Смех с причиной

Имитаторы

Ну ты, блин, даёшь! Да тебя за эти рассуждения все бабы возненавидят.

Это они могут! Любить – нет, не могут. Не научились. Не способны. Только ненавидеть, завидовать… Хотят счастья. Готового. В упаковке.

Не понимают, что счастье требует работы над собой. Счастье нужно уметь заработать. Но не этим. Вернее, на этом одном его не построишь.

Но больше-то ничего нет!

А трудиться над собой ох как не хочется. Нет, конечно, немножко труда прилагается: выщипать брови и ещё, где положено. Но дальше этого не идёт никак.

Кто побогаче, ходят в фитнес-центр и покупают дорогие лифчики.

А счастье в лифчик не засунешь!

И что это за счастье такое? Разговоры одни. Как-то неощутимо, неконкретно.

Другое дело, подъехал мужик на клёвой тачке, позвал в ресторан, а лучше в клуб. Для избранных. Кофе – 80 баксов! Догоняешь?

Тут его чуть подраскрутить.

Первый вечер не налегай – заподозрит в алчности. Мужики теперь такие – разборчивые.

Ничего, что за миску супа в ресторане потом придётся отдаваться. Зато имеешь полное право требовать подарки. У нас тут не Запад, где женщины платят за себя даже за кофе – это чтоб своим телом потом самой владеть.

Да не в этом смысле, дура!

Чтоб распоряжаться им, как своим.

Короче, имей лучше при себе вазелин, если потом хочешь ездить на море в классе «All inclusive».

А эта – чуня вышла с утра. Голова немытая, волосы не расчёсаны.

У парикмахера была давно, когда ещё была девушкой.

Лицо синее – цвета залежалого куриного мяса.

Во рту окурок. Обязательно дешёвой сигареты и потому – вонючий.

Вся трясётся мелко от холода. Не проспалась ещё.

Одета в «капусту» – стиль такой безвкусный: кофты разноцветные с рукавами разной длины. Никогда в юбке. Всегда в грязных джинсах.

Не думаю, что под ними свежесть.

Ноги тащит за собой, как чужие. Носки внутрь, пятки врозь.

Морда лица недовольная. Всем на свете. А главное, обида на лице: такая я королева, а вот до сих пор – непризнанная. И эта обида нарастает и отражается на лице всё сильнее. Глаза, полные злости, двумя капканами обозревают одинаково и предметы, и людей.

Уже и все пупки проколола и кольцами украсила, и в носу, и в губах кольца. И даже… там.

Джинсы приспустила максимально, ниже берцовых костей – на лобке держатся.

А достойного её рыцаря на белом «Мерседесе» всё нет!

Вот злость-то и берёт – на весь мир.

Но ты же сама себе не мила! Почему тебя кто-то должен захотеть?

А посмотри на себя со стороны – критически!

Так ведь это работа ума! А где его взять? Учиться?!

Пока будешь учиться, всех парней на дискотеках разберут.

А может тот, с дискотеки, и не нужен как раз?

Для этого умишко слабоват осознать.

Вот и ходят они миллионами. Несчастные. Озлобленные. Беспомощно-агрессивные.

В своём эгоизме жаждущие только получать. Они не понимают, что отдавать – ещё более приятно!

И не приходит им в голову, что жизнь они живут не настоящую. Имитируют.

Всему заранее отмеряют цену и приготовленные театрализованные ходы.

Не приходит им в голову, что никогда они никого не любили. Что для настоящей любви требуется духовное развитие. Способность понять другого человека. Способность к сопереживанию.

Они – мёртвые.

Одеваются по-мужски. Двигаются по-мужски.

Причёска короткая. Мужская почти.

Голоса грубые, прокуренные, мужские.

Слова грубые, мужские.

Но! Хотят, чтобы в них видели женщин!

Большинство планирует через секс пробиться к счастью.

Начать с секса.

Затем познакомиться, затем – получить своё.

Тоже возможно. Но очень редко.

И сколько ни расписывай копчик и груди драконами и прочими восточными узорами – не сработает, если в женщине нет души.

Потом, к 28—30 годам, они невероятно толстеют. Устраиваются на работу мелкими служащими в госучреждения. Ненавидят себя и всех посетителей. Мстят им как могут. И продолжают толстеть и постоянно ходить по коридору с чашками и булочками в руках. К сорока они могут носить только бесформенные кофты-балахоны и безразмерные в своей бесконечности юбки.

А парни что, лучше?

Звонит: «Привет. Как дела? Что будем делать сегодня?»

Это он меня спрашивает. Мужчина. Я должна принять решение и предложить ему программу!

С принятием решений у них вообще плохо. Жениться – ни в какую. Бабы и так дают.

Прикинь! Ремонтом квартиры, строительством дачи теперь руководят женщины.

А мужские разговоры в компаниях с женщинами: «О толщине выхлопной трубы и рисунке протектора»!

Волосики длинные. Кончики подвивают. Тельце субтильное, ручки тоненькие. Максимальный вес, который могут поднять, – 1 литр.

Да, конечно, бывают пианисты и скрипачи. Но не все же!

Устают очень, поэтому восстанавливают себя за счёт длительного сна по выходным. И едят вроде немало, но как-то «не в коня корм». Слегка томные и немножко грустно-задумчивые почему-то.

Экономят бензин. Своё время. Эмоции.

Много курят. Небрежно сплёвывают, – а мужественности всё нет.

Вечно их надо жалеть.

Другой тип.

Быки с толстыми шеями и вышедшими из моды золотыми цепями.

Эти покупают себе подержанный «БМВ» – 20-летней давности, донельзя затемняют стёкла, и уж если подъедут к ресторану, то чуть ли не внутрь.

Круто!

Ходят вразвалку, расставив ноги, словно обмочились и избегают контакта с собственными брюками.

Всё время звонят по мобильному престижной модели. Но пользоваться умеют только двумя функциями.

А ещё есть аккуратные, худенькие, вежливые. В очках и выглаженной одежде. Нередко в галстуке.

Эти в самолёте, публично отказавшись от еды, любят вынуть переносной компьютер.

В работе очень исполнительны. Но без инициативы.

Как правило – вежливые дураки.

Люди в футлярах.

С такими – неинтересно!

– Ну ладно, Оль. Хватит рассуждать. Пойду уже. Завтра выпускные экзамены.

Хорошо вам, девятиклассникам…

2008 г.

Цвет колготок

(ностальгическое)

Ирочка работала секретаршей у зам. Министра, а заодно и его машинисткой.

На работу она ходила в донельзя (насколько это позволял моральный кодекс строителей коммунизма) короткой клетчатой плиссированной юбочке.

Даже в самые сильные морозы она носила капроновые колготки цвета натуральной, слегка загорелой кожи, что сильно отличало её в лучшую сторону от облечённых в теплые рейтузы сослуживиц. При виде её успеха у мужчин сослуживицы скрежетали зубами с золотыми коронками, но понимали, что лицо и тело, приближённые к зам. Министра, обладают определённой степенью неприкосновенности.

Совсем недавно Ирочка вступила в незаконные интимные отношения с начальником отдела Игорем Васильевичем, который был достаточно молод, элегантен и, судя по виду его жены, перспективен для повторного брака.

Поэтому Игорь Васильевич находился на работе в приподнятом настроении и некоторой эйфории. Именно в таком состоянии, проходя мимо открытой двери в приёмную, он увидел пустующий стул Ирочки и стоящую на столе, заправленную бумагой и копирками, пишущую машинку. Быстро подойдя к машинке и оглянувшись, Игорь Васильевич двумя пальцами написал: «нежно целую и обнимаю твою круглую попу» и покинул помещение.

Через минуту вернулась счастливая Ирочка, неся из буфета пакет молочных сосисок, и сразу услышала голос зам. Министра: «Ирочка! Ну что так долго, я ведь опаздываю на совещание в ЦК!»

– Секундочку, – ответила Ирочка, заканчивая печатать, и на ходу передавая шефу папку с отпечатанными страничками.

– … в связи с 75-летием… – механически читал по бумажке зам. Министра, – …награждается орденом «Трудового Красного Знамени» нежно целую и обнимаю твою круглую попу…

В этот момент на совещании в ЦК наступила напряжённая тишина…

На следующий день Ирочка уже не работала в министерстве.

Но уже через неделю она сидела в своей короткой юбочке и капроновых колготках цвета слегка загорелой кожи в приёмной начальника Главка в качестве секретаря.

А ещё через два месяца она вступила в законные интимные отношения с начальником Главка в качестве его жены, мысленно благодаря Игоря Васильевича за его безрассудный поступок.

2007 г.

Мороженая рыба

– Что-то она у тебя хрустит? – удивился друг, приступая к трапезе.

– Так рыба же. Хрящи, наверное, – отвечаю.

– А что такая холодная? – не унимается друг.

– Не знаю, – может, программа не та стоит? Раньше у индукционной печи была только одна ручка – на время. А у этого модерного «Боша» – разве разберёшься? Сначала сообщи печи, что будешь готовить: мясо, рыбу или ещё что. Затем сообщи вес продуктов. Затем – хочешь ли ты использовать гриль… Да ещё всё на немецком! Поди разберись.

– Ну тогда, – отвечает, – учись! Смотри: ставим программу «рыба», название «треска мороженая», семейство «трескообразные», подотряд «панцирнощёкие», место улова «Баренцево море».

Смотри далее. Вес на упаковке 600 грамм – устанавливаем. Хотим обжарить с корочкой – устанавливаем. С двух сторон – устанавливаем. Нажимаем «пуск». И умный компьютер на табло высвечивает время готовки блюда – 25 минут!

– А чего это так долго? – спрашиваю.

– Потому что компьютер выбирает оптимальный режим! – отвечает друг.

Готово. Оба пробуем. Холодная! И опять хрустит!

– Так внутри же лёд! – говорю.

– Понял, – отвечает друг. Компьютер ошибся и выбрал режим «разморозка». Неверный подотряд указали. Это ведь нототениевые! Вот компьютер и сбился.

– Давай позвоню приятелю, у него такая же печь, спросим, как быть. Дай твой мобильный. А что, клавиши заблокированы?

– А ты разблокируй, – говорю, – и звони.

Друг нажал какие-то кнопки, но телефон не заработал, а вместо этого пропел известную старую пионерскую мелодию:

«Взвейтесь кострами,

синие ночи.

Мы пионеры!

дети рабочих».

Затем две руки на экране пожали друг друга, и телефон умер. Никакие способы реанимации, повторный ввод PIN-кода не помогли.

Инструкция, равная по толщине двухтомнику стихов Есенина, была написана на английском, французском, немецком, китайском и даже на хорватском. Но по-русски – ни слова.

Потом, в ремонте, телефон долго крутили: «Произошла интерференция когерентных спинов, – сказали.

– Приходите через четырнадцать дней – починим. Сложная теперь техника…»

Тут вспомнилась недавняя стирка белья. Машина – тоже «Бош» – с разными программами, экономящими стиральный порошок. Сначала надо установить степень загрязнения белья. Со смущением понюхал носок и установил: «наивысшая». Внутри три мисочки: для порошка и ароматизатора. Засыпал. Залил. Покрутил программатор. Забулькало, завращалось.

Вроде бы выстиралось. А дверку открыть не даёт! Дёргал-дёргал – нет! Подождал – открылась. Бельё почему-то мокрое. Правда, пахнет вкусно.

Проверяю ванночки: ароматизатор израсходован, порошок лежит сухой, нетронутый.

Помню, что обещали экономию порошка, но не до такой же степени!

Опять, видать, не та программа вышла…

А «навигатор» в автомобиле! Удобнейшая вещь! Особенно для людей с топографическим кретинизмом.

Устанавливаешь название населённого пункта, куда хочешь приехать, и больше ни о чём не думаешь. А женщина красивым голосом тобой командует: когда повернуть направо, когда налево, а когда и прямо можно ехать. Очень умная женщина.

Но и здесь надо уметь пользоваться. Установил как-то: «приехать в Костелец», да не знал, что их в стране с десяток, и надо было указать, возле какого большого города этот Костелец. Вот я их все и объезжал по очереди, пока машина сама не остановилась, и приятная женщина не сказала: «Бензин закончился». Правда, она же и сказала, куда идти к ближайшей бензоколонке. Запер машину, пошёл. Возвращаюсь счастливый с пятилитровой канистрочкой. И от счастья, по ошибке, вставляю в замок ключ от квартиры.

Новейшая американская противоугонная система сработала с удовольствием, да с таким, что уже второй месяц на техстанции машину завести не могут!

И компьютер вещь хорошая, современная. Не только добавляет в интерьер строгость, но и создаёт удобства.

В Интернете можно узнать всё, что хочешь и что узнать даже не предполагал. И особенно, конечно, удобна электронная почта. Но и здесь не без беды: несанкционированная реклама. В простонародье – СПАМ. С утра до вечера засыпают тебя письмами: купить трансформаторы по разумной цене, установить себе контактные линзы, принять участие в семинаре или приобрести со скидкой Виагру.

Вот приятель и установил мне программу АНТИСПАМ. Теперь, говорит, никакая нежелательня реклама к тебе приходить не будет!

Однако наступило полное затишье. Нет почты. Вообще никакой.

Посылаю сам себе тестовое сообщение. Приходит. Получаю.

Но только от самого себя! Больше ни от кого не проходит! Так оказалось настроено…

Ещё достижение: видеомагнитофон. Самый «навороченный». Написано в рекламе: «1001 программа»! И что оказалось самое удобное? Хочешь, например, записать эротический фильм, который идёт в среду в четыре ночи, – программируешь и спишь себе спокойно до рассвета. А фильм тебя, выспавшегося, уже ждёт.

Но и здесь что-то случилось с программой. Приготовился смотреть эту эротику. Сел поудобнее в кресло, налил рюмочку коньяку, а там ничего не записано.

Очень сложная техника стала. Даже для кандидата технических наук.

Весь участок мозга, отвечающий за интеллект, теперь занят инструкциями по пользованию этой техникой, так облегчающей жизнь человеку.

Захотелось снова вернуться к ручной мясорубке, конной тяге и обычной почте.

Но тут пришёл из школы сын-четвероклассник и сказал: «Пап, по-моему, ты просто не умеешь обращаться с современной техникой. Смотри, как просто…»

Через десять минут у меня нормально заработали компьютер, видеомагнитофон и стиральная машина…

– А тот фильм, пап, эротический, который ты хотел записать, уже два года назад показывали. Не расстраивайся – ничего особенного.

2001 г.

Выгребная яма под Мюнхеном

– А чё-то у тебя сортир так покосился? Упадёт будка-то лицом вниз – не выберешься!

– Чё-чё… Водопровод подтекает. Уже болото целое натекло… Вот будка и кренится.

– Так почини – болота не будет.

– А… нет настроения. Вот если бы у меня дача под Мюнхеном была, то настроение у меня сразу же изменилось бы. Сразу бы!

– Вот тут-то ты и не прав: в пригороде Мюнхена иметь дачу очень накладно и утомительно.

Во-первых, там нельзя воровать электричество и воду – всюду современные счётчики стоят, не обманешь их.

Во-вторых, там нельзя захватывать лес и поле возле участка.

В-третьих, там нельзя орать песни пьяными голосами после 22-х часов и стрелять из автомата даже в воздух.

И вообще: вся свобода человека ограничена!

Посуди сам: сточные воды и туалет должны стекать в бетонную яму, а потом надо платить за отсасывающую машину. И немало!

– Ха! – сказали «наши» и пробили в бетонном дне дырку, – не будем платить. Пусть в землю уходит, рассасывается.

Вскоре понаехали немецкие чиновники с рабочими: отсосали специальной машиной всё это из бетонной ямы, померили объём – сравнили по счётчикам с расходом чистой воды и заявили: бетонная яма протекает. Штраф за испорченную экологию – размером с автомобиль. Яму велели починить. Затем приехали, залили полную яму водой, опломбировали и через 3 дня вновь приехали, проверили уровень. Контрольную воду снова отсосали и выставили счёт за проведённые работы.

– Теперь можете гадить снова, – сказали на немецком языке…

– Так что подумай, где лучше…

– Ну ладно, уговорил. Мы народ и правда, свободный. Немедля пойду завтра какой-нибудь кусок леса забором огорожу. В прихватизации важна скорость!

2007 г.

Самые читающие писатели

«Самые читающие в мире» – так писали о гражданах СССР.

Кто писал? Да мы же сами и писали и сами в это верили. И очень возможно, что это было недалеко от правды.

А сегодня мы – граждане России – самые пишущие. Вот, например, только на сайте Интернета PROZA.RU зарегистрировано 46.600 авторов и 427.590 их произведений. Да ещё на STIHI.RU 140.860 авторов и 3.866.250 их произведений! Всего 187.460 авторов.

И из этого я делаю вывод, что мы по-прежнему самые читающие в мире. Мы же сами потом и читаем себя. А теперь ещё мы же сами себя и публикуем: заплати деньги и издавай свою книгу любым тиражом с надпечаткой «БЕСТСЕЛЛЕР».

Раньше писали: в 1978 году вышла его книга…

Теперь пишут: в 2007 году вышла его книга

Только если раньше писатель получал гонорар за свою книгу, то теперь писатель платит, чтобы издали его книгу.

И тут возникает вопрос. Кто такой сегодня писатель? Кого сегодня можно считать писателем? Кто присваивает это звание «писатель»?

Сегодня есть очень талантливые авторы (и их немало), написавшие замечательные произведения. Много. Но их произведения «неудобные». Не массовые. Издательствам их нет смысла раскручивать. Никто этих авторов не узнает.

Можно написать всего одно произведение и стать известным (посмертно, как показывает практика). Но это тоже раньше. Сейчас издатели хотят серию книг одного автора. Иначе раскручивать нерентабельно. Никто и таких авторов не узнает.

Есть сегодня по-настоящему талантливые, интересные авторы. Их печатают. Им платят гонорары, и народ их книги покупает. Нет спора – это Писатели.

А как называться остальным?

Предлагали считать: кто живёт на гонорары – это писатель. А если слава придёт посмертно? Или, что более реально, «писатель» немножко живёт на гонорары, а в основном – от выращенного на садовом участке. Таких, кажется, называют «почвенниками».

Вот я Вам это написал.

Я что теперь, писатель?

2007 г.

Русский стандарт

«Русский стандарт» – хорошая водка! Не только для подарков, но и самому выпить не грех. Поэтому в чемодан положил четыре. И как в последствии оказалось – очень не зря!

Правда, пришлось вынуть несколько книг, предназначавшихся для презентации: Пушкина, Чехова, Достоевского и Толстого. Они изданы на хорошей бумаге и потому самые тяжёлые. Да их знают и так. А кто не знает – стыдно! А вот книги живых современников оставил. Начнут потом скандалить: где, мол, фото с презентации моей книги! Марине Викторовне ведь не сунешь книги. У неё и так чемодан полон нарядов. Хотя летим мы в Берлин всего на неделю. Мариной Викторовной я её зову на работе и для маскировки. Недавно мы с ней во Франции были. Тоже пропагандировали русский язык. От нашего Фонда. Год русского языка! Сколько ж мы с ней обошли ресторанчиков! Боже-ж мой! И отель был классный в самом центре Парижа. Кровати – Людовик XIV позавидует. А если б знал он, какова Марина Викторовна в неформальной обстановке – умер бы от зависти на столетие раньше. И номера дали рядом – удобно! Отель конечно дороговат, но Фонд платит за всё.

Едва пробил Марине очередную командировку в Берлин. Правда, навязали мне ещё двух сотрудников Фонда: Игоря и Василия. Знаю, как они будут пропагандировать русский язык. Они и трезвые-то лыко не вяжут. Да в номера будут стучаться безо всякого нашего желания с Мариной. Не нужны нам лишние свидетели.

Говорю руководству: «Зачем посылать столько людей в командировку? Это ведь какие расходы! Билеты на самолёт, гостиница, командировочные. Лучше, говорю, поддержите этими деньгами творческие союзы соотечественников…»

Нет, говорят, Фонду виднее на что деньги тратить. Короче, летим пропагандировать русский язык вчетвером, а жаль…

С другой стороны, эти Игорь и Василий мастера писать отчёты. Соберётся, скажем, десяток разношёрстной публики на презентацию в надежде на угощение в задрипанном подвале. А в Москву идёт отчёт: «Представители самых широких кругов общественности, затаив дыхание слушали… И невдомёк им в Москве, что затаивали дыхание они от спёртого воздуха в тесном подвальчике, который мастера слова назвали в отчёте – «Самое знаменитое историческое здание в центре города»…

Прилетели – сразу распаковались. Оказалось, у всех с собой было (кроме Марины).

Но у неё – умнички – тоже было припасено. Лично для меня. Только она при всех не вынимала: не надо, шепчет, путать личное и общественное. И, как всегда, была права. Как такую женщину не брать в командировки!?

Сильно не налегали. Завтра презентация в какой-то библиотеке. Сделаем дело, а потом уж будем гулять все пять дней до отлёта на Родину с лёгким чувством выполненного задания Родины и Фонда.

Районная библиотека, где проходила презентация, по документам была огромная, и всё население страны ей непрерывно и интенсивно пользовалось. Такой она числилась в нашем Фонде.

Говорят, в прошлом ей даже регулярно пользовался человек, невероятно популярный в России.

Не, не Карл Маркс. Не угадали!

Директор библиотеки провёл нас мимо небольшого читального зала на последний этаж здания, где находился его кабинет и показал на три застеклённых шкафчика в коридоре. Предложил выложить здесь привезённые из России книги и ловко запер дверки маленьким ключиком.

– Сейчас приедет представитель Магистрата и начнём презентацию, – сообщил директор. Тем временем к стендам подтянулось несколько местных пенсионеров. Затем мимо прошла уборщица, но содержанием стендов не заинтересовалась, а только вытерла пыль с дверок. Был ещё представитель какой-то местной русской газеты, всё время тискавший пришедшую с ним девушку, видимо журналистку, и постоянно интересовавшийся: «Будет ли в конце презентации какое-либо угощение?» Наша делегация из четырёх человек сохраняла спокойствие, т.к. ничего неожиданного для нас не было. Мы все люди тренированные. Наконец, пришел запыхавшийся представитель Магистрата, подчеркнув свою культуру извинением за опоздание и сославшись при этом на автомобильные пробки.

Зачитали по бумажке. Подчеркнули важность понимания, необходимость расширения, углубления, а также более яркого представления…

Игорь с Василием сразу прикинулись деловыми и торопливо ушли писать отчёт.

А я-то всю презентацию думал, как нам с Мариной от них – нежелательных свидетелей, отделаться. И тут вдруг решилось само.

При выходе меня уже ждала разодетая Марина Васильевна с которой мы должны были незаметно исчезнуть. С ней мы пошли в русский ресторан. Продолжать Год русского языка. Здесь тоже был «Русский стандарт», после активной дегустации которого, мы с Мариной решили перенести дальнейшее укрепление взаимопонимания в гостиничный номер.