Приёмыш. Книга вторая

– Что он ещё сказал?

– Основное я передала. Он может назвать с полсотни кораблей, которые занимались перевозками, и имена бывших в деле караванщиков, но не знает мест хранения. Работу поставили так, что всё завязали лично на канцлера, а разведка занималась только обеспечением безопасности. Пошёл груз с караваном, и всё – дальнейшее людей Малия не касалось. Да он и сам не стремился этим заниматься.

– Когда вы сможете передать названия кораблей и имена караванщиков?

– Пришлите ко мне Илема, и я отдам ему список.

– Я сейчас же свяжусь с посланником. Но я хочу, чтобы мои люди побеседовали с Леем. Даю слово, что ему ничего не сделают.

– Нет. Он может подавиться у вас рыбной косточкой и умереть, а мне придётся утешиться вашими извинениями. Это большая политика, а этот человек слишком много знает. Его никогда не выпустили бы из империи, если бы не были уверены в защите своих людей. Да и не скажет он вам ничего, просто умрёт, а я для него лучший друг, чьи действия никогда не пойдут во вред империи! Поэтому, если нужно что-то узнать, задавайте вопросы мне.

– Вот, значит, как вы его взяли! Как же вам это удалось?

– Не скажу. Это мой секрет, да и нет у вас нужных людей.

– Ваш мир?

– Мой или другой – неважно. Важно то, что вы услышали, и то, как сработают ваши люди, а я готова помочь, чем смогу.

– Чешую продадите?

– Сколько вам её надо?

– Золота у меня наберётся на три миллиона.

– Готовьте своё золото, а я приготовлю чешую и добавлю ещё два миллиона. Если уцелеете, когда-нибудь рассчитаетесь. Только постарайтесь никого не спугнуть массовым изготовлением амулетов.

– Рина, спросите Лея, какими товарами торговали купцы, которым принадлежат корабли из вашего списка. Это может помочь найти хранителей.

– Хорошо, я спрошу. Удачи, Строг, она вам понадобится… Всё слышали? – спросила она у сидевших в кабинете Олеса и Лёна.

– Слышали и всё поняли, – ответил Лён. – Непонятно, чего ты-то колотишься? Война между империями полезна для королевства. Она надолго их ослабит, так что будет не до завоеваний. Даргоны не придут, и ланшонам придётся оставить наш материк. К тебе вроде неплохо отнеслись по ту сторону гор?

– Ты тоже считаешь, что гибель двухсот миллионов людей пойдёт нам на пользу? – спросила Ира у брата.

– Откуда такие цифры? – удивился он.

– А ты думаешь, ланшоны оставят подобное без последствий? Сейчас у них военный флот в три раза больше даргонского, так что список потерь можешь смело умножать на два, а то и больше. Это ланшоны смогут с помощью нашего заклинания быстро избавиться от тел, у даргонов с этим ничего не выйдет, так что в случае войны будут и эпидемии, и голод.

– Это не наша война, – пожал плечами принц. – Мы их не стравливали и не разжигали драку, и канцлер прав в том, что это нам выгодно.

– Вот так живёшь с людьми и кажется, что они ничем от тебя не отличаются, – грустно сказала Ира, – а потом в один не слишком прекрасный момент вдруг видишь, насколько они тебе чужие. Уйдите оба, я хочу побыть одна.

– Что это они выскочили от тебя бледные? – спросила мать, заходя в кабинет. – Я впервые вижу канцлера таким.

– Они считают, что любые жертвы, которые несут народы соседей, нам на благо, потому что гарантируют от неприятностей с их стороны.

– И большие жертвы?

– Миллионов двести. А ты как считаешь?

– Я считаю, что когда речь идёт о таких цифрах, то понятия своих и чужих начинают размываться. Смотреть на это и не вмешиваться можно только в том случае, если их смерть необходима для выживания твоего собственного народа. Но ведь вопрос так не стоит?

– Не стоит. Мы теперь отбились бы в любом случае. И я даже не ожидаю больших потерь.

– Ну и поступай, как считаешь нужным, а на них чего обижаться-то? Они очень хорошие люди, но дети своего времени. Ты думаешь, что нацепила им на пояс пистолет, а на руку – часы, и они стали такими, как ты? Дорогая моя девочка, тебе ещё крупно повезло, что эти люди не такие религиозные, какими были наши предки, да и нравы здесь помягче. Почитай, что повсеместно творили у нас, какие зверства были именем бога и просто так.

– Наверное, ты права. Ты зашла по делу или просто поговорить?

– Я хотела поговорить о моде.

– Хорошее же ты выбрала время.

– О моде можно говорить в любое время. Ты этого не понимаешь по молодости лет. Мне уже до смерти надоело мести платьями пол, и то, что он паркетный и чистый, ничего не меняет. Эти длинные платья с нижними юбками здорово смотрятся со стороны, но носить такое самой… Сейчас терпимо, но летом буду ходить вся мокрая и вонять потом.

– А духи для чего? И потом, если не нравится платье, надевай костюм.

– Ты же знаешь, что я их не люблю. Женщины должны носить платья, но не такой же длины!

– Ты хочешь, чтобы я вышла в мини-юбке? Если никто не обзовёт чокнутой, все так подумают, а подражательниц точно не найдёшь. Разве что будут шить и надевать для мужей в спальне, чтобы сильней любили.

– К чему такие крайности? Что я дура и не понимаю, к чему такое приведёт? Ты королева, а они всегда были законодательницами моды. Вот и влияй на моду, но медленно и постепенно, чтобы люди привыкали и не так било по мозгам, особенно мужским. Сделай платье короче сантиметров на десять. Даю гарантию, что через год все будут ходить в таких же. Потом это нужно несколько раз повторить, укорачивая немного меньше. Заодно укороти подолы своим амазонкам, они этому только обрадуются.

– Ладно, попробую. Ты мне лучше скажи, созрела для занятий магии?

– Можно попробовать, – неуверенно сказала мать. – Зайчиков, с которыми играются ребята, я вижу, и когда Оля колдует, возле её головы мелькают разные полосы, так что ты не зря со мной возилась. Неохота заниматься, но, может, не будет так скучно.

– У тебя же уже много знакомых.

– Знакомые! – пренебрежительно махнула рукой мать. – Зря ты сделала меня принцессой. Слишком сильны здесь сословные различия, чтобы у меня появилась толпа подруг. Я от скуки сошлась даже с твоей Аглаей, хотя раньше боялась её до дрожи. Она замечательная девушка и Грая очень славная, только для меня они чужие, да и слишком молоды. А моя молодость чисто внешняя, прожитые годы никуда не делись. Мне нужен мужчина, а где его взять при моём положении? Это тебя здесь любят и всё прощают, а меня мигом ославят.

– А кто тебе нужен, наш с Земли или местный?

– Мне главное, чтобы любил, а остальное не так важно, конечно, если он не полный дурак…

– Я подумаю, – пообещала дочь. – У тебя что-то ещё, или это всё? Если всё, я хотела бы отдохнуть. А ты готовься: с завтрашнего дня прикреплю преподавателя магии. Ты у меня на удивление маг чуть ли не средней силы, а не хочешь заниматься.

– И что мне с тобой сделать? – задумчиво спросил Строг Ладий, глядя на бледного главу службы безопасности Страта Ларнея. – Всю запись прослушал? Твоё мнение?

– Я готов принять любую казнь! – ответил Страт.

– Ты дело говори! – рассердился император.

– Я считаю, что всё, сказанное королевой, соответствует действительности и мы не сможем выпутаться из этого положения без потерь. А вот попытаться снизить их как можно больше, а потом нанести даргонам ответный удар – это в наших силах.

– Как думаешь действовать?

– Спешить нельзя. За тридцать лет пособники даргонов наверняка убрали из своего окружения всех недовольных и ненадёжных, поэтому не получится ввести к ним своих людей. Обращаться к местным властям тоже опасно. На месте даргонов я в первую очередь подкупил бы чиновников. Конечно, их не будут посвящать в свои дела, но о нашем интересе сразу же донесут хранителям. Лучше действовать по следующей схеме. Как только придёт один из кораблей, список которых передала королева, отслеживаем их контакты с рыбаками и передачу контейнеров. Когда знаем, где и что искать, это нетрудно. Потом смотрим, какой караван нанимают, и посылаем в том же направлении свой, в которых должны быть маги. Цель – отследить торговцев, которым сбывают товар. А дальше уже дело магов. Обычно у торговцев многочисленные семьи. Хорошие защитные амулеты очень дороги, поэтому, если они будут даже на детях, значит, мы нашли того, кого искали. А когда найдём хотя бы два десятка таких семей, нужно начинать действовать, пока нашу возню не заметили и не приняли меры.

– Ты хочешь пожертвовать тридцатью миллионами моих подданных? – спросил император.

– Если будем тянуть до последнего, надеясь найти всех, и вспугнём, потеряем в три раза больше. А потери можно уменьшить, выводя людей из зоны удара вратами. Благодаря королеве, это нетрудно сделать. Я думаю, что потеряем миллионов десять-пятнадцать. Потом пустим туда защищённых амулетами магов, и пусть чистят города и сёла от тел. Если успеем, люди смогут вскоре вернуться в свои дома и приступить к работе.

– А даргоны?

– На даргонов бросим флот, которого у нас в три раза больше. Прорвём их оборону и ударим, как они и ждут, по прибрежным районам. Это отвлекающий удар, хотя и он обойдётся противнику в пятьдесят миллионов жизней. Основные удары нанесём через врата силами созданной в последние полгода пехоты. Каждый защищённый амулетом пехотинец может нести два контейнера, а таких будет семьдесят тысяч. От этого удара даргоны потеряют ещё сорок миллионов человек. Они не смогут быстро очистить империю и начнут вывозить уцелевших на восток. Никакая магия не спасёт их от эпидемий и голода. Нам тоже достанется, но в целом должны выйти из войны намного более сильными, чем они. А потом с двоевластием в нашем мире нужно кончать.

– А королева Рина?

– Я думаю, что она воспользуется ситуацией и успеет укрепиться. Нам с ней нечего делить. Мы удваиваем свою территорию, а у неё много свободных земель, да ещё королевства за горами. Если мы когда и будем воевать, то не через одну сотню лет, а это для меня слишком долго.

– Значит, союз?

– Нам союз более выгоден, чем ей, и я не вижу смысла что-то менять.

– Действуй. Даю тебе три декады, а потом начинаем готовить армию и флот и наносим удар по хранителям. А маги за это время сделают ещё пять миллионов амулетов, что позволит легче перенести удар.

Прошло ещё десять дней. Дожди прекратились, и по ночам столбик термометра начал опускаться ниже нулевой отметки. На строительные работы это не повлияло, они шли полным ходом, как на советских объектах, так и на американских. Бурильщики в Ливене наконец добрались до газа, но в разведанном месте его оказалось недостаточно для промышленной добычи. Буровую перевезли на другое место и занялись второй скважиной.

Американцы показали проект завода по производству горючего и смазочных масел и его стоимость. Завод Иру впечатлил, его стоимость – тоже, но, благодаря последней сделке с ланшонами, золота было много, и американцам дали добро на строительство. Началась и постройка дороги, причём свои материалы не использовали. Через открытые в карьеры врата самосвалы везли песок и гравий, а в Ливене начали укладывать первый асфальт. Побывавшая на строительстве Ира осталась довольна: дорога росла на глазах, и ей нужно было только обеспечивать изоляцию участка работ от местного населения.

Было непонятно, что творилось в Сардии. Большинство агентов канцлера молчало, остальные передавали сообщения о многочисленных стычках и переговорах между лидерами дворян и даже о случаях нападения крестьян на небольшие баронские замки. Но через границу бежали единицы, поэтому не было оснований для вмешательства. В Сенгале постепенно наводили порядок, а роста цен на еду и голода удалось избежать благодаря подвозу продовольствия с Земли. Постепенно менялось отношение всех сословий к королеве кайнов, как Иру называли уже и здесь. Единственным местом, на которое не распространялась власть её регента, была небольшая область на западе Сенгала и граничащая с ней часть Ливены до герцогства Воля. Но жившие там дворяне не доставляли беспокойства, и их до поры оставили в покое. Из империи не было никаких новостей. Наверное, служба безопасности императора искала подходы к хранителям контейнеров. К Ире за помощью больше не обращались, чему она была только рада. Мать она заставила учиться, вытребовав у директора школы учителя магии. У матери был с ним бурный роман, давший на несколько дней тему для пересудов всей столице, который вскоре перешёл в ровные коечные отношения. Она повеселела, уже не говорила о скуке и даже демонстрировала успехи в магии. Ира разбудила магический дар у Лея Малия и отправила его на обучение. Дар был слабый, но она взяла за правило максимально усиливать своих людей, а на бывшего чиновника императора Адоя у неё были большие планы. Чем лучше работал разросшийся аппарат управления королевством, тем больше свободного времени было у королевы. Как и собиралась, она принесла к себе из замка школьные учебники, начиная с седьмого класса, и часть времени тратила на их изучение. Учебник хортов по магии был уже тщательно изучен и отправлен в сейф. После длительных размышлений Ира решила, что пока рано отдавать его в школу.

Несколько дней назад попросили поставить большие врата, связывающие все объекты строительства советской стороны на побережье. Такую работу не мог выполнить за неё ни один маг, им не хватало сил. Ира поставила на каждой из двух баз сторожевых катеров по трое врат. Через одни можно было попасть на базу соседей, ещё одни врата вели на аэродром, а третьи соединяли базу с артиллерийскими позициями в ближайшем городе. Городки артиллеристов тоже соединялись с городками соседей и с аэродромом. Это было нужно не столько для нужд обороны, сколько для того, чтобы отрезанные от родины люди не страдали от недостатка общения. Впоследствии она планировала соединить приморские города с городом, который построят в Дароме.

Больше времени появилось для общения с молодёжью. Когда Ира решила посмотреть, чему научилась Оля у Лаша, она была приятно удивлена её успехами. Страшила не спешил появляться, и Ира поддалась уговорам и шантажу и вместе с Нелом повела детей на ещё одну встречу со стариками Ольги и со льдом. На этот раз мальчишки уже увереннее держались на коньках и даже пытались прыгать, пока без успеха. А вот Ольга, отработав отдельные элементы фигурного катания с ускоренным восприятием, потом легко демонстрировала их «без мухлежа» посетителям катка, которые не столько катались сами, сколько смотрели на её катание. Вернувшись домой, она спрятала коньки, переоделась и только собралась открыть врата в трапезную, как услышала в голове голос ящера.

– Я вижу, что ты уже готова. Можешь навестить меня сейчас?

– Страшила, миленький, ты вернулся! – обрадовалась девочка.

– Вернулся, но скоро опять надолго уйду, поэтому хочу исполнить обещание. Возьми какой-нибудь небольшой сосуд и приходи, только поторопись, а то меня ждут.

Оля схватила со стола чашку и открыла врата в коридоре дворца, возле дверей в комнату ящера, заставив шарахнуться проходившего рядом мага.

– Простите, – извинилась она. – Поспешила, больше не буду.

И исчезла за дверью, куда магам запрещалось входить.

– Здравствуй ещё раз! – сказала девочка. – Вот чашка. А зачем тебе?

– Это не мне, а тебе, – проворчал Страшила. – Сейчас пойдёт кровь, а ты наберёшь чашку и выпьешь. Тебе это не страшно, не умрёшь. Можешь ненадолго заболеть, зато станешь не слабее Рины и сможешь ей помочь, как никто другой.

Он оторвал когтем одну из чешуек и погрузил коготь в тело.

– Сейчас вытащу, а ты быстро подставляй свою чашку, а то рана почти сразу затянется.

Оля послушно подставила чашку под тонкую струйку почти чёрной крови. Когда чашка заполнилась на две трети, кровь начала только капать, а потом перестала идти совсем.

– Мне это всё выпить? – спросила она Страшилу, который зализывал ранку своим длинным языком.

– Достаточно трёх глотков, – ответил тот. – Лишнее отравит без пользы. Только не давай арусу, если начнёт приставать: ему нельзя.

– А Сергу можно? – спросила девочка, послушно отпив три глотка густой солоноватой жидкости. – А то из него маг почти никакой, хоть и старается.

– Можешь дать, – равнодушно ответил ящер. – Таким, как ты, не станет, но по меркам людей будет сильным магом, если не умрёт. Только долго не тяни, а то кровь испортится.

– А может умереть? – испугалась Оля.

– Может. Если начнёт умирать, дай ему своей крови, тогда выживет.

– Страшила, а ты можешь сказать, где в нашем мире такое место, где всё время холодно, и вода превращается в лёд?

– А зачем тебе такое плохое место?

– Ну, Страшила, миленький! Мне нравится танцевать на льду, а здесь совсем нет льда. Так знаешь или нет?

– А нельзя танцевать просто так? Обязательно нужен лёд? Ладно, есть такое место. Когда я по просьбе Рины смотрел этот мир, наведался и туда. Там из воды торчат вершины гор, вокруг которых находится сплошной лёд. Не знаю, тает он когда-нибудь или нет, но если и тает, то не весь: уж очень его много. Там только снег и лёд, и очертания местности постоянно меняются, поэтому запоминай горы. Видишь картинку?

– Вижу, спасибо! А куда ты собрался, да ещё надолго?

– У меня появилась самка, – довольно сказал ящер. – А самка и потомство требуют времени. С нашими у меня не очень хорошие отношения, поэтому мы с ней уйдём далеко, оттуда я вас не услышу. Всё, мне пора, да и тебе тоже, а то кровь свернётся.

Заспешив, Оля открыла врата в комнаты Серга, чего раньше никогда не делала.

– Ты что какая-то шальная? – удивился лежавший с книгой принц. – И волосы дыбом стоят. А в чём это у тебя запачкано лицо?

– Это кровь дракона! Пей немедленно, пока не испортилась. Больше Страшила не даст. Он сказал, что ты станешь сильным магом, и объяснил, что делать, чтобы не умер. Ну быстро же, Серг! Она сейчас свернётся!

Серг взял у неё чашку, зажмурился и с видимым отвращением выпил содержимое. После того как он поставил чашку на столик, ею завладел Малыш, который начал жадно вылизывать остатки крови.

– Отдай, дурень, тебе нельзя! – Оля отобрала чашку у обиженно запищавшего Аруса и повернулась к другу. – Серг!

Побелевший мальчик выронил книгу и, упав на кровать, согнулся калачиком. Его начало трясти, а руки, которые схватила Оля, были необычно холодные.

– Сейчас, сейчас! – заторопилась она, ища чего-нибудь острое, чтобы разрезать руку. – Вот он!

Она схватила со стены висевший на крючке кинжал, который Серг позаимствовал из кабинета сестры и, сжав зубы, провела острым лезвием по ладони. Привычно заблокировав боль, она смогла нацедить лишь чуточку крови. Разрез затянулся на глазах, оставив лишь белую ниточку шрама. Попытки повторно разрезать ладонь тоже не добавили крови в чашку.

– Да что же это такое! – заплакала девочка. – Мне теперь пальцы себе отрезать, чтобы хоть что-то вытекло?

Результата она добилась только когда разрезала себе запястье, расковыряв кинжалом вену. Там тоже быстро затянулось, но, сжимая руку, удалось набрать крови на несколько глотков. Не давая Малышу засунуть в чашку язык, она одной рукой перевернула Серга на спину, ужаснулась его синему лицу и, разжав зубы, по чуть-чуть влила в рот другу с таким трудом добытую кровь. Некоторое время ничего не происходило, потом дыхание мальчика стало ровным и глубоким, лицо порозовело, и он открыл глаза.

– Увижу Страшилу – убью! – сказал он подруге. – Ты что делаешь с кинжалом? Хотела добить?

– Дурак! – всхлипнула Оля от пережитого страха. – Тебя спасла моя кровь, а она никак не хотела идти. Я себя режу твоим кинжалом, а всё тут же затягивается. Едва не опоздала!

– Я пил твою кровь? – недоверчиво уставился Серг на Олю. – Класс, Аглая обзавидуется. Покажи руку!

Он взял её руку, всю в белых ниточках шрамов, прижал к губам и начал целовать.

– Ты что делаешь? – покрасневшая от смущения Ольга вырвала свою руку и подбежала к Малышу, который вылизывал из чашки остатки её крови.

– Отдай, вампир несчастный! Страшила запретил давать ему кровь, а этот гад пятнистый вылакал всё, что не допил ты, – пожаловалась она другу. – Правда, запрет касался его крови, а Арус выдул мою. И что с ним теперь будет? Королева меня точно убьёт!

– Поделится с тобой силой, – предположил Серг. – Он помнит добро. Ты дала ему свою кровь, он даст силу. Ты хоть как себя чувствуешь после крови этого чешуйчатого идиота?

– Прекрасно чувствую. А если будешь оскорблять Страшилу, то поругаемся!

– Сил не прибавилось? Я ничего такого не чувствую.

– Рина говорила, что у неё не сразу появились силы. Она сначала переболела. Так что и нам нужно день-другой подождать. Кстати, этот чешуйчатый идиот дал мне картинку места, где всегда лёд!

– Точно? – Серг вскочил с кровати, но тут же вынужден был снова сесть. – Голова ещё кружится и слабость. Придётся полежать. Но как только всё пройдёт, оденемся потеплее и сбегаем хотя бы посмотреть.

В дверь постучали, и на разрешение войти появился Деш, который сначала обрадовался Оле, а потом с подозрением уставился на обоих.

– Вы целовались, что ли?

– Что ты болтаешь глупости? – возмутилась Оля.

– От неё дождёшься! – улыбнулся Серг. – Я в благодарность стал целовать руку, и ту отобрала.

– А почему у вас одинаково испачканы губы?

– Сестре не скажешь?

– Чтоб я сдох!

– Мы пили кровь дракона! – сказала Оля. – При этом Серг чуть не умер. Пришлось мне отпаивать его своей кровью!

– А ведь не врёшь, – удивился Деш. – Ну вы и психи! А сестре почему не хотите говорить? Если живы, значит, можно.

– Скажем, – пообещал Серг. – Подождём два дня результатов, а потом побежим хвастаться.