Грандиозная история. Полное издание

Предисловие

Эта необычная и весьма увлекательная история произошла в Петербурге и его агломерации в середине 2020-ых годов. В её предысторию легли те обстоятельства, ряд которых комбинированно сложился к тому времени. Конкретнее – повышенная криминогенная обстановка, глубокий экономический и социальный кризис, разложение государственного управления, увеличившаяся безработица. Как следствие, появилось множество бандитских вооружённых группировок, деятельность которых фактически была легализована.

Таких группировок в 2020 году в городе и области насчитывалось всего лишь четыре, а уже к концу 2024-ого их было более пятидесяти. Были в основном группировки численностью не более пяти человек, но были и крупные, в которых было более двадцати человек. Таких банд было всего четыре – «Ладожская», «Зеленогорская», «Вологодская» и одна мафия с необычным названием «Kinigetiko» (в переводе с греч. Дробовик).

Например, вологодская банда орудовала практически за пределами города – в Кудрово, Купчино, Колпино и в области. Зеленогорская ОПГ промышляла на северном и южном берегу Финского залива. Самыми могущественными группировками в городе были так называемая «мафия» семейства Букки (необычная фамилия, согласитесь) и Ладожская группировка. Эти две группировки тесно сотрудничали друг с другом и являлись ближайшими союзниками.

Так, на совместном третьем криминальном конгрессе, что проходил в ноябре 2023 года, две эти банды провели «ось» на карте всего города и договорились разделить город на две равные сферы влияния. Юг города (Кировский, Адмиралтейский, Фрунзенский, Красногвардейский районы и часть Невского района до реки Оккервиль) был оставлен за мафией, а весь Север (Приморский, Выборгский, Калининский, Василеостровский и Петроградский районы) перешёл под контроль Ладожской банды. Центральный район был обозначен нейтральным, так как этого потребовали некоторые чиновники из бюрократического аппарата, поскольку считали его зоной своих коммерческих интересов. Все мелкие банды, что находились в тот момент на «их территории», были либо выдавлены (если получалось по-хорошему), либо просто уничтожены (если получалось по-плохому).

Когда 31 марта 2024 года эти две зоны контроля полностью были заняты главенствующими бандами (кроме частей Купчино и Колпино), то Ладожская группировка, обладавшая бóльшими ресурсами (как человеческими, так и денежными) немедленно стала активно брать под контроль местные СМИ, МВД, Прокуратуру, местный ОМОН, Суды и прочие госорганы. Бандиты подкупали чиновников, полицейских, прокуроров, судей и прочих госслужащих. Причём подкупали и вербовали на службу себе тех, на кого имелся компромат. Впрочем, в саму банду тоже набирали людей, которые когда-то провинились перед законом. В декабре 2024 года группировкой был начат захват исполнительной власти в Петербурге.

А если конкретно, то начался он 22 декабря 2024 года, в тот день, когда был убит губернатор города по заказу главаря могущественной Ладожской ОПГ. Убийство произошло достаточно внезапно и вероломно, что вызвало резонанс в управляющих структурах МВД и прокуратуры (многие сотрудники были уверены, что преступная группировка не решится на столь беззастенчивое и хладнокровное покушение).

Главарь Ладожской ОПГ по прозвищу «Шляпник» был крайне недоволен давлением со стороны всё ещё независимой от него мэрии, что инициировала расследование по одной из корпораций, принадлежащих банде. Он приказал убить главу города по причине чрезмерного давления со стороны губернатора на банду и по причине собранных прокуратурой доказательств, что открывали дорогу к введению чрезвычайного положения в городе и к окончательному решению «ладожского» вопроса.

Введение ЧП позволяло бы задействовать федеральный спецназ и федеральную гвардию. А это Шляпник допустить ну никак не мог. Благодаря своей агентуре в органах он узнал 17 декабря о готовящейся встрече генпрокурора Грачевского с губернатором Серовым, где должны были подготовить юридические документы для обоснования введения ЧП. И после чего немедленно отдал приказ одному из своих киллеров, некому Олегу Брандту, убить Серова. Бросив все силы, главарь «ладожцев» не позволил губернатору расправиться со своей организацией.

Однако, Шляпник не учёл, что эстафету по уничтожению его банды из рук губернатора выхватит неподконтрольное ему Главное Управление МВД по Петербургу и Ленобласти, что находилось в плотном сотрудничестве с главой города. Правда, руководство городского МВД в отличие от убитого губернатора не располагало полномочиями по введению ЧП. И плюс ко всему, документация с доказательствами сетевой преступной деятельности, лежавшая в генпрокуратуре, внезапно исчезла. В таких тесных условиях было непросто предпринять что-либо против банды, но один выход из ситуации всё же смогли найти.

В конце декабря 2024-ого года ГУ МВД под руководством генерала-полковника Новоделова без согласования с другими ветвями городской власти разработало проект секретной операции по внедрению восемнадцати высококлассных сотрудников полиции в Ладожскую банду. Но Шляпник через своего агента с позывным «Козырь», что был вхож в разработку секретной операции, узнал о всех деталях и о возможных кандидатах на внедрение, в том числе. И тогда немедленно был отдан приказ убить всех кандидатов до единого.

Главарь банды был уверен, что такой шаг отпугнёт руководство МВД от дальнейших «резких» шагов. Не тут-то было! Это, наоборот, запустило какой-то неуправляемый процесс. Да, впоследствии Ладожская банда так или иначе смогла разобраться с ГУ МВД, но есть нюанс. Поскольку произошло массовое убийство кандидатов, то коллегия регионального МВД в более секретном формате утвердила выживших в бойне полицейских на дальнейшее участие в операции. Имена этих сотрудников полиции нарочно не раскрывались, а потому Шляпник упустил возможность как-то повлиять на процесс внедрения в банду трёх выживших полицейских.

Да, только один из этих трёх решился пойти до конца и уничтожить банду изнутри, это было совсем немного, но допустить внутрь своей банды хотя бы одного полицейского для Шляпника было смерти подобно. Так как главарь ладожцев был чрезмерно подозрителен, то нашему главному герою пришлось внедряться в банду постепенно, не привлекая лишнего внимания к себе. И теперь главный вопрос – удастся ли подполковнику Сергею Ветрову полноценно внедриться в банду и довести начатое до конца или же нет? Вот основная интрига. А этого никто не мог знать наверняка. Риски были предельно высокие, что для оси зла, что для добра. Грандиозное зрелище обеспечено.

Конечно, подполковник в одиночку справиться не мог, ему нужны были помощники. И таким помощником, несомненно, оказался его лучший друг Виктор. Безусловно не может несплочённое добро одолеть сплочённое и играющее не по правилам зло, которое было подлым, мстительным, мнительным и жестоким.

Часть первая. Мафия и её союзники

Глава I. Экстренное заседание

22 декабря 2024 года, 17:08

«В эти минуты поступают новые подробности дневного убийства губернатора Санкт-Петербурга Геннадия Серова. По некоторым данным убийца, бросивший под ноги Серову взрывчатку, был пойман сотрудниками МВД. Им оказался 34-летний уроженец Мурманской области Олег Брандт. Однако, полчаса назад он совершил побег. В конце концов, Брандт был найден мёртвым в канале Грибоедова. Напомним, сегодня днём около двух часов глава города должен был встретиться с прокурором города Максимом Грачевским. Но незадолго до встречи, когда Серов выходил из автомобиля, неизвестный бросил в его сторону самодельную гранату. Губернатор города в результате покушения скончался на месте от потери крови…» – генерал МВД Новоделов Дмитрий Сергеевич выключил новостной канал в присутствии коллегии генералов. Проходило экстренное совещание в Главном управлении МВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

– Товарищи генералы! Как вы поняли, сегодня наступил тот день, когда надо действовать решительно. Ситуация в нашем городе ухудшалась с каждым днём, определённо от того, что все мы бездействовали и ничего не предпринимали для изгнания криминальной чумы из Петербурга и области. Бездействовали потому, что ситуация, сложившаяся здесь, не подходила к пределу и была более-менее терпимой. Но сейчас, когда наступил предел допустимого, бездействие – это прямое потакание бандитам, которые от своей безнаказанности распоясались до такой степени, что осмелились совершить дерзкое убийство нашего губернатора Геннадия Николаевича. У меня нет сомнений, что это дело рук бандита по прозвищу Шляпник. Этому свидетельствуют факты – Брандт, насколько мне известно, был тесно знаком с Александром Букки, другом и приятелем пресловутого Шляпника. Мне доподлинно известно о том, что губернатор собирался передать кое-какие документы прокурору, которые компрометировали одну из корпораций, принадлежащих Ладожской ОПГ…

– И что же Вы предлагаете, Дмитрий Сергеевич? – задал ему вопрос генерал-майор Виноградов. – Кто виноват, мы знаем… Что делать?

– А я скажу Вам, что делать, Павел Николаевич. Я предлагаю внедрить в банду Шляпника наших первоклассных сотрудников, с каждого района взять по одному полицейскому и отправить их туда. Цель у них будет такой – им нужно будет выяснить, кто стоит за его бандой, кто его финансово поддерживает. Потому что без какой-либо поддержки сверху он бы долго не просуществовал, кто-то же оказывает влияние на судей, прокуроров, чиновников, полицию и так далее, чтобы каждый раз покрывать банду и главаря. Предлагаю вынести на голосование этот вопрос. Кто за то, чтобы внедрить лучших полицейских в банду? Так, значит, получается, что девять человек за. Кто-нибудь воздержится? Ага, три человека. Есть те, кто против? Шесть человек. Итак, большинством голосов принято решение о подготовке восемнадцати полицейских к операции по проникновению в ряды Ладожской группировки. После того, как соберёте команду из опытных сотрудников, тут же об этом заявляете мне и в письменной форме приносите досье на каждого из них. Всё ясно?

– Да, товарищ генерал! Мы всё поняли!

– Выполняйте! Значит, жду отчёт от каждого из вас о проделанной работе к тридцатому декабря, кто не успеет – уволю к чёрту!

– Дмитрий Сергеевич, а что потом делать? – спросил генерал Макаров.

– Я вам всё скажу на следующем заседании! Оно состоится во вторник, тридцать первого декабря, в 13:40. На сегодня заседание окончено! – сказал Новоделов и, взяв стакан с водой, выпил его, так как сильно пересохло в горле. – До свидания, товарищи!

28 декабря 2024 года, 13:15

– Здравствуйте, подполковник Ветров! – обратился генерал-полковник Свердловский Никита Тимофеевич к своему подчинённому.

– Здравствуйте, Никита Тимофеевич! – поздоровался в ответ подполковник.

– У меня есть для Вас кое-какие новости, Сергей Александрович!

– Слушаю Вас, товарищ генерал.

– Давайте не здесь только. Пройдёмте ко мне в кабинет.

Зайдя в кабинет, Ветров тут же спросил:

– Вы меня позвали по поводу дела, которое я расследую?

– Нет, Сергей Александрович, я не по этому делу. Пожалуй, Вам придётся прекратить расследование. Ничего не думайте, это не просьба, это приказ.

– Почему я не должен расследовать, я же обещал вдове Ильченко раскрыть убийство её мужа… и потом, если я уж взялся за дело, то его нужно закончить.

– Не перечьте мне, Ветров, это приказ сверху, от начальства. Я всё объясню сейчас. Присаживайтесь!.. Мне вчера вечером передали письмо от председателя МВД Центрального района Горчакова. В нём он просит меня освободить Вас от расследования…

– По какой причине?! – изнемогал от любопытства Сергей Александрович.

– Потому что вчера состоялось экстренное заседание в главном управлении МВД.

– Да это я уже знаю! Из всех утюгов об этом трещали…

– Ну, так вот… На этом заседании было принято решение о внедрении в банду Шляпника восемнадцати полицейских – из каждого района по одному. В итоге Горчаков посчитал Вас лучшей кандидатурой из сотрудников Центрального района, тем более у Вас, Ветров, был опыт внедрений. Кстати, помимо прочего рассматривался Стрекалов. Но его кандидатуру отклонили, потому что раскрываемость преступлений у него значительно ниже, чем у Вас. Всё-таки 96 процентов…

– Ох, не думал, что у меня такой большой процент раскрытых преступлений. – рассмеялся Ветров. – Ну я как-то особо не задумывался.

– Вот теперь будете знать. Так что же? Вы согласны?

– И согласен и нет. Всё зависит от того, какая цель у меня.

– Да, извините, что не уточнил. Ваша главная цель – выяснить, кто именно помогает Шляпнику материально, кто позволяет держаться на плаву всей его шайке.

– То есть коллегия Главного Управления МВД предполагает, что Ладожскую группировку поддерживает кто-то весьма влиятельный?

– Именно, Сергей Александрович, именно!

– Да уж! Серьёзное это дело, очень серьёзное. – сказал с тяжестью в груди Сергей Александрович и, слегка приклонившись, схватился рукой за лоб. – Мне надо всё обдумать, дайте мне один день на раздумье. Я хочу посоветоваться с семьёй – я потерял жену в аварии четыре года назад, и я вовсе не хочу, чтобы мои родственники потеряли и меня.

– Понимаю Вас, понимаю. Тогда Вы, Сергей Александрович, зайдите ко мне в кабинет завтра, 29 числа, в два часа дня.

– Хорошо, я обязательно приду к Вам, Никита Тимофеевич. Всего доброго!

– И Вам того же, подполковник Ветров. До свидания!

Ветров быстро вышел из кабинета и стремительно направился к гардеробу. Взял свою дублёнку и шапку и, одевшись, пошёл на выход. Погода на улице выдалась ужаснейшая – минус двадцать три градуса по Цельсию и сильный снегопад.

– Сволочи, совсем дороги не чистят! – шёл по сугробам Ветров, ругаясь на обнаглевших коммунальщиков, которые совсем не чистили дороги от снега в течение последних пяти дней.

Подойдя к своей машине, Сергей Александрович обнаружил большую трещину на лобовом стекле.

– Похоже стекло треснуло из-за резкого похолодания… Придётся менять. Денег, правда, нет на это всё. Ладно, наплевать!

Вскоре Ветров доехал до дома, а надо сказать, что жил он неподалёку от места работы – работал на набережной Обводного канала, а жил на Кременчугской улице. Переступив порог квартиры и закрыв дверь, Сергей Александрович снял с себя верхнюю одежду.

Далее он прошёл на кухню, где включил телевизор и принялся разогревать еду в микроволновке. Пока еда грелась, Ветров переключил на новостной канал. Сделав погромче звук, он услышал:

«Судмедэкспертам удалось определить, что смерть Брандта наступила в результате отравления таллием, после чего он упал в воду. Эксперты долго не могли определить причину смерти, так как в лёгкие Брандта попало большое количество воды. Предположительно, он мог случайно отравиться на производстве, где работал с 2013 года».

Сергей Александрович тут же выключил телевизор, так как не мог слушать этот бред.

«Что они несут?! Как человек мог быть отравлен таллием, если у него волосы на голове были на месте? Ведь при длительном отравлении он должен был облысеть. Получается, либо ему подсыпали яд в очень больших дозах, что в принципе сделать невозможно, и он быстро умер, не успев потерять волосы. Либо таллия в его организме и вовсе не было, а судмедэксперты и телевиденье оказались подкуплены самим Шляпником, дабы скрыть правду. Я думаю, именно по его приказу был убит этот Брандт, как ненужный свидетель. Только я не понимаю одного: зачем Шляпнику понадобилась такая сложная схема по убийству свидетелей, если он и так бы дал взятку представителю судебной или исполнительной власти, чтобы замять дело? И никто бы ничего не понял. Что-то тут не сходится! Возможно, тот, кто финансирует Шляпника и его банду, за счёт убийства губернатора смог подняться по карьерной лестнице. Точно! Так оно и есть на самом деле. Может быть, это городской прокурор Грачевский? Хорошо бы узнать, как у него продвигаются дела с повышением звания и зарплатой!» – Сергей Александрович бросился к телефону и начал набирать своего друга Виктора Борисовича Кащенко.

Виктор Борисович, или как его называл Ветров – Борисыч, никогда не работал в полиции, но знал много того, чего знать нельзя простым смертным. Он был кротом, в хорошем смысле этого слова, и частенько сливал информацию Ветрову, небесплатно, естественно. А сам Кащенко, кстати говоря, работал в ЛМЗ в качестве главного инженера цеха.

Всю нужную информацию он черпал с помощью хакерских атак – он проникал в систему государственных архивов, в которых и хранились все интересующие его детали. Борисыч мог спокойно выяснить, какая зарплата у сотрудников мэрии, у прокурора, у председателя городского МВД и так далее. Он даже знал размер зарплаты у министра труда и у своего директора.

Также Кащенко без каких-либо проблем узнавал полные биографии людей, имена которых фигурировали в архиве. Правда, однажды за такую деятельность к нему домой нагрянула полиция с обыском и был выписан штраф в размере сорока восьми тысяч рублей. Ему сделали предупреждение, что если он опять займётся «подозрительной деятельностью», то будут приняты меры – более суровые, нежели обыск и штраф. Но Кащенко сделал ход конём и купил себе специальный компьютер, который невозможно засечь с помощью IP-адреса или радара. И с тех пор полиция его не беспокоила.

Кащенко сразу взял телефон и ответил.

– Алло! Ты, Борисыч? Это я, Ветров.

– А, здравствуй, Серёга! По поводу чего звонишь?

– Мне нужна твоя помощь срочно! Кое-что надо выяснить.

– Да, я, кажется, понял тебя… Сколько? За информацию?

– Не знаю, две тысячи, наверное. Нормально будет?

– Ну смотря, что тебя интересует. Может быть, достаточно и тысячи.

– Вряд ли я уложусь в эту сумму.

– О, значит, интересует крупная рыба. Хорошее начало дня. – посмеялся Борисыч.

– Пожалуй, не соглашусь, что начало дня, всё-таки без десяти два уже.

– Да шучу я, конечно же. Никакое это не начало.

– Ладно, шутки в сторону! Меня интересует прокурор Санкт-Петербурга Максим Андреевич Грачевский.

– Пожалуй, тебе выйдет это в пять тысяч с половиной… Хорошо, в пять ровно. По старой дружбе дам тебе небольшую скидку.

– О, ну спасибо за такую щедрость.

– Я тебя умоляю… Ладно, короче, жди, я тебе по почте пришлю все документы, как обычно. Только как получишь файл, сразу скачай его, а затем удали. А то вдруг засекут нас.

– Хорошо, я как только получу информацию, отправлю тебе деньги на карту. Когда ты мне пришлёшь файл?

– Жди его завтра, в семь часов утра.

– Хорошо. Ну, тогда всё.

– Ага, до встречи.

Ветров быстро съел свой обед, затем оделся и вышел на улицу. Он отправился в редакцию местного телеканала, который и делал репортаж об убийце губернатора и его смерти. Штаб-квартира редакции находилась на Большом Сампсониевском проспекте, поэтому Сергею Александровичу пришлось потратить немало времени, чтобы добраться туда, а именно полтора часа. Он простоял во всех пробках, а пробки в тот день были дикими, потому что водители сошли с ума как один, скорее всего, на фоне магнитной бури.

В чём это выражалось? В том, что в одном только Центральном районе за день случилось порядка двадцати аварий. Ветров, кстати говоря, мог поехать на метро и потерял бы только сорок минут своего времени. Но он не стал этого делать по причине того, что очень не любил ездить в метро из-за постоянных давок и суматохи – все пинаются, все толкаются, всякие неадекваты ведут себя по-хамски. А если кто-то вдруг случайно упал на рельсы, то, считай, что ты застрял на полдня в этом несчастном метро. В метро может случиться, что угодно: начиная с мелких проблем и заканчивая взрывами, терактами и катаклизмами. Как, впрочем, и в других кучных местах.

Ветров зашёл в редакцию телеканала и сразу же поднялся на второй этаж, где сидел главный редактор, его помощники и администрация, собственно говоря. Главный администратор, единственный на ресепшене, крикнул ему довольно грубо:

– Эй, Вы кто?! Сюда посторонним запрещено входить!

– И где же у вас написано, что посторонние не имеют права приходить к вам, на второй этаж? Что-то я не видел!

Администратор не знал, что и ответить, так как получил довольно жёсткий ответ. А пока он соображал, Ветров воспользовался моментом и быстро проскользнул по коридору к двери главного редактора Плетнёва Абрама Ефимовича. Постучавшись в дверь, Сергей Александрович не услышал никакого ответа, тогда он постучал второй раз, ответа опять не последовало.

Решив, что никого там нет, Ветров собирался уходить. Как вдруг он заметил, что дверь не закрыта на ключ. Ветров настороженно открыл дверь, и его взору предстало жуткое зрелище: на полу в луже крови лежал Плетнёв с простреленной головой, скорее всего в него выстрелили из дробовика. Сергей Александрович тут же выбежал оттуда и позвал администратора. Тот подошёл.

– Как Вас по имени и отчеству? – спросил подполковник.

– Юрий Петрович.

– Хорошо, Юрий Петрович… У меня к Вам серьёзное дело. Видите ли, я из полиции, подполковник Ветров. Вот моё удостоверение. Ваш редактор Плетнёв убит. Я его только что обнаружил мёртвым.

– Как убит? Я же его видел живым, когда он заходил к себе в кабинет!

– А во сколько часов это примерно было?

– Да вот недавно, после обеда. По-моему, на тех часах, что висят в коридоре, было 14:35. Но они отстают где-то на двадцать минут.

– Получается, что его убили между 14:55 и 15:40. Вы, Юрий Петрович, отлучались куда-то в этот промежуток времени?

– Только один раз. Дело в том, что сегодня в три часа дня к нам должен был прийти сантехник, но он так и не пришёл. Поэтому я спустился вниз, чтобы встретить его. Когда было 15:23, я плюнул на всё это дело и поднялся к себе наверх.

– Кто-нибудь из посторонних сюда заходил?

– Да, заходил. Бизнесмен какой-то… Представился как Иннокентий Яковлевич. Он приходил к нашему комментатору.

– Фамилию не спросили?

– Нет, к сожалению, я не спрашивал. Чёрт, спросить надо было, как-то совсем не подумал.

– Где находится офис вашего комментатора?

– Вот, напротив кабинета редактора.

Сергей Александрович немедленно постучался к комментатору Раевскому. Но никакой реакции не последовало, и тогда Ветров дёрнул ручку двери. Отпереть он её не смог, дверь оказалась закрыта.

– Придётся выламывать! Юрий Петрович, отойдите немного! – сказал Ветров и с разбега выбил дверь плечом. Он чуть не споткнулся об валявшегося на полу Раевского, который был без сознания. Увидевший его администратор вскрикнул:

– Чёрт подери! Его, что, тоже убили?!

– Сейчас проверю. – Сергей Александрович наклонился к Раевскому и стал нащупывать пульс.

– Ну что, жив?!

– Похоже, что нет… Кажется, его задушили вон тем шарфом.

– Как Вы это определили?

– Очень просто. У него на шее небольшая борозда с гематомой. Только я Вас прошу, ничего не трогайте. Иначе останутся Ваши отпечатки пальцев, и полиция будет думать, что его убили Вы. Значит так, звоните сейчас же в полицию! Скажите, что обнаружено два трупа. Пускай приезжают, а я пока немного посижу, потом уеду.

Юрий Петрович подошёл к своему ресепшену и набрал 02. Он сразу же дозвонился и обо всём подробно рассказал.

– То есть через полчаса приедете, да? Всё, хорошо тогда. Буду ждать вас, до свидания!

Администратор положил трубку и пришёл к Ветрову.

– Кстати, я хотел Вас спросить, почему Вы сегодня пришли в редакцию? Вас что-то интересовало?

– Меня много что интересует. Например, кто передал вашему редактору сведения о том, что убийца губернатора был отравлен таллием? Просто это не соответствует истине.

– Все материалы по этому делу он узнавал от патологоанатомов, которые вскрывали тело Олега Брандта. Но в последние дни происходило что-то очень странное…

– Что именно?

– Всё вроде бы шло нормально. Но где-то с числа двадцать четвёртого начались непонятные звонки.

– И как это происходило?

– Абраму Ефимовичу стали названивать какие-то люди, что-то требовали от него. Но он им отказывал постоянно.

«Ага, значит ему звонили из банды Шляпника, предлагали деньги взамен искажения фактов и распространения ложной информации… И судя по тому, что случилось, Плетнёв согласился взять деньги и пустить в эфир дезинформацию. Однако, он оставался важным свидетелем, которого требовалось ликвидировать… Вот только я не понимаю, причём тут патологоанатомы и почему убили Раевского? Видимо, попал под горячую руку. Да, жаль этого добряка».

– Дошло до того, что главред ругался по телефону с этими людьми. – продолжил свой рассказ Юрий Петрович. – Всё время приговаривая, что «никогда не пойдёт на это». Что это означало, понятия не имею. Потом вроде бы звонки прекратились.