Рамуанка. Непростая невеста

Словно прочитав мысли девушки, Влад остановился у небольшой речушки. Водоем этот достаточно необычен: почти весь он скрыт под слоем крупных камней. Посмотришь между валунами – видно журчащую воду, вот только рукой до нее не дотянуться.

Интересно и то, что с той стороны, откуда пришел Влад, к самому руслу простиралась достаточно богатая растительность. За полоской густой не слишком высокой травы, не меньше ста шагов шириной, слегка покачивался от ветерка лес.

Другой берег, по большей части, покрыт растущим на валунах мхом. Кое-где пытаются выжить чахлые деревца, которые, по мере удаления от водоема, вовсе исчезают. Начинается долгий и утомительный подъем в горы.

Вот на этой границе комфорта и экстрима решил, как догадалась Настя, провести ночь молодой путешественник.

Поняв, что парень сегодня дальше не пойдет – Влад, сбросив рюкзак, принялся собирать дрова, Настя сделала крюк в сторону. Выбрав удобную, заросшую мягкой травой ямку, она улеглась на живот. Положив, для удобства, под подбородок свернутую курточку она решила дождаться, когда он разожжет костер и, будучи уверенной, что застанет его здесь же утром, направиться домой.

Впрочем, закончив с дровами, путешественник не торопился разводить огонь. Он, усевшись на собранный спальник, замер глядя вперед.

«Наверное, сильно устал за день» – решила Настя.

То, что произошло дальше, никак не согласовалось ни с планами девушки, ни того, за кем она наблюдала.

***

Настя дернулась в сторону раньше, чем поняла, что ее испугало – тень, появившаяся перед ней и чуть с боку! Перекатываясь через спину, она увидела тощую фигуру. В следующую секунду девушка уже стояла на ногах.

– Нравлюсь? – явно наслаждаясь производимым впечатлением, спросил неведомо откуда появившийся человек.

Внешность незнакомства могла ввергнуть в шок многих: узкий череп обтянут напрочь лишенной волос кожей. Маленькие, расположенные близко друг к другу и глубоко сидящие глаза над птичьим носом сверкнули малиновым оттенком. Оскал лягушачьего рта украшали редкие, пожелтевшие без ухода кривые зубы, будто специально сколотые до треугольной формы.

Отвратительный субъект, криво ухмыляясь, поигрывал здоровенной дубиной.

Позже читатель узнает, что Настя могла, с легкостью, избежать столкновения, но от испуга растерялась на столько, что не воспользовалась этой возможностью…

– Помогите! – в сдавленном крике девушка не узнала собственный голос.

Меж тем урод с дубиной приступил к нападению. Впрочем, то ли он все время спотыкался, то ли Настя оказалась достаточно проворной – ни одна атака не достигла цели. Деревяшка, проносясь в сантиметрах от лица или над головой девушки, ни разу не задела ее.

– Беги! – услышала она голос спешащего на помощь парня.

Мысль о том, что за нее кто-то решил заступиться, помогла унять панический страх. Девушка повернулась и вялой походкой заковыляла в сторону леса. Через несколько шагов поступь приобрела твердость. Настя, наконец, смогла побежать. Лишь однажды она, на миг, обернулась и увидела, как парень что-то швырнул в поворачивающуюся к нему рожу. После этого она просто неслась со всей скоростью, на которую только способна.

Беглянка не могла бы с уверенностью сказать, сколько времени петляла меж стволов, перепрыгивала через корни и кое-где выступающие камни. Остановило ее падение.

Не заметив очередной булыжник она, споткнувшись, кувыркнулась вперед. В результате девушка больно ударилась лбом о дерево и, отскочив назад, упала на спину. Надеясь, что за ней никто не гонится, осталась лежать, прислушиваясь к происходящему вокруг.

Теперь, уважаемые читатели, я предлагаю оставить Настю собираться с мыслями и вернуться немного назад во времени – к тому моменту, когда Влад закончил собирать дрова.

***

Настя, конечно же, была права в том, что парень порядочно устал. Целый день, почти без остановок, шагать по лесу таща за плечами увесистый рюкзак – занятие способное утомить кого угодно.

По этому, заготовив необходимое для приготовления ужина и завтрака, количество дров парень позволил себе перевести дыхание.

«Сегодня я и так молодец» – похвалил себя мысленно путник – «обычно сюда мы только к обеду второго дня добираемся. Пожалуй, пора дать отдохнуть уставшему организму: посидеть на месте, отдышаться, насладиться чудесными видами».

Погода в этот день стояла отличнейшая, да и момент для отдыха выдался самый подходящий.

Ветра почти не ощущается. Дневная жара уже спала, а вечерняя прохлада еще не подобралась – ночью, в этих местах, даже в середине лета зябко. Сиди себе да смотри, как золотистые облачка неспешно приближаются к хребту, который завтра предстоит штурмовать. Напоминающее испеченный мамой блин солнце уже почти коснулось, вдали, огромного валуна чем-то походящего на сидящую кошку. Какая-то колышущаяся дымка рассеивала его лучи – глазам совсем не трудно было смотреть на уходящее к другим людям светило.

Влад мог бы еще долго сидеть вот так, погрузившись «в себя» и отдыхать, но, к сожалению, покой его был прерван неприятнейшим обстоятельством:

– Помогите! – донесся до него испуганный голос.

«Это что еще за сюрприз?» – подумал он, поднимаясь на ноги – «неужели я здесь не один?»

Обернувшись на повторившийся призыв, Влад увидел картину насколько неожиданную, для этих диких мест настолько же ужасную сутью происходящего:

Примерно в двухстах шагах от него, почти у самого края леса, какой-то худющий тип размахивал большой дубиной стараясь ударить невысокую девушку. Она ухитрялась отскакивать от пролетавшей мимо лица лесины, но силы были явно не равны.

«Сегодня ни за что не позволю своему характеру уступить» – сказал себе Влад, спеша на помощь – «мои руки не опустятся перед этим негодяем! Я выручу девочку!»

Прибежав на расстояние, когда Влад мог уже достаточно точно швырнуть камень, он, не сбавляя скорости, подхватил с земли булыжник и запустил его в мосластый затылок.

Получив каменную оплеуху, мужчина прекратил нападение на девушку и обернулся к новому участнику событий.

– Беги!!! – что было сил выдохнул защитник.

Дважды повторять не пришлось – девушка с нарастающей скоростью направилась к лесу, где могла попытаться спрятаться.

За то время пока летел первый камень, Влад поднял с земли следующий. В тот момент, когда нападавший повернулся к парню своей противной ухмылкой, второй булыжник достиг цели – под носом урода показалась кровь.

Впрочем, последнее обстоятельство ни на миг не замедлило агрессора, он продолжил стремительно надвигаться. Когда казалось, что удар по голове неизбежен, парень нырнул под руку нападающего и, проносясь мимо, сумел нанести точный удар под ребра. От этого тычка костлявый драчун охнул, но только и всего.

Развернувшись, Влад увидел вновь опускающуюся на него дубину. Хотя и безрезультатно – он успел прыгнуть в сторону. Оружие, выскользнув из рук нападающего, полетело дальше. Оставшись с пустыми руками, мосластый рванул врукопашную.

Парень решил попытаться еще раз проскочить мимо противника и, схватив его за воротник, швырнуть на землю. В момент, когда Влад выбросил руку в направлении костлявого драчуна, тот повернул голову и чуть присел. Палец угодил точно в красный глаз. Там что-то противно чавкнуло, округу огласил пронзительный крик боли.

Лишение глаза не только не умерило пыл нападающего. Напротив – движения его вдруг стали предельно точными, каждая атака наливалась все большей яростью.

Влад же постепенно уставал. Становилось видно: противник сильней, выносливей и сопротивление будет сломлено. Еще несколько минут продолжалось отчаянное противостояние двоих сражающихся мужчин.

За это время кровотечение из опустевшей глазницы прекратилось и, вскоре, на Влада, обжигая ненавистью, снова смотрели два красных глаза.

В момент, когда парень увидел выросшее око он, на долю секунды, замешкался. Этого времени агрессору хватило, чтобы нанести решающий удар, прямо в и так сильно болевший синяк. Падая, Влад ударился затылком о камень, которые в изобилии встречались на этой поляне. Под головой показалась кровь.

Победитель внимательно осмотрел поверженного противника: пощупал пульс, послушал дыхание, оттянув веко заглянул в глаз. Напоследок, ощупав окровавленный затылок, довольно хмыкнул и побрел прочь.

Поспешу успокоить читателей: с Владом все будет в порядке, а пока, чтобы не нарушать последовательность повествования нужно вернуться к Насте и посмотреть, что она будет делать дальше.

***

Девушка настолько стремительно бежала, что упав, некоторое время с трудом удерживала себя в сознании.

Постепенно легкие, силясь насытить организм кислородом, перестали разрываться, бешеный стук сердца замедлился, мысли прекратили кружиться роем и путаться. Теперь голову все больше занимало беспокойство: как же там ее защитник? Некоторое время посомневавшись, она решилась вернуться на ту злополучную поляну, где оставила Влада дерущимся.

К тому времени когда, зябко поеживаясь, Настя подбежала к распростертому на земле парню, стемнело, но ее зрение позволяло прекрасно видеть при свете ярких звезд. Обнаружив неподвижно лежащее тело молодого человека девушка, как это обычно бывает, подумала самое страшное.

Упав перед парнем на колени она, забыв о том, что за ней кто-то может следить, заплакала в голос. Ожидание уже скорого знакомства, надежда, что она ему понравится, мечты о многих проведенных вместе годах, все рухнуло в миг.

Рыдая, Настя положила мокрое от слез лицо парню на грудь и, к своей радости, почувствовала биение сердца. Склонившись над лицом, она ощутила слабое дыхание молодого человека.

«Значит, он жив!» – мелькнула в ее голове радостная мысль – «но кровь под головой и то, что он без сознания – насколько все серьезно?»

Осторожно попытавшись ощупать затылок, Настя нашла там как минимум большую рану. Хотелось разобраться, цела ли кость, но она боялась, сильно нажимая, сделать хуже.

Пока раненый дышит – Настя смогла бы помочь любому представителю своей расы. С людьми все обстояло сложней: у них нет рамун, которые их дети получают сразу после рождения, а без них ее умения бесполезны.

Рамуны – это микроскопические существа. Они живут в крови хозяина, питаются за счет него, если надо делятся. Взамен они постоянно помогают организму: предотвращают болезни, лечат раны, продляют жизнь, а если их усилить, могут кое-что еще.

В обществе рамуан есть «курандерио». Если бы люди общались с ними, то скорей всего решили, что это кто-то вроде шамана. Живут они обособленно, чем занимаются мало кто, хотя бы примерно, понимает.

Когда в рамуанской семье рождается ребенок отец, как можно быстрей, спешит за одним из них. Получив приглашение курандерио, бросая свои дела, спешит выполнить просьбу молодого папаши. А заключается она в небольшом обряде, в ходе которого младенцу дают выпить несколько капель жидкости, которую курандерио приносит с собой. С этой жидкостью ребенок получает рамуны. Теперь малышу можно дать имя и представить его обществу.

В крайнем случае, если нет возможности обратиться к курандерио, рамуны в организм можно поселить при помощи капельки крови того у кого они есть. Вот только давать их человеку, строжайшим образом, запрещено – за это предусмотрено такое наказание, о котором рамуане даже думать боятся.

Любовь, как известно, способна толкнуть на любые самые безрассудные поступки, заставить нарушить какие угодно строжайшие правила. Вот и Настя, долго не сомневаясь, решила: «После пускай наказывают меня, как захотят, но парня я спасу, он будет жить!»

Она сбегала до рюкзака Влада, нашла там фляжку с водой. Вернувшись, даже не поморщилась, надрезая себе большой палец. Пока ранка не затянулась, Настя выдавила в отцепленную от пояса парня кружку пару капель крови, разбавила ее небольшим количеством воды.

Беспокоясь, что раненый может поперхнуться, девушка не пыталась заставить его пить. Оттянув губу вниз, она влила под нее лишь капельку в надежде, что рамуны смогут проникнуть в кровь прямо во рту. Подождав, немного, она повторила процедуру, потом еще. Наконец, ее усилия были вознаграждены – парень попытался глотать. Тогда она влила чуть больше – проглотил, еще – успешно!

– Очень хорошо, молодец! – прошептала она то ли себе, то ли Владу, когда парень выпил остатки.

В том, что рамуны приступили к работе, сомнений не было – бледные щеки слегка порозовели, дыхание стало глубже. Настя, немного успокоившись, решила, нужно что-нибудь подложить под голову Влада. Сбегав до рюкзака еще раз, принесла свитер. Свернув вчетверо она, осторожно приподняв голову, подсунула его под затылок.

«Теперь надо исполнить «Танец жизни» и к утру он будет как новенький» – поднимаясь, думала девушка.

***

Она насобирала дров и сложила из них три костра, сделав равносторонний треугольник.

Такое расположение источников магического огня, в науке «враянтори», так и называется – «огненный треугольник».

Враянтори у рамуан называются особенные представители их расы, посвященные в глубочайшие знания о тайнах природы и умеющие управлять ее скрытыми процессами. Искусство это может передаваться только от матери к дочери. При этом кандидатка на обучение должна пройти несколько сложных испытаний.

Благодаря этим условиям враянтори, с каждым поколением, становится все меньше. Владу очень повезло, что Настя оказалось одной из них. Впрочем, давайте вернемся к обряду.

В центре лежал раненый Влад. Расстояние, от парня до будущих костров, было достаточным, чтобы можно было проходить, между огнем и им, не боясь обжечься. С другой стороны она не старалась делать его слишком большим. Это потребовало бы от нее больших усилий, она и так переживала, справится ли.

Затем Настя обложила приготовленные дрова камнями на манер трех первобытных очагов. Сразу зажигать огонь не стала – его вообще не полагается, в этом ритуале, разводить обычным способом.

После того как с приготовлениями было покончено враянтори принялась ходить по кругу, между кострами и молодым человеком. В такт шагам она читала сложный стих на древнем языке рамуан. Язык этот, на сегодняшний день, забыт большинством и передается лишь во время обучения избранных.

Стих способствовал тому, чтобы юная враянтори смогла собрать в себе большое количество энергии и не погибнуть. Девушке пришлось четырежды прочесть его, прежде чем вокруг нее, как спутники вокруг планеты, начали летать золотистые, похожие на маленькие солнца, комочки, не больше горошины величиной. Эти «светлячки» по спирали приближались к ней и, коснувшись девушки, поглощались ею. От этого она сама вскоре начала тепло и не слишком ярко светиться. Через некоторое время все поле ее деятельности озарилось исходящими от Насти лучами. Ночью, с некоторого расстояния, это действо смотрелось очень красиво.

Поняв, что готова враянтори, поджав под себя ноги, села у ближайшего к изголовью Влада костра и, готовясь продолжить накапливать в себе еще большую силу, стала прислушиваться к ощущениям. Насте уже приходилось, во время обучения, собирать огромные заряды и, каждый раз, это было по-разному:

Иногда ей казалось, что она находится в центре пылающего пламени. В другой раз девушка напротив, ужасно замерзала и лишь в голове, подобно шаровой молнии, искрился сгусток энергии. Важно было вовремя понять, как это будет сейчас, иначе придется начинать заново. Настя не смогла бы этого сделать без нескольких часов хорошего отдыха.

На этот раз все получилось идеально: враянтори ощутила в себе тонкую ниточку, которая тянулась от макушки через грудь, живот и, наконец, доставала земли. Нащупав ее, Настя принялась мысленно вращать. К ней, этой ниточке, потянулись струйки тепла, наматываясь, будто пряжа на бабушкино веретено.

Ниточка, становясь все толще и горячей, постепенно начала не только греть, но и покалывать усиливающимися разрядами. Дождавшись, когда уколы станут нестерпимо болезненными, а нить внутри нее превратится в обжигающий канат, девушка сделала настолько резкий и глубокий вдох, что стало больно под ребрами.

Задержав дыхание, Настя готовилась выплеснуть из себя накопленную энергию. Для этого она дождалась, когда сознание будет готово вот-вот покинуть ее и, известным только враянтори способом, произнесла низкий, не слышимый человеческому уху звук. Исходящая от Насти в этот момент вибрация заставила, на многие десятки шагов, вздрогнуть все вокруг.

Так она заставила тело Влада настроиться на одну волну с ее и выжить, принимая собранную энергию. Почти белый размером с футбольный мяч шар появился перед ее лицом и, подлетев к голове человека, погрузился в нее.

Когда в маленького рамуанина попадают рамуны они, сразу начав его оберегать, постепенно размножаются и защита становится полноценней. У Влада на «постепенно» не было времени и то, что сделала сейчас Настя, заставило те немногие разделиться на части. Из каждой частички тут же вырос новый рамун – их стало в десятки раз больше.

Первый этап задуманного отнял у Насти много сил. Все также сидя она, некоторое время ждала, когда стихнет шум в ушах и перестанут плыть перед глазами круги. Если бы у нее было время, девушка позволила бы себе хоть немного вздремнуть.

Сейчас пришлось ограничиться восстановлением сил при помощи специальной дыхательной методики доступной, опять же, только враянтори.

Собравшись с силами и поднявшись на ноги, Настя приступила непосредственно к самому «танцу жизни»:

Теперь ей требовалась помощь «сахомобио».

Это личная помощница враянтори. Во время ритуала «танец жизни» она становится как бы многократно повторяющейся ее тенью. Столько раз, насколько сахомобио сильна.

Для Насти сахомобио стал дух прабабушки, что была рождена за семь поколений до ее появления на свет. Покинула она этот мир, лишь несколько дней не дождавшись рождения девочки.

Выйдя за пределы треугольника костров, Настя вызвала дух прародительницы. Для этого ей понадобилось, мысленно, обратиться к ней.

Общение с сахомобио происходит без использования обычных слов. Враянтори посылает образы, в которых содержится просьба, либо вопрос. Ответ может быть каким угодно: от простых видений, до сложных загадок. Сахомобио может заставить своего подопечного испытать какие-либо чувства. Испугаться, например, или обрадоваться. Случается внезапно ощутить агрессию или, наоборот, испытать умиротворение. Стоит сказать о том, что лучше, чтобы в момент ответа никого рядом не было. Враянтори, прежде чем сумеет овладеть собой, может совершить что-то опасное.

На этот раз Настя, сначала, почувствовала направленный на нее гнев. Вокруг девушки, поднимая в воздух пыль и мелкие травинки, начал образовываться смерч. Ожидая неминуемую, за свою дерзкую просьбу, кару она невольно пригнула голову. Но вскоре все успокоилось, страх исчез сам собой, девушка испытала ощущение печали. Бабушка, все также бессловесно, дала понять, что понимает внучку. Очень тревожится за нее, ведь все может плохо кончиться, но соглашается помочь. Затем сахомобио приступила к действиям.

Тут же Настя от макушки стала заполняться, как бы сказал сторонний наблюдатель, чем-то вроде жидкого, холодного и поочередно во многих местах пульсирующего света. Через несколько минут она налилась им полностью. Девушку окутало небольшое, но плотное облако тумана, сквозь который пробивались неяркие ртутные отблески.

Почувствовав от сахомобио мягкий толчок в спину, враянтори направилась к первому костру. При этом она делала шаги разной длины и скорости, подчиняясь очень сложному ритму. Осанку на протяжении всего танца требовалось держать идеально, словно величавая королева «проплывает» перед подданными. Настя настолько хорошо справлялась со своей задачей, что любая самая лучшая балерина не нашла бы изъяна.

Кроме того совершались движения руками. Начинались они перед собой на уровне пояса. Открытая, направленная вверх ладонь поднималась до солнечного сплетения. Затем она переворачивалась и, после этого, заводилась за спину. Движение это требовалось делать не опуская руку и держа пальцы идеально прямыми – мало кто из тренированных гимнастов такое повторит. Следующее перемещение совершалось вниз до начальной высоты. Рука, достигнув нужного уровня, переносилась вперед. Потом ладонь разворачивалась вверх занимая исходную позицию. Начинался новый круг. Вторая рука, отставая ровно на половину, идеально точно все повторяла.

Сложность в движениях рук добавлялась еще и тем, что делать их нужно было как можно медленней.

Когда Настя дошла до первого костра и была на исходной, для шествия вокруг него позиции, едва заметное встряхивание головой отделило полупрозрачную, продолжающую мерцать копию ее самой. Фигура эта, отстав на четверть круга, продолжила Настины движения. Затем она создала вторую свою копию, потом третью. Появление четвертой совпало с шагом враянтори в сторону следующего костра.

Таким же образом она оставила танцующие образы у второго и третьего очагов. В результате каждая четверка, с равномерным друг от друга отставанием, совершала одинаковые циклы движений.

Появление у третьего костра танцующих фигур совпало с шагом Насти внутрь треугольника. В тот же миг дрова вспыхнули белым пламенем. Камни, что образовали очаги, мгновенно стали ярко красными. При этом около лежащего на земле человека не стало, хоть чуточку, теплей.

Заняв среднее, между огнями и раненым, положение Настя продолжила движение, мысленно контролируя все свои копии.

Над человеком стал закручиваться перевернутый смерч. Огонь поднимался все выше, всполохи стремились образовать купол. Боясь, что силы покинут ее раньше, чем она добьется соединения языков пламени, девушка двигалась все быстрей и быстрей, но она сумела.

Настина мать могла бы гордиться своей ученицей, восхищаясь ее мастерством и выдержкой, но нарушение древнего запрета омрачало радость.

На высоте вековой сосны языки пламени встретились. Из центра купола в грудь человека ударил белый луч такой яркости, что на всей большущей поляне наступил день. Оглушительный громовой раскат перепугал диких животных, заставив их попрятаться по щелям и норам.

В следующее мгновение наступила тишина, танцующие фигуры исчезли. Единственными следами происшедших событий были остывшие, внутри закопченных очагов, угли.

Абсолютно здоровый молодой человек повернулся на бок и крепко спал, о ране на голове напоминали только перепачканные запекшейся кровью волосы.

Занималась заря. Скоро он проснется, но Насти здесь уже не будет.

Изможденная, на трясущихся от слабости ногах, она направилась прочь с поляны. Теперь ей надо было предстать перед разгневанной матерью. Та, без сомнения, почувствовала, чем занималась дочь и потребует объяснений. О том, что будет после, Настя старалась не думать – страшно!

***

Проснувшийся молодой человек был весьма озадачен. Он помнил неведомо откуда взявшихся девушку и мужчину. Помнил драку, причем достаточно подробно до того момента, как кулак противника ударил по больной скуле.

Ощупав левую сторону лица, Влад убедился в том, что она не совершенно беспокоит его. Опухоль спала, перестав мешать обзору по сторонам. Так быстро? Удивительно!

А вот что было после удара, вспомнить не удавалось.

Точнее не совсем так: Влад был уверен, что пытаясь найти опору, шагнул назад. Не ощутив под ногой ничего, он окончательно потерял контроль над своим положением и, упав, сильно ударился головой. Последнее он заключил из того, что, по-видимому, потерял сознание. Не запечатлелась даже боль от удара, просто вдруг стало тихо и темно, никаких ощущений.

Бесчувственное состояние постепенно перешло в сон. Поначалу не было понятно даже где верх и низ, в каком положении его тело находится. Несколько позже пустота в восприятии стала заполняться какими-то плавающими в темноте сгустками чего-то.

Туманные образы понемногу приобретали определенные очертания и вот он, еще маленький ребенок, сидит на кровати. Мама поит его простывшего кипяченым молоком с медом. В детстве Влад не любил этот обжигающий все во рту напиток. Сейчас же он совсем не чувствовал горячего, было очень вкусно. Вот она подносит к его губам кружку. Он делает глоток, блаженное тепло разливается по телу. Тут же нападает настолько сильное желание спать, что мальчик не в силах с ним бороться. Остается только подчиниться: лечь и уснуть.

Едва Влад закрывает глаза, как вновь видит себя сидящим на кровати – все повторяется вновь. Он не смог бы вспомнить, сколько раз повторялось одно и то же, но с каждым разом хотелось еще.

У сна же были свои планы:

После очередного глотка круг разорвался. Кружка, которую держала мама, стала расти. На мгновение Влад испугался, что она его раздавит и дернулся в сторону. Но стенка легко пропустила, он оказался внутри какого-то пульсирующего вещества. Пытаясь самому себе описать, что это такое Влад не мог подобрать подходящих слов. Он висел в нем, словно в сильносоленом водоеме, не касаясь дна. Движения встречали заметное сопротивление, но было тепло и уютно. При этом он дышал этим. Вдыхал свободно, будто это был чистейший в мире воздух.