Оборотень среди людей

Найденыш

Сильный дождь барабанил по крыше машины, и дворники едва справлялись с потоками воды. Ночь была темной, дорога пустынной, а густые леса, раскинувшиеся по обе стороны трассы, выглядели мрачно и таинственно. Алекс вел машину медленно, стараясь разглядеть путь впереди, когда внезапно его жена, Лиза, вскрикнула:

— Алекс! Смотри!

Фары осветили маленькую фигуру, сидящую прямо у обочины. Это был ребенок. Он выглядел таким маленьким и беспомощным, скрючившимся на мокрой земле. Лиза уже отстегивала ремень, когда Алекс притормозил и включил аварийные огни.

— Господи, ребенок! — Лиза выскочила из машины, несмотря на дождь, и подбежала ближе.

Мальчик был бос, его кожа была покрыта грязью, а длинные, спутанные волосы свисали до плеч. Одежды почти не было — лишь какие-то старые тряпки, больше похожие на клочки меха. Он выглядел как дикий зверек, застывший в страхе перед светом фар.

Алекс выбежал следом за женой.

— Эй, малыш… ты в порядке? — осторожно спросил он.

Но мальчик не ответил. Он просто смотрел на них огромными серыми глазами, полными чего-то необъяснимого — не страха, не отчаяния, а чего-то древнего, почти звериного.

— Мы не можем оставить его здесь, — решительно сказала Лиза. — Посмотри на него. Кто знает, сколько он тут пробыл?

Алекс кивнул. Он понимал, что другого выхода нет. Осторожно, словно боясь спугнуть мальчика, он протянул руку, но тот даже не пошевелился. Его тело было холодным, но он не дрожал. Будто знал, что выживет в любой ситуации.

— Ладно, малыш, поехали с нами, — мягко сказал Алекс и, подхватив ребенка на руки, понес к машине.

Мальчик не сопротивлялся, не издавал ни звука. Лишь его взгляд изучал людей, словно он пытался понять, кто перед ним.

Больница была почти пустой в столь поздний час. Врачи осмотрели мальчика, но так и не смогли найти у него травм, кроме царапин и множества синяков. Самое странное было в другом — он не говорил. Совсем. Даже не пытался издавать какие-либо звуки.

— Возможно, он пережил сильный стресс, — сказал доктор, пожилой мужчина с седыми висками. — Или он вообще никогда не учился говорить. Вы сказали, нашли его в лесу? Это очень странно.

Лиза держала мальчика за руку, а тот просто сидел на больничной кушетке и молча разглядывал кабинет. Его взгляд был внимательным, почти гипнотическим.

— Мы сообщили в полицию, — добавил врач. — Если родители объявятся, их найдут.

Но прошли дни, затем недели, а никто не искал этого ребенка. В полиции проверили все заявления о пропаже детей, но ничего подходящего не нашли. Будто мальчик появился из ниоткуда.

Лиза и Алекс не могли оставить его. Они оформили все документы и усыновили его, назвав Эваном.

Их дом находился в Канаде, в небольшом городке, окруженном дикими лесами. Это было идеальное место для жизни — тихое, спокойное, с чистым воздухом и просторными парками. Иногда сюда заходили дикие животные — лисы, волки, даже медведи. Но никто из местных не боялся их: люди давно научились сосуществовать с природой.

Эван быстро привык к новой жизни, но оставался необычным ребенком. Он редко говорил, хоть Лиза старалась его обучить. Он был слишком наблюдателен, слишком тих, а иногда казалось, что он понимает больше, чем должен.

Больше всего он любил гулять в парке. Он мог часами сидеть под деревьями, прислушиваясь к шорохам леса. Иногда он замирал, будто ловил какой-то звук, недоступный человеческому уху.

Однажды Лиза застала его, когда он стоял у окна ночью и смотрел в темноту. Его глаза казались серебристыми в лунном свете.

— Ты не боишься? — спросила она, подходя ближе.

Мальчик повернулся к ней и заговорил.

— Они пришли, — шепнул он.

Лиза не сразу поняла.

— Кто пришел, милый?

Эван посмотрел в лес.

— Волки.

И в этот момент из темноты раздался протяжный, завывающий вой.

Зима в маленьком канадском городке была суровой, но Эван любил её. Пушистый снег покрывал крыши домов, деревья окутывались сверкающей коркой льда, а воздух был свежим и звенящим. Ему исполнилось пять лет, и за эти годы он уже привык к своему новому дому, к заботливым родителям и к жизни среди людей. Однако внутри него всегда жило что-то иное, что-то, что он не мог объяснить.

В тот вечер Эван сидел у окна, закутавшись в теплое одеяло, и внимательно смотрел на улицу. Окно покрывалось инеем, но ему было всё равно — он ждал.

И вот оно случилось.

Из темноты показались силуэты. Волки.

Их было не меньше десяти. Они двигались неспешно, уверенно, проходя по главной улице города. Их серые тени скользили под фонарями, отбрасывая причудливые отблески на снег. Иногда они скулили, то поднимали головы вверх и выли на луну, словно пытались что-то сказать миру.

Город замер. Люди знали, что делать. Кто-то прятался в домах, кто-то замирал в своих машинах, выключая фары. Никто не хотел провоцировать диких животных. Но никто и не стрелял, не гнал их прочь — это было не первое их появление. Волки приходили редко, но их визиты оставляли после себя тревожное чувство.

Эван не мог оторвать взгляд. Они были такими красивыми — сильные, грациозные, загадочные. Он знал их по книгам, постерам на стенах своей комнаты, по мягкому пледу с волчьими узорами. У него была любимая игрушка — серый плюшевый волк, которого он всегда держал рядом, даже во сне.

— Они такие… прекрасные, — прошептал он, не отрывая глаз от стаи.

Лиза села рядом, обняла его, но в её движениях не было тревоги. Она привыкла к странным пристрастиям сына, его любви к дикой природе.

— Не бойся, милый, — сказала она мягко. — Они просто пройдут мимо. Иногда они заходят в город, но никого не трогают.

Эван повернул к ней свой серьезный взгляд.

— Мам, я не боюсь. Я их обожаю.

Она улыбнулась, погладила его по голове. Но внутри неё всё же осталась тень беспокойства. Взгляд сына… Он был не таким, как у обычного ребенка. В нём читалось не просто восхищение, а что-то большее — что-то, что она не могла понять.

Тем временем волки продолжали свой путь. Они не бежали, не суетились, а двигались уверенно, словно знали, куда идут. Их глаза, отражающие свет фонарей, мерцали в темноте.

И вдруг Эван заметил нечто странное. Они искали. Их движения не были хаотичными, не были простым брожением. Они вынюхивали что-то, прислушивались, переглядывались между собой.

«Кого же вы ищете?» — подумал мальчик.

Он прижался ладошками к стеклу, сердце забилось быстрее. Один из волков — крупный, с серебристым мехом — остановился прямо напротив их дома. Он поднял голову, посмотрел на окно.

На Эвана.

И в этот момент мальчик почувствовал что-то странное. Как будто он слышал не просто вой — он понимал его. В глазах зверя читалось нечто большее, чем просто звериная дикость. Там был разум, осмысленность… И какая-то древняя, почти родственная тоска.

Эван не мог объяснить, но он знал — этот волк смотрит именно на него.

Вдруг раздался резкий гудок машины — кто-то случайно нажал на сигнал. Волки вздрогнули, и серебристый волк отвёл взгляд. Через мгновение стая растворилась в темноте, скрываясь в парке за городом.

Но Эван знал — это был не последний их визит.

Прошло два года, и Эвану исполнилось семь. В тот день семья отправилась в большой город, чтобы посетить зоопарк. Это был первый визит Эвана в такое место, и он с нетерпением ждал встречи с тиграми, львами, слонами, но больше всего — с волками и медведями.

Долгая дорога утомила мальчика. В машине он то засыпал, убаюканный движением, то просыпался, чтобы рассматривать природу за окном. Он любил лес, но родители запрещали ему гулять там одному. Он часто получал строгие предупреждения, но всё равно тянулся к дикой природе.

Наконец, они прибыли в зоопарк. Эван с жадностью впитывал каждое мгновение: высокие вольеры, огромные животные, голоса людей вокруг. Они долго гуляли, рассматривая экзотических зверей, и наконец дошли до вольера с волками.

Один из волков сразу привлёк внимание Эвана. Он был крупным, с густой серой шерстью, а его взгляд был суровым, жестким и уверенным. Когда их глаза встретились, волк резко бросился к решетке, заставив посетителей ахнуть.

Но Эван не испугался.

Мальчик и волк смотрели друг на друга. В этом взгляде читалась боль, тоска, зов. Эван чувствовал, как волк кричал ему без слов: «Помоги мне, спаси меня». Он видел сквозь эти глаза всё, что чувствовал зверь — заточение, одиночество, тоску по свободе.

У Эвана по щеке скатилась слеза.

Волк заскулил.

Вокруг люди начали смеяться, обсуждать увиденное, шутить. Но Эвану было не до смеха. Он видел то, что другие не могли понять.

После зоопарка они поехали домой. Но Эван знал — он никогда не забудет этот взгляд волка.

Первый день в школе стал для Эвана настоящим испытанием. Хотя он уже освоился в жизни среди людей, в стенах учебного заведения он чувствовал себя чужим. Дети, с их звонким смехом и бесконечными разговорами, были для него загадкой. Он не понимал их шуток, не умел поддерживать болтовню о мультфильмах или компьютерных играх. Чаще всего он молчал, слушая и наблюдая.

Но дети быстро чувствуют тех, кто не похож на них. Сначала это было легкое недоумение, затем любопытство, а потом и откровенные насмешки. Его называли «волчонком» из-за диких, непослушных волос и отстраненного поведения. Иногда дразнили за слишком серьезный взгляд, за то, что он не реагировал на шутки или слишком быстро двигался, когда играл в догонялки.

Эван не злился, но чувствовал себя одиноким.

— Просто будь собой, — говорила ему мама. — Настоящие друзья найдутся, не переживай.

Но время шло, а друзей у него не прибавлялось.

Спорт как путь к уважению

Когда Алекс увидел, что сыну тяжело, он решил действовать.

— Спорт — лучший способ стать сильнее, — сказал он однажды вечером, садясь рядом с Эваном. — В жизни важно уметь постоять за себя.

Так Эван оказался на первом занятии по борьбе. Он с интересом наблюдал за тренировкой, смотрел, как мальчики боролись, отрабатывали приемы. Тренер — высокий, крепкий мужчина с суровым лицом — внимательно изучал новичка.

— Ты когда-нибудь дрался? — спросил он, оценивая его худощавое, но крепкое телосложение.

Эван покачал головой.

— Ничего, научим, — улыбнулся тренер.

Первые занятия были сложными, но удивительно, что даже без опыта Эван чувствовал, как его тело будто знает, что делать. Он быстро запоминал движения, его реакция была молниеносной. Уже через месяц он мог положить на лопатки ребят, которые занимались вдвое дольше его.

Тренер не мог не отметить его талант.

— У тебя звериное чутье, парень, — сказал он после очередного спарринга. — Ты двигаешься так, будто предугадываешь действия противника.

Эван не знал, как объяснить это. Он действительно чувствовал, как противник собирается атаковать, как будто слышал его мысли.

Новый вызов

Вскоре Алекс предложил ему попробовать себя в американском футболе.

— Это командная игра, сын. Она научит тебя не только защищаться, но и доверять другим.

Эван не был уверен, что командная работа — его сильная сторона, но согласился.

И снова оказалось, что он силен. Он был быстрее других, предугадывал движения игроков, умел уклоняться, словно ощущая их приближение спиной. Сначала одноклассники смотрели на него настороженно, но когда он принес первые победы команде, всё изменилось.

Парни начали уважать его, звать на тренировки, советоваться. Девушки заметили его тоже — его резкие, чуть дикие движения, взгляд, в котором читалась сила.

К пятнадцати годам он был одним из лучших спортсменов школы. В борьбе ему не было равных, а в футболе он стал звездой команды.

Теперь все хотели быть рядом с ним.

Возвращение к одиночеству

Но что-то внутри Эвана оставалось неизменным. Даже когда его окружали друзья, когда девушки пытались привлечь его внимание, он все равно чувствовал себя немного чужим.

Иногда, глядя в зеркало, он видел в своих глазах что-то дикое, необъяснимое.

Иногда ночью он слышал вой в лесу за городом.

И тогда ему казалось, что его по-настоящему понимают только те, кто ждет его там, в темноте.

Новенькая

Осень в Канаде была особенной. Воздух наполнялся терпким запахом прелых листьев, прохладный ветер гнал облака по небу, а вечера становились длиннее и темнее. Эван любил это время года, потому что оно было похоже на него самого — спокойное, но полное скрытой силы.

В школе начался обычный день, и он не ждал ничего нового. До тех пор, пока на пороге класса не появилась она.

Учительница улыбнулась, жестом пригласив девушку войти.

— Класс, у нас новая ученица. Встречайте, это Селена Вудс.

Она сделала несколько шагов вперед, оглядывая учеников. И в этот момент Эван почувствовал что-то странное.

Она была другой.

Высокая, стройная, с пластичной, почти кошачьей грацией. Её длинные темные волосы падали на плечи, завиваясь естественными волнами. Они не были гладкими, как у многих девушек, а обладали легкой небрежностью, будто ветер всегда играл с ними. Глаза — золотисто-янтарные, глубокие, наполненные чем-то древним и необъяснимым. Они казались слишком серьезными для её возраста.

Селена носила простую, но стильную одежду: тёмные джинсы, белую футболку и кожаную куртку. Её движения были точными, как у хищницы, а в её взгляде читалась некая отстраненность. Она не выглядела испуганной или неуверенной, как многие новенькие. Нет, наоборот — казалось, что это не она оказалась в новом месте, а все остальные попали в её мир.

— Привет, — коротко сказала она, не улыбаясь, но её голос был приятным, чуть хрипловатым, как у тех, кто привык говорить тихо, но уверенно.

Эван не мог оторвать от неё глаз.

Что-то в ней было… не таким, как у всех.

Учитель указал на свободное место за одной из парт.

— Селена, садись туда.

Она прошла мимо, и на мгновение их взгляды встретились. Эвану показалось, что её янтарные глаза чуть сузились, словно она что-то почувствовала. Сердце замерло, но она отвернулась, будто ничего не произошло.

Странное притяжение

Весь день Эван ловил себя на том, что снова и снова смотрит на неё. Но не только он. В классе все обратили внимание на новенькую. Парни перешёптывались, девушки украдкой разглядывали её с любопытством и, возможно, с ноткой зависти. Но Селена держалась обособленно. Она не старалась завести друзей, не пыталась угодить, просто была собой — загадочной, неприступной.

Во время обеда Эвану показалось, что она всё же не так безразлична ко всему, как хочет казаться.

Она не пошла в столовую, а вместо этого вышла на улицу и уселась на скамейке во дворе школы. Её волосы слегка трепал ветер, но она даже не пыталась их поправить. Она смотрела вдаль, в сторону леса, что начинался сразу за школьным забором.

Эван почувствовал странное желание подойти к ней.

«Но зачем? Она ведь просто новенькая».

И всё же ноги сами понесли его вперёд.

Он сел рядом, на небольшом расстоянии. Селена не повернулась, но он знал — она его заметила.

— Ты не ешь? — спросил он, нарушая тишину.

Она усмехнулась и слегка наклонила голову, не глядя на него.

— А ты?

Он пожал плечами.

— Не люблю толпу в столовой.

Она чуть улыбнулась.

— Да, я тоже.

Несколько секунд они просто молчали. И вдруг Эван ощутил нечто странное.

Это чувство было ему знакомо. Такое же, как в тот день, когда он встретился взглядом с волком в зоопарке.

Что-то внутри Селены было… диким.

Он не знал, что это значит, но одно понял точно — она не просто так оказалась здесь.

И он ещё узнает её тайну.

Эван продолжал сидеть рядом с Селеной на скамейке, разглядывая её боковым зрением. Она всё так же смотрела в сторону леса, словно он звал её.

— Так откуда ты приехала? — наконец спросил он.

Селена медленно перевела на него взгляд, её янтарные глаза слегка блеснули на солнце.

— Из маленького городка в горах. Мы с семьёй переехали сюда пару недель назад, — ответила она спокойно.

— А почему переехали?

Она чуть заметно пожала плечами.

— Родители хотели сменить обстановку. А ты? Ты здесь родился?

Эван усмехнулся.

— Нет… Меня нашли в лесу.

Он внимательно наблюдал за её реакцией. Обычно, когда он говорил об этом, люди либо недоумевали, либо испытывали к нему жалость. Но Селена лишь кивнула, будто такой ответ её не удивил.

— Значит, лес для тебя как дом?

— Наверное… — Эван на секунду задумался. — Меня всегда туда тянуло. Мне там легко дышится. Иногда кажется, что я понимаю его…

Селена улыбнулась.

— Тогда пойдём?

— Куда?

— В лес.

Эван удивлённо поднял брови, но уже через секунду почувствовал внутри лёгкое волнение. Она предложила ему именно то, что он бы сам предложил, будь у него шанс.

— Почему бы и нет, — сказал он, вставая со скамейки.

Селена поднялась следом, её движения были плавными, точными. В ней было что-то дикое, почти животное, и Эван чувствовал это всем нутром.

Тайны леса

Они пробрались через школьный двор, затем пересекли небольшую лужайку и вскоре оказались у кромки леса. Осенние листья хрустели под ногами, воздух был наполнен запахом влажной земли и хвои.

Эван чувствовал себя спокойно, свободно. Он любил бродить среди деревьев, прислушиваться к звукам природы, ощущать лёгкий ветер на лице. Но с Селеной это было… иначе.

Она двигалась бесшумно, как будто её шаги не касались земли. Казалось, она была здесь не в первый раз.

— Ты уверена, что это хорошая идея? — спросил Эван, когда они углубились в чащу.

Селена чуть повернула голову.

— Ты же сам сказал, что лес для тебя как дом.

— Да, но… — он замолчал. Внутри было странное ощущение — одновременно знакомое и новое.

Ему не хотелось уходить. Он хотел быть рядом с ней.

Они шли молча, пока не оказались на небольшой поляне. Солнце пробивалось сквозь ветви, создавая игру теней на земле.

Селена остановилась, вдохнула полной грудью.

— Чувствуешь?

Эван нахмурился.

— Что?

— Спокойствие, — её голос стал тише. — Здесь нет шума города. Нет фальши. Только мы и природа.

Эван смотрел на неё и понимал: она точно знала, о чём говорит.

— Ты… любишь лес?

Селена усмехнулась.

— Можно и так сказать. Он часть меня.

Она снова посмотрела ему в глаза, и Эван почувствовал, как что-то внутри щёлкнуло. Как будто их связывало невидимое притяжение.

Опоздание

Время пролетело незаметно. Они говорили обо всём и ни о чём, делились мыслями, иногда просто молчали, слушая ветер.

Эван не мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя так легко с кем-то.

Но внезапно он посмотрел на часы и понял, что прошло уже слишком много времени.

— Чёрт! — выдохнул он.

Селена только усмехнулась.

— Кажется, мы опоздали.

Они развернулись и быстрым шагом направились обратно.

Когда они вошли в школьный коридор, урок уже начался. Эван открыл дверь, и на них тут же обрушился строгий взгляд учительницы.

— И где это вы были? — её голос был холоден.

Эван быстро прикинул, стоит ли врать, но Селена опередила его.

— Мы заблудились, — спокойно ответила она.

Учительница нахмурилась.

— В школьном дворе?

— Мы… решили прогуляться перед уроком, — вступил Эван. — Но не рассчитали время.

— Присаживайтесь. И чтобы больше такого не повторялось.

Они прошли в класс, и тут же за их спинами раздался смешок.

— Ага, заблудились… — протянул один из парней.

— Может, просто нашли укромное место? — добавил кто-то ещё.

— Эван, ты что, уже подкатываешь к новенькой?

Класс засмеялся, а Эван лишь закатил глаза и уселся за свою парту.

Но перед тем, как отвернуться, он заметил, как Селена мельком взглянула на него.

Она чуть улыбнулась.

И он тоже.

Родное

Когда Эван был маленьким, он часто задавался вопросом, как могли выглядеть его настоящие родители. Люди, оставившие его одного в лесу, среди дикой природы. Он не помнил их лиц, не знал их имён. Всё, что у него было, — это тёплый дом, забота и любовь тех, кто его нашёл.

Алекс и Лиза — единственная семья, которую он знал. Они подарили ему новый мир, дали всё, что могли.

Но чем старше он становился, тем больше замечал, насколько он был не похож на них.

Алекс — отец, который всегда рядом

Алекс был человеком, внушавшим уважение. Высокий, крепко сложенный мужчина с широкой грудью и сильными руками. Когда он заходил в комнату, его присутствие ощущалось сразу — не из-за громкости голоса или властного характера, а из-за той уверенности, которую он излучал.

Его лицо было обветрено и слегка покрыто морщинами, особенно у глаз — следствие постоянной улыбки. Тёмные волосы с сединой на висках, густая борода, которую он аккуратно подравнивал каждое утро.

Алекс работал механиком. Он мог починить всё — от машины до сломанной полки. Его руки всегда пахли маслом и металлом, а голос был глубоким и тёплым.

Он редко говорил много, но каждое его слово имело вес.

— Эван, в этом мире важно уметь за себя постоять, — сказал он однажды, когда мальчик пришёл домой после драки в школе. — Но ещё важнее знать, когда нужно драться, а когда лучше отступить.

Эван всегда слушал его. Алекс не просто говорил — он показывал пример.

Именно он записал Эвана в секцию борьбы и в команду по американскому футболу. Он понимал, что мальчик отличается от сверстников, видел в нём что-то дикое, необузданное.

Но никогда не спрашивал.

Он просто был рядом.

Лиза — мать, которая согревала

Лиза была полной противоположностью мужа. Хрупкая, с утончёнными чертами лица, она словно излучала свет. Длинные светлые волосы, которые она почти всегда заплетала в косу, мягкие карие глаза и лёгкий голос, от которого сразу становилось тепло.

Она работала в библиотеке и обожала книги. Её руки всегда пахли бумагой и кофе.

Лиза научила Эвана любить чтение. В детстве она читала ему сказки о животных, истории о героях, путешественниках, мифах древнего мира.

— Книги — это двери в другие вселенные, — говорила она, когда он был ещё маленьким.

Она была мягкой, доброй, но в ней скрывалась огромная сила. Она всегда защищала Эвана, если кто-то пытался его обидеть.

Когда он приходил домой грустный после школы, она садилась рядом, гладила его по волосам и говорила:

— Ты особенный, Эван. Просто ещё не все это видят.

Она никогда не говорила про его прошлое. Никогда не пыталась навязать ему свою версию истории.

Она просто любила его.

Семья, которая стала его домом

Они были разными, но вместе создавали идеальный баланс.

Алекс учил Эвана силе, твёрдости, дисциплине. Лиза — доброте, терпению и мудрости.

Они были обычными людьми. Не героями, не волшебниками.

Но для Эвана они были самым важным, что у него было.

Даже когда он начал чувствовать в себе что-то странное, когда его начали преследовать сны о лесах и ночных тенях, когда в груди стало нарастать ощущение дикости…

Он знал: его родители всегда будут рядом.

Дом, в котором жил Эван, был таким же, как его родители — простым, но тёплым. Он стоял на окраине городка, совсем рядом с лесом, и казался частью природы. Небольшой, но уютный двухэтажный дом с деревянной отделкой и крышей тёмно-серого цвета. Летом он утопал в зелени, а зимой покрывался пушистым снежным покрывалом.

Во дворе стояло несколько старых деревьев — клены, сосны и пара яблонь, которые весной усыпались белыми цветами. Под крыльцом всегда валялись дрова для камина, сложенные аккуратными стопками. А рядом стояла небольшая мастерская Алекса, где пахло машинным маслом, железом и древесной стружкой.

Внутри дом был ещё уютнее.

Гостиная — сердце их дома. Большой диван, старая деревянная мебель, книжные полки, заполненные Лизиными книгами. На стене висели семейные фотографии, среди которых была и одна, сделанная сразу после того, как они усыновили Эвана. Он был ещё маленьким, сидел на плечах у Алекса, а Лиза стояла рядом, смеясь.

Кухня — место, где всегда было тепло и пахло выпечкой. Лиза любила готовить, а Алекс — сидеть за деревянным столом, наблюдая за ней.

Комната Эвана находилась на втором этаже. Там царил легкий беспорядок, на стенах висели постеры с волками и картинами леса. На столе лежали книги о животных, а на кровати неизменно сидела его старая плюшевая игрушка — серый волк, с которым он не расставался с детства.

Рядом с домом, в гараже, стоял верный железный друг Алекса — его старая "Chevrolet Silverado" 1998 года. Большой, надёжный пикап, который служил ему уже долгие годы. Цвет её некогда был чёрным, но со временем выгорел, а местами появились следы ржавчины. Однако двигатель работал исправно, и Алекс всегда говорил: