Трансгоблин

Глава 11

Утро. Опять я проснулся самый последний. Жаль, что у Андрея батарейка в телефоне села, а то надо бы себе будильник заводить. Дмитрон заметил, что я не сплю.

– Чё, маленький, плохой сон приснился? Вставай, давай. Свежезаваренный чай и бутерброды а-ля Тучка, – сказал он. И шепотом добавил: – Она у нас сегодня добрая.

Я поднялся. Мы позавтракали, собрались и продолжили свой путь.

– Теперь уже не очень долго осталось. Как к скале выйдем, там я вам быстренько нужную пещерку найду.

– Послушай, Тучка, а почему ты не можешь просто перенести нас через эти скалы? – спросил я.

– Да я бы с радостью. Но Вы видели высоту этих скал?

– Нет.

– Увидите. Я на такую высоту и подняться то не смогу из-за ветра. Меня мгновенно на другой конец света сдует.

Меньше чем через час, действительно, показались скалы. Они тянулись вдоль всей линии горизонта и, казалось, были бесконечными. Чем дольше мы шли, тем все хуже и хуже становилась погода. Когда мы наконец оказались на распутье, небо почернело, и полил невероятно сильный дождь. Ветер дул со всех сторон, и Тучку неслабо пошатывало.

– Скорее, сюда! – крикнула эфирная жрица, схватила лошадей за хомуты и понеслась вперед. Мы побежали за ней. В лицо бил ливень. В паре метров впереди уже ничего не было видно. Я бежал, не разбирая дороги, и даже не заметил, как мы оказались в пещере.

– Ну вот, я же говорила, что я вас выведу, – сказала довольная Тучка.

Мы сняли мокрую одежду (эфирная жрица тактично отвернулась) и надели сухую, подаренную Кактятамом. Нам достались одинаковые белые льняные сорочки, неширокие красные шерстяные штаны, черные безрукавки с вышитым орнаментом и коричневые сапоги до колен. Переодевшись, мы зажгли огни и двинулись вглубь пещеры. Стоит отметить, что в таком наряде выглядели мы как близнецы, сбежавшие из цирка (читайте: дурдома). Смотреть без смеха друг на друга было невозможно. Поэтому в пещере ежеминутно слышалось наше приглушенное «гы-гы». Вдруг…

– Хто здесь? – раздался голос. Мы насторожились.

– Я вас, гребаный крот, спрашиваю, хто здесь? – в этот раз голос прозвучал совсем близко.

Из темноты пещеры к нам выплыла потрепанная морда КОНЯ.

– Убить меня каплей никотина! Ик! Да это ж сам, ик, лорд Джеймсбонд со товарищи. Ик! Слыхал я про вас. Про вас хрен не услышишь. – Он оглядел нас мутными глазами. – Хиловаты вы будете для героев. Не завидую я вам. Хотя хрен вас спасителей знает. Опа! А тут у нас кто? Доброе утро дамы! – сказал он, обращаясь к нашим лошадям. – Прекрасная, ик, погодка, не находите?

Лошади заржали.

– А Вы, собственно, кто? – спросил я.

– А я, ик, бубена масть, собственно, конь. А по совместительству хозяин пещеры. Степаном меня зовут. И вопросы здесь задаю я. Какого черта вы тут забыли?

– Нам нужен проход, ведущий в Тамгденаснет, – сказал я.

– Э-э, братцы, ик, и сестры. Это вы пещеркой-то обшиблись. Не сюда вам надобно.

– Как это не сюда? По карте все правильно! – возмутилась Тучка.

– Я не знаю, шо у тя, прозрачная, там за карта такая, только вам нужно в Пещеру Крика, а это Пещера, ик, Пустоты. Так-то!

Тучка почернела и, отплыв в сторону, внимательно принялась изучать карту.

– Да ладно, шо уж там, заходите, коли пришли, гости дорогие, ик. Чем богаты, как г-рится, тем и дадим. Пойдемте, мужики, накатим, шо ли. У меня тут бутылочка припасена.

– Да нам бы проход…

– Обождет ваш поход. Погоду видели? До утра вам один хрен отсюда не выйти. Так шо садитесь жрать, пожалуйста. А то, небось, работа заколебала ужо. Эх, проклятье пьющего класса, будь она не ладна.

Конь провел нас в дальний угол пещеры. Действительно, никакого прохода здесь не было. Должен признать этот алкаш нормально устроился. Пол был застлан свежим сеном (что просто удивительно, если учесть то, что жил он здесь один), и кое-где на полу лежали толстые одеяла. На одно из таких одеял мы и присели. Несмотря на отвратительную погоду и тот факт, что в пещере по определению должно быть сыро, здесь было сухо и тепло. На столе, который представлял собой перевернутую телегу без колес, стояла огромная, литров на пять, бутылка, наполовину заполненная мутной жидкостью и… Упаковка сахара рафинада? У нас с Дмитроном глаза на лоб вылезли.

– Пойло есть, мужики, закусон, значится, с вас! Девчонок можете там привязать, пускай пока сеном похрустят, – сказал наш новый знакомый. Интересно, Тучку он тоже имел в виду?

Неизвестно откуда, конь достал две большие железные кружки для нас и железный ковш для себя. Зажав бутылку меж копыт, он разлил всем чуть ли не по половине посуды. Мы достали из сумок закуску и положили ее на стол. Степан обоими копытами обнял ковш:

– Так выпьем же за то, шобы ни у кого из нас не было ни разбитого сердца, ни треснувшей печени!

Мы опрокинули «бокалы» и даже опомниться не успели, как Степан снова налил, и снова по пол кружки. Что было дальше, я уже помню смутно.

– Есаул, есаул, шо ж ты бросил меня? Пристрелить не поднялась рука… – орал конь, а мы с Дмитроном дружно подпевали.

– А вы ить не первые бродяги чужедальние, шо у нас оказались. Уж не припомню, когда точно, но, ик, очень давно приходили ко мне двое вроде вас. У вас с ними даже морды похожие… А в том году вот еще, ик, встретил тут мужика одного из ваших… Все как один – широчайшей души человеки были. Последний особливо хорош был. Философ. Все говорил, говорил. Правда, один хрен, не понятно ни шиша… Сильнее всех рвался козла ентого, хероманта хренова одолеть. Я ему говорю: «Нахрена тебе это надо?». А он мне отвечает, что на его филосо… философи… филосифи…лический взгляд, для победы зла достаточно лишь бездействия добра, а потому попытаться он должен. Только вот кому должен-то, а?

Больше я ничего не помню вплоть до адской головной боли с утра. Наконец-то проснулся первым и сразу же об этом пожалел. Я лежал на том же самом покрывале возле стола, благородный лорд Дмитрон валялся рядом лицом в сено. В углу пещеры, развалившись сразу на трех одеялах, спокойненько похрапывала Тучка. В этот момент я ее просто ненавидел и был готов запустить в нее первым, что попадется под руку. Ведь ее храп и проклятое сияние отдавались жуткой мигренью в и без того больной голове. Кое-как, почти на четвереньках, я дополз до наших мешков и лихорадочно начал в них рыться в поисках воды. Вдруг в пещере стало темно. От шума эта пещерная лампа проснулась и недовольно заявила, что еще рано, а всю воду лорд Дмитрон еще ночью забрал. Я подполз к другу, растолкал его с пятой попытки и осипшим голосом спросил:

– Хде вода?!

– Вода? Хде вода? – ответил он.

И мы вдвоем начали разгребать сено в поисках вожделенной фляги. Наконец мы ее нашли. Сели и отпили по очереди.

– Да… Хорошо посидели, – сказал я.

– Это точно. Ничё не помню.

– Я почти тоже. Помню, только как ты пытался уговорить Степана спеть с ним про есаула на бис десятый раз подряд.

– А, кстати, где он?

Мы зажгли лампы, оглядели пещеру, но коня здесь не было.

– Вот это закалка! С утра пораньше поднялся и отправился куда-то! – сказал Дмитрон.

– Ничего подобного, смотри…

Рядом с нами шевелился большой стог сена. Раскидав его, мы обнаружили поеденную молью шкуру спящего Степана. Никакими методами привести его в чувство у нас не получилось. Поэтому, слегка перекусив вчерашними «объедками», мы написали хозяину записку, в которой выражали свою благодарность за гостеприимство, положили ее на стол и придавили ковшом, предварительно налив в него воды из фляги. Отвязали лошадей и двинулись дальше вершить наше благородное дело.

Глава 12

День как-то не задался с самого начала. Но Тучка была оптимистична.

– Пока вы вчера весь вечер соизволили пьянствовать, я еще раз внимательно изучила карту и теперь точно знаю куда идти. Если мы были в Пещере Пустоты, то до Пещеры Крика нам идти чуть больше километра вон в том направлении.

– Хорошо, – сказал я.

– Хоть это радует, – добавил Дмитрон.

– Не понравился мне этот ваш конь. Сразу видно – что-то с ним не так.

– Ты о чем? – спросил я.

– Ну, во-первых, он говорящий. Не знаю как в вашем мире, а в нашем – это более чем редкость.

– А я думал, что для вас это в порядке вещей.

– Да ладно, чё вы к нему прицепились? Нормальный мужик, в смысле конь, – сказал Андрей.

– Во-вторых, – продолжала Тучка, – я следила за ним и видела, как он поглядывал на наших кобылок. Не будь вас там, даже страшно представить, что бы он с ними сделал. В-третьих, он же пьет как лошадь! Значит, есть из-за чего, значит, совесть нечиста. В-четвертых…

Этот разговор продолжался всю (слава Богу, короткую) дорогу до следующей пещеры. Там нас ждала очередная неожиданность. Перед входом стоял здоровенный рыцарь в доспехах (или рыцарь в здоровенных доспехах). Вместо лица из прорези шлема бил яркий свет. Мы осторожно подошли к нему. Я даже подергал за рукоять своего топора, но, как и следовало ожидать, ни к какому результату это не привело (в том смысле, что поднять его у меня не получилось).

– Здрасьте Вам, – кинул Дмитрон, – нам бы в Тамгденаснет пройти. Дела важные, знаете ли, ждут. Мир спасаем.

– Вы не пройдете, – раздалось эхом из этого панциря.

– Да как вы смеете?! Именем короля, его величества Петсилия IV пропустите лорда Дмитрона и лорда Джеймсбонда!

– Никто не пройдет.

Внезапно проход, да и сам рыцарь начали раздваиваться, и рядом образовалась еще одна точно такая же пещера с точно таким же охранником. Я сначала даже подумал, что это мне после вчерашнего померещилось.

– Пройти в Пещеру Крика сможет лишь мудрец, – сказал первый.

– На ужасную смерть в Пещере Леса будет обречен глупец, – добавил второй.

– Вы готовы к испытанию? – спросили они одновременно.

– Вот дебилы, – шепотом сказал Андрей, хлопнув себя по лбу.

– Я что-то слышала про такое, теперь припоминаю. Да, да. Пещера Леса и Пещера Крика находятся рядом, и пройти можно, только разгадав загадку двух стражников.

– Так, вроде, ничего опасного в этом нет, – сказал я.

– Давайте, испытывайте нас, – крикнул Дмитрон.

– Хорошо, вы сами так решили.

Все вокруг затряслось, а из-под земли вырос огромный камень, на котором на чистом русском был написан текст загадки.

– У вас пять минут, – прогремели стражники.

– А потом чё? – спросил Дмитрон.

Нулевая реакция.

– Ладно, я так понимаю, что лучше бы нам эту загадку разгадать. Поехали, – сказал я.

Тучка вслух зачитала нам текст:

Один путь ведет в Пещеру Леса,

За нею лежит смерти завеса.

В Пещеру Крика ведет другой путь.

Попробуй, путник, судьбу обмануть,

За несколько минут дай нам ответ.

Какая из дорог выведет на свет,

А какая дорога приведет прямо в ад?

Для тебя уже нет пути назад.

Времени зря не теряй,

Скорей на вопрос отвечай.

У стражей ты можешь ответа спросить,

Но должен тебя я предупредить:

Ведущую к смерти охраняет дверь

Воин лживый, ему ты не верь.

Честный воин другой вход охраняет.

Не успеешь ответить – их клинки пламенем воспылают.

Как только Тучка дочитала, оба рыцаря вытащили из ножен огромные мечи. Мы напряглись.

– Это чё такое? Кто это написал? Загадки это: «Мы ребята удалые, лезем в щели половые» или «Кругом волоса, а посередине колбаса», или «У какого молодца утром капает с конца?», – возмутился Дмитрон. – Да тут даже вопроса нет! Какой еще ответ?! Чё мы у этих дуболомов спрашивать должны?!

– Они хотят, чтобы мы угадали какая из этих пещер – Пещера Леса, а какая – Пещера Крика. Мы можем спросить у них самих, только стражник, охраняющий Пещеру Леса, всегда врет, а стражник, охраняющий Пещеру Крика, всегда говорит правду, – сказала Тучка

– Загадочка… – пробубнил Андрей.

– Правый стражник, что ты охраняешь? – спросил я.

– Пещеру Крика.

– Левый, а ты чё охраняешь? – спросил Дмитрон.

– Пещеру Крика.

– Да… Так мы далеко не продвинемся. Надо думать.

– У вас осталась половина времени, – объявили стражи.

– Илюх, может, свалим отсюда? Кто их знает, чё они там удумали.

– Тучка, если что-то пойдет не так, ты сможешь нас унести отсюда?

– Думаю, да. Но, может, послушать лорда Дмитрона и уйти сейчас, пока они не пошли в атаку.

– Нет. Надо попытаться ответить. Мне кажется, я где-то слышал подобную загадку, и там был довольно простой ответ… Только какой?

– У вас осталась одна минута, – стражники сделали шаг вперед.

– Два входа. Два стражника. Один всегда говорит правду, другой всегда врет. Я точно где-то уже это слышал. Если спросить одного, какую дверь охраняет другой? Нет. Так мы ничего не добьемся.

– Ваше время истекло. Ответ! – стражники сделали еще один шаг.

– Уходим, лорд Джеймсбонд, – прошептала Тучка.

– Нет, нет, я знаю ответ.

Было страшно, в висках пульсировала кровь, адреналин зашкаливал, но я не мог так просто уйти. Я буквально чувствовал, как в тот момент Изергот где-то тихо злорадствовал, наблюдая за нашей неудачей, поэтому я не собирался сдаваться.

– Ответ! – замахнулись стражи.

– Если спросить одного… что… скажет второй… Я знаю, я знаю! Правый стражник, что скажет левый, когда я спрошу у него, какую пещеру он охраняет?

– Пещеру Крика.

– Ответ!

– Мы идем в правую пещеру! Это Пещера Крика!

Стражники опустили свои мечи и расступились. Камень с загадкой или «загадочный камень», как позже его обозвал Андрей, ушел обратно под землю. Мы все вздохнули с облегчением.

– Лорд Джеймсбонд, Вы просто гений!

– Да уж, не поспоришь. Круто ты их. А как ты догадался-то?

– Да просто я уже раньше слышал эту загадку в каком-то шоу по телевизору. Только звучала она там иначе, вот я и не мог долго ответ вспомнить.

– Все равно, в следующий раз, как только чё-нить не так – сразу валим.

– Полностью согласна. Я ведь за вас тоже переживаю.

Все еще взволнованные, но довольные собой (я точно был доволен), мы вошли в пещеру. Лошадей пришлось отпустить. Не тащить же их с собой под землю. Мало ли что. От мокрой (так и не просохнувшей за ночь) одежды нам тоже пришлось избавиться. Андрей особенно горевал из-за своего плаща. А мне было ужасно жалко камзол. Но ничего, Кактятам положил каждому по теплой накидке с капюшоном. В отсутствие лошадей тяжеленный топор нам с Андреем пришлось нести самим.

На секунду у меня перед глазами зарябило и мне показалось, что я видел быстро промелькнувшую худощавую фигуру. Но это, скорее всего, от нервов.

Мы прошли несколько шагов и уперлись в гигантские каменные ворота, которые тут же начали открываться. Наконец-то мы нашли проход в город.

Глава 13

Наша команда шла по длинному узкому коридору, который в итоге вывел нас в «пустыню». Вокруг не было ничего, кроме песка под ногами. Несомненно, мы все еще находились внутри скалы, но пространство, открывшееся нашему взору, было настолько огромным, что слово «пустыня» – это первое, что приходило на ум. Стен пещеры при слабом освещении наших ламп не было видно, тем более что в лицо дул сильный ветер и постоянно задувал огонь. Тучка передвигалась со скоростью черепахи, утверждая, что ветер ей мешает. И знаете? Я ей верю. Ей действительно тяжело было двигаться.

Как только мы с Андреем вышли из коридора на открытое пространство, я почувствовал, как вес оружия начинает уменьшаться, и вскоре с легкостью нес его один. Это насторожило, но, как говорится, дареному Степану в зубы не смотрят. Наконец-то я смог воспользоваться подарком Кактятама – большим стальным кольцом, пристегивающимся прочными кожаными ремнями, и повесил топор за спину. Идти с топором за спиной все равно было не очень удобно, но теперь хотя бы эта железка больше не весила целую тонну.

Впереди горел слабенький свет, и мы шли на него в надежде, что это выход. Но нет. В итоге мы вышли на огромную лесную поляну. Правда, деревья все были мертвые. Светом оказалась луна, то выходящая, то скрывающаяся за облаками прямо под толщей скал! Сухие стволы деревьев как бы тянулись к этому свету и принимали самые причудливые формы. Тут мы увидели, что Тучка замерла и, сносимая дуновением ветра, медленно начала отплывать назад.

– Что случилось? – спросил я.

– Мы все пропали… – едва слышно прошептала она.

– Почему это? – удивились мы.

– Да как вы не понимаете? Это не та пещера! – закричала она.

Тут до меня стало доходить. Пещера. Внутри пещеры лес.

– Значит, это Пещера Леса? Ну и что? Живописное место. Ничего особенно страшного я здесь не вижу. В Пещере Пустоты нам же ничего не угрожало? Ну кроме похмелья, разумеется.

Тучка не разделяла моего оптимизма.

– Еще никто не выбирался отсюда живым. Даже я не смогу выйти отсюда. Стены заколдованы, я не смогу пройти сквозь них.

– Да ладно тебе. Пока все нормально. Чё волноваться-то раньше времени? Пошли дальше, – сказал Дмитрон. Тучка молча повиновалась.

После такой реакции со стороны нашей подруги стало немного жутковато, но, с другой стороны, нам, вроде бы, ничего не угрожало. Тем более что здесь скоро должно было стать намного светлее. Луна под потолком пещеры уже начала выходить из-за облаков.

Мне было дико интересно, как мы здесь очутились? Ведь загадку-то разгадали правильно.

– Тучка… – обратился я.

– Это был он, – сказала она, – Изергот.

– С чего ты взяла? – не понял я.

– Я решила, будто мне показалось, но теперь я уверена, что видела его тень, когда мы только заходили в пещеру. Каким-то образом он поменял их местами.

– Я тоже видел чью-то фигуру.

– И я, – сказал Андрей.

– Но почему он не напал на нас?

– Он боится нападать в открытую. Предпочитает сначала изучить своего противника, а потом ударить в самое больное место. Но, видимо, ему это уже не понадобится, он и так отправил нас на верную смерть.

– К чему такие упаднические настроения? – сказал Дмитрон. Но, честно говоря, я уже и сам начинал побаиваться.

Тем временем мы уже зашли вглубь «леса» и с трудом пробирались сквозь сухие ветви дальше. Деревья раньше росли в жутком беспорядке, прямо одно на другом. А погибли, видимо, из-за недостатка влаги, света или еще чего. Наконец выглянула полная луна – стало светло как днем. Деревья, в темноте казавшиеся причудливой формы, при хорошем освещении вообще были похожи на фигуры людей, застывших в каких-то неестественных позах. Внезапно все они зашевелились и начали оживать.

– Бежим, – закричал я и сам сломя голову рванул вперед. За мной несся Дмитрон, за ним – Тучка. Тут меня кто-то схватил за шиворот и поднял в воздух. И только я успел распрощаться с жизнью, как у меня над головой прозвучало:

– Лорд Джеймсбонд, мы же вроде договорились, что в случае опасности я вас спасаю. А Вы геройствовать побежали.

Я открыл глаза. Посмотрел направо – увидел болтающегося в воздухе Дмитрона, посмотрел вверх – довольное лицо Тучки, несущей нас в десятке метров над землей.

– Ой, мама! – Я посмотрел вниз: никакого леса там больше не было. Вся пещера напоминала огромный муравейник, а внизу словно муравьи кишели мертвецы. У кого-то не хватало рук, у кого-то – половины брюшины, кто-то, разорванный надвое, полз по земле, волоча за собой остатки своих внутренностей. Меня, а через минуту и Андрея, стошнило. Вид оживших мертвецов еще можно было перенести, но до нас уже начинал доходить липкий запах разлагающегося мяса. Казалось, что этому полчищу нет конца, но пролетев, должно быть, несколько тысяч живых трупов, мы увидели крышу небольшого домика.

– Чё, у этого сухостоя даже лесничий есть? – удивился Дмитрон. Но дом явно был необитаем.

Тучка приземлила нас на крышу, села сама и, задыхаясь, спросила:

– Какой у нас план?

– Давай, – сказал Дмитрон, обращаясь ко мне. – Ты у нас мастер загадки разгадывать

Плана не было.

– Эм… Тучка, я попрошу тебя: слетай, пожалуйста, вперед и посмотри, далеко ли расположен выход?

– Уф… Я только присела. Опасность нам пока не угрожает, так что я немного отдохну.

– Опасность нам ПОКА не угрожает, но я не особо уверен, что через пять минут ситуация не изменится. Посмотри, вот тот улыбчивый, который без нижней челюсти, уже пытается взобраться на спину своему приятелю, – сказал я.

– Ладно, хорошо, чего ради вас только не сделаешь.

И она взмыла в воздух. Ее не было несколько минут, но казалось, что вечность. Мы с Дмитроном молча сидели и ждали своей участи. В пещере становилось темнее. Я взглянул вверх: луна опять заходила за облака. Стало необычайно тихо. Стоны, хрипы, клацанья зубов стихли. Я нагнулся, чтобы посмотреть вниз, и кубарем скатился с крыши, зацепившись… за ветку дерева. Ничего не соображая от страха, я ухватился за карниз и пулей взлетел обратно.

– Смотри, – спокойно сказал Андрей, – эти пни гнилые опять превратились в деревья.

Сердце билось словно бешенное, голова кружилась, но до меня все-таки начинало доходить.

– Они ожили, когда появилась полная луна. Луна скрылась – они снова деревья.

– Ну так чё, рискнем? Побежали?

– Нет. Надо дождаться Тучку. Неизвестно, сколько времени они пробудут в таком состоянии. Мы можем не успеть.

Через минуту прилетела Тучка.

– Я нашла выход, но там тоже полно этих тварей. Если мы поспешим, то, возможно, я успею перенести вас обоих туда, пока они не ожили.

Только она это сказала, как луна показалась вновь. Мертвяки тоже не заставили себя долго ждать. Казалось, они не просто стояли там в облике деревьев, а придумывали план, как добраться до нас. Они становились один на другого, падали, топтали друг друга, пробовали снова. И ничего бы у них не вышло, но одна из стен дома начала рушиться, а вместе с ней и крыша.

– Еще чуть-чуть и нами поужинают, – сказал Дмитрон, – надо чё-то срочно придумать.

– Тучка, ты по дороге не заметила какое-нибудь место, где мы могли бы от них спрятаться? – спросил я.

– Нет, дальше совершенно пусто, только мертвецы. Если крыша обвалиться, я смогу вас продержать в воздухе, но не долго…

– Это не вариант. Луна может торчать там сколько угодно. Вот если бы мы сами смогли как-то закрыть ее… – тут до меня дошел единственный возможный вариант спасения, за который мне стыдно до сих пор. Я прошептал Дмитрону на ухо свой план и обратился к Тучке.

– Да что ты за эфирная жрица такая?! Всего двух человек в воздухе каких-то полчаса продержать не можешь! Да что вообще означает «эфирная жрица»? Кто тебя жрицей назначил?