- -
- 100%
- +
– Будем иметь в виду это место. Тут, если что, оборону держать можно.
– От людей можно, а вот от тех зверюг, которых я видел, вряд ли, – Петр скептично осматривал многочисленные арочные проходы внутрь печи. – Входов много, и мы их все контролировать не сможем. Разве что, если заложить их капитально.
– Все, осмотрелись. Пошли дальше. Тут ничего стоящего для нас нет. Нам сейчас важно найти лекарства и еду.
Через два часа, пройдя еще два не очень больших участка с разной растительностью, они вышли к части какого-то городка. Резали его жестоко. Граница участка обрезала два пятиэтажных дома. По три подъезда оказалось в этом мире, а остальные остались неизвестно где. С торца здания, где был срез, видны были внутренности квартир.
– Этот мир из каких-то лоскутков сшит. У моей бабушки такое одеяло было. Пестрое и разноцветное, – комментировал Зубик, рассматривая городок и соседний участок через ветки кустарника.
Обсуждение поддержал и Трунька: – А мне больше на пазлы для детей похоже. – Там надо линии к линиям подбирать и тут. Видите, дорога к дороге, линия проводов с такой же сопряжены.
– Неа. Домам тем этот совсем не подошло, – не унимался Зубик. – Не состыковочка выходит с пазлами.
– А ну-ка, по тише, специалисты хреновы, – прервал всех Участок. – Осматривайтесь лучше повнимательней.
Движения в городке они не заметили и решили идти.
– Ищем сначала магазины. Продуктами надо «затариться», – Участок рукой указал направление движения.
Магазин на самой окраине городка был совсем крохотным. Двери были открытыми, но внутри был порядок. Никто его не грабил. Или не успели, или уже было некому грабить. Только перед входом были остатки кровавого пиршества – несколько фрагментов тел, от которых остались кости и части одежды.
Забежав в помещение, они быстро осмотрели прилавки, стеллажи и подсобку.
– Вот босяки, сразу на спиртное уставились! Мало вы в той жизни ее выжрали? – возмутился участковый. – Жратву «долгоиграющую» собирайте быстро, пока сюда какая-нибудь тварь не примчалась.
Все послушно стали собирать в рюкзаки консервы, упаковки с крупами.
– Шеф, может все-таки возьмем водочки? Чисто в целях профилактики желудочных расстройств и анестезии, – жалостливые глаза Доли невинно смотрели на старшего.
– Ладно. По две бутылки на брата берем. Рюкзаки тут оставим и дальше пройдем, может еще что-то полезное подвернется. Да и аптеку надо бы поискать, а то фельдшерские запасы уже на исходе.
Последний день головные боли у всех значительно усилились. Приступы слабости стали сильнее, а интервалы между ними сократились. Постоянно хотелось пить. Таблетки от головной боли помогали очень слабо, поэтому глотали их в больших количествах и запас таял прямо на глазах. Кроме того, у всех появились серые пигментные пятна на коже, такие же как ранее появились у Петра. У него они уже загрубели и стали больше по размеру.
Напиток, сделанный по рецепту из методички, он понемногу пил в тайне от остальных. И хотя понимал, что самочувствие товарищей ухудшается из-за отсутствия в их организмах веществ, находящихся в споранах, но делиться этой информацией, а тем более, споранами, он пока не торопился.
Первым аптеку нашел Трунька, шедший с Ярым в авангарде их отряда.
– Там аптека и еще два магазина. Все в одном здании. А напротив – ментовка. Улица между ними сильно объеденными трупаками завалена. Вонь жуткая стоит.
Собравшись вместе, они осмотрелись.
– Я с Петром и Трунькой в милицию, оружие поищем, а вы все в аптеку идите. – Набирайте только обезболивающее, – сказал участковый и махнув рукой, пригнувшись направился к двухэтажному зданию вдоль кустов «живой» изгороди.
Здание правоохранителей встретило их тишиной и вонью. На пороге лежали останки десятка человек, а в коридоре их взору открылся вид побоища, которое устроила довольно крупная тварь. Несколько разорванных тел в форме лежали вдоль всего коридора. Вероятно, что мутант промчался по длинному помещению, нанося удары во все стороны. Пол был густо усыпан автоматными гильзами. Монстра все-таки удалось кому-то убить и теперь его тело, придавив собой тела двух человек, лежало возле лестницы, ведущей на второй этаж здания.
– Петр, ты такую тварь видел?
– Таких по размеру видел трех, а три еще больше были.
– Жуткая образина, – присев на корточки Петр Андреевич рассматривал морду монстра. – Ладно, что тут рассматривать. Пошли в оружейную комнату, хотя и маловероятно, что там что-то еще осталось.
– Я трупы осмотрю. Должно же у них тут оружие быть, – предложил Петр. Остальные согласились, совершенно не горя желанием ковыряться между растерзанных и уже воняющих разложением тел.
Дождавшись, когда напарники скроются за дверью с табличкой «Дежурная часть», Петр метнулся к твари.
«Хорошо, что на пузе улеглась. Не надо будет переворачивать» – оглянувшись назад и убедившись, что за ним не наблюдают, он, быстро достав нож, развалил пополам нарост на затылке монстра. Просунув в него пальцы, сгреб содержимое и не глядя спрятал в кармане, после чего уже не торопясь принялся осматривать трупы людей.
– Ну, что у тебя тут? – Участок появился, неся в руках цинк с патронами. За ним шел Трунька, у которого кроме его ружья, на плече висела еще и малокалиберная винтовка с оптическим прицелом.
– Три пистолета и всего пятнадцать патронов к ним, – ответил Петр и, как бы между прочим отбрасывая поднятую с пола фуражку, прикрыл ею затылок монстра.
– У нас вот целый цинк с патронами к твоему автомату и пистолетных два десятка. Где-то ж должны быть автоматы? Гильз много, а стволов нет.
– Тихо! – буквально прошипел Трунька, предостерегающе поднял палец. – Шаги слышите?
Оба согласно кивнули. Звуки шагов раздавались на лестнице.
– А вот и автоматчик появился. Бывший автоматчик.
Сержант с висящим на боку автоматом уже бросился к ним, протягивая руки. Спокойно подпустив его, Петр Андреевич нанес сильный удар обухом топора, который до этого носил за поясом, в лоб обратившегося.
– Гляньте наверху, пока я автомат сниму. Рожа вся в крови, наверно кого-то «схомячил» там.
Осмотр второго этажа принес еще один автомат и два пистолета, которые были у уже сильно объеденных офицеров. Трунька не выдержал и его вырвало.
– Бляха-муха, ведь уже за эти дни насмотрелся на трупы разного вида обглоданности. И запах так уже не так «кумарит». А тут как синие кишки увидел, так и спазм поймал.
– Привыкай, Труня, теперь это навсегда.
Во дворе, за углом здания, они нашли стоявший милицейский УАЗ.
– С ключами, – обрадовался Трунька. – Слышь, Участок, давай назад на авто с ветерком прокатимся? Все лучше, чем в руках тащить. И забрать можно больше груза.
– Давай. Только ты сам поедешь. На шум мотора все мертвяки и сбегутся. Забыл, как в селе на выстрел сбежались. А движок УАЗа совсем не тихий, только заведешь и сразу все поймут, что Трунька на обед зовет. Тут только на броневиках кататься можно.
– А где ж его взять?
– Искать надо.
Подходящую для езды машину нашел Петр. Рядом с аптекой стоял желтый Renault Kangoo с какой-то экологической рекламой на месте люка для заправки горючего.
– На этой можно поехать, если заведем. У моего соседа точно такой был. Электродвигатель тихо работает.
Проблемой замка занялся Трунька, быстро разобрав его и соединив провода. Дольше мучился с блокировкой руля, но, в конце концов, что-то сломав, решил и эту проблему. Просторный салон полностью забили трофеями. Трунька с Ярым отправились на базу. Руки у всех освободились и Участок предложил продолжить поиски полезных вещей.
Полезными вещами они разжились в магазине «Щукарь». Снасти для рыбалки они игнорировали, а вот большой выбор одежды и снаряжения их очень обрадовал.
– Надо было, чтобы Трунька вернулся. Тут много чего полезного есть. Палатки, камуфляж, рюкзаки.
Петр, найдя подходящие размеры, тут же сбросив свою одежду, стал переодеваться. Куртка и брюки камышовой расцветки, широкополая панама и высокие берцы сразу изменили его облик. Его примеру последовали и другие, выбрасывая старую одежду и подбирая камуфляж. Группа внешне милитаризировалась.
– Тихо, пля! Вы как модницы, возле зеркала толкаетесь! – окрикнул всех Участок. – Расслабились вы что-то быстро. Доля, ты уже переоделся? Марш к окну и смотри за улицей.
Петр позвал старшего и показал на туристические наборы.
– Полезные нам вещи. Комплект из топора и ножа. Топориком удобно и дровишек рубануть, и нелюдей по башке отоварить. Берем?
– На всех. Один дай мне, а для остальных, складывай в свой рюкзак.
– Участок, я что, верблюдом подвязался, чтобы за всех таскать? Все на месте, вот пусть и разбирают.
Бывший участковый что-то хотел ответить, но немного пободавшись взглядами, уступил.
– Труньке и Ярому возьми.
А на выходе из магазина Участок был сбит, внезапно выскочившей из-за угла здания, тварью. Объемный рюкзак потянул его назад и мешал отбиваться. Тварь, преодолевая его сопротивление, рвалась зубами к лицу. Спас его Петр, который оттолкнув опешившего от внезапности нападения Долю, ударил новеньким топором в затылок зомбака, нижним краем повредив шишку.
– Спасибо, Петя. Не растерялся.
– Проехали. Мы должны теперь друг дружке помогать. Иначе не выжить нам.
Он присел на корточки возле твари и осмотрел труп. Бывший мужчина, щеголял по центру родного города в одной футболке, потеряв брюки вместе с человеческим обликом. Дождавшись, когда товарищи начнут движение, Петр дорезал поврежденную дольку нароста и быстро выудил из нее один споран.
Глава № 7. Оливер Брюс и начальник колонии
– О! А я тебя знаю! На охоте у Первого встречались, – Брюса остановил плотный мужчина в зеленом кителе с погонами полковника, когда он направлялся к выходу из Дома правительства.
Брюс всматривался в лицо и не мог его вспомнить: – Извините…
– Не вспомнил? Да я понимаю тебя прекрасно. Водка, баня, кабаны. Да и я сейчас не голый, а в мундире, – военный громко засмеялся, совершенно не стесняясь снующих мимо них людей. – Федор Петрович Грызлов. Начальник ИТК «Пятнашка».
– Оливер Брюс. Европейский институт исследования земной коры. И, да, вы правы, форма сильно меняет человека. Никогда бы не узнал. Здравствуйте.
– По делам тут или к Первому?
– Все сделал. Согласовал. Теперь будем работать. Сейчас в гостиницу.
– Я тоже со своими делами закончил. Может быть, пообедаем вместе? Мне в свою вотчину еще пилить и пилить. Двести километров, как-никак.
«Судьба просто так людей не подбрасывает», – подумал Брюс.
– А давайте, как у вас говорят: «Перекусим маленько». Тут рядом ресторан с довольно приличной кухней.
– Завидую я тебе, – после третьей рюмки, полковник раскраснелся. Он встал, и повесил китель на спинку стула. – Хоть и батрачишь на дядю какого-то, но вижу, что оно того стоит. Можешь позволить себе тут обедать.
– И завтракать, и ужинать, – в тон военному поддержал Брюс нужную ему направленность беседы.
– Я тоже, человек небедный. Но вот сам выбрал свою судьбу. Надел погоны в юности и так всю жизнь их таскаю. Потом и кровью, так сказать, выслужил.
– Я не силен в местной аббревиатуре. ИТК – это что такое?
– Исправительно-трудовая колония. Тюрьма, по-вашему. Почти. У нас страна большая и размах большой. И в тюрьмах, в том числе. У меня без малого, три с половиной тысячи душ сидит. А работы какие! Два карьера, леспромхоз. Все на благо державы. Исправляем преступников тяжелым физическим трудом, так сказать.
– Большая ответственность на вас возложена.
– А то! План дай! Выход продукции увеличь! Режим поддерживай! И все на самоокупаемости. А взамен только выговора. Семьи почти не вижу! С ними на море за границу не могу поехать, подписка, – полковник налил водку в обе рюмки. – Давай, еще по одной.
– За то, природа у вас тут красивая. Мало где еще встретишь на земле не тронутые человеком места.
– Природой сыт не будешь. Но с тобой я согласен. В меня вообще есть нетронутые цивилизацией места. Красотища там непередаваемая. А приезжай ко мне в гости. Посидим, поболтаем. Могу и охоту организовать, не хуже, чем у Первого была.
– С охотой вряд ли получится. Ружье домой отправил.
– Да я видел, кому ты его домой отправил, – полковник громко рассмеялся. – Кому надо – все видели. Поэтому к тебе со всем уважением и относятся. Ружье найду. У меня их много. Так что? Ждать?
– Согласен. Почему бы и не подружиться с хорошим человеком? – Брюс искренне рассмеялся. Полковник точно будет полезен. В голове уже сложился приблизительный план по его использованию.
***
– Ты, Оливер, не крути вокруг да около. Я человек простой. Говори прямо, могу я на твоем бизнесе заработать или нет?
– Можешь, Федор Петрович, – Брюс отверг еще в начале пьянки предложение называть полковника только по имени, сославшись на свою молодость и должность собеседника. – Я вот тебе два раза объяснял суть наших исследований. Они никому не нужны с коммерческой точки зрения. Получаемые данные интересны узкому кругу специалистов. Тут я работаю только за плату, прописанную в контракте. Основной мой заработок от наших партнеров. Как у вас говорят – смежников.
– Разведка?
– Опять? Я же тебе поклялся, что со спецслужбами ни одной страны мира я не связан. С вашими, кстати, тоже. Только бизнес. Есть возможность заработать лишний фунт, я его заработаю.
– И чем эти твои смежники занимаются?
– Изучением деятельности головного мозга. Воздействие на мозг человека и весь организм в целом, электромагнитного поля земли в местах разломов тектонических плит. Это в общих чертах. Я и сам не вникаю в подробности. Тут основная проблема состоит в законодательстве многих стран, которые запрещают или ограничивают такие исследования. А там, где это возможно, проводить такие исследования не имеет практического смысла. Я, честно говоря, мало в этом разбираюсь. Так, поверхностные данные, для общего понимания. Моя задача – договариваться.
– Вот и давай договариваться со мной. Что надо и это в моих силах – сделаю.
– Уже со следующей недели мы начинаем эксперименты на тех участках, которые выбраны нашими учеными. Можешь приехать лично и посмотреть, как это будет выглядеть. Убедишься, что все наши сотрудники будут в нем участвовать добровольно. Для всех это дополнительная подработка, которая не запрещена контрактом. Никаких последствий для организма эти опыты не принесут. Только пассивное снятие данных об самочувствии и работе внутренних органов. И, естественно, бонус в денежном эквиваленте, помимо оплаты по контракту. Сразу и наличными.
– Сколько?
– Сейчас будут платить пятьдесят фунтов за сеанс. Каждому. Вроде, как и не очень большие деньги, но получать можно каждые три недели.
– И как это выглядит на практике?
– Там заканчивают строить ангар. Большой и просторный. В нем будут расставлены исследовательские капсулы, куда и укладывается человек. Надо полежать от полутора до двух часов. Плюс – минус. Можно слушать музыку в наушниках, спасть. Капсулу открыли – денюжку вручили. Никаких проводов не подключают.
– А я влезу?
Брюс наклонился к полковнику и упер в него свой взгляд: – А зачем тебе, Федор Петрович, самому в ящик влезать? Ты уже давно не мальчик. Ты при большой должности. Уважаемый человек. Тебе эти пятьдесят фунтов сделают погоду в домашнем бюджете?
Коммерсант откинулся на спинку кресла, довольный собой. По глазам полковника он понял, что тот заглотил наживку. Сейчас у него в голове щелкал калькулятор. Но пока что он щелкал бестолково и его надо было привести в нужную последовательность.
– Федор Петрович, у тебя сотни подчиненных. Может быть среди них есть и доверенные, надежные парни. Пусть их будет, допусти, сто. Это в сумме пять тысяч фунтов. Вроде бы и не плохо. Но от этих денег надо какую-то часть, например, половину, оторвать и отдать им. Опять же, слухи и интриги. Полностью надежных людей нет. Обиженные или болтуны появятся обязательно. Пойдут слухи. Ты подумай лучше о своих «сидельцах».
– Точно! Обиженные, – взволнованно подскочил Грызлов, но тут же сел, махнув рукой. – Не выйдет. Риск побега. У меня строгий режим. «Расконвойки» нет. У всех срока – от восьми и выше. Только «пожизненников» триста с гаком сидит. Они сначала бегут, а потом уже думают, куда и для чего. Психология такая. Не выйдет.
– Эх, Федор Петрович, Федор Петрович. Сам говорил, что нельзя пороть горячку. Давай так. Ты ничего сейчас не думай. Просто приедешь ко мне, сам все посмотришь, а потом уже скажешь свое решение. В любом случае, ты спросил, как можно заработать, а я ответил. Ну, как вариант, сам в капсулу залезешь, – Брюс хлопнул собеседника по руке и наполнил рюмки. – Давай, на посошок, как у вас говорят. Мне еще назад добираться. Надо деньги зарабатывать. Мне пенсию платить никто не будет.
***
Ангар был очень большой. Двести на сто метров, с высокой сводчатой крышей. Стены и потолок из металлического профиля. С торцов – большие двустворчатые ворота.
– Хорошее здание. Надежное, – оценил полковник, которого Брюс повел осматривать свои владенья. – И территория у тебя тут хорошая.
Весь двор был огорожен трехметровым металлическим забором, по верху которого была установлена спиральная колючая проволока, или, как ее еще называли – барьер Егоза. С внутренней стороны был установлен еще один забор из колючей проволоки, высотой в два метра с загибом внутрь двора. На четырех углах двора были расположены сторожевые вышки пятиметровой высоты.
– Такое ощущение, что вы тут переживаете, что не к вам будут проникать, а от вас.
– Всякое может случиться, – как можно равнодушней ответил Брюс. – Так хочет фирма. Установлен такой стандарт для всех аналогичных объектов по всему миру.
Тут он соврал. Именно он разработал такой защитный периметр, чтобы «дожать» полковника, создав у того внутреннюю убежденность, что побег с этой территории исключен.
– А когда ваши исследования тут завершатся, вы это все демонтируете?
– С местными властями еще не обсуждали этот вопрос. Планируем пока что тут надолго обосноваться. По крайней мере, пока не получим достаточные данные о земной коре на этом участке.
– Я бы его демонтировал и себе в колонию перенес. Хорошее помещение под производственные цеха.
– Да не вопрос. Обсудим. Думаю, что мы сможем договориться на взаимовыгодных условиях. Но до этого еще очень далеко. Пойдем внутрь?
В ангаре царила рабочая суета. Персонал готовился к первой попытке переноса, о чем полковник даже не мог себе представить. Сотрудники Корпорации переодевались в оранжевые комбинезоны, постепенно расходились по своим капсулам и укладывались в них.
Брюс взглянул на часы. – У тебя для принятия решения осталось пять минут. Если хочешь, можешь комбинезон не одевать. Это наша внутренняя фишка.
– Я с водителем пойду. Только он об оплате не знает. Сказал ему, что в эксперименте участвуем.
– Как скажешь.
– А ты тоже ложишься?
– Нет. Я с учеными в контрольном зале буду. Кассу стерегу, – заговорщицким тоном добавил Брюс и подмигнул.
При изысканиях на территории области было выявлено пять потенциально пригодных для переноса мест. Это было самое перспективное. Согласно расчетам, перенос в параллельный мир тут происходил через каждые три недели. Кроме того, место было расположено достаточно близко от ИТК.
В ангаре были установлены в несколько рядов сто двадцать капсул ярко-оранжевого цвета. Персонал называл их «гробами» из-за схожести по своему основному назначению и двойными откидными крышками. По задумке, после переноса, капсулы будут в закрытом состоянии до трех часов. После этого, должны сработать временные датчики и появится возможность их открытия изнутри, для тех, кто будет способен открыть запорное устройство.
В первой партии первопроходцев отправлялись тридцать инженеров и девяносто сотрудников частной военной компании, постоянно сотрудничающей с Корпорацией. Предполагалось, что иммунные смогут выжить в том мире до следующей перезагрузки местности и, незадолго до нее, переместить необходимое оборудование на смежный участок, а потом вернуться назад и помочь новой партии прибывших.
Все капсулы, в которых находились инженеры и десять с командирами ЧВК, были оборудованы проводной связью.
– Где наши капсулы, Оливер?
– Две крайние. Вас проводит мой помощник.
Брюс дождался, когда над военным закроется крышка и взглянул на часы. Через пять минут надо было покидать это место. Ему совсем не хотелось, чтобы его копия, дергаясь, бродила вокруг ангара. Да и планом переноса это было запрещено.
– Мистер Брюс, командир коммандос интересуется, что делать с этими двумя, если окажутся устойчивыми к заражению?
– Изолировать и кормить. Когда появится возможность, их органы будут своеобразной платой за эту экскурсию. Сообщи это и быстро возвращайся в машину.
Глава № 8. Карп. Прибытие в УИН
– Фамилия?
– Карп Иван Петрович.
– Дата рождения?
– Первое января тысяча девятьсот восемьдесят восьмой.
– Статья?
– Сто пятая, часть вторая, пункты «А», «Д», «Е».
– Пошел!
Заключенный вскочил из положения «на корточках, руки за головой» и подхватив баул со своими вещами, устремился в длинный и мрачный коридор приемника-распределителя, краем глаз контролируя расстояние от ног до лающих пастей сторожевых овчарок.
– Вещи на стол. Раздеться. Одежду на тот стол. К стене. Руки за спину.
Десять минут «шмона» перед глазами маячила стена со старой потрескавшейся побелкой.
– Повернуться.
Пожилой доктор, из-под халата которого выглядывали петлицы военврача, быстро осмотрел кожные покровы, заглянул в рот и уши, ощупал голову.
– Повернуться. Наклонись, раздвинь ягодицы. Присесть пять раз. Наклонись, раздвинь ягодицы.
Палец в резиновом облачении проник в задний проход в поисках запрещенных предметов.
– Чисто. Одеться. На выход. Следующий.
Опять длинный коридор, который надо пробежать под окрики конвоиров.
Новый кабинет.
– Фамилия?
– Карп Иван Петрович.
– Дата рождения?
– Первое января тысяча девятьсот восемьдесят восьмой.
– Статья?
– Сто пятая, часть вторая, пункты «А», «Д», «Е».
– Срок?
– Вышка.
– Я тебе что? Зека?
– Осужден к пожизненному заключению.
– То-то.
Коридоры, лестницы, коридоры. Стена с дверями.
– К стене, – щелчки замка, – пошел.
Вот и камера, где должен «мотать срок» Карп Иван Петрович.
– Добрый деньвечер.
– Добрый, – сиделец сидел на стуле, облокотившись на стол и читал книгу. На вошедшего даже не взглянул. – Падай. Сейчас главу добью и поболтаем.
Сокамерник был не худой, а очень худой. На лице под кожей явно не хватало массы мышц и хорошо просматривались некоторые кости черепа. Спусти пару минут книга была отложена, и сокамерник обратил свой взор на новенького, внимательно рассматривая его из-под круглых стекол очков в старомодной оправе.
– Как я вижу, ты уже чуток нахватался жаргона? «Добрый деньвечер» на пересылке научили? Или еще в СИЗО?
– В СИЗО.
– Бросай эту дребедень. У нас «вышка» – вот и весь перечень жаргонных словечек. Жаргон или «музыка», или «феня» была придумана для общения в воровской среде и что бы посторонние ее не понимали. Нам с тобой это ни к чему. Иваном меня зовут.
– И меня Иваном.
– Пару слов, с кем сидеть мне придется.
– Карп Иван Петрович. Восемьдесят восьмого. Статья Сто пятая, часть вторая, пункты «А», «Д», «Е».
– Ого. Хорошо покрошил. И скольких упокоил?
– Восемь.
– Стрелял?
– В одного. Главного. Когда добивал. Остальных гранатой, потом топором и сжег всех в доме.
– Веселый ты человек, тезка. Откуда сам.
– Сам из Перми.
– А это не то дело, где вначале была авария, а потом смерть отца погибшей в аварии девчонки?
– Угу.
– «Кровник» значит. Родственник?
– Нет. Просто хорошо знал покойных. И тех, тоже хорошо знал.
– Не снятся?
– Девчонка пару раз снилась. Смеялась, – Иван улыбнулся. – Довольная.
– Главное, чтобы ты не жалел. А то сгоришь от самоистязания, а мне потом привыкать к новому соседу. Ты, кстати, к суициду не склонен? А то мне как-то не нравится просыпаться в одной камере с холодным трупом. Есть в этом и положительные моменты. Допросы, прогулки по коридорам туда-назад, новые лица. Но лучше без этого обойтись. Тебе обо мне уже успели рассказать?
– Нет. Сразу с этапа сюда.
– Меня на воле Маркером называли газетчики. Слышал?
– Маньяк из электрички? Слышал. Читал пару коротких заметок и видел репортаж, когда тебя взяли. Девочка-полковник с накачанными губами и все сиськи в орденах, корявыми предложениями довела общественности, что с после долгих бессонных ночей, правоохранители задержали подозреваемого в нескольких нападениях на женщин.