Жизненный цикл Евроазиатской цивилизации – России. Том 2
- -
- 100%
- +
В XIV–XV веках социальная картина отличалась чрезвычайной пестротой и дробностью. В процессе образования единого централизованного государства изменялась политико-правовая система. Политическое объединение Великороссии в значительной мере изменило положение и взаимные отношения классов объединенного русского государства, и прежде всего состав и настроение его верхнего слоя, боярства. Класс земельных собственников, вотчинников распался на четыре группы: служилых князей, бояр, слуг вольных и детей боярских. Бывшие удельные князья становятся вассалами московского князя в качестве служилых князей. Они являлись наиболее крупными землевладельцами и стали составлять землевладельческую аристократию. Им принадлежали руководящие посты в государстве. Во время военных действий они снаряжали собственную дружину.
В отношении к князьям население делится на людей служилых, которые князю служат, и тяглых, которые ему платят. В эпоху Московского государства еще не существовало определенных названий для обозначения общественных групп. Поэтому термины позднейших времен применительно к XIII–XIV векам могут быть употреблены весьма условно.
В.О. Ключевский отмечает: «Состав военно-служилого класса в Московском государстве тех веков был очень сложен. Чтобы понять его составные элементы, надо припомнить состав общества в удельном княжестве. Идеи подданства, как мы видели, в удельном княжестве не существовало: господствовали договорные отношения свободных обывателей удела к его князю, основанные на обоюдных выгодах. Общество делилось на классы по роду услуг, какие оказывали лица удельному князю: одни служили ему ратную службу и назывались боярами и слугами вольными; другие служили по дворцовому хозяйству князя, были его дворовыми людьми и назывались слугами дверными; наконец, третьи снимали у князя его земли, городские или сельские, за что платили ему подать, тягло, и носили название людей тяглых, земских или черных. Таковы три основных класса, из которых состояло свободное гражданское общество в удельном княжестве: слуги вольные с боярами во главе, слуги дворные и люди черные, городские и сельские. Холопы, как несвободные люди, не составляли общественного класса в юридическом смысле слова. Особое положение занимали разные разряды лиц, состоявших при церкви, с духовенством во главе: это был не особый класс, а целое общество церковных людей, параллельное мирскому, со своим управлением и судом, с исключительными привилегиями; в состав его входили классы, однородные с мирскими, церковные бояре и слуги, крестьяне на церковных землях и т. п.» [Ключевский В.О.: Том 2, С. 268. История России, С. 21661].
60.2. Процессы формирования социальных чинов (разрядов)
Служилыми людьми были бояре и слуги вольные, состоявшие на личной службе у князя по уговору с ним. Они признавали власть его над собой, пока ему служили; но каждый из них мог покинуть князя и перейти на службу к другому. Это не считалось изменой князю. Уделы не были замкнутыми политическими мирами с устойчивыми, неприкосновенными границами, суживались и расширялись, представлялись случайными частями какого-то разбитого, но ещё не забытого целого: бродя по ним, население мало затруднялось их пределами, потому что оставалось в Русской земле, среди своих, под властью всё тех же русских князей [Ключевский В.О.: Том 1, С. 472–473. История России, С. 21376–21377].
Бояре. С развитием княжеской власти изменяется и положение в московском государстве высшего боярского сословия. Из бродячей дружины приближенных князя мало-помалу формируется оседлое сословие крупных землевладельцев, которые в награду за свою службу получают от князя пожалования землями. Вместе с этим начинает ограничиваться право боярского отъезда к другим князьям: отъехавший боярин терял свои владения. Главное значение бояр, как помощников князя в управлении и его думцев, с каждым княжением заметно уменьшается, а Василий III может обходиться уже и без их совета.
Крупными землевладельцами были бояре, которые входили в состав политически и экономически господствующего социального слоя и занимали высшие должности в государственном аппарате. Введены были придворные чины: боярин, окольничий, дворецкий, казначей. Главной обязанностью бояр была военная служба. На войну они являлись со своей дружиной в распоряжение великого или местного князя. В свою очередь, князь защищал неприкосновенность боярских вотчин. Местные князья и бояре были полными хозяевами в своих вотчинах, законодателями и судьями, нередко сами составляли свои княжеские уставы. Боярство стало придворным чином, который присваивался служилым князьям. Вторым придворным чином был чин окольничего. Бояре, не получившие придворных чинов, слились с детьми боярскими и слугами вольными.
«С конца XIII столетия на берега реки Москвы стекаются со всех сторон знатные слуги и из соседних северных княжеств, и с далекого русского юга, из Чернигова, Киева, даже с Волыни, и из-за границы, с немецкого запада и татарского юго-востока, из Крыма и даже из Золотой Орды. Благодаря этому приливу уже к половине XV века московский великий князь был окружен плотной стеной знатных боярских фамилий. По старинным родословным книгам московского боярства таких фамилий можно насчитать до четырех десятков. Наиболее видные из них были Кошкины, Морозовы, Бутурлины и Челяднины, Вельяминовы и Воронцовы, Ховрины и Головины, Сабуровы и др.» [Ключевский В.О.: Том 2, С. 185. История России, С. 21578].
Во второй половине XV века число бояр при московском дворе увеличилось за счет удельных князей, перешедших на службу к великому московскому князю. В XIV–XV веках право отъезда бояр было выгодно московским князьям, но по мере укрепления централизованной власти они вначале ограничили, а затем и вовсе отменили его. Мерой борьбы с отъезжающими боярами было лишение их вотчин, а позже на отъезд смотрели как на измену. Их объявляли государственными преступниками.
«Самое право выбирать место службы, признаваемое в договорных грамотах князей за боярами и вольными слугами и бывшее одной из политических форм, в которых выражалось земское единство Киевской Руси, теперь стало несвоевременным: этот класс и на севере по-прежнему оставался ходячим представителем политического порядка, уже разрушенного, продолжал служить соединительной нитью между частями земли, которые уже не составляли целого. Церковное поучение XIV века выражает взгляд своего времени, уговаривая бояр служить верно своим князьям, не переходить из удела в удел, считая такой переход изменой наперекор продолжавшемуся обычаю» [Ключевский В.О.: Том 1, С. 482. История России, С. 21386].
Число бояр в Московском княжестве увеличивалось за счет выходцев из разных удельных княжеств и Литвы. Происходили неизбежные столкновения между старыми боярами и вновь прибывшими. Столкновения эти положили начало родовым спорам – местничеству. За свою службу бояре получали вознаграждение в трех видах: кормление, вотчины и поместья.
Служилое дворянство. Зарождалось дворянство, дворяне служили сюзерену за земельное пожалование, предоставлявшееся лишь на время службы, а не как вотчина. Социальную основу дворянства составляла значительно выросшая и окрепшая низшая и средняя прослойка служилых землевладельцев – «детские», «мечники», «младшая дружина», «дворяне». Наряду с военной службой они сосредотачивают в своих руках постоянно расширяющиеся административные функции управляющих (администраторов), полицейских, иногда судей. Средними и мелкими служилыми людьми были младшие дружинники князя: слуги вольные и дети боярские. Они несли личную службу князю. Их служба была добровольной. Они имели право выбора себе сюзерена. Естественно, бояре и дети боярские стремились служить наиболее сильному и влиятельному князю. Отъезжающий к другому князю землевладелец не терял своих вотчин. Низшую группу служилого сословия составляли дворцовые слуги, или «слуги подворские», которые за свою службу получали от князя земли в пожизненное пользование, без права передачи по наследству. Из них образовалась новая группа служилого сословия – дворянство. Это была большая группа землевладельцев, состоящих на государственной службе, не богатых и не имеющих большого политического влияния. Дворяне-помещики целиком зависели от князя, поэтому были его верной социальной опорой. Бояр, которые представляли интересы земель, стали вытеснять служилые люди, дворяне (дворовые люди по службе известны с XII века). Это – служилое сословие государственная бюрократия, которая постепенно стала опорой усиливающейся верховной власти. На крепнущее дворянское сословие опирались местные князья в борьбе со своевольными и богатыми боярами.
Чёрные люди. В.О. Ключевский следующим образом характеризует положение черных людей: «Таковы же были отношения и чёрных, т.е. податных людей к удельному князю. Как отношения служилых людей были лично-служебные, так и отношения чёрных были лично-поземельные. Черный человек, городской или сельский, признавал власть князя, платил ему дань, подчинялся его юрисдикции, только пока пользовался его землёй, но и он мог перейти в другое княжество, когда находил местные условия пользования землёй неудобными, и тогда разрывались все его связи с прежним князем. Значит, как служилый человек был военно-наёмным слугой князя, так чёрный человек был тяглым съёмщиком его земли» [Ключевский В.О.: Том 1, С. 473. История России, С. 21377].
Крестьяне делились на две категории – владельческие и черносошные. Владельческие, или зависимые, крестьяне жили на землях своих помещиков, несли повинности в пользу феодала. Черносошные крестьяне принадлежали непосредственно великому князю или удельным князьям. Князья заключали между собой договоры о неприятии чужих крестьян на свои земли. Княжеские договоры были первой юридической формой постепенного закрепощения крестьян. Крестьянский труд, бывший главной производительной силой страны, оставался еще по закону свободным, хотя на деле значительная часть крестьянского населения входила уже в долговую зависимость от землевладельцев, грозившую ей законной крепостной неволей.
В указанный период еще существовали холопы, которые подразделялись на слуг княжеских, боярских и феодальных, но уже наметилась тенденция стирания граней между холопами и крестьянами. Число холопов сокращалось путем освобождения их по воле господина. Холопы, получившие свободу и посаженные на землю боярина, стали называться страдниками. Они платили хозяину оброк. Крестьян, бежавших от своего господина, больше не превращали в холопов. Вообще источники холопства значительно сократились. Но наряду с сокращением числа холопов появилась новая категория зависимых от земельных собственников – кабальные люди. Ими становились крестьяне из-за долговой зависимости.
Городское население делилось на черные и белые слободы. В городах значительно усложнилась общественная жизнь: богатая верхушка городов противостояла низам. Князь ощущал себя главой всего общества, искал поддержку всех его слоев, но опирался, прежде всего, на влиятельную и богатую верхушку. Внутри же самой верхушки имелись скрытые противоречия между князьями и боярством.
В городах-крепостях жили представители княжеской власти. В торгово-ремесленном посаде, окружавшем крепость, жили торговцы и ремесленники. Эта категория населения относилась к черному тяглому люду, который нес государственные налоги и повинности (прямая государева подать, стрелецкая подать, ямские деньги). Была еще одна категория населения, которая освобождалась от государственной повинности, т. к. принадлежала духовным и светским феодалам. Эта категория несла повинности только в пользу своего господина.
Наиболее самостоятельной частью городского населения были «гости», т. е. люди, ведущие иноземную торговлю. Иноземные купцы делились на категории по виду торговли: купцы-сурожане (ведущие торговлю с Крымом) и купцы-суконщики (торгующие сукном). Иноземные купцы (гости) объединялись в корпорации, пользовались привилегиями, не несли повинности, обязательные для всех посадских людей.
Отношения князя к живущим в его вотчине людям также весьма разнообразны. Они могут быть либо владельческие, либо договорные, смотря по тому, прилагаются ли они к крепостным или к свободным лицам. Несвобода устанавливается или вследствие покорения, или добровольным вступлением в крепостное состояние или, наконец, даже просто жительством на чужой земле, по правилу: воздух делает крепостным (Luft macht eigen). Степени несвободы, равно как и положение несвободных лиц, могли быть также весьма различны. Городские слои стали превращаться в определенный противовес в отношениях между князьями и боярством. Князья нередко опирались в борьбе со своеволием боярства на возросшую политическую активность и поддержку горожан.
ГЛАВА 61. Московское царство – сословно-представительная монархия. Этап становления политической системы сословно-представительной монархии 1420-е – 1501-е годы
61.1. Процессы и тенденции формирования институциональных основ политической системы сословно-представительной монархии
В XV столетии, в период завершения политического объединения Руси, начался процесс становления сословно-представительной монархии, формирования институционально-организационных основ такого типа государственного устройства, при котором монарх в руководстве страной опирается, прежде всего, на сословно-представительные учреждения, образующие вертикаль центральной государственной власти. Сословно-представительная монархия выступала основой политического строя России с середины XV до конца XVII столетия. Это закономерный этап в развитии государства, через который в XII–XVI веках прошли Англия, Франция, Испания, германские княжества, Польша, Венгрия и другие европейские страны. Формирование сословно-представительной монархии в России происходило параллельно с объединением русских земель в единое государство, ослаблением удельной боярской олигархии, ростом влияния дворянства и посадской верхушки.
Как форма государства сословно-представительная монархия складывается в результате борьбы монархов (великих князей и царей), прежде всего с боярами, за дальнейшее укрепление централизованного государства. Власть монарха в этот период еще недостаточно сильна, чтобы стать абсолютной. Монархи и их сторонники боролись с верхушкой военно-землевладельческой аристократии (удельными князьями и боярами-вотчинниками), противодействующей политике централизации московских государей. Монархи в этой борьбе опирались на дворян и верхушку горожан.
Переход к сословно-представительной монархии знаменовался существенными изменениями в государственном аппарате. Важнейшим из них было возникновение представительных органов власти и управления. В структуре политической системы действует Боярская дума как постоянный совещательный орган. Если государство объединилось и сформировалось в политическом отношении, то в отношении административном предстояла еще трудная и продолжительная организационная работа: надо было создать органы, подчиненные субъекту верховной власти – государственные учреждения, на которые могло бы быть возложено осуществление и проведение в жизнь воли субъекта верховной власти. Ввиду этого московские князья и цари в трудном деле внутреннего управления считали необходимым обратиться опять к народу, к земщине; в ней стремятся найти опору против административной неурядицы.
Отношение великого князя, впоследствии царя, к народу в корне изменилось. Если ранее народ принимал участие в государственной деятельности, решал сам в лице своих выдающихся представителей важнейшие вопросы государственной жизни, контролировал деятельность князя и, в случае недовольства им, призывал к себе другого князя, то теперь вся полнота власти сосредоточилась в руках царя. Народ стал в исключительно подчиненное положение; о прежних вечевых порядках не могло уже быть и речи. Но если значение народа с наступлением Московского периода умалилось в отношении политическом, то в отношении административном оно сохранилось. Время от времени, представители верховной власти считали нужным обращаться к народу, выслушивать его мнения по важнейшим государственным вопросам и созывать для этого земские соборы. Это уже не вече, не свободные народные собрания предшествовавшего периода, но лишь совещательные учреждения, созываемые временно, по воле носителя верховной власти, и дающие свои мнения или делающие постановления не обязательные для представителя этой власти.
Административное значение народа проявлялось, в форме непосредственного участии в государственном управлении. Именно в это время формируются и начинают созываться представительные учреждения – земские соборы, выражающие интересы всех свободных сословий общества. В них наряду с боярско-дворянским сословием и высшим духовенством участвуют представители верхов посада. Мы видим наибольшее развитие и распространение земских выборных должностей именно в тот исторический период, когда организация государственной власти в России впервые достигла наибольшего упрочения, т.е. в эпоху Ивана Грозного.
Отношения субъекта верховной власти к своим органам, сравнительно с предшествовавшим периодом, также изменяются. В основании отношений между удельными князьями и их служилыми людьми лежало начало свободы; теперь оно заменяется началом обязательной подчиненности; служилое сословие теряет свою свободу, будучи прикреплено к служебному тяглу; служилые люди становятся «холопами Московского царя». Начало несвободы с течением времени распространяется и на другие сословия – городское и крестьянское, которые прикрепляются к тяглу финансовому. Период сословно-представительной монархии характеризуется качественными изменениями во внутриклассовых и особенно в межклассовых отношениях. Наиболее важное событие в этой области – полное закрепощение крестьян.
61.2. Процессы и тенденции преобразования верховной власти: от великокняжеской к царской власти
До конца XV века отношения московских князей с удельными князьями строились на договорах, в которых определялись параметры власти «брата старейшего» над «братьями молодшими». Вся полнота власти принадлежала им лишь в пределах их собственного удела. Отношения с боярами и Церковью определялись жалованными грамотами на иммунитеты, щедро раздававшимися поначалу московскими князьями. Но уже с середины XV века происходят серьезные изменения, и великий князь московский превращается в самодержавного монарха, вассалитет сменяется подданством. В первой половине XVI века был ликвидирован вассалитет вотчинников и удельных князей в отношениях с царской властью. Его заменили отношения подданства монарху. Аристократия и дворянство обязаны были служить государю. Юрисдикция вотчинников в их владениях ограничивалась, все важные уголовные дела переходили к подсудности государственного суда.
«Территориальный и национальный рост Московского княжества сопровождался еще политическим подъемом одного из его князей – того, который носил звание великого и был признаваем старшим в московской княжеской семье. В то время когда Московское княжество вбирало в себя разъединенные части Русской земли, этот фактически или фиктивно старший князь собирал в своих руках раздробленные элементы верховной власти, и, как первый процесс превратил Московское княжество в национальное Русское государство, так результатом второго было превращение московского великого князя, только старшего, по званию из удельных, в единственного, т. е. единодержавного, русского государя. В то время когда Москва поднималась, поглощая другие русские княжества, ее великий князь возвышался, подчиняя себе свою ближайшую братию, удельных московских князей» [Ключевский В.О.: Том 2, С. 33-34. История России, С. 21426-21427].
Таким образом, завершение территориального собирания северо-восточной Руси Москвой превратило Московское княжество в национальное великорусское государство и сообщило великому князю московскому значение национального великорусского государя. На всяком месте, где только именуются христиане, имя царя поминается всеми патриархами, митрополитами и епископами, и этого преимущества не имеет никто из прочих князей или местных властителей. – Невозможно христианам иметь Церковь и не иметь царя. Ибо царство и Церковь находятся в тесном союзе, и невозможно отделить их друг от друга. Но до тех пор, пока были в КПле природные православные цари-покровители восточной церкви, русские князья могли считаться и называться царями только по уподоблению, а не в буквальном смысле. Флорентийская уния и сопровождавшие ее события произвели в этом отношении целый переворот. На московского великого князя неожиданно свалилась крайне ответственная религиозная миссия: стать на страже правоверия и благочестия, которое пошатнулось в самом святилище православия – Царьграде, и грозило, таким образом, исчезнуть во всем мире.
С падением Константинополя (1453) московский князь становится главой крупнейшего в мире православного государства и рассматривает себя в качестве преемника византийских императоров. Женитьба Ивана III на племяннице византийского императора Софье Палеолог укрепила международный престиж Московской Руси. Брак Ивана и Софьи получал значение политической демонстрации, которою заявляли всему свету, что царевна, как наследница павшего византийского дома, перенесла его державные права в Москву как в новый Царьград, где и разделяет их со своим супругом. На Русь переходит византийская государственная символика – герб и регалии.
«Особенно понятливо могла быть воспринята мысль, что она, царевна, своим московским замужеством делает московских государей преемниками византийских императоров со всеми интересами православного Востока, какие держались за этих императоров. Потому Софья ценилась в Москве и сама себя ценила не столько как великая княгиня московская, сколько как царевна византийская. … Таким образом, брак Ивана и Софьи получал значение политической демонстрации, которою заявляли всему свету, что царевна, как наследница павшего византийского дома, перенесла его державные права в Москву как в новый Царьград, где и разделяет их со своим супругом» [Ключевский В.О.: Том 2, С. 160. История России, С. 21553].
После того как спало с Москвы татарское иго, в сношениях с иностранными правителями, Иван III к своему титулу «великого князя» стал добавлять сначала титул «государь» (что по понятиям того времени означало «хозяин», «господин»), а затем «всея Руси». Таким образом, претендуя на все русские земли, какому бы князю они ни принадлежали, он стал титуловаться «государь всея Руси», или «царь всея Руси». Тогда же появилась и формула Божьей милостью – указание на теократический источник власти из воли Божией. Не случайно на предложение германского императора пожаловать ему королевский титул Иван III ответил: «Мы, Божьей милостью, государи в своей земле изначала, а постановление имеем от Бога».
Иван III впервые отважился показать европейскому политическому миру притязательный титул государя всея Руси, прежде употреблявшийся лишь в домашнем обиходе, в актах внутреннего управления. Титулование московского князя стало предметом жарких дипломатических споров. Великий князь литовский, например, упорно отказывался признать новый титул, прекрасно понимая скрытую в нем политическую программу. Но в договоре 1494 года Иван III заставил литовское правительство формально признать этот титул.
Иван III стоял во главе государства и опирался на поддержку Боярской думы. Великий князь был великим судьей, имел право чеканить монету, принимал законы, но не мог обойтись без помощи Боярской думы – законосовещательного органа и органа исполнительной власти. С думными боярами у Ивана III складывались непростые отношения: ему приходилось выслушивать, по выражению его внука, «многие поносные и укоризненные слова» от строптивых бояр, чему потворствовала простота обстановки и бесцеремонность отношений при дворе.
При Иване IV статус монарха изменяется, после венчания на царство 16 января 1547 года, он принимает в свой титул слово «царь» уже окончательно, а чуть позже новый титул был утвержден грамотой цареградского патриарха. Это было не простой формальностью, но отражением возросшей силы монарха. Термин «царь», как известно, есть сокращенная южнославянская и русская форма латинского слова цесарь (цезарь), как от того же слова по другому произношению кесарь произошло немецкое Kaiser. Вместе с титулом «царь» стал вводиться в оборот и сходный по значению титул самодержец – это славянский перевод византийского императорского титула ayokraor. Сначала от лица подданных при обращении к государю, в актах внутреннего управления при Иване III и Иване IV, а со времени Лжедмитрия I и в официальных актах. Оба термина в Древней Руси значили не то, что стали значить потом. Первоначально они выражали понятие не о государе с неограниченной внутренней властью, а о властителе, не зависимом ни от какой сторонней внешней власти, никому не платящем дани.