Праведный гнев

Глава 2

Холод приходит внезапно, он врывается, распахивая окна и открывая настежь двери. Всё тепло он убивает, делает его эфемерным. Он охватывает души и свергает их вниз в преисподнюю, где топит в своём нутре. Сердце умирает заволоченное плёнкой льда, а разум, бедный несчастный разум, который держится из последних сил, в конце концов, рассыпается на тысячи осколков, которые больше никто не в силах собрать.

И помощи ждать не от кого, даже сам себе ты уже не помощник, ты паразитирующий клещ на теле общества, все смотрят на тебя с презрением, все видят в тебе угрозу, но никто не понимает, что ты не в силах что-то изменить. Ступив на тонкий лёд, ты уже не можешь дойти до конца, чтобы не провалиться под него с головой. И это твоё проклятье…

Рэнди безмятежно спал, после бурной ночи его как вчера не преследовали кошмары. Увы, кошмары на этот раз притаились наяву…

Без пяти шесть, лежавший на тумбочке телефон протяжно загудел. Детектив пару минут совершенно не хотел к нему прикасаться, надеясь, что он просто умолкнет и оставит его в покое, однако этого не произошло, и, продрав глаза, Рэнди наощупь дотянулся до телефона и, проведя пальцем по его сенсорному экрану, принял вызов.

– Рэнди, чёрт тебя дери, я звоню тебе, уже целую вечность!

Голос капитана резко привёл детектива в чувство, он сел в кровати и хриплым ото сна голосом ответил:

– Прошу прощения, кэп, что-то случилось?

– Да, Рэнди, – говоривший тяжело вздохнул, и как бы нехотя продолжил, – боюсь, что дело, которым вы с Харви вчера занялись, не получится закрыть быстро. Несколько десятков минут назад нашли тело Мартина Дэвидсона.

Сонный мозг Рэнди словно пронзила острая стрела. Он совершенно не был готов к такому повороту событий, и в тот момент смог выдавить из себя лишь одно слово:

– Дерьмо.

И уже после, через пару секунд, когда пришло осознание, Рэнди поспешно добавил:

– Немедленно выезжаю в отдел.

– К чёрту отдел, Рэнди, – выругался доведённый до предела напряжения Смит, – хватай Харви и дуйте к месту работы этого психолога, тело нашли именно там.

Рэнди приводил себя в порядок, словно в бреду. Руки тряслись, когда он чистил зубы, пальцы не слушались, застёгивая предательски скользкие пуговицы на рубашке, на лбу испариной выступили бисеринки пота. Он работал в полицейском департаменте Нью-Йорка чуть больше года после переезда из Олбани, но ему ещё ни разу не приходилось иметь дело с убийством. Впрочем, убийство это или же самоубийство ещё предстояло выяснить.

Позвонив Харви который был не менее взбудоражен, чем он сам, наскоро попрощавшись с сонной, и ничего не понимающей, Хелен, Рэнди сел в машину, и стремглав помчался к дому своего напарника. Адреналин, смешанный с энтузиазмом и приправленный «Металликой», гнал Рэнди вперёд.

Харви грузно упал на пассажирское сидение, его глаза всё никак не хотели разлипаться, и поэтому он упорно растирал их указательными пальцами. Молчание затягивалось, и Рэнди наконец не выдержал и прервал его:

– Как думаешь, что с ним случилось? Его убили или он сам наложил на себя руки?

Оторвав пальцы от своих глаз, Харви глянул на своего напарника. Рэнди, весь словно пылал огнём исследователя, впервые отправившегося в кругосветное путешествие. Он же напротив совершенно не разделял энтузиазм своего коллеги, мёртвое тело означало, что почти наверняка впереди их обоих ждут бессонные ночи и кипа бумажек с отчётами, которые нужно заполнять скорее так как «сроки горят».

– Уж лучше бы этот бедняга сам свёл счёты с жизнью, иначе нам явно придётся несладко.

Бросив это вскользь, Харви отвернулся и посмотрел в боковое стекло. Небо хмурилось, полотна туч ложась на него, накрывала собой тёмную землю. Осень вела мир к меланхолии и печали, а души страждущих всё пытались получить от неё ответ, на вопрос – почему она заставляет их грустить?

«Импала» отмеряла метр за метром, и неизбежное становилось ближе с каждым поворотом. Хоть Рэнди и торопился, внутренне он бы хотел оказаться как можно дальше от места окончания их пути. Смерть – плохая штука для энтузиазма, и стремятся к ней либо полные психи, либо те, кому уже нечего терять. Рэнди не относил себя ни к первым, ни ко вторым.

Наконец за очередным поворотом философские размышления пришлось прервать – они приехали.

Наспех припарковавшись у обочины, Рэнди кивнул Харви, и они вместе вышли из машины. Начал накрапывать лёгкий дождь, давая, застоявшемуся «душному» воздуху, сделать глоток свежести.

Вокруг места преступления, заботливо окружённого, приехавшими раньше копами и судмедэкспертами, жёлтой полиэтиленовой лентой, было пустынно. Обычно толпы зевак всегда как комары слетаются на жёлтую ленту, чтобы получше рассмотреть труп, всячески помешать работе полиции, и сделать вездесущие снимки, чтобы отправить их в газету, которая, не разобравшись ни с чем сразу выкатает новую статью с кричащим заголовком: «Зверское убийство в Нью-Йорке». Благо сейчас было ещё очень рано и людей в округе почти не было.

Аккуратно подняв ленту, Рэнди и Харви прошли к полицейской машине, внутри которой сидел один пожилой коп. Увидев их, он сразу покинул жёсткое сидение, и, выбравшись наружу, хриплым давно прокуренным голосом проговорил:

– А, господа детективы, мы как раз ждали вас. Долго же вы добирались.

– Пробки, – отмахнулся Рэнди.

Он прекрасно понимал, что это объяснение выглядело нелепым, всё же было ещё слишком рано для привычных утренних заторов, но не станешь же говорить, что ты задержался, потому что не сильно-то спешил на рандеву с трупом.

– Я так понял вы тут главный?

Харви вышел вперёд и смерил полицейского хмурым взглядом.

– Ну, теперь уж вы, ведь это ваша забота, я лишь знаю, что труп нашли в мусорном баке, два верзилы, что приехали забрать мусор, и ещё что убитым является некий Мартин Дэвидсон – я сам лично нашёл его документы во внутреннем кармане.

Рэнди внимательно следил за стариком и внутренне приходил в ужас от того каким будничным и спокойным голосом он говорил эти вещи. Он первым приехал на вызов, мало того, он даже пошарил в карманах убитого, и всё равно был спокоен как бык.

– Что ж, – Харви покосился на напарника, который был бел как мраморная плита, – есть что-нибудь, что нам ещё нужно знать?

– О, пожалуй, что да, – старичок осклабился, – тут явно поработал какой-то садист. Впрочем, лучше посмотрите сами.

Рэнди не хотел смотреть, вообще он был крепким парнем, но почему-то в это утро, организм подводил его. Откуда-то взялась совершенно ненужная впечатлительность, а сердце колотилось как бочка на барабанной установке во время ритмичного трека.

Казалось, весь путь от полицейской машины до мусорного бака занял целую вечность. А едва они дошли и мимолётом бросили взгляды на труп, Рэнди согнулся в резком приступе рвоты.

– Чёрт, не понимаю, что на меня нашло.

Бледный, без единой кровинки в белом лице, детектив сидел на ступеньках злополучного здания, в котором находился кабинет, одним из последних видевший доктора Мартина Дэвидсона живым.

Какое-то время Рэнди был предоставлен самому себе, Харви запретил ему приближаться к трупу пока он не придёт в себя. Последнее ему удавалось с трудом, увиденное пару минут назад в мусорном баке до сих пор стояло перед его глазами.

– Величие насильственной смерти, могущественное и ужасное.

Высокий, худощавый человек с добрыми глазами, в предусмотрительно застёгнутом на все пуговицы дождевике, бережно держа в левой руке стакан кофе, опустился на ступеньки рядом с Рэнди. Детектив припоминал черты его лица, они часто встречались в отделе, но имени этого человека (если он вообще его когда-нибудь знал) никак не мог вспомнить.

– Виктор Бесерра, – словно прочитав его мысли, представился мужчина, – я работаю в отделе судмедэкспертом, нам ещё не приходилось работать вместе.

– Очень приятно, – выдавил из себя Рэнди, и немного помолчав, добавил: – мне жаль, что так вышло, сегодня мой организм не в себе.

– О, уж поверьте мне – это нормально. Когда ты видишь все эти трупы в криминальных хрониках, они не могут влезть тебе в душу. Вживую же это совсем другое дело, я до сих пор помню бедолаг, попавших на мой стол в мой первый рабочий день. Они снятся мне в кошмарах, но это не большая цена за то, что я помогаю сделать этот город лучше.

Виктор улыбнулся:

– Ведь грамотная и внимательная работа судмедэксперта вполовину ускоряет вашу работу детектив.

– Да, вы абсолютно правы.

– Кстати это вам.

Виктор протянул Рэнди стакан с кофе. Дышащее жаром оно казалось инородным объектом в этом холодном мире луж и слякоти.

Шепнув слова благодарности, Рэнди поспешил отправить содержимое стаканчика по назначению. Дымящийся кофе приятно обжёг ему горло, а его сладость добавила мозгу пищу для нормального функционирования. Выпив всё до дна, детектив вновь мог вернуться к своим обязанностям.

И перво-наперво они касались допроса свидетелей. Как показывает практика, довольно часто убийцей оказывается тот, кто первым позвонил в полицию. Этот первоначальный порыв отвести от себя подозрения, как правило, наоборот губит неопытного преступника, и стоит его лишь немного прижать, как признания польются рекой, не видя берегов и рифов на своём пути.

Покуда Рэнди приходил в себя, Харви, который хоть и выдержал «испытание» с большей твёрдостью, тоже чувствовал себя неважно. Одного взгляда на труп было достаточно, чтобы определить, что Дэвидсон умер явно не своей смертью, а это предполагало худшее. В отличие от Рэнди, Харви уже имел дело с убийством. За несколько месяцев до перевода его нынешнего напарника в отдел, он расследовал смерть молодой девушки. Убийцей оказался её парень, нанёсший ей двадцать два удара ножом в грудь. А причина была в том, что он ревновал её к своему же брату.

После того дела Харви понял что на самом деле означает быть копом. Понял, что это не просто борьба за возвышенные цели добра против зла, что люди не будут смотреть на тебя как на Джима Гордона из «Готэма». Всем, в общем-то, на тебя плевать, ну да, ты нашёл ублюдка, да, ты его засадил, но девушку уже не вернуть. И не важно, что этот идиот, мог бы убить кого-нибудь ещё. Небольшая прибавка к жалованию и всё, ты не герой, это твоя работа, и с демонами своими и ночными кошмарами будь добр справляйся как-нибудь сам. И Харви справлялся, как мог.

К счастью, после того убийства он в основном работал с безобидными ограблениями и ещё более безобидным мошенничеством, и поэтому нервы его понемногу успокоились. А тут опять кровавый маскарад.

– Как ты?

Харви невольно вздрогнул, поток мыслей унёс его в глубокие недра воспоминаний, и он не сразу заметил, как его напарник оказался поблизости.

– Получше твоего буду.

– Минута слабости.

– Мне только не рассказывай, я всё прекрасно понимаю.

– Давай позже это обсудим, нужно всё-таки допросить свидетелей.

Время шло и два уборщика мусора, которые на своей машине дважды в неделю опорожняли злополучный мусорный бак, уже немного успели пообвыкнуть с тем обстоятельством, что жизнь их больше никогда не будет прежней.

Выкуривая одну за другой сигареты, они молча сидели и смотрели в бетонную серость окружающего их асфальта. Сложно сказать, что творилось в их мыслях, когда Харви и Рэнди вывели их из раздумий.

– Я – Боб Стивенсон, а это Рэй Брэдли, – медленно растягивая каждое слово, ответил один из уборщиков на приветствия детективов.

– Хотел бы я пожелать вам доброго утра, но, увы… – Рэнди достал из внутреннего кармана пиджака потёртый блокнот с вложенной в него ручкой, – нам нужно будет, задать вам двоим несколько вопросов.

– Ваша помощь для следствия будет неоценима, – добавил Харви, – поэтому постарайтесь вспомнить всё, как было в мельчайших деталях.

Уборщики синхронно кивнули, и Рэнди начал задавать вопросы:

– Скажите, желательно как можно подробнее, в какое время вы обнаружили труп?

– Я могу сказать наверняка, начальник, – пробасил Рэй, – что это было в пять часов тридцать три минуты. Я тогда в машине сидел и, в общем, в телефоне залипал, а тут Боб как заорёт с улицы, я едва не подпрыгнул, почему-то на время глянул – первая мысль была чего этот дурень орёт в такую рань, всю улицу ещё разбудит.

– Так, отлично, – Рэнди чиркнул пару косых строчек в блокноте и перевёл взгляд на другого уборщика.

После того как он представился, Боб Стивенсон не проронил ни звука. Он выглядел напуганным, и смотрел постоянно в землю. Было похоже на то, что мужчина находился в шоковом состоянии. Увидев то, что едва самого его не выбило из колеи, Рэнди понимал, что сложно обвинять его в отсутствии стойкости.

– Боб, – видя, что напарник замолчал, обратился к свидетелю Харви, – если можешь, расскажи нам, как именно ты обнаружил труп?

Услышав своё имя, Стивенсон нехотя поднял взгляд на детектива, и глубоко вздохнув, готовясь к тому, что придётся вновь полезть в голову и достать оттуда эти жуткие воспоминания, негромко сказал:

– Я как обычно собирался собрать содержимое мусорного бака.

– Вручную?

– Ну да, – Боб смутился, – люди часто выбрасывают хорошие вещи, а в такое время на таких улицах как эта ещё нет никого, вот я и решил сам покопаться.

Боб замолчал, его речь словно что-то отрезало. Рэнди уже было собирался спросить о том, что было дальше, как поломанный «магнитофон» вновь завёл свою монотонную кассету.

– Я подошёл к баку, даже не глядел на него сначала, посвистывал что-то. Потом зевнул, только руки вниз запустил, что-то как будто внутри меня заставило посмотреть. Глянул, моментально руки отдёрнул, да как начал орать. Не знаю, через секунд тридцать Рэй выскочил ко мне.

– Вы полминуты слышали, как ваш напарник кричит, и только потом решили к нему выйти? – поинтересовался у Рэя Харви.

– Да я ещё сонный был, – как бы оправдываясь, ответил уборщик, – да и чёрт его знает, что он там орёт, может об бак ударился, так и сам без меня справится, поорёт и успокоится. Но когда я понял, что он не замолкнет, я поспешил к нему.

– В общем, – подытожил Рэнди, – вы оба собрались около бака, и во все глаза рассматривали труп, что было дальше?

Рэй бросил быстрый взгляд на своего напарника и, увидев, что тот снова ушёл в себя, решил далее отвечать на все вопросы сам.

– После того как я убитого увидел, я сам был в шоке, глянул на Боба, тот совсем съехал с катушек – глаза на выкате, руками за голову схватился и уже не орёт – молча стоит с открытым ртом. Я тогда решил, что самое время звонить в полицию.

– После звонка вы не прикасались к трупу, не меняли его положение, не копались в карманах?

– Чтоб я к нему полез, – Рэй, вытаращил свои карие глаза на Рэнди, – да ни в жизнь! Что я, по-вашему, детективных фильмов не смотрел? Ща полезу к нему, потом на теле мои отпечатки найдут, и всё конец мне, засадите на пожизненное и разбираться не будете.

– Да, нет, – усмехнувшись, выдохнул Харви, – разбираться то мы конечно будем.

– И всё же, – перебил его Рэнди, – нам нужно будет взять ваши отпечатки.

– Вы нам не верите?

Рэй был сбит с толку и его даже начинали злить эти выхоленные приставучие детективы.

– Вы на полном серьёзе считаете, что мы могли грохнуть бедолагу?

– Мистер Брэдли, – Рэнди поднял взгляд и посмотрел уборщику в глаза, – я могу доверить вам полностью хоть свою жизнь, но я веду расследование, это моя работа, я за это деньги получаю. И мне придётся рассмотреть все версии. Если как вы говорили, вы смотрели детективные фильмы, то наверняка знаете что зачастую первый человек, сообщивший об убийстве, и есть убийца. Поэтому, если вы конечно не против, я бы хотел взять у вас отпечатки пальцев сейчас, чтобы потом не разыскивать по всему городу, или не дай бог не пугать ваших близких, приехав для этого к вам домой.

Доводы Рэнди были весомы, и Рэй ещё немного поморщив лоб, согласился, что сделать это лучше сейчас, в конце концов, они с Бобом ведь не прикасались к трупу, а значит и проблем никаких быть не должно.

– Вот и славно, – обкатав пальцы обоих уборщиков, проговорил Харви, – если вам больше нечего добавить, то пока что на этом всё, вы можете ехать по своим делам.

– Только пока не уезжайте из города, – добавил Рэнди, – если вы нам понадобитесь было бы хорошо не искать вас по всей Америке.

Рэй угрюмо кивнул за обоих, и они, наконец, покинули ничем не приметную улочку, которая обоим им навсегда изменила жизнь.

– Что будем делать дальше? – смотря в след медленно уезжающей вдаль мусоровозке, спросил Харви.

– А что обычно делают в таких случаях? – Рэнди уставился в упор, на своего напарника пытаясь понять, шутит он или нет.

– Брось Рэнди, я просто пытаюсь немного разрядить обстановку, ты выглядишь так, будто сейчас взорвёшься от напряжения.

– Да только чего тут смешного Харви? Это, мать его, настоящее убийство!

Рэнди искоса глянул на бак, из которого три человека под руководством Бесерры пытались аккуратно извлечь труп некогда известного в узких кругах психолога Мартина Дэвидсона.

– Да, убийство, – Харви резко посерьёзнел, – и теперь у нас с тобой начнётся настоящее развлечение. Но, напарник, успокойся.

Харви приобнял Рэнди за плечи.

– Не напрягайся ты так, это же не ты убил этого человека, не ты, а это значит что всё в порядке. Мы постараемся во всём разобраться, я уверен, что это дело закроется быстро.

«Мне бы твою уверенность» – подумал про себя Рэнди.

Поступая на работу в полицию, ещё совсем «зелёным» Рэнди мечтал, что ему очень скоро попадётся настоящее дело, чтобы куча трупов, преступник хитёр и опасен, и только он Рэндалл Майерс сможет его найти, поймать и обезвредить, а Соединённые Штаты Америки все вместе будут носить его на руках.

С годами работы, мечты Рэнди сменились на прямо противоположные. Видя, как старшие коллеги зашиваются с тоннами нераскрытых дел, как они буквально живут на работе пытаясь найти убийц, он понимал, что здесь нет ничего хорошего. Люли гибнут как мухи от мухобойки, а сама мухобойка спокойно ходит утром на работу, а вечером кувыркается с подружкой или смотрит футбольный матч, и так до конца, лет до восьмидесяти. И всё, никакой справедливости, ничего не возвращается бумерангом, жизнь это не кино, и здесь не всем воздаётся за их заслуги, а чтобы воздавалось детективу нужно продать свою душу дьяволу.

– Эй, Рэнди!

Харви слегка потряс напарника, увидев, что тот немного завис.

– Давай приятель, у нас нет на это времени, убийца шляется на свободе, нужно ускорить его попадание за решётку.

– Да, ты прав, – Рэнди откинул все размышления прочь и вернулся к реальности.

– Рэндалл, Харви, – крикнул детективам из своей машины Виктор Бесерра, – мы увозим труп на медэкспертизу, – как закончим, я вам позвоню.

– Хорошо, – кивнул ему Рэнди.

– Ну а мы тогда займёмся полезными делами здесь, – Харви, отошёл немного в сторону и принялся рассматривать крыши ближайших домов.

– Что ты там ищешь?

– Уже нашёл, именно то, что может облегчить нам разгадку этой тайны.

Через пару минут Рэнди и Харви бодрой походкой двигались к ближайшему магазину. Он находился на углу через пять домов от места обнаружения трупа, и обладал тем, на что детективы возлагали большие надежды – камерами.

Владелец магазина – щуплый мужчина средних лет с седеющими волосами и пустыми безжизненными глазами, сначала сильно напрягся, когда два внушительных джентльмена сунули ему под нос свои значки и заявили, что у них к нему есть дело, но потом, узнав какого именно рода это дело, он заметно выдохнул, чем вызвал у Рэнди обоснованное подозрение.

– Вам придётся смотреть очень долго, – заикаясь, проблеял хозяин магазина, – я покажу вам, как ставить ускорение на видео.

– Спасибо, – еле выдавил из себя Рэнди.

Компьютер, через который транслировались записи с камер наблюдения находился в грязной, вонючей кладовке, он стоял на небольшом столике, и помимо старого, разорванного по бокам дивана был единственным постоянным обитателем этого помещения.

Как только продавец вышел из кладовки, предварительно обучив детективов пользоваться незамысловатой системой просмотра записей, Рэнди презрительно хмыкнул:

– Здесь стоит такая вонь, будто он прячет тут трупы.

– А потом по ночам, когда никто не видит, выкидывает их в мусорные баки? – усмехнулся Харви.

– Очень смешно, записи с этой камеры очень важны и я надеюсь, что смогу досмотреть их до конца не вывернув вновь свой желудок наизнанку, поэтому будь добр воздержись от этих своих шуточек.

Харви хотел было отпустить на этот счёт ещё одну шутку, но вовремя сдержался, решив, что его напарнику она точно не понравится.

Над кладовкой повисло молчание, детективы молча уставились в экран монитора, и безостановочно следили за тем, что происходило на улице в нужное им время. А именно с вечера тридцатого сентября по ночь второго октября. Почти двое суток.

– Одно мне во всём этом не нравится, – через десять минут проговорил Рэнди.

– Что?

– Камера направлена не совсем туда, куда нам надо, и вполне может быть, что мы сейчас тратим время впустую, к тем мусорным бакам при желании можно подъехать с трёх сторон, а мы просматриваем движение только лишь с одной из них.