именно поэтому Вассерман и искал полноценную замену киборгизации.

И вот тут-то на одной закрытой планете, где находилась невероятно огромная планетарная библиотека, он откопал информацию об очень старом способе перемещения в космосе и о людях, которые передвигаются так с незапамятных времен.

Ветустус не поверил ушам, когда Крейн Ат Локо Вассерман поведал ему об этом. Ведь полеты со скоростью, приближающейся к световой, были давно забыты как крайне непрактичные. Кораблю и экипажу не хватало времени, чтобы достичь какой-то удаленной системы или планеты. В масштабах галактики это было слишком медленно: словно улитка ползла по гигантскому шоссе. Иной раз прилетающие этим способом люди заставали руины, вместо городов. За время полета успевали смениться поколения, а то и целые эпохи, государственные строи, да и сами планеты претерпевали колоссальные изменения.

Но!

Этот способ оказался полезен тем, кто лично путешествовал таким способом. Согласно специальной теории относительности Эйнштейна, время для человека, путешествующего на корабле со скоростью в 0,9 скорости света замедлялось примерно в два раза. В теории, чтобы достичь бессмертия, необходимо было максимально приблизиться к скорости света, но тогда к бесконечности стремилась и масса, отчего такое путешествие становилось невозможным. Но ушлые борцы со старением нашли способ разгонять корабль до 0,95 скорости света, отчего время замедлялось еще сильнее, а также прикрутили к своим кораблям криокапсулы и замораживались на многие годы, пока корабль, словно искорка света, медленно путешествовал из одного конца Млечного Пути в другой.

– Да это бред. – возразил тогда Гирос. – Это не делает людей бессмертными…

– Я не говорю, что делает, – недовольно отрезал Вассерман. – Я говорю, что эти люди раз в сто – двести лет останавливаются, чтобы пополнить топливо, припасы, узнать галактические новости и, конечно, выяснить не шагнула ли наука к истинному бессмертию. Вот они и должны знать тех, кто, возможно, является бессмертными.

– Но как? – удивился Ветустус. – Как они могут это знать?

– Я перетряхну их древнюю базу данных и сравню с современной. – Крейн Ат хищно ухмыльнулся. – Все совпадения буду считать именно бессмертными…

– А я тебе тогда зачем? – не удержался Гирос.

– Как же? – Локо Вассерман скорчил удивленную мину, будто только что вспомнив, что чуть раньше принял на борт преступника. – Ты же лучший виральный штурман-навигатор в этой части галактики? Так?

Гирос осторожно кивнул, наблюдая за реакцией Крейна.

– Ты связываешься своим мозгом с ИИ корабля и помогаешь ему работать. Еще ты отлично знаешь нашу галактику. Вот для этого ты и здесь. Будешь моим штурманом, станешь направлять корабль в поисках древних. Координаты я тебе сообщу, добыл тут недавно в последней точке, где сто тридцать лет назад они заправлялись. Ну так что, ты со мной?

– Я же сказал…

– Отлично! – перебил Вассерман. – Твоя капсула имеет выход для подключения к корабельным виртуальным системам, из нее и будешь управлять. Я только закрою доступ к корабельному вооружению, а то мало ли на какие кульбиты ты способен. Ну… – Крейн удивленно вскинул брови. – Я не понимаю, почему ты еще не подключаешься к кораблю? Давай-давай! Время дорого: у меня встреча с древними. Известны и конечная точка их маршрута и время прибытия! Давай, за дело!

– Есть, сэр, – вполне официально, хоть и недовольно сыронизировал Ветустус и занялся подключением к кораблю Вассермана прямо из своей камеры.

А потом долгие секунды наблюдал смерть древнего космического корабля, который Крейн перехватил у самого края Млечного Пути спустя два с половиной года. Ужас поднимался внутри и заполнял все пространство, отчего даже имитирующие человеческие нейросинаптические связи корабля задрожали, и по корпусу пробежала ощутимая вибрация. На месте космического фрегата древних безмолвно вспыхнуло солнце, поглотившее весь экипаж – пять тысяч триста двадцать человек, и тут же потухло.

Вассерман вычислил, нашел и поймал этих людей просто для того, чтобы уничтожить? И так будет с каждым следующим? Все погибнут, чтобы удовлетворить жажду Крейна в бессмертии? Надо что-то делать! Но как заключенный, изолированный от остального мира, может противостоять человеку, свободному как в перемещении, так и во власти над ним? Есть только один способ… и этим Гирос занимался последние два с половиной года, каждый день, каждый час, каждую секунду, когда Вассерман отвлекался. Теперь нужно только ускориться.

«Зато совсем не скучно», – мелькнула отчаянная и глупая мысль. Уже давно так сердце не колотилось. Лет двести или триста? Даже недавнее приключение у черной дыры не вызвало в душе Ветустуса такого сильного отклика.

Мысли Гироса прервал открывшийся входной шлюз, и пока Вассерман снимал боевой скафандр, Ветустус лихорадочно думал. Он оказался в западне с очень опасным зверем, который, и правда, ни перед чем не остановится, чтобы добыть информацию о бессмертии. А значит…

Это значит лишь одно – в данный момент в опасности сам Гирос, и чтобы изменить расклад нужно быстро думать… Мужчина нырнул в ИИ корабля, когда гермодверь шлюза открылась, и, громыхая металлическими ногами по палубе, вошел Крейн. Даже у киборга, почти лишенного лица, можно было прочитать эмоции. По наклону головы, по слишком частому мерцанию фотоэлектрических глазных имплантов, по агрессивно расставленным рукам и более тяжелой и косолапой походке. Вассерман был очень недоволен. А знай его Гирос на пару столетий дольше, то понял, что он и вовсе крайне зол. Но мужчина ощутил это только когда киборг соединился с ИИ и отключил цифровые текстуры, делающие облик корабля привычным человеку. Рубка с приборами исчезла, и Крейн остался сидеть в полутемном бункере на особо мощной балке среди груды скрепленного металла и всевозможных ребер жесткости. Настоящему крепкому полувоенному, полупиратскому кораблю совершенно не требовалось радовать глаза человека. У него стояла другая, более важная задача – выжить при максимальных нагрузках. Конечно, конструкцию во многих плоскостях окружало энергетическое поле, но, тем не менее, ребра жесткости были важнее эстетической привлекательности, которую привносила виртуализация. Сейчас Крейн Ат снял текстуры, и корабль предстал в первозданном, не украшенном виде.

Гирос поежился: недовольство Вассермана лишь усилилось.

– Гирос, дружок, – зловещим тоном заговорил Крейн. Гирос умножил натиск на ИИ корабля, оставив на разговор с киборгом лишь малую толику сознания. – Я тут поговорил с древними о том о сём, ну, ты видел, – махнул рукой, словно говоря, что Гирос видел, как «круто» тот поговорил с древними. Очередной прием устрашения. – И кое-что я узнал.

– Что же?

Надо отдать должное Крейну, он не стал ходить вокруг да около, а просто вывел в воздухе рядом с собой виртуальный монитор, на котором побежали строчки некоего списка. На отдельной фотографии Гирос узнал себя, на других свою мать и отца, а также более далеких предков.

Стоило поторопиться… Но корабельный ИИ вяло рявкнул, что дальше штурманской части Ветустусу заходить не положено. Гирос улыбнулся, он знал, как общаться с любым ИИ.

– Улыбаешься? – переспросил Крейн Ат. – Тоже заметил? Это старейшая база данных с корабля древних. А вот, – он указал на карточку Гироса, – твоя фотография, под которой значится: Гирос Вайросович Ветустус. А вот карточка Вайроса Ветустуса, а вот – Ийи Ветустус. Не странно ли?

Гирос лишь пожал плечами. Пусть продолжает, ведь главный вывод, который следовал из презентации киборга еще не озвучен, а пока он это делает, у мужчины есть время…

– Не вижу ничего странного.

– А я вижу, – сказал Крейн Ат и помолчал, ожидая, что скажет Ветустус, но так и не дождавшись, спросил прямо в лоб: – Зачем ты меня обманываешь, дружок?

– Ты о чем, Крейн? И в мыслях не было.

– А как же это? Базе данных более полутора тысяч лет. – Вассерман вновь указал на фотографии Ветустусов. – Ты даже при столь явных доказательствах твоей древности будешь отпираться?

– Это не я, – пожал плечами Гирос. – Однофамилец.

– Ага, – кивнул Вассерман, – просто однофамилец с тем же именем и отчеством, а также с поразительно совпадающей физиономией.

Гирос кивнул. Его сейчас больше занимал ИИ корабля и системы, куда тот пока не допускал человека. Нейросинаптический мозг на корабле Крейна был явно более защищён, чем все встречавшиеся ранее. Ветустус с удовольствием потратил бы неделю, чтобы ознакомиться с каждой связью электронного мозга, но времени на дружелюбие уже не осталось. Нужно давить…

– Отлично, – Крейн взмахнул чудовищными киберруками и выхватил из демонстрационного экрана фотографию Гироса, увеличил ее, превратил в трехмерную голографическую проекцию, на спине которой темнело родимое пятно. – Тогда раздевайся. Хотя нет, я помогу.

Вассерман активировал нарукавную панель управления тюремной капсулой. Из стен выскочили сотни лазерных микромодулей, и не успел Гирос испугаться, Вассерман запустил их. Сотни раскалённых огненных нитей маломощного лазера вонзились в Гироса и потянулись вверх и вниз по спирали, разрезая одежду, зажигая волосы и кожу. В нос ударил едкий запах горелой кожи, но мужчина сознанием был сейчас рядом с корабельным ИИ и доламывал его слишком сложную защиту. Боли он не чувствовал даже когда лопнул левый глаз, а кожу во многих места прорезали обжигающие лучи. Наконец, искромсанная одежда спала, полностью обнажив человека, истекающего кровью из сотни похожих ран, которые постепенно, но слишком быстро для человека затягивались и исчезали. На спине у него находилась идентичная проекции родинка.

– Итак, – триумфально воскликнул Крейн Ат Локо Вассерман, разглядывая обнажённого мужчину, – вот и доказательства! Первое – ты есть в древней базе, а то, что это ты, без сомнений – родинка на месте. Могу, конечно, взять биообразец, но, думаю, уже не надо. Второе – слишком быстрая регенерация и отсутствие боли, видимо, следствие способности быстро восстанавливаться. Третье – твое блестящее знание галактики, позволяющее быть лучшим среди штурманов-навигаторов. И, наконец, четвертое – даже в старой базе данных ни у одного из вас не указана планета рождения, из чего я могу сделать вывод, что кто-то ее тщательно скрывает… Ты именно тот, кто мне нужен.

– И что же ты собираешь делать со мной? – спросил Гирос слабым голосом. Большая часть сознания сейчас сражалась с корабельным ИИ.

– Как что? – довольно ухмыльнулся Крейн Ат. – Ты спрашиваешь, что можно сделать с целым человеком? Ты же вот здесь, в плену у меня. Целико-о-ом! Девяносто килограммов чистейшего бессмертного генетического материала! Да мне хватит одной пробы, чтобы взять биологический материал и сделать себе тело! А пересадить туда матрицу разума вообще не проблема – технология давным-давно опробована в «Обществе защищающихся копий». И дальше два варианта: уничтожить тебя, если всё получится, или держать в клетке и брать еще образцы, если не получится. Это очень удачно эрги отловили тебя, а я арендовал, не находишь?

– Ну вот он я, – Гирос раскинул руки, – весь в твоей власти. Пользуйся.

Тут Ветустус дико закричал от перенапряжения, добивая защиту ИИ, а Вассерман принял этот крик за вопль побежденного человека. Он широко улыбнулся тем, что осталось ото рта, обнажив металлические зубы.

– Э нет! Думаешь, все так просто? Я хочу узнать, где находится твоя планета. Зачем? Там зародились бессмертные, там они и живут. А имея такой невосполнимый запас ваших генов, я подчиню Галактику! Сначала разбогатею, продавая биоматериал и права на его использование, а это ниточки. Кто не будет слушаться, тот лишиться лицензии, а значит и жизни. Я стану повелевать людьми, используя бессмертие как оружие…

– Ничего ты не сделаешь, – твердо сказал Гирос и выдохнул с облегчением, осознав, что победил, что вся власть над кораблем целиком в его руках, как и над кибертелом Вассермана. – Ты и сейчас не можешь.

Мужчина рассмеялся, отметив безуспешные попытки Крейна пошевелить конечностями.

– Видел бы ты себя со стороны. Прямо муха, пойманная в сеть. Огромная такая полуметаллическая муха.

– Эй, что ты делаешь?! Отпусти!

– Это не я, – пожал плечами Гирос, и входная панель тюремной капсулы щелкнула, открываясь, а мужчина вышел к киборгу. – Это корабль. Теперь он думает, что ты пленник, а я его хозяин.

– Но как? – прошептал Крейн.

– Ты забыл о втором сознании, – пояснил Ветустус. – Без него невозможно выжить, когда первое отключается. Ну и разве я когда-нибудь стал столь хорошим виральным навигатором? Не-а.

Гирос спокойно подошел к обездвиженному Вассерману, снял нарукавную пластину управления камерой и скомандовал кораблю:

– Проводи заключенного в его капсулу узника.

– Ты не посмеешь! – зло рявкнул Крейн Ат и в полнейшей беспомощности ощущал, как его тело само встало, повинуясь командам подключенного корабля, и пошло в камеру заключения. – Ты ответишь за это!

– А вот и нет, – возразил Ветустос. – Ты сам оплатил в тройном размере залог за камеру, и эргам будет достаточно сигнала датчика, что заключенный умер.

– Нет!

– Да! – подтвердил Ветустос и, смотря уже через экран на пленённого Вассермана, передразнил:

– Да, «Дружок»?

– Нет! Нет! Не надо! – вдруг взмолился Крейн Ат. Я не хочу бессмертия, не хочу знать, где твоя планета, я сотру себе память, я… я… отпущу тебя!

Гирос вновь рассмеялся.

– Я уже на свободе и плюс – у меня твой корабль. Ну и… неужели ты думаешь, что я отпущу чудовище, только что уничтожившее пять с лишним тысяч ни в чем не повинных людей, на свободу? Заблуждаешься!

– Теперь же я тебе кое-что расскажу о бессмертии, как и обещал, – после непродолжительной паузы продолжил Гирос, настраивая панель управления камерой. – Бессмертие никогда не дается просто так. Это лишь очередная ступень эволюции моих предков, если хочешь, ведь ты и я различны, словно примат и человек. И эволюция, чтобы мы не сгинули на очень и очень недружелюбной планете, решила настроить наш организм иначе, но перед этим миллионы моих предков прожили ужасную, неимоверно трудную жизнь и приняли не менее страшную смерть. Предки, как и другие переселенцы с Земли, отправились на очередную экзопланету, но звезда, вокруг которой обращалась планета, постепенно сделалась красным гигантом, расширившись почти до орбиты родной планеты, и все эти преобразования с планетой – жар, пар, высвободившийся из ледников, а из-под коры агрессивные газы – создали из планеты настоящий Ад, а у людей запустили феноменальный процесс мутаций. Теперь наши гены отличаются от ваших слишком значительно, чтобы комбинировать их с вместе, а сознание двойное. Ваше сознание в нашем мозгу растворится, словно микрокод в полноценном ИИ. Ты понимаешь? Прежде чем стать бессмертными, мои предки вынесли невероятные муки и поставили несметное количество памятников павшим в борьбе с родной планетой. И бессмертие было бы наградой, не шатайся по Галактике такие как ты: страждущие вечности. Я не зря тебе рассказал о тихоходках и о их тайном желании. Мы, как и следует из той истории, не хотим, чтобы о нас знали люди! Мы боимся: наше желание, как ни странно, совпадает с желанием навсегда исчезнувшей тихоходки. А она лишь хотела, чтобы никто не знал о ее выдающихся особенностях. Да-да! Тысячелетия борьбы со смертью не должны пропасть даром из-за таких как ты. Поэтому, мы избавляемся от вас.

– Нет! – замотал головой Вассерман, но Гирос уже нажал кнопку на пульте, и пламя скрыло лицо киборга. Камера на время превратилась в мини крематорий. Пройдет пол часа, и от Крейн Ат Локо Вассермана останется лишь груда металла и горсть пепла.

– Какое странное имя: «Крейн Ат Локо Вассерман», – сказал вслух Гирос, разворачиваясь к вновь созданной голограмме виртуальной рубки управления. – То ли Ветустус, что с древнеземного значит: Древний.

***

В журнале «Тайная Вселенная», выходящем на удаленной и отсталой планете Вудсток, журналист-уфолог Семен Роберштейн раз в год излагает свою безумную теорию появления и жизни бессмертных: «Однажды группа колонистов со старой Земли оказалась в безвыходном положении перед расширяющимся солнцем новой планеты. Без возможности улететь, им пришлось выживать и приспосабливаться. Постепенно нарастающие сложности из-за разрастающегося красного гиганта сделали из них бессмертных существ, которые эволюционировали за считанные тысячелетия. Потом красное солнце уничтожило их планету, и бессмертные расселились по Галактике, где живут и по сей день, принужденные скрываться от обычных людей, так как для простых смертных нет ничего желаннее бессмертия».

Но теория эта ничем не подкреплена, поэтому навсегда останется лишь теорией, а Роберштейн – безумным сказочником, осмеянным серьёзным научным сообществом.