Откупоривая тайну. Приключения со смыслом

Контракт лаборанта

Тем не менее на следующее утро несколько помятый Ян сразу же пошёл к Саше и рассказал о встрече с батюшкой.

– Похоже, за твой прибор серьёзно взялись! – отреагировал Саша, дослушав рассказ. – А они его не отберут?

– Не думаю. Он же не работает! Такой у них и у самих есть! Им, видимо, интереснее посмотреть, что у нас получится, если камень найдём нужный, а дальше они то же самое у себя повторить попробуют! Теперь от них, чувствую, не отвяжешься, – я склонен согласиться! Поеду с Сергием в Карелию! Ты, кстати, не хочешь присоединиться? Типа, научная экспедиция!

– Знаешь, я бы съездил! Слышал от товарища, что в Карелии здорово! Но у меня ведь с деньгами не особо – я как раз работу сейчас ищу! Поэтому вряд ли смогу…

– Работу – это хорошо! – обрадованно сказал Ян. – Давай вот что попробуем. Я свяжусь со своим начальством в США и скажу им, что мне до конца лета нужен помощник – условно скажем, лаборант. Перед отъездом мы оговаривали, что я могу нанимать себе помощников, деньги в бюджете на это должны быть. Соответственно, будешь помогать и зарплату получать!

– Это было бы здорово! А сколько там платят?

– Не знаю пока, но сегодня же обещаю всё выяснить!

– Ян, а ты меня будешь одновременно учить своей магии? – Саша решил затвердить вопрос, который волновал его больше Карелии. – Хотя бы чуть-чуть?

– С этим никаких проблем! – широко улыбнулся Ян. – Запросто! В поездке это даже легче – меньше отвлекают посторонние дела! Только это, строго говоря, не магия – это эволюция личности! Или даже – теология! Понимаешь, жизнь человека определяется его представлениями о жизни. Проблема людей в том, что они верят в неправильного Бога! Например, православные верят в строгого, гневливого Бога, который наказывает и карает якобы потому, что любит людей! Но это странная любовь! При том человеку внушают, что он грешен и ничтожен! С такими убеждениями жизнь действительно получается грешная и ничтожная! Иное – в теологии нью-эйдж: человека мы понимаем как существо, изначально единое с Богом, а потому совершенное! Твоя слабость и ограниченность не означает несовершенства. Сравни: разве маленький ребёнок менее совершенен, чем взрослый? Разве в нём меньше божественного начала? Соответственно, задача человека – развивать себя, открывать в себе божественную любовь, идти своим путём к Богу! А когда твой путь направлен к Богу, у тебя постепенно открываются чудотворные способности! Так что главное здесь не магические технологии, а правильная вера и правильное мировоззрение! Ты чувствуешь себя слабым и немощным не потому, что ты таков, а потому, что веруешь в Бога, которого не существует! Но я готов делиться с тобой истиной! Я предлагаю тебе не магию – я предлагаю тебе весь мир!

Ян говорил пафосно и воодушевлённо. Саша про себя удивился – как оживает Ян, когда начинает вещать о духовных истинах. Как будто какая-то неистощимая сила приходит в него. Ведь, судя по лицу и особенно по перегару, они с Сергием изрядно вчера наклюкались. Ян бы говорил ещё долго, но он спешил связаться с университетом, поэтому ему пришлось уйти.

Появился он поздно. Саша уж думал ложиться спать, как в его дверь постучали. На пороге стоял сияющий Ян с двумя бутылками шампанского в руках.

– Всё отлично! – радостно гаркнул он. – Согласие получено, и даже прислали рыбу договора! Надо заполнить, подписать и отправить им скан!

– Да ты внутрь-то заходи! – сказал смущённый Саша, освобождая дорогу.

Ян вошёл внутрь и хлопнул на стол какие-то бумаги, поставив рядом шампанское.

– Чего они тут понаписали-то? – Саша взял бумаги и стал подозрительно рассматривать.

– Да ничего особенного! Если тебе сложно, я переведу! Это формальность – мне ведь нужно отчитываться о поездке, этот проект по поиску камней оплачивается из бюджета университета! Чтобы не подумали, что я тут все их деньги пропил! – он ласково погладил рукой бутылку.

Саша читал контракт, насколько позволял его пока не слишком сильный английский, но остановился, дойдя до статьи об оплате труда. Он подумал, что чего-то не понял.

– А сколько они мне платить будут? – осторожно спросил он Яна.

– Да вот, сколько там написано!

Саша ещё раз прочитал статью и не поверил своим глазам. Тогда зарубежные зарплаты были намного больше московских (не говоря уже о Луховицах). О такой сумме он и мечтать не мог! Эдак за лето можно заработать на «жигули»!

– А что же я должен буду делать?

– Да ничего особенного, не беспокойся! – заметив растерянность Саши, похлопал его по плечу Ян. – Мне помогать, поручения мои выполнять! То есть то, что ты и так уже частично делаешь!

– Ну хорошо, я согласен, естественно! Эти условия меня вполне устраивают! А шампанское ты зачем принёс?

– Как зачем? Спрыснем шампусиком начало проекта!

– А почему две?

– А хули там пить-то? Одной на двоих маловато будет!

Первая пробка хлопнула в потолок, и Саша понял, что его отход ко сну откладывается. Он не любил пить много шампанского, так как оно слишком сильно шибало в голову. На его счастье, как только они достали стаканы, в комнату завалился его одногруппник, который жил на соседней кровати, и шампанским пришлось делиться. Впрочем, сосед им помог не особо – он страдал от насморка и больного горла и сдался после первого стакана. К тому же он торопился спать, так что отмечание сделки получилось скомканным. В итоге, видя, что его молодые товарищи не особо сильны в шампанском, Ян допил его сам, прямо из горла, при этом облившись, дружелюбно попрощался, закурил и пошёл к лифту по общажному коридору, распространяя благородную ауру запаха Marlboro и «Абрау-Дюрсо».

Растревоженная бездна

Саша наконец растянулся на кровати, но как назло ему не спалось. В комнате было душно, простуженный сосед возражал против открытия форточки, за стеной орала пьяная компания, в апофеозе веселья начавшая бросать из окна пустые бутылки, которые падали на железную крышу склада и с грохотом разбивались вдребезги. Кроме того, сосед, утомлённый недугом, быстро уснул, но, поскольку капель от насморка в общаге не было, стал выводить носом замысловатые рулады, и громко.

Саша пытался отвлечься от всего этого, думая о приятном. В том числе перебирал в памяти стихи Игоря Губермана, недавно скачанные им в интернете. Ему запомнились многие из них, но особенно хорошо вот этот:

Не зря ли знаньем бесполезным

Свой дух дремотный мы тревожим?

В тех, кто заглядывает в бездну,

Она заглядывает тоже…

Что-то загадочное звучало в нём, что-то захватывающее, будоражащее, волнительное – одновременно и пугающее, и прекрасное. Входя в такой настрой, перестаёшь замечать мелкие жизненные неурядицы, типа сопящего соседа и пьяных за стеной. Вот и Саша расслабился, на место раздражения обстоятельствами пришло умиротворение. Через некоторое время перед глазами поползли неясные образы, и Саша понял, что ему начинает сниться сон. Возникшие образы постепенно смыкались во всё более связную картину. Обрадовавшись, Саша полностью отдался сну. Однако снился на этот раз не Париж…

Туманным и довольно промозглым утром Саша шёл по болоту. Справа виднелась опушка леса, где-то недалеко была деревня, хотя и не ясно, где именно. Всматриваться в туман он не мог – он смотрел под ноги. Земля, поросшая хилой растительностью, прогибалась под его кроссовками, на каждом шаге из-под продавленного грунта выплескивалась вода – то прямо под подошвой, то немного в стороне. Саша старался наступать на кочки, но не всякий раз это выходило. Так он и шёл какое-то время, интуитивно выбирая направление в сторону деревни: чавк-чавк, чавк-чавк, но внутри постепенно возникало тревожное чувство. Что-то было не так, но что – он не мог понять. Аккуратно посмотрев по сторонам, Саша ничего не заметил. Остановился – тишина. Двинулся дальше, уговаривая себя, что это пустые страхи и надо их отбросить, но вдруг понял, в чём дело. К чавканью его кроссовок присовокуплялся какой-то звук, исходивший явно не от ног Саши. К Сашиному «чавк-чавк» периодически добавлялось ещё одно «чавк», как будто кто-то хотел идти с ним в ногу, но не всегда попадал в ритм. Сердце у Саши застучало. Он остановился. Тишина. Снова пошёл вперёд и, когда услышал сзади дополнительное «чавк», резко обернулся. Крик удивления и ужаса застыл в его горле.

На него смотрела огромная улитка с полуметровым в диаметре панцирем и огромным хищным клювом на голове. Но страшнее всего были два её жёлто-чёрных глаза. Нет, это не глаза моллюска и даже не глаза зверя. Холодный взгляд таил в себе разум и неприязнь. Именно неприязнь, а не ненависть, ведь чтобы ненавидеть врага, нужно его бояться, нужно рассматривать его как нечто значимое, а улитка не боялась Саши. Не переставая смотреть на него, она подобрала под себя нижнюю часть тела – и резко прыгнула. Пролетев с метр, она – чавк – приземлилась совсем близко. Он повернулся и бросился бежать, не оглядываясь, но делая резкие зигзаги, чтобы улитке труднее было напасть на него.

Бежалось непросто – ноги то проваливались в холодную жижу, то спотыкались о кочки. А вокруг тем временем появлялись всё новые звуки. Саша остановился и обернулся. Улитка приотстала, но с разных сторон в тумане возникло какое-то шевеление. Не удавалось рассмотреть, что именно там было, но оно двигалось, полукольцом приближаясь к Саше. Саша лихорадочно повернулся в другую сторону и увидел, что, убегая от улитки, он сбился с курса и изрядно приблизился к лесу. Лес мрачно чернел, не обещая своим видом спасения. Но недалеко от лесной кромки торчали три одиноких дерева, закрепившись на небольшом холмике, слегка возвышавшемся над болотом. Саша, ноги которого, пока он оглядывался, уже по щиколотку ушли в воду, бросился туда, сам точно не понимая зачем. Около пятидесяти метров до островка он одолел буквально в несколько прыжков и теперь, плюхнувшись на землю под деревом, снова взглянул назад. Непонятные твари, как будто не ожидая от Саши такой прыти, остались почти на прежнем месте. Впрочем, хотя и медленно, они двигались. В черноте леса тоже чудилось какое-то шевеление, но оттуда хотя бы никто не наступал. Саша колебался, не попробовать ли спрятаться в лесу, но не рискнул. Во-первых, и там могли быть враги, во-вторых, бежать по заросшему лесу у него точно не получится. Что делать, Саша не знал.

Он сидел и тупо смотрел, как строй неясных фигур мало-помалу приближается к нему. По мере приближения они выходили из тумана, начиная просматриваться детальнее, отчего ужас сковывал Сашу всё больше. На него не спеша, но и непоколебимо двигалось полчище разнообразных и омерзительных тварей. Кого только там не было – длинные собаки с десятком ног и раздвоенными языками, полутораметровые мохнатые пауки с множеством глаз, почти такого же размера мокрицы, ползущие слизняки величиной с телёнка, множество различных уродцев и уродов: карликов с огромными головами, ходячих скелетов, покрытых плесенью, восставших из гробов мертвецов и т. п. Как будто ожила всякая нечисть с полотен Иеронима Босха, заодно дополнившись другими страшными тварями из разных мифов и сказок.

Будто наслаждаясь ужасом Саши, твари не торопились. Их движение начало усложняться, приобретая черты какого-то странного балета, хотя, скорее всего, это была просто перегруппировка легиона. Позиции тварей перестраивались исходя из какой-то своей логики, то ли по размеру «бойцов», то ли по принадлежности к тому или иному виду, то ли по быстроходности передвижения. Саша, как парализованный, наблюдал за процессом, ничего не предпринимая для собственного спасения.

Перегруппировка полчища заняла какое-то время, приостановив продвижение. Но вот она закончилась, и от разномастных боевых рядов что-то отделилось и полетело вперёд. Скоро Саша увидел – это были голубоватые медузы, парившие в воздухе словно за счёт вибрации своих «юбочек» и образовывавшие фронт в несколько рядов. Подлетев к Сашиному островку, средняя часть фронта замедлилась, а края двинулись вперёд, сомкнувшись и образовав кольцо. Кольцо начало вращаться вокруг островка на высоте нескольких метров, словно он был Сатурном. Саше пришла в голову неожиданно академичная по форме мысль, что это есть начало активной фазы действа.

По-видимому, так оно и было. Скоро из-за задних рядов полчища появилась огромная – высотой в два-три этажа – серо-голубая медуза, передвигавшаяся уже по земле, на щупальцах, и начала наступать на Сашу, а сатанинское воинство опять приостановилось, готовясь наблюдать поединок. Саша понял, что сейчас надо либо сразиться, либо он проиграл окончательно – гигантская медуза схватит его своими щупальцами и сожрёт к вящей радости нечистого отродья. Но как сражаться? Не голыми же руками? Саша стал лихорадочно осматриваться, пытаясь найти подходящее орудие. Ничего не попадалось. Сухую суковатую палку он отбросил в сторону – сломается при первом же ударе. Эх, вот бы сейчас автомат!

Шаря в пожухлой траве, он нащупал что-то твёрдое и холодное. Оказалось, это действительно автомат Калашникова, причём заряженный. Думать, откуда он взялся, было некогда. Кроме того, рядом валялось довольно много запасных рожков с патронами.

Саша умел обращаться с автоматом, его научили на военной подготовке. Радостно возбуждённый, он заученным движением снял его с предохранителя и выпустил несколько коротких очередей в наступающую медузу. Пули с чавканьем вошли в желейное тело, но не остановили её. Наоборот, медуза словно заворчала, её цвет стал приобретать более угрожающий, красноватый оттенок, а наступление как будто стало решительнее. Ещё на автомате имелся штык-нож, но попробуй разделай такое чудовище штыком! Тем не менее из вражеских рядов послышался удивлённый ропот – видимо, нечисть уже не ожидала встретить сопротивление. Но небольшое замешательство среди наступавших, конечно, не могло спасти Сашу. Инстинктивно сделав шаг назад, он, споткнувшись, упал на спину. Над островком продолжал кружить хоровод мелких медуз. От злости Саша разрядил остатки рожка в них. В нескольких медуз удалось попасть, причём, в отличие от большой, их разрывало на куски, однако вращающиеся ряды тут же смыкались, не чувствуя потери. Но надо было вставать, и Саша вскочил, ухватившись рукой за что-то дощатое – именно об эту штуку он и споткнулся.

Штукой оказался деревянный ящик – добротный и тяжёлый. Открыв крышку, Саша обнаружил, что он доверху наполнен гранатами. Удачная находка! Но снова некогда удивляться. Саша, выдернув чеку из первой гранаты, метнул её в наступавшую медузу, которая уже подобралась совсем близко, и упал на землю, прикрываясь островком. Раздался оглушительный взрыв. Сверху посыпались сухие ветки, листья и какие-то склизкие кусочки – видимо, летающих медуз посекло осколками. Обнадёженный силой взрыва, Саша приподнялся и взглянул на большую медузу. Её не было! Точнее, на земле валялись довольно крупные её куски, нелепо дергаясь в агонии. Это спасение! Мощный эмоциональный всплеск придал Саше сил, и он бросился к ящику, чувствуя, как приходит в ярость.

Гранаты пошли в ход. Хотелось даже побежать вперёд, чтобы с гарантией докинуть гранату до полчища, но там негде спрятаться от осколков, поэтому приходилось метать из-за островка. Хотя не все гранаты долетали до цели, в рядах наступавших после каждого взрыва появлялась весомая прореха. Слышались визги раненых тварей. После двух десятков гранат ряды уже смешались, а наступление остановилось. Тогда, повинуясь голосу интуиции, Саша обернулся к лесу – не зашёл ли кто с тыла – и увидел, что твари не успели сомкнуть кольцо вокруг острова, но из леса к нему движется леший, похожий на что-то среднее между огородным пугалом и разожравшимся бомжом. Саша метнул гранату и в него. Лешего разнесло на куски, но его оторванная голова почему-то полетела в сторону островка, и Саша едва от неё увернулся. Голова подкатилась к Саше, нацепив на нечёсаные патлы несколько сухих листьев, и щёлкала мощными жёлтыми зубами, будто пытаясь укусить его за ногу. В испуге он изо всей силы пнул голову ногой, и она улетела в болото. «Тяжёлая!» – успел подумать Саша и снова бросился в бой.

Но сражаться уже было почти не с кем. Твари исчезали, туман рассеивался. При этом исчезали и разбросанные вокруг останки тварей, как это бывает в компьютерных играх. Бросив для верности ещё несколько гранат, Саша обнаружил в ящике бутылку очень дорогого по меркам общаги пива Budweiser. «Приз, что ли?» подумал он, открывая бутылку зажигалкой и жадно прикладываясь к горлышку. Он пил, пил, но жажда не утолялась. А попытавшись присесть на ящик, вдруг проснулся, поняв, что очень хочет пить наяву.

В комнате мало что изменилось. Сквозь занавески светила полная луна, сурово сопел сосед… Разве что пьяные крики из-за стены утихли. Саша встал, чтобы попить воды из-под крана, и тут обнаружил, что правая нога его сильно болит. Дохромав до ванной, он стал рассматривать ногу, под впечатлением сна опасаясь, не укусила ли незаметно его какая-то нечистая тварь. Но нет, никаких следов укуса, только ушиб. «Обо что-то? Об голову лешего!» – Сашу вновь затрясло. Но это же был сон! Может, он стукнулся во сне о стену? Теоретически такое могло быть, но раньше никогда не случалось. С чего бы ему дубасить стену ногами? Это был бы тревожный симптом. Ну как будешь спать с девушкой, да, забывшись, зарядишь ей такого пня? «Дела…» – мрачно подумал Саша.

На самом деле внутри него боролись противоречивые чувства. С одной стороны, страх, азарт сражения и радость победы поднимали адреналин и настроение, с другой – невероятная реалистичность сна и ушибленная нога нагоняли тревогу и тоску. Что с ним происходит? Хотелось вскочить и прямо сейчас пойти к Яну – он объяснит. Однако Саша помнил, что ночные кошмары утром часто видятся совсем в ином свете, куда менее трагичном, и он решил всё же подождать до утра. Сунув больную ногу под холодную воду, он закурил, перебирая в памяти детали сражения…

На следующее утро, поздно проснувшись, Саша ещё долго лежал в постели, обдумывая свой сон. Ничего похожего ему раньше не снилось никогда – так почему вдруг этот сон появился именно сейчас, когда он вступил с Яном в сотрудничество с целью изучения тайны нью-эйдж и поиска волшебного камня? Видимо, неспроста? Что это означает? Что сталось бы с ним, если бы он не смог отбиться от тварей? Они бы его пожрали? Почему до сих пор болит нога? Кто послал ему спасительные милитаристские дары в виде автомата и ящика с гранатами? Ян должен помочь найти ответы, нужно попросить у него честной поддержки. И Саша, прихватив пару супов «Роллтон» и огрызок полукопчёной колбасы, двинулся к Яну, надеясь застать его дома и позавтракать вместе.

Он боялся не застать Яна, так как тот дома сидеть очень не любил и, скорее всего, уже куда-то свалил, но Саше повезло. Ян был дома и, более того, тоже собирался завтракать, так что Саша появился вполне вовремя.

– Привет! – протянул руку Ян с доброжелательной улыбкой. Но тут же его лицо стало серьёзнее. – Я вижу, тебя что-то беспокоит!

«Колдуна не обманешь!» – подумал Саша, а вслух сказал:

– Да, есть кое-что, посоветоваться пришёл. Заодно вот к завтраку прихватил – он протянул Яну роллтоны и колбасу. – А тебя ничего не беспокоит?

– О, роллтон я люблю! – обрадовался Ян, вертя в руках яркую упаковку грибной лапши. – Беспокоит, конечно! Вот, брюхо, например, беспокоит! Насинячились мы позавчера с нашим духовным лицом, ажно до сих пор отдаёт! Да ты давай, проходи! Сейчас твои роллтоны заварим, а с колбасой яичницу можно пожарить! – Ян широким жестом пригласил Сашу к столу, а сам отправился в ванную мыть посуду.

За стол в его текущем виде садиться не хотелось, поэтому Саша решил немного подубраться. Он взял помойное ведро и, поднеся его к краю стола, посбрасывал туда окурки, что не попали в пепельницу, объедки копчёной рыбы, обёртки от крабовых палочек и плёнки от сосисок, оставшиеся, вероятно, ещё с позавчерашней встречи с батюшкой.

– А хлеб выкидывать? – крикнул он Яну. – Тут ещё почти целый батон, но он, кажись, засох! Надо было в пакет убрать!

– Да, надо было! – откликнулся Ян, звякнув вымытой вилкой о тарелку. – Забыли мы вчера! Не выкидывай, хлеб западло выкидывать, я потом из него гренок нажарю!

Скоро на электроплитке скворчала яичница, а в широких кружках дымился роллтон. И Яну, и в особенности Саше не удалось вчера толком поужинать, а потому оба они прилично проголодались.

– Всё же ты прав, человеку мало надо для счастья! – сказал Саша, закусывая роллтон яичницей. – И деньги вовсе не обязательны! Нехитрый набор дешёвых продуктов вполне может дать чувство полноценной радости жизни!

– Тут я с тобой полностью согласен! – ответил Ян, жуя. – Дело не в деньгах. Правда, деньги бывают нужны для движения к цели – тогда они не средство пустых развлечений, а инструмент! Ну ладно, говори, что там у тебя, а то, я вижу, тебе не терпится!

– Давай доедим сначала! Уж больно вопрос серьёзный, не хочу отвлекаться! У тебя время ещё есть?

– Есть время! А тебе что, много надо?

– Думаю, не очень, но сколько-то понадобится…