Новая надежда-4 «Игры власти»

Глава 3. И снова Аратан

Мы расположились в малом гостевом доме Нитикс в окрестностях императорского дворца на планете Аратан уже привычно и даже буднично. Показали нашим новым советникам как всё тут устроено, и собрались в столовой подкрепиться и решить, с чего начнём в деле регистрации и обустройства торгового и дипломатического представительства баронства в столице Империи.

Мои умницы жёны сразу намекнули, что хорошо было бы повторить званый ужин с соседями и пригласить Нитикс, главу СБ империи. Знакомиться с министрами и начальниками ведомств нужно в неформальной обстановке, и лишь потом решать официальные дела, в ходе приятного дружеского общения. Личный состав взвода особого назначения с энтузиазмом принял идею, осталось только придумать тематику и повод для вечеринки.

Мои девочки помогли и тут. Элара, загадочно улыбнувшись, сказала:

– Дима, а ведь наши соседи не слышали, как вы поёте.

Брелси тут же подхватила идею, разгораясь взглядом,

– Я уверена, все будут в восторге! А если вы ещё покажете гостям вашу строевую подготовку и строевую песню, то даже теряюсь в догадках, какую уступку и поддержку можно будет просить у наших министров за такое уникальное представление!

Я задумался, соглашаясь пожал плечами, а почему бы ни походить строем и ни поорать песни, если будет польза для дела. Это будет первый случай в моей жизни, когда шагистика и муштра принесёт не только эстетическое удовольствие командирам и зрителям, но и выгоду всему баронству. Вскинулся и зычно спросил у народа,

– Ну что, орлы, постараемся ради отечества, тряхнём стариной?!

Личный состав радостно зашумел, выражая полное согласие и готовность блеснуть перед местными земной военной выправкой и удалью.

Я нашёл глазами нашего походного командира взвода Сергея Петровича,

– Полковник, назначь и проведи репетицию «конкурса строя и песни» имени Царя Гороха. И подберите самые задушевные шлягеры строевой песни. Раздадим ребятам слова и напомним музыку. Девочки будут подпевать с места. Мозг вам в помощь.

– Сделаем, товарищ Адмирал флота! – хором ответили Сергей Петрович и главный искин баронства.

* * *

Вечером по малому гостевому дому была объявлена тревога с построением во дворе. Возле выхода стоял с видом строгого ротного старшины бывший «особист», и демонстративно поглядывал на старинный механический хромированный секундомер в руке, отмечая время сборов каждого "бойца".

Все ребята очень старались и торопились, потому что знали – в походе, вдали от базы, всё серьёзно, и Сергей Петрович придумает, и не раз, как жёстко «поощрить» нерадивого соратника. Или прибавит пару-тройку кружочков вокруг стадиона, или одарит дополнительным спаррингом в полный контакт с Муслимом Ибрагимовичем.

Наш взвод красиво построился на площадке посыпанной белой каменной крошкой перед огромным трёхэтажным особняком, называемым «малым гостевым домом». Девочки – налево, мальчики – направо.

Ещё днём всем на нейросеть пришли сообщения с текстами песен «Смуглянка», «Катюша», «Эх, дороги. Пыль да туман», «Тёмная ночь», «Синий платочек», переведёнными на язык интер. С переводом пришлось хорошо повозиться. Мозг выдавал множество вариантов сложных в поэтическом переводе мест, а мы шумно выбирали самые удачные и добавляли свои. В итоге получилось, вроде, неплохо. Был и забавный момент, когда наши аратанские девчонки разревелись, полностью осознав смысл песни «Тёмная ночь». Мы их дружно успокаивали и отпаивали напитками из пищевого синтезатора. В конце «худсовета» они в ультимативной форме потребовали включить в концерт шуточную песню «Солдатушки, бравы ребятушки», с которой мы прославились и всем полюбились на гражданской станции Сильвия-142, откуда аратанки были родом, чтобы сгладить грусть от остального военного репертуара.

Когда мы выстроились во дворе, Сергей Петрович выполнил ритуальный подход и доклад старшему начальнику, то есть мне, и начал раздавать строевые команды. Через полчаса проб и ошибок начало получаться круто! Наш строй, и строй девушек сходились и расходились, смешивались на встречных курсах, проходя друг сквозь друга. Потом попробовали попеть хором на ходу без музыки. Все сразу поняли, что получается что-то не то. Вызвали из фрегатов в ангаре четырёх абордажных дроидов, которые через свои мощные динамики, рассчитанные перекрикивать грохот боя, вжарили сначала военный марш, а потом аккомпанемент к песням в исполнении военного оркестра. Стало лучше, но всё равно как-то не так.

Попробовали попеть стоя, чтобы не отвлекаться на сложную маршировку. И окончательно поняли, в чём дело – наши песни на языке интер звучали как-то неестественно, без души. Мы тут же переиграли концепцию, решив, что будем исполнять на родном языке, а гостям пришлём на нейросеть перевод. Попробовали и невольно заулыбались – теперь песни полились как свет через протёртое окно, ярко, чётко, искренне. Потом решили, что лирические песни будем исполнять стоя, изображая военный хор, а «Солдатушки, бравы ребятушки» исполним на ходу, показывая чудеса строевой подготовки. Благо, песня очень длинная, если исполнять все куплеты.

* * *

Наступил вечер пятницы-развратницы, на который был назначен наш званый ужин. Соседи и Нитикс с радостью откликнулись на приглашение, в прошлый раз всем влиятельным гостям очень понравилась уютная расслабленная атмосфера нашей вечеринки, без политесов и чинопочитания.

Я уже не переживал, что в 19 часов ни один гость не появился, все соблюдали приличия аратанского общества, и задерживались, как требует их высокий статус. Чтобы показать свою значимость и независимость. Однако после 19:30 гости начали прибывать полноводным потоком. Все тепло и радушно здоровались, как старые знакомые, обменивались незначительными новостями, знакомились с нашими новыми советниками баронства. Гости разобрали напитки, перекусили яствами из невероятного ресторана «Гурман», единственного в своём роде, безумно дорогого, но покорившего нас своим нестандартным и утончённым подходом к подбору ингредиентов и способов приготовления блюд.

По совету управляющего рестораном Мéлка, за отдельную плату, мы пригласили двух самых толковых официантов, которые прилетели на глайдере вместе с едой. Возле длинных столов, заставленных блюдами, судочками, многоэтажными стойками с кусочками и кусищами чего-то вкусного, состоялась феерическая лекция, рассказ, инструкция, мастер-класс употребления невиданных деликатесов. Гости были в полном восторге от увиденного, услышанного и попробованного. Их избалованные и пресыщенные вкусовые рецепторы наполнились счастьем новых ощущений, придав своим хозяевам необыкновенно благодушное и улыбчивое настроение.

Мы с жёнами, Сергеем Петровичем и Муслимом Ибрагимовичем наблюдали картину изумления от невиданных кушаний и выпадения в кулинарную нирвану наших гостей, и хихикали, что зря репетировали свой концерт. Наши гости находятся в таком благостном настроении, что без всякого концерта понятно, мы их уже ублажили на 110 процентов. Можно просить что угодно и получить полное одобрение. Но решили ничего не менять.

Когда наши соседи вдоволь напробовались, и взялись за напитки, я пригласил всех выйти на большое крыльцо, подышать свежим воздухом и посмотреть концерт по мотивам армейских традиций моей родины.

Гости очень заинтересовались, и перешучивающейся расслабленной толпой вышли на крыльцо особняка, куда шустрые дроиды уборщики уже вынесли стулья, столы с напитками и закусками. На большой площадке перед крыльцом под почти ночным небом стоял наш строй в роскошной белой парадной форме, освещённый прожекторами абордажных дроидов. Они были густо закутаны в красивые ткани так, что в них ничто не выдавало боевые машины. В первой шеренге стояли наши девочки, за ними – мужчины. У всех на лацканах кителей сверкали золотом значки баронства.

Из динамиков дроидов грянул военный марш, и мы, под команды «особиста» продемонстрировали несколько перестроений – в одну шеренгу, обратно в две, в четыре, и снова в две, повороты, развороты, немного помаршировали для «разминки» – зрелище вызвало у публики вежливые аплодисменты. А потом мы остановились перед крыльцом, развернулись по команде «нале-во!» Дроиды включили музыку, и мы грянули хором «Смуглянку».

Лица наших соседей на крыльце поразило полное изумление. Они такого никогда не слышали и не видели. В армиях Содружества не принято исполнять хором песни, не то что в строю, а вообще никак. Мощный мужской хор, дополненный красивыми подпевками наших женщин, которые пели на интере, но это только украшало творимую музыку, звучало вторым, «закадровым» фоном из другого мира.

Постепенно музыка и наши эмоции захватывали министров и начальников ведомств, их лица наполнялись радостью и удалью, было видно, что многие пытались нам подпевать на припевах. Когда музыка стихла, пространство наполнилось аплодисментами и криками восторгов. Мы тоже себе хлопали и кричали, потому что получилось замечательно. Присутствие зрителей дало нам мощный импульс, настрой, зарядило энергией и азартом.

Потом мы спели «Катюшу», «Тёмную ночь», на которой глаза гостей и наших девчонок наполнились слезами, а лица сделались очень задумчивыми и возвышенными. Следующую спели «Эх, дороги. Пыль да туман». Получилось очень задушевно. А после «Синего платочка» перед строем вышел Сергей Петрович и зычно начал раздавать строевые команды, и после нескольких перестроений скомандовал: «Песню запе-вай!». И мы запели «Солдатушки, бравы ребятушки» под строевые приёмы, схождения, расхождения и пересечения.

Когда мы снова встали в две шеренги напротив крыльца, и музыка стихла, мы поклонились, а гости стали неистово хлопать в ладоши, свистеть и кричать, выражая восторг и удовольствие от увиденного.

Возвращались в дом уже общей перемешанной толпой. Все сияли улыбками, и исполнители и зрители, получилось действительно здорово. Наши девушки убежали переодеваться в бальные платья. Концерт – это хорошо, но танцы – это святое!

В перерывах мы подходили с нашими советницами по торговле и дипломатии то к одним, то к другим «профильным» гостям, спрашивали совета, поближе знакомили девочек, предварительно договаривались.

В итоге нам посоветовали купить шикарный особняк в нашем районе, который продаётся уже два года и никак не продастся. Он слишком большой для проживания семьи, но маловат в качестве родовой резиденции. А вот для торгового и дипломатического представительства – идеальный вариант. Самый престижный район столицы, полная безопасность, с комфортом могут разместиться до ста пятидесяти человек. Огромный бальный зал, подземный ангар, способный вместить два крейсера, множество рабочих кабинетов, залы для совещаний, столовые, кладовые. И прекрасная старинная дворцовая мебель. Такую сейчас не делают! Выглядит очень солидно и официально!

Мои девочки Брелси с Эларой аж задрожали от желания получить этот дом. Но тут Элара, что-то вспомнив, вскинулась и погрустнела,

– К сожалению, в этом квартале могут держать дома только члены правительства, родственники императора и начальники ведомств.

Нитикс весело посмотрела на меня,

– Дима, ты же у нас глава Агентства Галактического Порядка? – я утвердительно кивнул, а мои жёны понимающе заулыбались.

– Ну вот, значит ты глава ведомства, и даже покруче моего, – Нитикс иронично и смешливо всех осмотрела. Народ понял шутку и по-доброму посмеялся.

– Нужно подтверждение, что соседи не против нашего проживания рядом с ними, – продолжила, ещё не поверив в своё счастье, Элара.

«Я не против!», «Я двумя руками за!», «Конечно въезжайте! Надоело уже, что соседний дом пустует», «Покупайте не глядя! Вот моё согласие», «Жить рядом с такими весёлыми соседями – что может быть лучше?»

Мне на нейросеть посыпались письма с подтверждениями от соседей, что они согласны с нашим проживанием в доме по адресу: 189-й Парковый сквер, дом 2.

Я только воскликнул, «Вау!», и благодарно кивал всем соседям, приславшим письма, говоря им спасибо за гостеприимство. Они в ответ благосклонно и покровительственно улыбались.

Элара, уже с широкой улыбкой, смотрела в глаза своей тёте Нитикс,

– И самое сложное! Нужно получить разрешение от службы безопасности Империи!

Все рассмеялись, а «тётя Нитикс» подбоченилась, сделала величественную осанку, и начала по очереди пристально разглядывать наш взвод особого назначения.

Местный народ затих и сдерживал рвущиеся наружу улыбки, жадно следя за представлением.

Нитикс слегка поморщилась, недоверчиво прищурилась и отрицательно покачала головой,

– Какие-то они все подозрительные, особенно эта, – и ткнула пальцем в Элару. – Я слышала, в детстве она мечтала стать пираткой, – народ захихикал. – Но если вы просите, то так и быть, служба безопасности может пойти навстречу обществу.

Наши соседи перестали сдерживать улыбки и дружно начали скандировать, размахивая бокалами в руках: «Про-сим! Про-сим! Про-сим!»

Нитикс не выдержала, тоже заулыбалась, притянула к себе Элару, обняла и поцеловала.

– Люблю тебя, девочка!

– И я тебя очень люблю, тётя! – счастливо улыбаясь, ответила моя вторая жена, ластясь к главе службы СБ империи, словно котёнок.

Мне на нейросеть пришло официальное сообщение на фирменном бланке СБ: «Уведомление №546414. Сим подтверждается, что барон Кошкин прошёл проверку Службы безопасности империи Аратан на предмет проживания в правительственном квартале «Парковый сквер» на планете Аратан. Барон Кошкин, Дима с планеты Земля, может приобрести в своё владение особняк и прилегающий участок по адресу: 189-й Парковый сквер, дом 2, и использовать его в качестве резиденции баронства Кошкин в столице Империи. Глава СБ Нитикс».

Я радостно улыбнулся, переслал сообщение Брелси и Эларе, и подошёл к Нитикс сказать ей спасибо. Она смешливо на меня посмотрела,

– Что, зятёк, доволен?

Я покивал, благодарно улыбаясь,

– Ещё как доволен, дорогая Нитикс! О таком представительстве мы даже мечтать не смели!

Глава 4. Наш новый дом. Дворец.

Брелси вдруг спросила у министра экономики, с женой, которые стояли рядом,

– А этот дом далеко?

– Неет, совсем рядом. Пешком идти минут двадцать отсюда.

– А давайте пойдём его посмотрим?! – Брелси чуть ни подпрыгивала на месте от радостного возбуждения, и её спонтанное искреннее желание тут же овладело массами.

Все дружно поддержали идею. Соседям было действительно интересно посмотреть, в каком состоянии находится дом, а многие в нём вообще никогда не бывали, но слышали о чудесной обстановке.

Как говорится, есть предложение, нет возражений. У кого-то из соседей был контакт управляющего поместьем, и он был предупреждён, что сейчас придут покупатели, нужно показать особняк.

Мы дружной нестройной толпой вывалились из дома под звёзды аратанского неба – которых было намного больше, чем на Земле, и светили они заметно ярче, ведь Аратан находился в два раза ближе к центру галактики, чем Солнце – и расслабленно побрели в указанном соседом направлении по освещённой ночной подсветкой белой дорожке. Многие предусмотрительно прихватили с собой бутылки с вином, соками и пивом, щедро делясь со всеми страждущими. В нас вселилось чудесное разгульное и бесшабашное настроение, когда любишь весь мир и пьяный без вина, от переполняющей жизни и щемящей яркости момента.

Я заметил слева и справа от нас движение тёмных теней. Охрана Нитикс не спала, бдительно охраняя второго человека империи. Ну и нас заодно.

Вдруг кто-то из наших тихонько запел, переполняемый чувствами, «Ой мороз, моро-оз, не морозь меня!», и мы, не сговариваясь, тут же подхватили, размахивая бутылками с лимонадом и бокалами, громко выводя на всю округу, благо будить было некого, все были с нами: «Не морозь меня, моего коня!»

Наши гости были в эстетическом приятном шоке. Широта песни их поразила и заворожила. Они шли с нами и глупо улыбались, глядя на звёзды. Аратанцы не понимали, о чём песня, но чувствовали успокоение, уют, простор, ширь и восторг от музыкальной красоты «а капелла».

Когда мы закончили, несколько секунд стояла тишина, а потом ночь взорвалась бурей вопросов и возгласов от аратанцев.

Мы объяснили, что это старинная народная песня, история которой теряется в веках.

Нас тут же начали просить спеть ещё что-нибудь такое, старинное, задушевное.

Мы переглянулись с ребятами, я пожал плечами, набрал полную грудь воздуха и запел во всю мощь:

«Чёрный ворон, чёрный ворон,

Что ты вьёшься надо мной?»

И песню тут же, с полным чувством, силой, резонансом на низких нотах, подхватили все наши.

«Ты добычи не дождёшься,

Чёрный ворон, я не твой!

Что ты когти запускаешь

Над моею головой?

Иль добычу себе чаешь?

Чёрный ворон, я не твой!»

Все аратанцы остановились в полном оторопении. На их лицах менялись выражения, как в калейдоскопе: непонимание, испуг, напряжение, ужас. Я увидел, как на руках моих жён дыбом встали волосики. Глаза округлились и замерли на месте, как будто они видели что-то жуткое, глубинное, потустороннее.

В тихом ночном районе, больше похожем на парк, наши голоса звучали широко и возвышенно, как молитва, как заклинание, как песнь побратимов перед битвой. Мы пели со всем чувством и глубиной, которая в нас была.

Через несколько долгих секунд после того, как мы замолчали, опустив голову и вспоминая каждый что-то своё, аратанцы отмерли. Послышались несмелые хлопки, которые почти сразу превратились в овации. Я с удивлением услышал присоединившиеся аплодисменты со стороны окружавших дорогу кустов – охрана Нитикс тоже была под впечатлением.

Ко мне как-то несмело подошли Брелси с Эларой, обняли с двух сторон и положили голову мне на плечо. Брелси задумчиво спросила,

– Дима, это была какая-то ваша молитва богам, или заклинания потусторонних сил, чтобы помогли в бою? – все аратанцы превратились в слух, ожидая ответ. Я пожал плечами,

– Можно сказать и так…

Я не стал сочинять отсебятину, и просто озвучил на языке Интер описание песни, составленное людьми искусства, которое быстренько нашёл через нейросеть в «Гугле»,

– Песня рассказывает о воине, который, умирает от ран в бою и просит птицу – чёрного ворона – передать прощальный привет своей семье. Ворон символизирует смерть и связь с миром усопших. Поётся о мужестве казака в его последние минуты жизни, о его любви к родным. И передаётся традиционное представление о смерти как о «свадьбе» – важном, но печальном переходе в вечность.

Все помолчали, потом Брелси припечатала нас своим выводом,

– Ну да, вы же воины монахи. Даже женитесь на Смерти, а не просто умираете, – на что Элара горячо согласно закивала и ещё крепче прижалась к моему плечу.

Я даже растерялся, не находя что ответить. Опять наши девочки вспомнили эти байки про воинов-монахов. А я уже начал надеяться, что эта история вскоре совсем забудется.

И тут нас добила Нитикс, произнеся в полной задумчивости,

– Теперь я всё начала понимать. Это не шутки, не выдумки. Вы действительно боевые монахи из легенд. И умеете не только сражаться, но и молиться Смерти, говорить с нею, петь ей гимны, – глава СБ империи смотрела куда-то в темноту остановившимся взглядом.

Я заметил в глазах окружавших нас министров и начальников разгорающийся нездоровый огонёк. Растеряно посмотрел на своих ребят, они на меня. Наши панические взгляды кричали: «Шо?! Опять?!»

Понимая, что это бесполезно, я всё равно попытался обернуть всё в шутку, сделал смеющееся лицо (получилось не очень искренне, но я очень старался),

– Ребяяята, ну что вы! Всё это смешное совпадение, где мы, и где монахи?! – и я с показным вожделением поцеловал в губы никак мне не ответивших на поцелуй Брелси и Элару. Они были серьёзны и изучающее на меня смотрели.

Я решил применить главный козырь:

– У монахов нет детей, а у нас будут! – и для убедительности показал всем, где дети, погладив своих жён по животам. Они в ответ, иронично улыбаясь, неодобрительно покачали головой.

Наши ребята из взвода правильно уловили момент, и начали натужно радоваться за нас, поздравлять, желать здоровья будущим мамам и всячески подбивать народ за это выпить. Актёрского мастерства нам явно не хватало. Да и стресс от перепуга нового этапа поклонения нам, уже в масштабах столицы, сушил горло и сковывал мышцы лица.

К счастью, положение спасла всё та же Нитикс. Очнувшись от своих размышлений, она строго осмотрела аратанских чиновников, и не терпящим возражений голосом выдала инструкцию,