Мир Дзюдо. №5. 2023

«Штангист»

Первое сентября 1968 года у меня началось, как у всех студентов: с лекции. Появились новые предметы, появилось и новое увлечение.

Во дворе главного учебного корпуса располагался спортзал. Точнее, здание, переоборудованное в спортзал. И было это здание, до тех пор, как его не переоборудовали, кирхой. Ки́рха или ки́рка (нем. Kirche) – германизм, обычно используется для обозначения лютеранских культовых сооружений. Оригинальное немецкое значение – церковь, как таковая, во всех смыслах, как сообщество, так и здание, без какой-либо конфессиональной окраски.

Так все спортзал и называли «кирха». Здание классической готической архитектуры, построенное в начале 19 века снаружи, как я полагаю, не ремонтировалось к тому времени, очень давно. Но то, что оно очень красивое, было видно и без ремонта. Все внутреннее оборудование, которое, наверное, было в здании, отсутствовало. Центральный вход с крыльцом был закрыт, а входили мы через боковую дверь, которая располагалась напротив общежития, в левой (если смотреть с фасада) стороне здания.

Кирха-спортзал. Слева – пятиэтажная «общага»

А внутренние помещения представляли собой вот что: сразу от входа был большой зал, где по краям располагался ряд скамеек. На противоположной части были установлены помосты для штангистов, перекладины, брусья и другое спортивное оборудование. Центральная часть представляла площадку для волейбола. А если постелить маты, то это был огромный ковер для борцов. В районе центрального входа были оборудованы душевые.

Самым интересным был балкон, который располагался внутри по периметру всего зала на высоте около трех метров. Подняться туда можно было по двум лестницам. Там обычно тренировались велосипедисты. Конечно, они не ездили по балкону. Велосипеды были установлены в специальные станки. Передние колеса были зафиксированы, а задние стояли на специальных приспособлениях. Педали можно было крутить, колеса крутились. А для дозирования нагрузки имелись специальные устройства. Иногда удавалось покрутить педали, но у каждого велосипеда был хозяин, и не все любили, когда посторонние пользовались этими тренажерами.

Физподготовка была таким же обязательным предметом, как и все остальные. Когда было тепло, мы занимались на улице, а зимой, естественно, в зале.

Когда я летом работал грузчиком, я понял, что надо «подкачаться». И самым простым способом было занятие тяжелой атлетикой. Пришел я в зал самостоятельно. Переоделся, как мог размялся и подошел к помостам, где были штанги. На одном из помостов никого не было, штанга, по виду, была не тяжелой, и я решил её поднять. А после того, как опустил, меня окликнул мужчина: «Молодой человек, а ты что тут делаешь?»

Я подошел, поздоровался и сказал, что хочу заниматься «штангой». Мужчина лет сорока пяти, кряжистый, волосы с легкой сединой, внимательно оглядел меня. Это оказался тренер институтской секции тяжелой атлетики. Фамилии его я, увы, не помню, а звали его Георгий Амбросимович. Он спросил, чем я занимался раньше. История моих занятий спортом была небольшой. В школе я с товарищем бегал на средние дистанции, под его руководством. Потом была классическая борьба и бокс. Никаких успехов, естественно, не было.

Но про бег тренер попросил рассказать подробнее. А потом попросил раздеться до трусов. Ноги мои ему, явно, понравились. Я и на занятиях по физо с удовольствием бегал и пять, и даже десять километров. А когда он спросил, смогу ли я присесть со штангой в сорок килограмм, я ответил утвердительно. По его указанию мне на плечи положили штангу, я присел и легко встал. Вес увеличили. Потом ещё. Я встал, и улыбнувшись, сказал, что и ещё смогу. Но тренер был мужчина и умный, и опытный.

После нескольких минут беседы, указания по поводу тренировок, одежды, питания, Георгий Амбросимович представил меня всем спортсменам и поручил одному из них в этот день заняться со мной. Мой наставник, совсем небольшого роста и хрупкого, как мне показалось, телосложения паренек учился на четвертом курсе и имел первый разряд по штанге. Узнав это, про разряд, я искренне удивился. Но, когда он рассказал, сколько «делает», а, по-простому, «поднимает», в каждом движении, я удивился ещё больше.

Тренировки были три раза в неделю: в понедельник, среду и пятницу. В эти дни я, как правило, обедал с друзьями в столовой, занимался в читальном зале, иногда немного гулял по городу и часам к шести вечера шел в зал.

Уже в первый день мой наставник, а звали его Саша и он взял надо мной шефство не на один день, показал свой дневник. В тетради, разграфленной по видам «движений» стояли цифры. «Движения»– это не только «жим», «рывок» и «толчок», классические движения тяжелоатлетов того времени. Сюда входили и многие «движения» подготовительные: «тяга рывковая», «тяга толчковая», «приседание со штангой», «жим лежа» и ещё много разных «названий», которые имели целью подготовить спортсмена к выполнению «основных» движений. И большая часть тренировки была посвящена именно этим «подготовительным» движениям.

На следующее занятие я тоже пришел с тетрадкой, где разграфил несколько страниц. Вот только названия «движений» я с первого раза не запомнил, а осваивал постепенно.

Только с третьей или четвертой тренировки Георгий Амбросимович начал сам показывать мне то, к чему стремился я: к выполнению ГЛАВНЫХ движений. Как оказалось, самым сложным был «жим»! Вроде, чего проще: поднял на грудь, а дальше «со всей дури» жми руками вверх. И тут оказалось, что сила рук – не главное, а есть много законных способов «помочь» себе спиной, «прессом» и другими частями тела. Но, при этом, было ещё столько «прибамбасов», когда, например, отклоненные назад плечи портили попытку, вес не засчитывали. Да ещё и руки у меня были слабые.

Зато я сразу «схватил» «толчок», а больше всего мне нравился «рывок». Там, кроме силы, главным была резкость и сила ног, которой у меня было достаточно. Не секрет, что, когда что-то человеку нравится, он делает это не только с удовольствием, но и с азартом. Именно с азартом я занимался. Даже курить стал меньше, хотя тренер рекомендовал бросить совсем, но Саша сказал, что «курение на результат не влияет, вот он курит и ничего». Но «Амбросимович» его, естественно, не слышал.

Как рекомендовал тренер, я, во-первых, все «движения» записывал, а во-вторых, внимательно смотрел на то, как и что делают другие.

Кроме институтских спортсменов, часто на тренировки приходил ещё один парень. Высокого роста очень крепкого сложения грузин был «персональным учеником» Георгия Амбросимовича. Говорил он с сильным акцентом, а тренера называл по отчеству «Морозович». Он имел звание «кандидат в мастера спорта», хотя и «делал» все «на мастера». Но звание присваивалось после соревнований, а попасть на нужные он долго не мог. Он был веселым человеком, как все грузины. Любил пошутить, посмеяться и не обижался, когда шутили над ним. Могучая его фигура ни минуты не сидела спокойно. Он всегда двигался, но не бесцельно. И я часть с восхищением смотрел, как он работает со штангой.

Было ещё одно «движение», которое мне очень нравилось. Это было приседание со штангой на плечах. Это упражнение было из категории «подготовительных». Так «качались» ноги и развивалось чувство равновесия, когда центр массы тела существенно поднимается вверх. Несмотря на то, что ноги у меня были в «хорошей форме», это упражнение было обязательным. И я сразу понял, что тут у меня тоже есть к чему стремиться. Вес шестьдесят и семьдесят килограмм «покорился» мне быстро. И я сразу понял, что главная цель в этом движении – сто килограмм.

После первых тренировок состояние мое было отвратительное. Болело все тело, от пяток и до макушки и спины. По ней, по спине, что иногда случалось и у опытных спортсменов, прокатилась «перетянутая» назад штанга. Хорошо, если уже почти выпрямился, но синяки были от плеч и до «ниже поясницы». Через месяц стало легче. А месяца через два случилось вот что.

После примерно часа тренировки я, в соответствии с планом, отрабатывал «рывок». Вес на штанге был совсем небольшой, килограмм сорок. Подошел Георгий Амбросимович и сказал добавить килограмм десять. Я добавил и сделал «рывок». «Добавь ещё пять», – сказал «Морозович». Я снова поднял. Тогда он подозвал грузина и сказал ему: «Смотри, как надо». Я думал, что кто-то покажет, но Георгий Амбросимович сказал: «Володя, покажи ещё раз «рывок». Слова тренера – закон. Я «попудрил» руки «магнезией» подошел к штанге и «рванул». Грузин внимательно смотрел на меня, когда я «выполнял движение». «Слушай, да, маладэц. А больше сможешь?» Я посмотрел на тренера, он молча кивнул, и я добавил ещё килограмм пять. Поднял. Потом ещё пять. С таким весом я ещё не работал. Но воодушевление и поддержка всех ребят, а они подошли и тоже наблюдали за мной, сделали свое дело. Штанга замерла вверху, а встать, с моими подготовленными ногами, не составило труда.

Остался доволен и Георгий Амбросимович. Он похвалил меня, но сказал, что повторять этот вес можно не ранее, чем через месяц. Все разошлись, только Саша подошел, пожал руку и сказал, что «рывок» у меня шикарный и так никто у нас не делает. Его похвала была не менее приятна, чем оценка тренера.

На сессию, с разрешения тренера, сделал перерыв. Только дома с утра делал зарядку и немного занимался вечером. В сессию опять получил «два раза по два шара»: по математике и ТОЭЦ (теоретические основы электрических цепей). ТОЭЦ сдал быстро, а вот математику сдавал семь раз. Доцент Мильман Давид Петрович знал меня лучше всех студентов. Мы с ним, как, впрочем, и с другими педагогами, здоровались. Он, после второго раза, даже не спрашивал направление. А замдекана, если память не изменяет, Нелли Александровна, тоже не беспокоила. Об этом её попросил очень хороший человек, с которым наша семья давно была знакома, а он занимал солидный пост в институте. Наконец к концу марта и с математикой «было покончено».

Тренировки я продолжил сразу после начала четвертого семестра. Увы, моя «успеваемость» опять сыграла злую шутку. Я опять остался без стипендии. А отсутствие денег далеко не способствовало тренировкам. Точнее, скуднее стало питание. И приходя вечером после тренировки я прекрасно понимал, что если мне добавят «ещё одну котлетку», то мама останется с одним гарниром.

В начале апреля Георгий Амбросимович сообщил, что через две недели состоятся соревнования по тяжелой атлетике на первенство института, и выступать будут все. Как ни странно, самым большим моим недостатком была моя комплекция. При росте 178 см вес был на границе полусреднего (67,5 кг) и среднего (75 кг). А разница в пять килограмм по «движениям» была весьма существенной.

Если не сбрасывать, то мой вес был примерно 68 килограмм, а иногда и выше. Скидка веса в бане всегда сопровождалась снижением силы и появлением некоторой вялости. Это знает любой, кто хоть раз посещал парилку. Но и это было не главным. Самой большой моей проблемой был жим. Сил было мало, а технические «способы» увеличения жима были достаточно сложными и, как правило, судились очень строго. Жим не любил никто из спортсменов.

Поднять вес, который больше твоего собственного с помощью «жима» было задачей не из легких. И мой результат в этом движении с трудом приближался к 65 килограммам. А вот рывок и толчок давались нормально. И для категории «полусредний вес» я почти выполнял эти нормативы третьего разряда.

Главным успехом, к которому я стремился с начала тренировок, было приседание и вставание со штангой весом сто килограмм на плечах. И, однажды, мне покорился и этот вес. Цифра «сто» это некий магический юбилей для всех начинающих спортсменов. Для «тяжеловесов» с этой цифры только начинается работа. Для спортсменов моего веса эта заветная цифра «светилась» высокими разрядами. А для меня приседание со штангой весом сто и более килограмм была маяком к высоким результатам в других «движениях». И к лету вес штанги, с которой я приседал и вставал, достигал ста десяти, а иногда и ста двадцати килограмм,

Соревнования начались с самых легких спортсменов. После выполнения первого подхода в жиме ко мне подошел Саша и протянул маленькую плоскую бутылочку. Там был коньяк. «Двадцать грамм будут полезны», – сказал он. Я отказался, а Саша, со словами, что ему больше достанется, сделал маленький глоток и пошел к помосту. Он, при весе существенно ниже, чем у меня, «поднимал» во всех движениях больше.

Увы, как и следовало ожидать, никаких «рекордов» я не установил. В рывке я повторил свой результат в 72 кг, а в толчке 95 кг. Тренер, да и ребята, меня похвалили. Я знал над чем работать и продолжал тренировки. Подошло время досрочной сдачи экзаменов, я собирался в стройотряд. Вот и сессия сдана, стройотряд «Байкал», работа в Бурятии, возвращение домой. И снова я пришел на тренировку. А в ноябре стал тренировки пропускать. Одна, другая, а потом и вообще забросил занятия. Сейчас трудно вспомнить, почему. «Штанга» мне нравилась, но…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.