Киборг Убийца. Советский рубеж

Глава 3

После смерти – слепой станет зрячим.

Глухой – чутким.

(Якутская мудрость)

В близи города Пскова, 1944год 18 февраля 06:00 утра.

Связи не было, связисты погибли, связь разорвана, один смышлёный парнишка звали его Антоном сказал:

Вероятно, дело в обрыве, найдём Старшина!

Старшина дал ему Якута и пулемётчика для прикрытия. Все знали, что Антоха с Якутом не разлей вода и с самого начала войны вместе, поэтому задание выполнят, несомненно. Оба бойца познакомились в военном эшелоне. Антону на тот момент только исполнилось восемнадцать. Сейчас ему уже ему двадцать два года. Военную науку он впитывал, как губка. Освоил разные военные специальности. При необходимость мог быть радистом, снайпером, сапёром. В бою вообще ему не было равных. А самое важно качество, которое было у него и почитаемое всеми фронтовиками, был везучим как чёрт. За всё время, проведённое на войне не одной царапины.

Раненых, кто не мог самостоятельно передвигаться, снесли в землянки, не осталось не одного офицера, за исключением лейтенанта Овчаренского. Но и тот был тяжёл, шея была синяя, на лице и белках глаз сильные кровоизлияния. Он почти не мог говорить, лишь мычал. Лейтенант лежал на спине, лишь изредка открывая глаза. Тяжело раненых приготовили к транспортировки и оказывали посильную медицинскую помощь, но в течении прошедшего часа уже с десяток солдат умерли от полученных тяжёлых ран. Легкораненые как мумии в бинтах несли службу на постах. А уцелевшие бойцы копали братскую могилу. Всех погибших обрядили в чистое нательное бельё, и они смиренно дожидались своего часа. От роты осталось человек двадцать пять, вместе с легкоранеными. Что было с другими ротами батальона, было неизвестно, связи нет, как они пережили эту ночь не известно, было ли нападения на другие роты?

Лейтенант то открывал глаза, то закрывал и проваливался в забвения. И в одино из таких состояний он чётко увидел силуэт человека и попытался рассмотреть его. Человек стал приближаться и вдруг заговорил.

–Ты чего разлёгся казачок, твои други по оружию ждут погребения! Не должно казаку в такой час кверху пузом лежать, побратимов требуется проводить, отдать дань уважения братьям!

– Ты кто? – утробно прохрипел Овчаренский.

Силуэт приблизился, и лейтенант чётко увидел лихого казака, браво подкручивающего ус и раскуривая трубку. Одет он был по всем правилам, а на портупеи висела шашка. Кого-то он сильно ему напоминал.

– А ты не узнал казачёк? – лейтенант всмотрелся.

Это суровое, но какое-то до боли очень знакомое близкое лицо, от которого на душе разливалось тепло и согревало изнутри. Он как будто знал его раньше.

– Деда ты?

– А то!

Это лицо он видел только на фото карточке, которое его мать бережно хранила. В живую ему не довелось видеть деда. Образ, который он видел на фотокарточке, очень ему нравился. На нём был моложавый средних лет лихой, с горделивой осанкой, казак. Зажав зубами мундштук с трубкой и подкручивающий красивые усы в завитушки. Но больше всего ему нравилась его шашка, которая свисала с портупеи. На обратной стороне, выцветшая от времени красовалась надпись красивым подчерком с вензелями: Премного Ваш! Петров Василий Васильевич. На долгую память!»

Маленькому Артёму очень хотелось быть на него похожим, и он часто рисовал себе карандашом усы, бегал дома по квартире с деревянной шашкой в руке, размахивая и круша нечаянно попавшие под руку стаканы и тарелки, в качестве коня использовал веник. Тарелки были случайными, но недопустимыми жертвами воображаемых сражений мальчика. Оно мчался через всю квартиру на своей лошадке из веника и кричал:

– Смотрите, смотрите, я казак, я всех победю! Смотрите на меня какой я!

Отцу не нравились игры сына и всё, что связано с казаками, ему это отдавало деревенщиной. Из деревенской жизни для него было только приемлемо жить с его матерью. Слово приемлемо, а не любил, наиболее подходило для их отношений с супругой. Он часто подначивал сына говоря:

– Какой ты на, казак, убожество мелкое! Казаки ездят на конях, а ты на метле! Ты видно баба Яга?

– Я казак! – обиженно парировал будущий лейтенант, хлюпая носом.

По рассказам матери его дед погиб в молодом возрасте, в конце гражданской войны, долгое время воевавший за белых, но разочаровавшись в этом движении, перешёл со своим отрядам на сторону красных. Перед началом военной операции в которой он учавствовал, которая закончилось трагически для Петрова Ивана Васильевича. Он соблазнил деревенскую молоденькую девчонку. Та оказалась дочкой старосты, когда скрыть беременность было невозможно, староста начал искать опорочившего честь молодца, разбивая лица своим тяжёлым кулаком всем, кто мог хоть как-то подойти на эту роль, а также мужчинам и мальчишкам когда-либо общавшимися с его дочкой.

–Урою сукиных выбледков. Найду и урою! – говорил староста своей жене.

В один из вечеров, когда девушку провожал приезжий молодой человек и из калитки дома вылетел разорённый отец, словно разъярённый медведь шатун. Девушка разрыдалась! Упала на колени, обняла отца за ноги.

–Пап хватит, ну пожалуйста! – срываясь на истерику проговорила девушка.

И рассказала отцу всё, как было и про смерть её возлюбленного. А молодой человек тут же попросил руки у отца девочки, сделал предложения! Староста взял себя в руки и решил, что так будет лучше.

– Не бойся, я тебя не обижу, ты увидишь, я хороший! – говорил студент девушки, пытаясь не ловко обнять и успокоить рыдавшую.

– Ну, хрен с вами, пусть будет так!

Так появилась на свет мама Артёма!

– Давай внучек, открывай глаза ступай! Не чего не бойся, я за тобой присмотрю и помогу! Ты только не чего не бойся хорошо?! А то что оконфузился не переживай, ну бывает, обсерился, с кем не случается! В простой жизни люди срутся, а на войне и подавно, это нормально! Война всё спишет! Только трусость списать не возможно и малодушие! Помнить будут поступки, а не то, что было. Ступай казачок, ты вперёд, я за тобой!

Старшина отвёл в сторону не званых гостей, которые стали спасителями спросил?

Что происходит? Кто такие? Вы лучше расскажите, как есть, сражались вы смело, значит не из ихних!

– Алёна ти слышать, он прав время нет! Говори всё! У нас с тобой совсем нет часов, надо торопиться. Смотри, такое видеть, туть мы не ожидать!

– Я Алёна, это Джастин, старшина тут такое дело!

Девушка старалась силилась правильно подобрать слова:

– Мы из русско-немецкого сопротивления.

Девочка, не смотря на молодость, была спокойной, как удав само спокойствие и практически была без эмоциональной. Говорила спокойно, размеренно. Её же друг напротив, вёл себя, будто все суставы были на шарнирах, и кто-то невидимый периодически их дёргал. Видно было, что ночной стресс всё же дал о себе знать и все пережитые эмоции читались у него на лице. Алёна не пряталась в телогрейку и не ёжилась на ветру, словно условия, в которых находилась нисколечко, не волновали её. Джастин напротив, весь съёжился, обнял себя руками, выстукивал зубами какой-то ритм и пританцовывал, переминаясь с ноги на ногу пытаясь согреться.

– Я бы и хотела всё рассказать, да только ты врятли сможешь понять и поверить! Нам надо торопиться там, – она указала она в сторону немецких позиций.

– Большое зло нам надо это остановить. Да ты и сам видел, уничтожь процессоры, не передавай их некому для изучения, иначе всему человечеству конец! Твоя родина в опасности, моя родина и Джастина. Ваш СССР!

Старшина вынул из кармана три одинаковые микросхемы и задумчиво рассмотрел.

– Это процессоры?

– Да это их мозг, их жизнь! Без него они бесполезны. Мне кажется они из бу…

Алёна запнулась и не стала продолжать фразу.

Старшина заметил, что-то на запястье у девушки, когда она протягивала руку и указывая в сторону врага. Он взял её руку в свою, а второй оголил её запястье. На запястье виднелась татуировка, состоящая из ряда цифр, и продольных относительно них палочек, разной ширены с маленькими цифрами под ними.

– Ты была в концентрационном лагере? Это татуировка, там сделали?

Старшина уже видел, как фашисты клеймят, словно скот своих узников. Только эта татуировка была очень аккуратно выполнена, словно напечатанная чем-то или старательно выведена татуировщиком.

– Да, можно и так сказать, у Джастина то же есть, – сказала Алёна, мужчина продемонстрировал свою.

– Допустим! А как вы уничтожили эту толпу фрицев?

– Батарея киборгов, по средством которой они получают энергию для функционирования, по сути это маленькая ядерно-водородная станция. Эта шестьсот пятидесятая модель, одна из первых имитирующая человека, технологичная, но не совершенная модель робота. Может решать только простые задачи, они тупые, их можно обманывать. Но в прямом боестолкновении им противостоять почти не возможно. Они переходная модель есть более современные. Эти же могут решать сложные задачи и с ними сложнее, то же имеют уязвимые точки. Так же нет защиты между основанием черепа и местом крепления к шейным позвонкам. Они так же не совершены, только из далека и в темноте напоминает человека. Самая продвинутая модель этой серии, восемь сотая. Их не отличить от человека, имитируют голос любого человека, которого хоть раз слышали, либо если есть в базе. При попадании, кровь у них течёт, как у живых, даже запах изо рта, как у человека. Данные машины предназначены для диверсионных работ, для внедрения на вражескую сторону. Так же у них две батареи питания, рабочая и резервная. Это позволяет им долго быть автономными по сравнению с другими. Эти киборги могут решать любые сложные задачи, так же могут устраивать ловушки, засады. Их носители информации могут содержать большую базу данных от истории человек и психологии до создания атомной бомбы или данные и чертежи сложной техники. Знают устройство и умеют пользоваться любой техникой, когда-либо созданной человеком. У всех других моделей вместо кожи резина, ну вы и сами видели. У этого же биологическая оболочка с капиллярами, наполненными синтетической искусственной кровью. Данная биологическая оболочка позволяет, перемещается в энергетическом пузыре во времени и пространстве. Батарея вне стального каркаса, теряет стабильность, и любой удар приводит к взрыву. Но вот, как шестьсот пятидесятые попали сюда, переместиться возможно лишь в биологической оболочке, – объяснила девушка.

– Алёна, это другой модель, – Проговорил Джастин.

– Метал другой, не тот, высоко технологичный, он проще, я замечать, когда вскрывать голова этот консервный банка, у него быть борозды от пули. В наше время у киборг скелет не повредить. Киборг сделать не в наш время. У меня такой чувств, что их делать тут! У металла из которого он выполнен нет характерный хромированный блеск, у них чёрный цвет, как на автомат!

Старшина слушал, пытаясь уловить нить повествования, но мозг отказывался принимать сказанное.

– То есть всё это время, вы держали у себя в карманах бомбы, которые могли взорваться в любой момент? – с ужасом спросил старшина?

– Та! Нет выхода было, всё равно помирать! А русский не сдаваться! Так Алёна говорить! Я знать, что эта бомба нам пригодиться, и мы её извлечь с Алёна из тех киборг. А отна я оставлять! Но не волноваться, батарея изъята, и я безопасно упаковать.

– Алёна правильно говорит, мы не сдаёмся! И что дальше делать будете?

Джастин продолжил:

– Если наши яйцеголовые не подводить, то сейчас десятое октября, нам надо к русишь партизанен. С ними мы мочь выследить и найти то, что должно повернуть ход войны девятнадцатого февраля! Мы думать, это находится там.

Джастин указал в направлении города Псков.

–Яйцеголовые это учёные и технари, мы их так прозвали. Тем более, что большая часть этих ребят абсолютно лысые, – пояснила Алёна.

– Сегодня уже восемнадцатое февраля.

Хмуро сказал старшина.

– А какой должен быть итог, который хотят повернуть!

– Советский союз победит! – гордо ответила Алина! Чем-то она напомнила Ерофееву его жену, и сердце на минутку растаяло, он улыбнулся краем губ.

– О шайзе, это полный капут, провал миссия, Алёна всё зря! что делать, мы не ждать такое. Яйцеголовый идиотен, отправлять не в то точку, вот почему тот бой. Часов совсем мало.

На суровом лице вояки выступила слеза и скатилась по щеке. Он пренебрежительно вытер её. Его лицо стало более суровым, и он сразу взял себя в руки.

– Мы что-то придумаем Джастин, время мало, но оно есть!

Проговорила нежно, но также без особых эмоций Алёна. Старшина осознавая трагичность момента почувствовал себя не в своей тарелки и предложил:

– Ребята если мы, что-то можем сделать, то поможем!

Джастин протянул свою крепкую руку старшине и тот крепко пожал её.

– Друг помогать, пожалуйста, мы без друг не справится!

Ерофеев что бы, как-то смягчить трагическую обстановку сказал:

– Одеждой поменяйтесь что ли, ходячие недоразумения. И давайте пойдём, там ребята закончили, бойцы подтягиваются, попрощаемся с павшими!

А там, куда ты показал там город Псков, оккупирован фашистами и превращён в настоящую крепость, попасть туда трудно, но не большим отрядом можно, надо с отрядом партизан связаться, они помогут.

Возле братской могилы собрались почти все, кто мог передвигаться, на постах оставили несколько человек.

Солдаты стояли молча возле братской могилы своих товарищей, молодые мальчишки не могли сдержать слёз, а бывалые сурово смотрели в сторону противника. Все молчали и даже вороны, понимая всю трагичность происходящего замолкли. Какая-то гробовая тишина возлегла над импровизированным погостом, это тишина давила и оглушала.

Из офицерской землянки вышел Лейтенант. Смотреть на него было страшно! Кровоподтёки и кровоизлияния стали синие, кожа приобрела синеватый цвет, а шея была просто чёрной. Он выглядел, как живой мертвец. Опирался он на невысокую палку, медленно шаркая ногами, приближался к процессии, иногда останавливался, кашляя и задыхаясь, сплёвывал кровавые сгустки.

Старшина взял слово:

– Браты! – обратился он к присутствующим.

– Не время оплакивать! После войны всё, некого не забудем, помянем! Вы их имена детям дайте, они всегда будут жить! И помните, кто выжил, вам не только за себя жить, но и за павших. Жизнь надо жить с честью, а погибать героем! Никого не забудем и никогда не простим эту фашистскую мразь, задавим её, обязательно задавим!

Старшина перевёл взгляд на Джастина. Джастин задумчиво стоял и смотрел, в его мире ему то же часто приходилось хоронить друзей и братьев по оружию. Все стоявшие медленно повернулись в сторону Джастина, тот поежился, пытаясь спрятаться в свою маленькую телогрейку от суровых, осуждающих взглядов не правильно истолковавший сложившуюся ситуацию. А старшина проложил!

– Ребята делом доказали, что они по духу и характеру наши, русские, советские! Сейчас у нас есть возможность отмстить! Ребята из сопротивления и были в концлагере, я им верю! Они мне рассказали, о том, что если мы не поможем, то немцы повернут ход войны, время мало, и оно работает против нас. Я формирую отряд, за старшего остаётся сержант Смирнов. В случае попытки прорыва должен организовать оборону и продержаться до прихода подкрепления! Некого по приказу на данное дело не назначаю! Только добровольцы. Нам нужен не большой отряд человек шесть, десять. Необходимо прорваться в Псков.

Измучанные ночной атакой бойцы потупили взор. Вдруг на плечо Старшины легла ладонь, он повернул голову и увидел живого трупа!

– Старшина меня возьми, обузой не буду, поступаю под твоё командование. Командуй!

– Спасибо тащ. старший Лейтенант, но ты нужен тут, связь наладят, будут вопросы тебе нужно сказать, что отправил нас в дозор, так, как опасаешься проникновения в ослабленный участок разведывательных и диверсионных групп.

– Хорошо старшина, задачу понял, выполню!

Из толпы вышли ещё три человека! Через некоторое время через толпу, всех расталкивая, протиснулся Якут с Антохой.

– Командира связь восстановлена. С большими командирами связались. На нас только атака была. Меня возьми командира. Без Якута вам зверя не победить

– И я пойду! Без пулемётчика вам не как!

– И я пойду, а то за Якутом приглядеть некому будет! – сказал Антоха и все рассмеялись, знали, что совсем наоборот Якут присматривал за ним и был для него за старшего брата. Лейтенант вдохнул и на сколько это было возможно громко скомандовал:

– Отдыхающие смены разойтись для отдыха и приёма пищи, группа проникновения для обсуждения через десять минут собраться в землянки третьего взвода.

Все начали разбредаться. Лейтенант то же побрёл к указанному месту. Его обогнал улыбающийся Якут. Остановил его и серьёзно вгляделся в глаза. Потом снова заулыбался и сказал:

– После смерти, слепой станет зрячим, глухой чутким. Маленький командира умер, ты его похоронил сегодня. Всё у тебя будет хорошо Большой командира, ты не один казачок! И хлопнул дружески по плечу!

– Что ты сказал сейчас, повтори?!

Прохрипел Овчаренский.

– На меня говорю, обопрись! Большой командира, помогу дойти!

Глава 4

Сымыйаччы киһини истиэххэ-сылаас ууну хайдах иһиэххэ сөбүй: төһө да иһиэххэ суоҕа

Лживого человека слушать – как теплую воду пить!

Сколько ни пей – не напьешься!

(Якутская мудрость)

Якутское поселение, 1941 год, 10 февраля 19:00.

– Там на западе, – шаман указал рукой

– Родился страшный кровожадный зверь!

Шаман одел маску, зарычал, изображая зверя, смешно затопал ногами.

–Когда он родился, первое, что почувствовал это страшный голод! Не холод, не жару, не другие вещи, что чувствует ребёнок, как выйдет из материнской утробы, а голод. Сначала он съел всех, кого увидел рядом. Потом принялся за своих соседей. И чем больше он ел, тем сильнее он становился, но и рос его голод, ему надо было, больше и больше. И вот его взор устремился за большую воду, но не мог он дотянуться до них и тогда он взялся за своего друга. Он заключил мир с трёхпалым драконом, чтобы победить, а потом и поглотить своих друзей. Но его бывшие друзья были сильными войнами. Он усыпил их сладкими дружескими речами и обещанием, что не, когда не сделает им горя. Взамен его дружбы, те кормили его недрами совей земли. И вот когда все войны спали они с трёхпалым драконом напали, и стали всех есть. Шаман растопырил руки и кривя страшные рожи и рыча начал гоняться за детьми, приговаривая.

– Я ненасытный зверь, я съем непослушных детей, ам, ам!

Дети любили, когда приходил шаман, он всегда рассказывал интересные сказки. Взрослые то же любили эти сказки и слышали многие с детства, но эта сказка была новая жуткая и страшная и в ней не чего не закончилась. Дети верещали, смеялись и убегали от воображаемого монстра которого изображал шаман. А вот взрослые не улыбались, лишь перешёптывались. Одна девочка, скрестила руки на груди и сказала:

– Плохой шаман, расскажи, чем закончилось, кто победил его, если он всех съел?

– А у этой сказки ещё нет конца, он не всех съел!

– Скажи шаман, а он нас то же съест?

– Нет. Успокоил тот.

– У нас сильные боотуры, их не одолеть. Я каждого заговорю, каждому будут помогать духи природы и стихий. А так же их предки.

– Ну всё давайте детки спать. А шаману надо поесть и нам поговорить с ним, – сказал самый представительный и старый из присутствующих, он был Тойон по-другому Вождь.

Звали его Байнай, он был вождь того улуса в котором они жили.

– Говори шаман, зачем пришёл?

– Вы слышали, я всё рассказал. Без наших боотурв, белые войны не справятся. Через три дня все молодые войны у кого есть хотя бы один сын должны прейти ко мне в урус и пройти обряд, как и сказал, каждого заговорю, каждому дам навет. Три дня празднуйте, совокупляйтесь, многие не вернутся. Будут уходить не провожайте, в след не смотрите. У меня они будут три дня! Не кто не должен приходить и навещать! На то воля предков, духов.

Он взял сырой кусок мяса, зажал зубами и отрезал ножом возле самых губ, громко отрыгнул.

– Я всё сказал, на то воля духов!

И вышел из тёплого жилища в ночь.

Совет долго ещё почти до утра совещался. Молодые молчали и обнимали своих жён. Жёны и матери плакали.

Молодой парень Саарын сидел и молчал, внимательно слушая, что говорят старейшины. Саарын был на половину чукча, по отцу. Его отца звали Байнай что означало бог охоты, мать звали Аталина, что означало светлое божество. Мать и правда была собой очень хороша, за ней увивалось много молодых парней, но она отвечала взаимностью только своему любимому чукче. Они дружил с самого детства, когда подрос Байнай он решил, что время пришло, и пришёл свататься к её отцу. Будущий дед Саарына был не восторге, и сказал, что за чукча не отдаст дочку. Тогда Байнай сказал:

–Текущая вода камень точит, а когда замерзает, ломает камень. Не дай воде замёрзнуть! Помни это!

–Я приду через три дня за ответом!

Все знали непримиримый нрав чукчей и что слов на ветер они не бросают! Угроза подействовала сильно. Тогда будущий дедушка придумал, как извести молодого парня. Через три дня жених появился на пороге.

–Я хочу услышать твой ответ, согласен ли ты отдать Аталину! Я даю хороший калым за невесту, я хороший охотник и обещаю быть хорошим мужем.

–Я отдам тебе моё сокровище, но при двух условиях! Первое, ты с женой будешь жить в нашем улусе, и это не обсуждается! Второе, в окрестностях появился демон Чучуна, у нас уже пропали двое деток.

Чучуна – это загадочный мифический персонаж описывается как человекоподобное существо огромного роста, с телом, покрытым длинной шерстью, одетым в звериные шкуры. Обладал нечленораздельной речью. Он крал оленей и еду, нападал на людей ночью, забрасывая камнями. Фольклорные данные во второй половине двадцатого века послужили основанием для построения научной гипотезы о существовании в Северной Азии реликтового гоминида по типу снежного человека или йети.

Аталина разрыдалась!

– Отец ты отправляешь его на верную смерть!

– Я Байнай! Я лучший из охотников, я принесу тебе голову Чучуны.

Повернулся и ушёл.

За день до этого стали пропадать собаки, олени и пропали два ребёнка. Поиски закончились тем, что нашли окровавленную одежду, и останки животных. Стали говорить, что это Чучуна. Была глубокая зима и никто кроме Чучуны не мог напасть.

Байная не было неделю, Аталина плакала, дни напролёт и вот он появился. Весь исхудавший, еле стоял на ногах весь в крови. Аталина бросилась к нему и целовала его окровавленное лицо.

–Он вернулся, он живой, посмотрите люди! – радовалась невеста!

Её отец стоял угрюмый, смотрел долго, а потом спросил:

–Выполнил ли ты моё условие?

В ответ Байнай кинул большой, окровавленный мешок.

– Вот твоя Чучуна.

Мужчины подскочили и вынули огромную голову медведя!

–Это не Чучуна! – прорычал отец Аталины.

–Ты накликал на себя большую беду, убив спящего медведя!

–Этот медведь не спал, его кто-то поднял и совсем недавно! Я думаю, что это ты сделал! Ты не хотел отдать за меня своё сокровище!

–Ты хочешь меня обвинить? – скривился отец Аталины.

–Да и в том, что пропали дети, то же. Вот люди посмотрите, эту одежду я нашёл возле берлоги. И бросил окровавленные остатки одежды на снег.

–Ты провёл туда детей, и ты повинен в их смерти! Я говорил тебе, не дай воде замёрзнуть, она разорвёт камень! Ты тот камень!

Отец рассвирепел и зарычал, а люди вокруг стали шептаться. Кто-то выкрикнул:

–Пусть предки рассудят!

Люди тут же подхватили, и весь собравшийся улус стал кричать:

–Суд предков, суд предков!

Перед Байнаем и обвиняемым воткнулись два ножа. Кто-то по обычаю кинул их перед мужчинами для разрешения спора.

Отец Аталины ринулся вперёд, схватил нож и повалил ослабевшего многодневными скитаниями соперника. Байнай не успел схватить нож и пытался бороться, но в руках не было прежней силы. Отец Аталины несколько раз ударил кулаком в лицо, затем приподнялся и несколько раз ударил в область печени жениха. Оставив нож торчать, он встал, отошёл на шаг, повернулся к поверженному спиной, победно подняв руки.

– Предки вам доказали, обвинения ложны!

Но вдруг раздался тихий голос сзади:

– Прости отец, я люблю твоё сокровище, твою дочь!

Отец Аталины повернулся, перед ним стоял Байнай, в теле которого торчал нож. Байнай резко схватился за рукоять, выдернул нож и как хищник быстрым движением подскочил и воткнул так сильно нож в шею, что острие ножа вышло с тыльной стороны. Отец схватился за горло, что то силился сказать, но лишь выбрасывал из разинутого рта потоки крови, а затем упал, следом без сознания упал Байнай.