«Бис»-исход
- -
- 100%
- +
Где-то, судя по радиовизгам широкополосного приёмника, из свинцовых туч били молнии. Их зарева периодически разнообразили вид «из окна». Собственно поэтому кэп и ходил к радиометристам, прознать о возможных проблемах – не ровен час вдарит вот таким атмосферным дефибриллятором по антеннам. Воочию поглядел, как экраны РЛС забивает катарактами грозовой подсветки.
Приняв вахту, командир в первую очередь потребовал ежечасный доклад от БЧ-5, и далее внимательно реагируя на все звонки, поступающие от машинной группы.
Практически всё время минувших полутора суток главная энергетическая установка корабля работала в полную силу: сначала давали обещанные 27 узлов на перегоне – восемь часов кряду, начиная с южного входа в Датский пролив. А затем и весь бой с соединением Мýра приходилось маневрировать на предельных режимах, выжимая из машин максимальные обороты.
И сейчас… пусть эскадренная скорость и была невелика (при этом тормозили именно менее мореходные лёгкие корабли), потребность сопротивляться накатам штормовых волн, постоянно подрабатывая рулями, чтобы удерживаться на курсе – всё это ложилось тревожащим бременем на механизмы корабля.
Командир БЧ-5 со своим персоналом лично и почитай безвылазно, хмурясь от тревоги, прислушивались, фиксируя, чуя наглядную постоянную вибрацию в кормовой части.
– И? – спрашивал, запрашивал с мостика кэп.
– Да пока нормуль, – отвечали «с низов», – идём, бредём, скачем, прём.
Натерпелись, откачались на этих карусельных горках, но ночь пережили.
* * *К утру ветер несколько поменялся, начав задувать круче с левых курсовых углов, и только более усилился. Волны росли, иногда прокатывались такими валами, что, проседая в подножье, – поглядеть со стороны на мателотов – только мачты торчали.
Даже с учётом где-то там взошедшего солнца, сигнальной вахте легче не стало. Снаружи та же картина маслом – сплошь в серых тонах, с мерцающими за косматыми тучами разрядами молний. Ливень унялся, однако ледяной ветер в порывах по-прежнему приносил дождевые шквалы.
Получил свой мокрый кус и Скопин, когда к концу, утомлённый, поймав себя на дрёме в кресле, встряхнувшись, сдуру решил приоткрыть иллюминатор, типа подымить в форточку – дыханье забилось в глотку, просквозив пронизывающим холодом.
Сменить его должен был старший штурманской БэЧе, уже явившийся на мостик, поприветствовав командира почти сочувственно:
– Тяжёлая ночь?
– Да, помотало-вымотало. Но я ещё чутка тут подожду. «Мауритиус» вот-вот должен объявиться, если… Если верить написанному. Интересно, на него они сами выйдут? У них какой-то там «Вектор» – хитрый аппарат инфракрасного обнаружения стоит.
– Теплопеленгатор. А мы разве не подстрахуем? Хотя и нашим в такой катавасии окружающее не в самом лучшем виде, – пожал плечами капитан-лейтенант, покосившись на динамик радиоприёмника УКВ дежурной связи с флагманом, откуда доносился треск статики атмосферных разрядов.
Радиолокационные средства крейсера находились в режиме дежурной готовности, операторы жаловались, что наряду с грозовыми помехами, экраны рябило отражёнными сигналами от кучево-дождевых облаков, а по низам от высоких волн.
Как бы там ни было, всё это не помешало что-то заметить на осте. Засветка была слабая, какое-то время её вели, уточняли, а поиграв параметрами, отсеяв естественный фон, на посту РЛС, наконец, определились и с точным пеленгом, и с дистанцией.
Связались с командным пунктом «Советского Союза», информируя – цель есть.
Там на флагмане как-то и не торопились. Было заметно, что с «Кронштадта» моргали сигнальным фонарём, явно отвечая на предписания флагмана. По всей видимости, Левченко согласовывал действия и почему-то не воспользовался радиосвязью, причём переданные им станции Р-860, не без погодных огрехов, но приемлемую работу всё же обеспечивали. По крайней мере, данные по цели с «Кондора» прошли эфиром без особых на то затруднений.
Только по прошествии двадцати минут оба линейных корабля покинули кильватер, выдвигаясь на перехват противника. Две тяжеловесные туши, тягуче набирая скорость, проследовали мимо, обгоняя по правому траверзу идущий головным ПКР. Уходя дальше, они разделились – «Союз» двинул напрямую на выданный пеленг цели, с явной готовностью проутюжить вражеский корабль без изысков маневрирования. В то время как «Кронштадт» стал забирать левее, здесь намеренье, очевидно, было перерезать противнику пути для отхода.
Они быстро растворились в насыщенной влагой мгле.
«Чапаев», смыкая строй, послушно пристроился к «Кондору» в кильватер.
Скопин, получив распоряжение от командующего придерживаться прежнего курса, тем не менее решил поэкономить, чтоб потом долго не искать друг друга. Приказал рулевому:
– Возьми правее на два румба, право 15, курс 145, – бросил штурману, поясняя: – Пройдём ближе вслед.
Тот обеспокоился:
– Сами на британские стволы не нарвёмся?
– Пф-ф! Чтобы два тяжёлых артиллерийских монстрика да не раздавили лёгкий крейсер? Там и «Союзу» на один кус. Тем паче мы, если что, подсветим, наведём. Не потеряется.
Артиллерийскую стрельбу донесло минут через двадцать, продлившись накоротке, утихнув. Все чутко вслушивались в эту вязкую паузу, принимая вполуха освещение обстановки с поста РЛС. По всей видимости, загнанный в угол англичанин сумел уйти от контакта, укрывшись в дождевом шквале. Однако вскоре канонада возобновилась с новой силой. В этот раз долбило гораздо дольше, то дробным разнобоем, то сливаясь в гулкую череду залпов. Ветер, несущий звуки с места схватки, иногда порывами подбрасывал целые амплитудные порции непрерываемого рёва орудий.
После пары отметок оператор РЛС доложил:
– Наблюдаем… цель застопорилась.
– Ну вот, походу, и всё, – спокойно молвил капитан 1-го ранга, – замочили «Мауритиуса». Поглядим?
Два авианосных корабля продолжали двигаться навстречу разыгравшейся на поверхности океана военной трагедии.
Первыми что-то углядели вооружённые лучшими средствами сигнальщики, сообщив об отсветах слева по курсу.
Видимость едва дотягивала до сорока кабельтовых, по ограниченному горизонту блуждали ливневые наплывы, меж которыми вдруг появился просвет, из которого спроецировался, буквально вывалился корабль – «Кронштадт» с отметинами пожаров.
Он бил куда-то совсем на близкой дистанции, опустив стволы главного калибра практически на прямую наводку, давлением дульных газов снося не только пенные барашки с волн, подминало сам океан.
– Да где он? Где англичанин?! – проследив в том направлении, куда садил линейный крейсер, Скопин, наконец, поймал прореху в дождевой полосе – в оптике с наложенной поверх изображения градуированной шкалой появился силуэт жертвы. Картинка дёргалась, размывалась, но было понятно, что это была уже агония – накренившийся, судорожно сотрясаемый от накрытий и попаданий, извергающий пламя и обломки корабль.
– Довернуть на полрумба, возвращаемся на курс, – распорядился кэп, поймав одобряющий взгляд штурмана.
Огни горящего корабля поползли, ползли, уходя мимо траверзом.
«Кронштадт» задробил главный калибр, более стрелять смысла не было, лишь чьей-то инициативой очистить казённик одиноко гавкнуло и виновато заткнулось 152-мм орудие.
Окутавшийся дымом и клоками огня представитель британского типа «Фиджи» уже в неуправляемом дрейфе быстрым погружением под воду окончательно захлебнулся. Штормовой океан лязгнул пастью очередного девятого вала, и заведомо обречённого как не бывало.
Тем временем правее реальность в очередной раз обнажилась очертаниями выплывшего из непогоды линейного корабля – «Советскому Союзу» пройти над местом водоворота из нефти и обломков… бремя победителей – подобрать немногих выживших.
Позади…
Бремя догоняющих
Позади, всего в семидесяти милях, мучился дурным сном адмирал Генри Рутвен Мур… пробудившись, ворочаясь, прокручивая в голове заботы минувших суток и ожидаемого дня.
Перед отбоем он провёл не столько очередное совещание своего походного штаба, сколько просто пригласил приближённый круг офицеров в адмиральский салон, чтобы обсудить общую картину дела. Выслушать мнения, даже если те представляли лишь теоретические выкладки.
Полученная ранее циркуляром адмиралтейства метеосводка вызвала среди штабистов очередную волну дискуссий, предположивших версию, что ледовая обстановка позволит русским пройти к норду от острова Медвежий, поднявшись к более высоким широтам.
– В этом случае следует подумать о расширении зоны охвата в северных направлениях для патрульных «Либерейторов» с аэродромов в Норвегии. Иначе «красная эскадра» сможет проскочить незамеченной мимо соединения контр-адмирала Вайена, которое окажется намного южнее, чтобы дотянуться до противника палубными самолётами-разведчиками, как и всей ударной авиагруппой.
Кто-то немедленно возражал, по заведённому порядку любое высказанное суждение требовало оппонирующего разбора.
– Вряд ли «иваны» отважатся на подобный крюк. Это, во-первых, потерянное время. Во-вторых, к северу и шторм сильнее. Всё это неотрывно следует в контексте третьего аргумента: у них, как и у нас, наверняка существует проблема пополнения топливом.
Вставит своё и адмирал Мур:
– И можно лишь жалеть, что прежде увели в метрополию «Имплекейбл», ещё один авианосец в оперативном доступе очень был бы к месту[19]. Сейчас погода нелётная, но назавтра, когда немного прояснится, использование авиации станет более чем актуальным. Не стоит забывать, по результатам боя с авиагруппой «Беннингтона», что русские, пусть локально, но оказались в состоянии обеспечить плотное ПВО своей эскадры. Да-да, локально. Само по себе рейдерство, как концепция, несёт в себе элемент локальности при нашем бесспорном преобладании на море: оказаться в нужном месте и в нужное время, например, против слабозащищённого конвоя или одинокого крупного транспорта, уничтожить их и быстро покинуть место, избегая возмездия.
А они, между прочим, наглядно продемонстрировали способность пережить и линейный бой.
Вижу я, на что вы заритесь – артиллерийский реванш: если советский адмирал всё же сделает такую глупость, удлинив свой маршрут, тогда надводный бой неизбежен. Успеем их догнать и мы, вполне успеют подтянуться и тихоходные линкоры, что ведёт Бонэм-Картер. И даже если русские выдвинут какие-то свои силы из состава Северного флота, – адмирал значимо зыркнул на слушающих офицеров, – перетопим!
Не та битва, о которой мы мечтали, джентльмены. «Ройял Соверен»… что уж, сомнительная победа – пустить на дно, пусть и переданный врагу, корабль Его Величества[20].
– Они назвали его «Архангельск», сэр.
– Вот-вот, ещё и «архангела» в придачу. Хотя, будь я проклят, тем самым мы оказали бы большевистской России услугу, так как не думаю, что в свете последних событий Дядюшка Джо его вернёт. Корабль пятнадцатого года постройки – сомнительное приобретение, если говорить о расходах на его содержание, тем более для разрушенной войной экономики.
Пробудившись, взглянув на часы («…пятнадцать ноль пять, а разошлись лишь вторыми склянками после часа ночи») и поняв, что сна не будет, Генри Мур со скрипом встал, решив пройтись в ходовую рубку.
Ночной визит командующего не застал врасплох, вахта неслась исправно. Доложились об основных интересующих показателях: курс, скорость, место. Час с небольшим назад миновали, как ориентир, траверз Ян-Майна, где согласно штурманской прокладке совершили поворот, немного склоняясь к восточным румбам. С каждым оборотом винтов линкор сокращал разрыв, нагоняя корабли противника, по крайней мере, должен был. Мур знал, что русских в любом случае задерживает лёгкий авианосец в составе их эскадры, который по всем законам гидродинамики, вследствие малого тоннажа и размерностей, вне сомнения тяжело переносит штормовые волны.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Флот открытого моря (нем.: Hochseeflotte) – основной военный флот германских кайзеровских ВМС в период Первой мировой войны.
2
Имеется в виду бой в проливе Суригао в октябре 1944 года.
3
Fleet in being (англ.: имеющийся в наличии флот). Смысл идиомы: флот только самим фактом наличия или присутствия в месте возможной эскалации влиял на любые военные планы потенциального противника.
4
Операция «Морской лев» (нем.: Seelöwe) – кодовое название планировавшейся Гитлером десантной операции по высадке на Британские острова.
5
14 августа 1941 г. американским президентом Ф. Рузвельтом и британским премьер-министром У. Черчиллем была подписана так называемая «Атлантическая хартия», где в третьем пункте напрямую декларировалось «право наций на выбор своей формы правления, восстановление суверенных прав и самоуправления тех народов, которые были лишены этого насильственным путём». Послевоенное переустройство мира в представлении Рузвельта обязывало покончить со сложившейся колониальной системой. А вместе с этим и с британской имперской системой. Вымпел мирового лидера переходил к США. Черчилль всё прекрасно понимал, но сделать ничего не мог, крайне нуждаясь в сильном американском союзнике против гитлеровской Германии.
6
Здесь можно сказать, «и в нашей истории тоже».
7
В сюжетных императивах «Вариант «Бис» С. Анисимова наступление Красной армии было более победным. Полагаю, что именно быстрое продвижение русских на запад и сподвигло союзников к поспешному сепаратному договору с Германией, повлёкшему за собой все последующие события.
8
Анна Элеонора Рузвельт – супруга президента.
9
Ф. Рузвельту диагностировали полиомиелит, болезнь, помимо прочих симптомов, характерна параличом.
10
Генерал Эйзенхауэр – командующий войсками союзников в Европе. Генерал Паттон – один из генералов американской армии, принимавший участие в высадке в Нормандии и дальнейших боевых действиях.
11
Эрнест Кинг – адмирал флота, главнокомандующий военно-морскими силами США во время Второй мировой войны. Адмирал Честер Нимиц – главнокомандующий Тихоокеанским флотом США.
12
От автора: на мой взгляд, сомнительным мастером. Попробовал зачитать… не пошло: вычурно и тяготит. А вот сэру Уинстону, как афоризматору – тут, несомненно, честный респект.
13
Tramp – принятое название грузового судна, перевозящего любые массовые грузы по любым направлениям.
14
ТВД – театр военных действий.
15
Джон Руперт Колвилл, личный секретарь У. Черчилля во время его военного премьерства.
16
Сделаем вольное допущение к известному и весьма сомнительному апокрифу, приписываемому канцлеру Германии Отто фон Бисмарку: «Никогда не воюйте с русскими. На каждую вашу военную хитрость они ответят непредсказуемой глупостью».
17
«Для войны нужны три вещи: деньги, деньги и ещё раз деньги», – слова, ошибочно приписываемые Наполеону, однако принадлежат маршалу Джан-Джакопо Тривульцио.
18
Как и другие мысли и слова других известных исторических персонажей в данном художественном эксперименте… того же Рузвельта или Черчилля.
19
В нашей исторической реальности HMS Implacable на ноябрь-декабрь 1944 года продолжал действовать в районе Северной Норвегии, прикрывая минные постановки, нанося удары по прибрежному германскому судоходству. Здесь же, с замирением антисоветской коалиции с Германией, необходимость в боевых действиях с немцами отпала. Корабль планово ушёл на ремонт в Росайт.
20
По сути, полученный СССР в счёт итальянских репараций британский линкор «Ройял Соверен» являлся переданным во временное пользование.