Мелкие радости и большие огорчения

– Остановка «Красная поляна»! – Вкрадчивым голосом поведала Аннабель, и автобус снова плавно остановился, открыв двери и впустив вместе с холодным воздухом хмурого субъекта с военной сумкой в руке. Кобальт посмотрел на нового пассажира, тот сразу отвернулся. Через положенные пятнадцать секунд при посадке пассажира автобус отъехал от остановки. Матай увлечённо рассматривал почти пустую стоянку возле гипермаркета «Красная поляна-24», краем глаза заметив странного пассажира. Тот протиснулся к валидатору и стал возиться в сумке. Матай осторожно оглянулся и заметил пару проводов широкого интерфейсного шлейфа, торчащих из сумки, и тут же отвернулся, с вниманием став изучать полоску молодых посаженных тополей вдоль трассы и редкие машины, медленно едущие в обратную сторону. Пассажир приложил свою карту, и вроде бы опёрся об штангу крепления, как бы случайно коснувшись черной коробкой с проводами, идущими в сумку, поверхности валидатора, и через пару мгновений убрал её в сумку. Затем как ни в чём не бывало, отошёл от валидатора и сел возле окна, напротив дверей.

Матай занервничал, поскольку в случае разбора, а он обязательно случится, когда компания узнает, что через валидатор не пользующийся популярностью у пассажиров утекли несколько тысяч экю, его, как недавнего заключённого могут начать вызывать на допросы. Кто знает, сохранится за ним его рабочее место, если его начнут таскать каждый день на допросы эти дурни из следственного отдела. Он незаметно достал свой смартфон и включил камеру, решив снять вора хотя бы со спины.

– Этот волшебный миг, когда ты, проснувшись в своей квартирке на третьем этаже, как всегда в одиночестве, утром в субботу, увидишь на экране планшета сообщение – вал билет выиграл! Ты только представь себе, море, белый песок, возможность не работать, красотки с обложек журналов, готовые внимать твоему любому капризу, самые новые машины, роботизированный медицинский комплекс у тебя дома. Да у тебя будет свой собственный дом! И это всего за одно экю! Что ты можешь купить на одно экю? Две бутылки «Бада»? Коробку яиц? Литр сока? Оплатить дневную парковку? Заплатить за день пользование сетью? А тут – возможность выиграть двести тысяч экю! И, кроме того, в эту пятницу специальный розыгрыш – дом в Цветочном квартале! С полным оборудованием! Рискни! – С экрана лез нахальный лысый тип, бывший боксёр Лу Диор, ставший лицом городской лотереи «6 из 58». В отличие от многих других лотерей, тут было всё без обмана, вот только шанс выиграть, был сопоставим с возможностью нападения акулы в водах тихой Соул-Ривер. Где-то сорок миллионов вариантов, больше населения всего штата раза этак в восемь. Однако тут был расчёт сделан на то, что тратя деньги на лотерею, где минимальным был приз, равный стоимости билета, начинавшийся с одной угаданной цифры, люди не станут полностью погружаться во мрак безысходности, алкоголизма, наркозависимости и вероятной преступности. Вернее так полагали создатели лотереи, не способные осознать того факта, что малообеспеченные слои могут тратить последние деньги на призрачную возможность вырвать себя из безысходности прямоугольных кварталов одинаковых улиц Тренчтауна, либо из тоски серых пригородов, вроде Сохо и Белгравия.

– Попробуй, прямо сейчас! Заполни форму на нашей странице и отправь со своего смарта или планшета! Будь в игре! Не сдавайся! Лотерея «6 из 58», организована властями города.

– Остановка «Завод Маккена»! – Пропела Аннабель в динамиках. В автобус вошли три переругивающихся парня в заводской спецодежде. С ночной смены, Матай усмехнулся, ведь он тоже рисковал поступить на работу в эту махину, производящую огромное количество ненужных вещей, которые впаривали в армию и во флот. Парни явно были чем-то сильно разозлены, но сидевший в самом конце Матай плохо слышал, сквозь щебетания утреннего шоу, где две миловидные ведущие своими холёными пальчиками пытались сделать «настоящую паэлью». Сидевший через три ряда от Матая вор занервничал, когда один из парней достал свою карту, и отправился к валидатору. Автобус мерно катил по 65, оставалось ещё три остановки и он выйдет на остановке «Центр переобучения», откуда ещё надо пройти минут десять до «Креветки». Два других рабочих возились в своих карманах, обсуждая некоего Джона, наконец, услышал Матай.

– Эй, парень! А что это у тебя в ногах? – один из рабочих не очень вежливо ткнул Кобальта в спину, прервав обсуждение Джона и его ошибку, которая будет стоить ему слишком дорого. Инженер брезгливо обернулся, посмотрел на рабочих, внимательно уставившихся на коробку, затем проследовал за взглядом обоих рабочих и с удивлением посмотрел на предмет их внимания. Либо он сам случайно передвинул её, либо она съехала по инерции на поворотах.

– Не трогай её! Кто знает, что там лежит! Надо остановить автобус и вызвать копов! —Крикнул подошедший третий рабочий, разозлённый тем, что его карта не читалась.

– Водитель! Водитель! – Рабочий в синей бейсболке подошёл к окну, через которое можно было передать плату за проезд автомату, либо водителю, если техника вышла из строя. Водитель только что налил себе чая и недовольно пробурчал в ответ нечто нелицеприятное.

Третий рабочий осмотрел остальных пассажиров автобуса, словно искал чего-то. Встретившись с глазами Косо, он быстро их отвёл. В тюрьме Косо научился смотреть в упор, по-волчьи, как говаривал старый арестант, сидевший по его словам всю жизнь, поскольку на воле у него не было родных, а тут было тепло, всегда есть место для сна и можно было заработать не сильно упахиваясь. Водитель и рабочий в синей бейсболки о чём-то стали спорить. Юджин покрылся потом, и со страхом уставился на коробку.

– Эй, парень! Парень, как тебя зовут? – К нему обратился оставшийся возле него рабочий.

– Юджин. Юджин Кобальт. Инженер фабрики «Реньюэбл энерджи».

– Сэм Костиц, рабочий 2-го цеха завода «Маккена». А когда эта коробка тут появилась?

– Не знаю. Я когда сел, она тут уже была. На «Блок-стоп». Оттуда до самого конца, на «Конечная Фабрика Ин-Вольт» выхожу. Надеюсь, что выйду.

– М-да. Плохо это всё… – Сэм замолчал, хмурясь, почесал подбородок, и посмотрел на уже ругающегося с водителем своего товарища.

– А я говорю, мы все взорваться можем! Останавливай дурак старый машину! – Рабоичй в бейсболке ударил по стеклу рукой, с такой силой, что то затряслось.

– Ах, ты поганец! Да я тебя сейчас! Вот, в диспетчерскую сообщу! На следующей остановке полиция встретит тебя и твоих ублюдочных дружков! Диспетчерская! – Водитель, красный, вспотевший, стоял и орал в передатчик о правонарушителях.

– Эй, Лу, потише там! Он на работе! Не зли человека! Господин водитель, в салоне подозрительный предмет! – Сэм подошёл и положил руки на плечи тоже раскрасневшегося от злости товарища. Матай подумал, что видимо парень либо служил, либо сидел. Обычный рабочий на своей унылой безликой работе не сможет начать так себя вести. Наорать, стать ругаться, начать драться, но не пытаться решить проблему в максимально короткие сроки и с минимальными потерями.

Вор занервничал ещё сильнее и поднялся, подошёл к дверям и нажал кнопку аварийной остановки. Третий рабочий посмотрел на него, но промолчал. Матай подумал было, не вмешаться ли, но тут всё разрешилось само собой. Кулинарное убожество идти перестало, зато загорелось табло, которое сообщало, что все пассажиры должны сохранять спокойствие и переместиться в конец салона на подсвеченную зону. Возле Матая загорелись мерзкие оранжевые лампочки, и третий рабочий вместе с инженером Кобальтом поспешили проследовать приказанию робота. Из динамиков полился успокаивающие звуки лёгкого джаза, перемежаемые указанием всем пассажирам проследовать в безопасную зону. Лу, ругнувшись, отошёл от своего товарища и поплёлся к месту, подсвечиваемому весёлыми огоньками аварийного освещения.