Проверка. Книга первая

– Сволочь! – кричала она, забыв об осторожности и о том, что говорил орк. – Верни меня обратно! Ну что тебе стоит? Зачем тебе ребёнок? Мамочка, как я хочу домой!

Наконец эти крики и рыдания стихли. Вход был свободен от веток, которые зверюга разбросала по всей землянке, и было видно, как быстро начало светать.

«Успокоилась? – спросил Настю паладин. – С тобой уже можно говорить?»

«Идите вы все! – непонятно ответила девочка. – Я не останусь здесь и минуты. Сейчас же всё на себя цепляю и иду в нашу пещеру. Лучше резать орков, чем ещё раз вот так...»

Она передёрнула плечами и принялась привязывать к поясу сумки и колчан.

«Я тоже хотел предложить уйти, – сказал Лор. – Настя, послушай... Не бери сейчас сумки с золотом. У твоего орка вчера закончилась еда, и он обещал прийти вечером, а если не появился, скорее всего, с ним приключилась беда. Если это так, тебе нельзя оставаться одной в пещере, а уходить к людям будешь в эту сторону. Так зачем же таскать туда-сюда лишний груз? Оставь пока я яме и присыпь листвой. Если твой орк жив, он потом сбегает и принесёт».

«Да, рыба должна закончиться, – согласилась Настя, – а его почему-то нет. Ты прав, сейчас закопаю здесь. Тогда быстрее доберёмся до пещеры. Скажи, почему ты не снял мне страх?»

«Я испугался за тебя, – ответил Лор. – Была уверенность в том, что орк не придёт, а если бы тебя разорвал этот сарпан... Боюсь, что мой меч здесь и сгнил бы. Это укрытие должно промокать в сильный дождь. А без меча моя душа истаяла бы без следа».

«Так бы и говорил, что перепугался из-за себя, – сказала девочка. – Больно я вам нужна!»

Она зарыла в листву сумки с золотом, сунув перед этим в карман шорт горсть монет, и налегке побежала в сторону пещеры. Пробежка длилась меньше часа и вывела к реке.

«Здесь она немного шире, – сказал Лор. – Нужно идти против течения».

«А ты всё ещё видишь моими глазами?» – спросила девочка, поворачивая влево.

«Ты не отменяла своего разрешения, – ответил он. – Я тебе не мешаю и смогу вовремя дать совет».

«А я? – подала голос Элла. – Разреши и мне смотреть и слушать, иначе толку от меня будет чуть. Если не захочешь, чтобы мы что-нибудь видели или слышали, всегда сможешь отменить своё разрешение на время или совсем».

«Ладно, можете смотреть и слушать, – согласилась Настя, – но больше ничего!»

Через десять минут она была уже в том лесу, где охотилась на индюков, и вскоре вышла к пещере. В нескольких шагах от входа лежал орк, точнее то, что от него осталось. У Чупчи было надорвано правое ухо, и у лежавшего орка оно было таким же. Кто-то отрубил ему руки и ноги и вырезал внутренности. Вся поляна была залита запёкшейся кровью.

«Он тоже хотел меня сожрать, только испугался богини, – сказала девочка, – а потом привык и оценил полезность. Он спасал меня, чтобы не остаться без мяса, но мне его жаль».

«Отсюда нужно быстрей уходить», – посоветовала Элла.

«Сначала постираю одежду, а потом попробую кое-что забрать, – ответила ей Настя. – У меня не хватит сил, но можно попробовать убрать камень рычагом. Палки у нас были».

Девочка не знала, для чего Чупче жерди, которые он принёс из лесу. При ней он ими не пользовался. Первым делом она сбегала к реке и постирала трусы и шорты, а потом положила их на горячие камни. Стараясь не смотреть на то, что осталось от хозяина пещеры, вошла в неё и осмотрела четыре камня, служившие тайниками. Орки их не двигали, поэтому можно было надеяться, что клады Чупчи лежат на своих местах. Настя выбрала крепкую жердь не из самых тяжёлых и после получасового труда сдвинула тот камень, за которым лежала сумка с кинжалами.

«Хорошее оружие, и дорого стоят, – сказал Лор, – только тебе далеко идти, а это лишний вес, который пояс полностью не уберёт. Если не считать стоимости камней, эти кинжалы потянут только на пять золотых, а с камнями – на полсотни. Стоит ли возиться?»

«Я не хочу идти к жрецам, – сказала девочка, – по крайней мере, пока не узнаю, можно это делать или нет. Тысяча лет – это очень много! И с твоим золотом светиться... Не знаю я, чем это может кончиться, и вы этого не знаете!»

«Хочешь продать кинжал?» – спросил паладин.

«Конечно! На нём не написано, что ему тысяча лет, просто дорогая вещь. И с одеждой не буду ждать до города. Сами стреляйте своих кроликов! Я не пошью из них юбку. Ты знаешь, как выделывать шкуры? Вот и я не знаю! Вроде бы их очищают, а потом замачивают в моче. Где и когда я буду этим заниматься? А если просто высушить, они будут слишком жёсткие. Возле каждого города должны быть деревни. Увеличу себе иллюзией возраст, представлю какое-нибудь платье и продам один такой нож в дом побогаче. Пусть не дадут его цены, но будут хоть какие-то деньги, и можно разжиться одеждой, а остальное без спешки сделать в городе».

«Можно и так, – сказала Элла. – Непонятно только, почему ты боишься обменять золото».

«Боюсь, потому что ничего у вас не знаю, – ответила Настя. – Откуда мне знать, может быть, запрещено ходить в вашу столицу, или вообще нельзя заниматься раскопками. Может, это право короля, а тут появляюсь я и начинаю сорить новенькими монетами, выпущенными во времена империи. Подождём. Я думаю, что будет нетрудно об этом узнать. Жаль, что сюда не ходят гробокопатели. Можно было бы нанять одного или двух».

«С такими опасно связываться, – сказал Лор. – Это должен быть совершенно безбашенный народ. Ты долго будешь здесь сидеть? Бери кинжалы и пойдём, а то досидишься до возвращения орков. Они сразу поймут, что здесь кто-то был. Ты от них не уйдёшь».

«Я отдыхала. Сейчас проверю тот камень, за которым лежал пояс. Может, там есть что-нибудь ценное. За третьим камнем лежит книга, а есть ли что-нибудь за четвёртым, я не знаю. Но это и не важно, потому что у меня хватит сил только на один камень».

На этот раз она, несмотря на усталость, справилась быстрее. За отодвинутым камнем лежал стеклянный шар диаметром сантиметров десять, в котором клубился дым.

«Джинн... – растерянно сказал паладин. – Даже не знаю, повезло тебе или нет».

«Забирай и быстрее уходи, – поторопила Элла, – а то действительно кто-нибудь заявиться и придётся пробовать этого джинна. Только лучше его во что-нибудь завернуть. Шары просто так не бьются, но всё равно...»

«Не во что мне его заворачивать, – сказала Настя. – Понесу в руке. Не объясните, что в этом шаре? А то не все слова в переводе означают то же, что у нас».

«Если коротко, то это довольно сильное оружие, – объяснил Лор. – Джинн – это стихийный дух. Шар сделан так, что его трудно разбить случайно, но он легко разбивается, если кинуть в противника. Дух огня сожжёт всё, до чего сможет дотянуться, пока не потратит свои силы. Дух воздуха уничтожит смерчем, ну а духов воды применяют в морях и больших реках, чтобы топить вражеские корабли. Ловить стихийных духов и заключать их в шары – это сложная и опасная работа, поэтому они дорого стоили. Я не знаю, как с этим сейчас. Для тебя они так же опасны, как и для других, потому что бьют не магией, а стихийными силами».

«Немного отдохнула, так что теперь дойду, – сказала девочка. – Хоть и не хочется ночевать в схроне Чупчи, но одну ночь придётся. Если выйти сегодня, я далеко не уйду, и нужно будет спать в том же лесу, только под деревьями и без укрытия».

«Не беспокойся, сегодня гостей не будет, – успокоил паладин. – Ты смертельно ранила сарпана, и возле входа всё забрызгано его кровью. Запах будет держаться несколько дней, забивая твой. К землянке никто не подойдёт».

После орков в пещере не осталось ничего съестного, а на охоту или лазанье по деревьям не было сил, поэтому обедала и ужинала водой из ручья. Лор немного успокоил насчёт здешних тигров, но Настя всё-таки запасла два хороших кола, которые весь вечер заостряла кинжалом. Ночь прошла спокойно, хотя она раз десять просыпалась и хваталась за колья. Утром обвешалась сумками и оружием и, стараясь уберечь от них ноги, зашагала прочь от развалин столицы бывшей империи. До вечера пришлось идти голодной. Птицы в лесу были, и можно было остановиться и поохотиться, но не было огня. Плодами можно было насытиться, но от такой еды не прибывало сил, а орешник не попался. Спасение пришло в виде небольшой лесной реки, в которой Настя искупалась. Когда мылась, увидела на песчаном дне много раковин. Не очень вкусная и питательная пища, но девочку она поддержала и позволила на время заглушить голод. Незадолго до ночлега она услышала в отдалении рёв сарпана, поэтому решила ночевать на дереве. Нашла упавший ствол и подсунула под него сумки. Зарывать в листья не хотелось из-за обезьян. Они редко спускались с ветвей, но могли испортить её вещи и разбросать золото. Освободившись от сумок, Настя вскарабкалась на большое дерево, плоды которого можно было есть, и там заночевала, привязав себя к одной из веток. Спала очень недолго и беспокойно, но всё-таки смогла отдохнуть. Перед тем как спуститься, позавтракала небольшими сладкими плодами. Обеда опять не было, но удалось к концу дня выйти к выложенной плитами дороге. Они потрескались и во многих местах были покрыты почвой. Кое-где прямо посреди дороги росли деревья.

«Её долго предохраняла магия, – сказал Лор. – Если бы не она, здесь ничего не сохранилось бы. Дорога – это хорошо, потому что она наверняка идёт к одному из окружавших столицу городов. Вряд ли все они были разрушены. Это здесь ею никто не пользуется, а дальше может быть иначе».

Лес возле дороги был ниже того, где жили орки, и в нём водилось меньше живности, поэтому Настя рискнула переночевать прямо под деревьями, положив под руку меч. Спала очень плохо из-за ежей. Этих зверьков оказалось много, и они почему-то не боялись девочку. Один даже пробежал по ней, заставив закричать от испуга.

«Надо было разжечь костёр», – нравоучительно сказала жрица.

«Где я возьму огонь? – обиделась Настя. – Я не дура и сама знаю, что с костром лучше. Я и охоту забросила из-за того, что не на чем зажарить мясо».

«Надо было сказать, и я разожгла бы огонь с помощью пояса, – ответила Элла. – Мне трудно часто использовать магию огня, но раз в день могу что-нибудь зажечь».

После её слов девочка обиделась ещё сильнее. Она голодает, а ей не помогли даже с огнём! Она не стала разжигать костёр ночью. В такую темень трудно собрать дрова, да и место для костра нужно готовить заранее, чтобы не устроить пожар. Утром пришла к выводу, что виновата сама. Духи паладина и жрицы только напоминали людей, и поведение у них отличалось от человеческого. Если их о чём-то попросить, они пытались помочь, но сами редко проявляли инициативу. Молчит она о своих проблемах, значит, для них этих проблем нет. Это следовало учесть на будущее.

Настя поохотилась и сбила стрелами несколько куропаток. Много времени потратила на готовку, зато поела настоящую пищу и мяса должно было хватить на весь день. Хорошо идти по дороге сытой! Настроение у девочки было приподнятое, чем сразу воспользовалась Элла, напомнившая, что пора изучать этот мир. Настя не возражала, но долго учиться не получилось, потому что через час неожиданно встретились с людьми.

Глава 4

Чем дольше шли, тем больше Най поминал все известные ругательства, костеря себя за то, что поддался на уговоры Герта и попёрся вместе с ним в Проклятый город. Деньги были нужны, но из такой вылазки запросто можно было не вернуться. У него нечем заплатить жениху дочери, но свадьба может и подождать. Если он свернёт себе шею, Гуля так и останется в девках. Кому нужна бесприданница!

– Осталось не больше двух дней ходьбы, – сказал сосед. – Я думаю, что не могли там всё выгрести. Когда-то это был самый большой город мира!

– Мир большой, – буркнул Най. – В нём столько империй и королевств, что в них запуталась сама богиня. Может, в столице что-то и осталось, но это не значит, что у нас с тобой будет добыча. Наверняка там были люди не глупее нас и обыскали всё, до чего смогли дотянуться. Много мы наработаем одной лопатой? И дадут ли нам там копать? В город уже давно никто не ходит, а до этого были слухи, что из него многие не вернулись.

– А ты больше верь слухам, – рассмеялся Герт. – Звери там будут, но для зверей у нас есть арбалет! – И он с гордостью посмотрел на здоровенный армейский арбалет на своём плече.

– Надо было не скупиться и купить к нему болты, – по-прежнему недовольно сказал Най. – Много ты навоюешь с тремя?

Сосед не успел ответить, потому что из-за росших на дороге деревьев вышла девчонка. Сначала Най не понял, что она почти голая, из-за висевших на поясе сумок и оружия, потом до него дошло, что на ней только штаны с оторванными штанинами. Герт наконец заткнулся и тоже уставился на её голые ноги. Они были красивыми, как и всё остальное у этой девчонки, вот только до женщины ей было расти самое малое два года.

– Как думаешь, это не наваждение? – спросил пришедший в себя сосед. – Откуда здесь могут взяться девчонки, да ещё голые? Может, в неё стрельнуть?

– Я тебе стрельну, козёл! – зло сказала девочка, положив руку на свой меч. – Жить надоело? Живо отвечайте, кто такие!

– Крестьяне мы, – ответил Герт, привычно подчиняясь приказу. – Гуляем здесь, значится.

– А гуляете не в императорскую столицу? – засмеялась она.

– Может, и туда, – сказал сосед, вернувший себе уверенность после её смеха. – Тебе-то какое дело? Сама кто такая и почему шляешься голой? Давно не лупили?

– Если идёте туда, мне не о чем с вами разговаривать. Вы уже почти мертвецы!

– Как это? – растерялся Герт. – Что ты такое говоришь?

– Что слышал. Столица занята орками, которых вы очень обрадуете своим появлением. Сказать причину их радости или догадаетесь сами?

– А ты откуда об этом знаешь? – спросил Най. – Сама оттуда? Тогда почему тебя не сожрали?

– У меня была дружба с одним из них.

– А что у тебя в сумках? – спросил Герт. – С виду тяжёлые. Тоже ходила за добычей?

– Если в твою голову пришла мысль меня ограбить, то ты ещё дурней, чем кажешься, – сказала девчонка. – Неужели ты считаешь себя страшнее трёх сотен орков? Или достаточно безумный, чтобы поднять руку на жрицу великой Вероны?

Она протянула руку, и на ладони возник символ служения жриц – зелёное око.

– Демон попутал... – забормотал попятившийся от неё Герт. – Клянусь богиней, вам не будет от нас никакого урону!

– Ну если клянёшься богиней... – жрица на несколько мгновений задумалась, потом сказала обоим: – Вы не очень подходите, но других слуг взять негде. Как далеко отсюда до города?

– Верт в трёх днях пути, – почтительно ответил Най.

– Я не здешняя, и ничего не знаю о вашем королевстве. Где у вас столица?

– Так Верт и есть столица, – подсказал Герт. – Наша деревня рядом с ним.

– Проводите меня в столицу! – приказала она. – Так будет проще и мне не придётся рубить всех встречных олухов, которым не понравятся мои ноги или приглянутся сумки. Перед столицей зайдём в вашу деревню, мне там надо кое-что купить. Сейчас принесёте клятву, и я дам вам по пять золотых. Когда будем в столице, получите ещё столько же.

Ощутив в душе восторг, Най отбросил лопату и упал на колени. Мгновением позже рядом бухнулся Герт. Десять золотых – это годовой доход крепкого крестьянского хозяйства, а приятели не могли похвастать благополучием.

– Повторяйте за мной, – сказала жрица. – Клянусь великой богиней служить жрице Нальде и не причинять ей ни малейшего вреда! Клятва верна до столицы, потом получите золото и можете идти на все четыре стороны. Идти туда, куда вы собрались, не советую. Я ведь не шутила, когда говорила о людоедах. Для вас такой поход будет дорогой в один конец. Считайте, что сегодня я спасла вам жизни.

Они послушно повторили клятву и получили по пять золотых.

– Госпожа... – нерешительно обратился к ней Най. – Вы не ошиблись? Это ведь имперское золото!

– А чем оно хуже вашего? – не поняла жрица.

– Я говорю к тому, что оно ценится намного дороже, – смешался Най. – За одну такую монету дают десять золотых королевства!

– Мне попались честные слуги, – довольно сказала хозяйка. – Я выполню своё обещание, а вы начинайте службу. Подбери лопату, она может пригодиться. Вы уже ели? Ну и я позавтракала, поэтому разворачивайтесь и идём до обеда. Готовка на вас, а я к ней что-нибудь подстрелю. В дороге будете нести лук и стрелы. Сумки я понесу сама. А пока идём, ответите на вопросы. Вопрос первый: в вашей деревне есть богатые крестьяне?

– Немного, но есть, – ответил Най. – У старосты богатое хозяйство. Он даже нанимает работников.

– А можно там купить приличное платье на такую, как я?

– Так смотря что считать приличным, – сказал давно молчавший Герт. – У старосты есть внучка вашего роста, но даже её праздничная одежда не подойдёт жрице.

– Одежда нужна только на время, чтобы зайти в столицу, – объяснила жрица. – Там я закажу другую. Моя пришла в негодность, поэтому пришлось надеть этот срам. Лучше такая одежда, чем идти голой.

Она замолчала, молчали и они, не смея мешать разговором, хотя Най видел, что соседу очень хочется поболтать. Такая возможность выпала на привале, когда жрица оставила свои сумки, забрала у Ная лук с колчаном и ушла охотиться. Их задачей было развести костёр и нагреть воду в котелке, что сделали очень быстро.

– Как ты думаешь, что у жрицы в сумках? – спросил Герт. – Вроде что-то звякнуло. Неужели золото? Если я попробую поднять, ей не будет вреда?

Он промолчал всю дорогу и теперь болтал без перерыва.

– Попробуй, – предложил Най, которому тоже было интересно. – Какой вред, если ты ничего не взял?

– И я так думаю, – согласился сосед. – Ничего себе! Поднять можно, но не выйдет долго нести без отдыха. Точно золото! Как же она, такая маленькая, его прёт? Не иначе как магия! Она будет теперь не беднее нашего короля. Если за каждую такую монету дадут десять...

– Ты лучше считай не её золото, а наше, – сказал Най. – Мы с тобой будем не беднее старосты! За одну прогулку получим сто золотых! Мы с тобой и за десять лет не заработаем таких денег. Повезло, что она такая молодая и ничего у нас не знает. Другая бросила бы одну монету, а то и вовсе приказала бы проводить просто так! И я проводил бы. Она ведь не соврала, когда сказала, что спасла нам жизнь. Сожрали бы нас из-за твоей задумки. От орка не убежишь, а твой арбалет ему...

– Так из-за моей задумки и разбогатели! – перебил его сосед. – Остался бы ты дома, и не было бы никакого золота!

Разговор пришлось прервать из-за появления жрицы со здоровенной птицей.

– Единственное, что удалось подстрелить, – сказала она, с облегчением отдав свою ношу мужикам. – Часть мяса сварим, а остальное пожарим и вечером не будем возиться с готовкой. Руки у вас заняты, а языки свободные. Расскажите о королевской семье и вообще о самых сильных людях королевства. Вы хоть и крестьяне, но почти столичные жители, поэтому должны знать. Можно без подробностей, самое основное.

Язык был лучше подвешен у Герта, он и начал рассказывать:

– Наш король Габриэл правит без королевы. Она умерла семь лет назад, когда рожала младшую принцессу. У него два сына и две дочери. Наследнику семнадцать, а его брат на три года младше. Старшей принцессе уже шестнадцать и её сосватал наследник Сомского королевства. Вроде говорили, что свадьба будет зимой. Младшей принцессе всего семь. Родственников у короля много, и мы, понятное дело, не знаем всех. По жене он в родстве с герцогами Викасскими, они у нас из самых сильных. Младший брат короля – это герцог Недальский. У него есть право на трон, но король с братом любят друг друга, поэтому у нас в королевстве нет разлада, не то что у некоторых соседей.

– А сколько этих соседей? – спросила жрица.

– С нами граничат пять королевств, – с готовностью ответил Герт, – а из империи выделились семь. У нас общий язык с соседями, но на имперском говорят и в десятке других королевств. Это те, кто к нам ближе, у дальних свои языки. Больших войн, слава богине, нет, но стычки бывают. Короли чаще дерутся своим войском, но иногда собирают и ополчение. Три года назад в этом повезло участвовать мне, в одном из сражений раздобыл арбалет.

– У вас кто-нибудь берёт деньги на хранение или в рост? – задала очередной вопрос жрица.

– Есть жреческое братство Нурия, – сказал Герт. – Они хранят золото и берут за это плату. Это удобно для купцов, потому что не нужно возить с собой много денег. Братство во многих королевствах, так они по своим запискам выплатят всё до последней монеты. А в рост можно давать купцам, но там можно и потерять деньги.

– В Верте есть сёстры?

– Извиняйте, госпожа, – замотал головой Герт, – но я о них ничего не знаю. Жреческие братства точно есть, а что там с сёстрами...

– Можно в деревне купить хорошую лошадь? – спросила жрица. – Не хочется идти пешком с этими сумками.

– Сын нашего старосты разводит скаковых лошадей. Понятное дело, что не для себя, а на продажу. Подберёт он вам хорошую кобылу. Только я не знаю, найдёт он женское седло или нет, а с мужским вы не сможете забраться на лошадь или с неё слезть. У нас дамы ездят верхом только со слугами.

– Тебя как звать? Представьтесь оба.

Они назвали себя, после чего разговор возобновился. Най слушал, о чём они говорили, а сам ощипывал и потрошил птицу, а потом разрезал на куски. Часть мяса отправилась в кипящую воду, куда он сразу же засыпал крупу, а остальное проткнул прутьями и отложил до того времени, когда приготовится похлёбка.

– Скажи, Герт, ваши женщины вообще не носят штанов? – продолжала спрашивать жрица. – В королевстве, откуда я родом, они надевают штаны для конных прогулок, и не нужно никаких женских сёдел.

– Ездят и так, но не дамы, а наёмницы. Они, почитай, всё время бегают в штанах, но это и понятно: драться в ваших платьях никак невозможно.

– Где путешественники останавливаются в столице?

– На постоялых дворах, – ответил удивлённый вопросом Герт. – Иной раз сдаются комнаты и в трактирах.

– Я спрашиваю не об этом, – нахмурилась она. – Меня интересует, в каком из них лучше остановиться?

– Не знаю, что ответить... – пришёл в замешательство Герт. – Мне это было без надобности. Спросите у нашего старосты, он может знать.

– Последний вопрос, и будем обедать, – сказала жрица. – Как на меня посмотрят, если приеду на постоялый двор в штанах? Понятно, что не в этих, а в нормальных.

– Лучше вам, госпожа, приехать с каким-нибудь мужчиной, – ответил за соседа Най. – Тогда на вас не обратят большого внимания, в штанах вы будете или в платье. Он потом может уехать, главное, чтобы договорился с хозяином. Вам бы малость прибавить годов – и было бы проще. А так может найтись немало тех, кто захочет обидеть. Мы для такого не годны, а вот наёмники...

– По-моему, уже сварилось, – понюхав варево, сказала она. – Отставляйте, будем студить и есть, а пока раскладывайте шампуры и жарьте мясо. Когда поедим, оно уже должно приготовиться.

Най ожидал, что, когда тронутся в путь, госпожа опять будет задавать свои странные вопросы, но она всю дорогу молчала, и больше в этот день не было разговоров. Первую половину ночи дежурил он, а потом разбудил Герта и до утра лёг спать. Дежурство было необременительным и заключалось в подкладывании дров в небольшой костёр. Утром на нём же сварили кашу, к которой добавили оставшееся со вчерашнего дня мясо. Жрица решила не обедать, а раньше остановиться на ночёвку. Она опять ушла на охоту, но на этот раз принесла только двух куропаток, которых им впритык хватило на ужин. Утром не стали возиться с завтраком и затягивать выход. Жрица сбегала в лес и вернулась с полной сумкой плодов, их на ходу и поели. Най видел, что девочку охватило какое-то лихорадочное нетерпение. Она рвалась вперед, стараясь как можно меньше задерживаться на привалах, хотя дорога давалась ей трудней, чем мужикам. На второй день тоже были вопросы, но меньше и такие, на большинство из которых у них не нашлось ответов. Хозяйка была недовольна, но не сказала ни одного плохого слова. Обед опять пропустили, а отъедались вечером похлёбкой из крупы и добытых жрицей птиц. К вечеру третьего дня должны были подойти к Верту, но всё сложилось иначе. В полдень лес по обе стороны дороги поредел, а местами исчез, сменившись вырубками и крестьянскими полями. Плиты на дороге по-прежнему были потресканные, но очищенные от деревьев и кустов. Когда показалась деревня в сотню дворов, жрица решила, что в неё нужно зайти.