Иммунитет Вселенной (Путь Знахаря)

Врач и биолог с недоверием рассматривали получившееся темно – фиолетовое зелье. Все это смахивало на алхимию или какой – то шаманский обряд и было каким – то слишком уж, хм, антинаучным.

– А если использовать БРТ? – предложила Катя. – Снять резонансы с этого отвара и транслировать на него.

– А что, это идея, давай попробуем. Но заодно я бы стал по каплям вливать ему это в рот – чтобы всасывалось через слизистую. Поскольку БРТ все – таки не заменяет полностью химико – органическое воздействие биологического субстрата.

– Мы могли бы, взяв часть отвара, проанализировать его и создать наноботов, которые при попадании в организм человека дадут те же эффекты, – предложил таки биолог. Дмитрий молча кивнул и биолог, отобрав в пробник порцию отвара, быстро вышел. Знахарь тем временем заполнил емкость капельницы и прикрепил наконечник ее трубки ко рту больного. Девушка подкатила к постели мобильный комплекс БРТ и нанесла немного лекарства на принимающе – анализирующие пластины. После чего закрепила передающие контакты на теле парня и задала программу прямой спектральной трансляции.

После всех необходимых настроек оставалось только ждать. В положенное время прибор отключился, но все оставалось без перемен. Катя с сочувствием посмотрела на Дмитрия. Но знахарь совершенно не выглядел расстроенным. Он поправил капельницу и уверенно произнес: «Давайте подождем немного». Врач хмыкнул. Но спустя всего пять минут показания сканеров скачком изменились, фиксируя у больного усиление мозговой активности. А еще через несколько секунд веки Похлебцева дрогнули и он открыл глаза.

Обсуждения полевого рейда группы начались еще на базе, местами перерастая в нешуточные дебаты. Этнограф, получив поддержку в лице Катерины и Дмитрия, с удвоенным рвением кинулся отстаивать права индейцев. По его мнению, те вмешательства в дела племен, которые планировали прогрессоры, совершенно недопустимы. Этот мир уникален и развивается, пусть и медленно, по своим, присущим только ему законам. И люди не имеют права навязывать ему свои правила и ломать установившееся равновесие. Ему отвечали, приводили контраргументы. А знахарь наблюдал и делал выводы, которыми и поделился по возвращении на «Пересвет» с руководством экспедиции.

– Мы провели почти неделю в индейском поселении одного из племен равнин, а благодаря умению местных объединять сознания, смогли взглянуть также и на жизнь горного государства, увидеть подробности быта, почувствовать умонастроения, проникнуться присущим аборигенам особым духом. А я также погрузился в глубинные слои здешней ноосферы и имел возможность наблюдать взаимодействие людей и индейцев с этого уровня восприятия. И я согласен с утверждением этнографа базы о том, что вмешательство людей лишь повредит здешним индейцам. Им присущи удивительное равновесие и гармония как людей с природой, так и между собой. Они развиваются в своем темпе и в полном соответствии с законами этого мира, вплетенными в основные, опорные Узлы и Нити как самой многослойной Ткани Реальности, так и созданного на Ней местного Узора Бытия. Племена могут иметь разный уклад и иногда даже очень отличаться одно от другого, как в случае с людьми гор. Те вроде бы значительно продвинулись в развитии по сравнению с равнинными, но на самом деле и «дикие», и «цивилизованные» племена живут по общим законам. Они едины. И почему вы, земляне, решили – и не только здесь, а и в других мирах – что имеете право изменять их Паутину Судьбы?! Нарушая тем самым Индивидуальность Миров.

– Но как же, – сказал Носов, – горные племена объединились и создали государство, тогда как развитие равнинных еще очень и очень низкое. И мы можем предположить, чем это кончится. Передел земель с неизбежной конфронтацией, укрупнение, по мере дальнейшего развития экономики, неизбежная глобализация, а с ней и ассимиляция недоразвитых племен. Разве не должны мы вмешаться и скорректировать процессы? Мы же знаем, как это было на Земле! Политические интриги, войны. Не должны ли мы помочь им этого избежать?!

– Вот в этом – то все и дело, – вздохнул Дмитрий. – Вы переносите свои проблемы на них. Считаете, что если у вас было так, то и у других просто обязательно будет так же.

– А разве это не правильно? – спросил Гарчев. – Ведь так все и происходит. Взять хотя бы даже семью. Часто люди из поколения в поколение совершают одни и те же ошибки! Из раза в раз наступают на те же грабли! А тут целая цивилизация! Естественно, что она будет развиваться по тем же законом, что и другие, с теми же ошибками и проблемами! Но мы – то уже прошли этот путь и можем помочь!

– А мне кажется, вы неправы в том, что считаете свой путь единственно возможным. А ведь вот здесь, например, описанный вами вариант развития практически нереален. Они же все эмпаты, да к тому же жители всех племен имеют возможность в любой момент войти в общее планетарное поле разума. Так что любые даже не намерения, а лишь замыслы горных племен отнять что – то у равнинных, или тем более напасть и подчинить их, будут мгновенно раскрыты.

– Но это им не поможет – даже если они все узнают, то просто не успеют подготовить достойный отпор более развитой и централизованной цивилизации. К тому же может шаманы горных племен научатся скрывать агрессивные намерения своих соотечественников.

– На глубинных уровнях Бытия ничего скрыть нельзя. А превосходство в оружии и организации войск будет не таким уж значительным и с успехом компенсируется партизанскими методами ведения войны, а здесь возможен еще и магический ответ.

– Ну, маги есть и у горцев, – возразил Носов.

– Но здесь, как я четко увидел во время своего Скольжения по местной ноосфере, работает только та магия, которая резонансна со здешним Узором Реальности. А в нем нет плетений агрессии и паразитизма. А еще в этом мире есть реакции на нарушении исконных Узоров со стороны природы самой планеты – как это случилось с племенами, которые, согласно местным легендам, когда – то давным – давно воевали друг с другом.

– Можно ли так уж доверять легендам? – спросил Гарчев.

– Здешним можно. Во – первых, жители этого мира имеют возможность общаться с ноосферой, в которой записаны все реальные события этого мира от начала времен, а во – вторых, с некоторыми живыми проявлениями этих легенд мы имели возможность познакомиться воочию. В одной из них сказано, что несколько воинственных племен были уничтожены, в том числе, и нашествием местных стрекоз – тех самых, которые взяли привычку нападать на флайеры. Ну а их возможности мы все знаем.

Кроме того, вот вы, Владимир Григорьевич, говорите, что цивилизации развиваются по известным вам, землянам, законам. А на основании чего вы вывели эти самые законы? На основании одной только земной истории? Не маловато ли для статистики, даже для рас гуманоидного типа? Почему вы думаете, что возможен только один путь развития? Вы, зная проблемы, с которыми сталкивались сами, думаете, что они неизбежны и, говоря медицинским языком, стремитесь «привить», «иммунизировать» все встреченные вами цивилизации от тех «болезней», которыми переболели сами. Но им – то эти «болезни» могут и не грозить! А это уже не «вакцинация», а «заражение».

Как стало уже привычным, слова Дмитрия вызвали бурную дискуссию. Основную часть которой он по возвращению записал в свой дневник.

Эту запись см. в Спец. Приложении «Дневник Дмитрия» в разделе к Главе 13.

Когда дискуссия достигла уже слишком высокого накала страстей, Гарчев решил, что пора перевести разговор в иное русло и, перебив Трофимова, начавшего было возражать Дмитрию, спросил у того:

– А что у вас там была за история с ребенком?

Дмитрий понял намерение начальника экспедиции и охотно поддержал его, пересказав подробности и объяснив, что, как и зачем он делал. Ему тоже не хотелось продолжать высказываться в форме, которая невольно напоминала обвинения и осуждения.

– Ну да, а ты, получается, не прогрессор?! – с «подковыркой» спросил все еще «кипевший от праведного негодования» Трофимов. – Ведь получается, ты им тоже принес нечто новое, а нас за это ругаешь!

– Заметь, я ведь не навязывал, что им делать. А лишь предложил, привел аргументы, показал возможности. Решение же они приняли сами. А могли, отклонив все мои доводы, принять и другое.

– Простите, Дмитрий, но я не понимаю, почему шаманы сами не могли поговорить со своей ноосферой, – сказал Носов. – Они же умеют. Почему же тогда они тебя ждали?

– Потому что они часть ноосферы, живущая по ее законам. И в подобном случае нужен был кто – то со стороны. Например, пока люди не научились лечить гангрену, пораженная конечность отрезалась. Да, жалко, переживаешь, не хочешь, но чего делать? Приходиться. Или аппендицит. Не хочешь идти на операцию, но знаешь, что по – другому нельзя, и ложишься под нож. Вот и они так же. Жалко им было и ребенка, и родителей, но по местным законам он должен был умереть и, какие бы чувства это не вызывало, в их глазах это было правильно и оправдано. И что может быть по – другому, они и помыслить не могли, пока Вапуку не увидел сон! А с другой стороны, просто сказать, что отрезать руку или ногу при гангрене плохо – этого мало. Что толку в таком заявлении, если по – другому никак?! А вот если показать другой выход, подсказать лечение, но при этом не настаивать на нем, а лишь предложить выбор, то это меняет дело. Теперь уже есть альтернатива – можно отрезать, а можно попробовать использовать иной способ и вылечить. И я очень рад, что смог помочь Сверхразуму этой планеты увидеть другой путь и научиться исправлять подобные ситуации не только сейчас, но и в будущем.

С этой темы разговор сам собой перешел на магические практики индейцев. При этом Носова и Екатерину особо интересовали их гадательные методики.

– Я тут подумал, – сказал Дмитрий, – что гадательная система, развитая сразу у нескольких местных племен, очень похожа на ваш земной И – Цзин. Узнав от местных предсказателей принципы ее построения, я предполагаю, что и ваш И – Цзин – это тоже ключ к шифру, созданному по принципу замены, а вернее, смещения или перестановки символов. А вот сам зашифрованный текст, ключом к расшифровке которого является И – Цзин, судя по всему, по частям содержится в разных других манускриптах, не входящих в собственно тексты самого И – Цзин и комментариев к нему. А в каких именно – знают лишь посвященные. Если таковые среди вас, землян, еще сохранились. При этом шанс восстановить это утраченное знание и определить, каким критериям должны удовлетворять эти самые книги, в которых содержатся части зашифрованного текста, есть. Структура самого текста И – Цзина, форма и порядок расположения гексаграмм в аллегорической форме содержат указания на то, как понять, что перед тобой и впрямь зашифрованные с помощью гексаграмм тексты. При этом порядок группировки гексаграмм определяет применение той или иной их группы в качестве ключа к расшифровке той или иной группы тайных текстов. Причем гексаграммы – это двойной ключ – сначала это шифр типа «решетка», с помощью которого из манускриптов извлекают содержащиеся в них части зашифрованного текста. А потом уже собранный воедино текст расшифровывается с помощью все тех же гексаграмм, используемых в качестве перестановочных ключей. При этом сами гексаграммы определенным образом сочетаются с семью основными цветами. Кстати, натолкнуло меня на эту догадку как раз использование в местной системе одних и те же графических символов, окрашенных в разные цвета. И оказалось, что есть четкие правила относительно того, в какие цвета могут быть окрашены те или иные линии и их сочетания. Полагаю, что так же было и в исходном варианте И – Цзина. Что превращает реализуемый с его помощью код из бинарного в гораздо более сложный. В этом плане И – Цзин является, скорее всего, отображением в понятные вашему восприятию символы содержания информационной структуры ДНК человека. В которой, насколько я могу судить на основании усвоенных знаний и личного опыта работы с вашими больными, зашифрована система перестройки генома человека, создающая следующую ступень его развития – более близкую по своим характеристикам к тому, что можно назвать «ДНК ПервоПредков».

– Да, вот уж точно неожиданное предположение, – сказал Гарчев.

– Хотелось бы мне проверить эту догадку, – мечтательно протянул Носов. – Найти и прочитать подлинные тексты И – Цзина.

– Да, это было бы интересно, – согласилась Катя.

– Это все, конечно, интересно, коллеги, но у нас сейчас есть более первоочередные задачи, – прервал их мечтания Гарчев. И спросил у Дмитрия:

– А что ты скажешь относительно возникших здесь проблем?

– Погружаясь в ноосферу, я заметил, что присутствие людей вызывало искажение ее Узора почти на всех уровнях. С чем это связанно, сказать трудно. Возможно, на ноосферу так действует само присутствие людей – какие – то характеристики самих ваших Сущностей и составляющих их нитей жизненных Сил. Или же ваши действия и намерения не могут вплестись в местные Узоры без того, чтобы тем пришлось разорваться в неких опорных узлах. Но мне, судя по ощущениям, кажется все – таки, что это связанно с вашей деятельностью, а не с вашими Сущностями. Что – то вы делаете принципиально не верно.

– Почему ты так думаешь?

– Из – за Паши, космоэтнографа. Он человек, землянин, но при этом прекрасно вписывается в большинство из местных Узоров. Я видел это, пребывая в достаточно глубинных Слоях здешнего Бытия. Получается, что его этот мир приемлет и не отторгает.

– Да, это так, – кивнула Катя. – Мы когда жили в племени, мне даже казалось, он умеет черпать силы из окружающей природы! Я, тренированный паранорм, чувствовала и повышенную гравитацию, и давление, и особенности воздуха, и то, как солнце печет – особенно во время обрядов. И к вечеру буквально с ног валилась. Как, впрочем, и прошедший спецподготовку прогрессоров Трофимов. А Павел хоть и уставал, но выглядел намного свежее меня! Да и чувствовала я , что и на самом деле у него сил больше.

– Хм, тут есть о чем подумать, – сказал Гарчев. – Если все эти несчастные случаи и катастрофы и впрямь являются ответами на наши действия… Понять бы только, что мы не так делаем то? Причем на разных планетах.

– Не знаю, насколько это может помочь, но при изучении некоторых аспектов магии здешних индейцев у меня возникла интересная аналогия, – сказал Дмитрий. – Все без исключения местные племена имеют очень красивую технику влияния на судьбу отдельного человека или семьи – плетение и вышивание разных узоров, включающих в себя камешки, чешуйки, перья, а также речной бисер. Ну а поскольку в моем родном мире есть сходная магическая техника, то я заинтересовался и изучил этот здешний метод подробнее.

– Ну и какое это имеет отношение к тому, что мы обсуждаем? – спросил Гарчев.

– Самое непосредственное! Среди прочего я узнал, что при использовании этого способа ощущение участия в магии созидания собственной судьбы можно почувствовать только тогда, когда вышиваешь или выплетаешь свой собственный, лично придуманный и индивидуально значимый именно для тебя символический рисунок. Если же плетешь чужие образы, пусть даже и очень красивые, магии не получится. Более того, может выйти подмена понятий: вместо ощущения творения своей судьбы можно почувствовать себя творцом чужих судеб. Что, на мой взгляд, и произошло с вами, землянами – вы на всех тех планетах, где разместили свои базы, почувствовали себя эдакими Демиургами.

Между тем самые глубокомысленные умозрительные конструкции превращаются в пустые и мертвые схемы, если утрачивают связь с конкретными переживаниями реальной жизни. А критерием подлинной красоты Узора является только реальность переживаний, а не отвлеченная эстетика и рациональность. Таково кредо местных шаманов относительно сплетенных или вышитых узоров! И я думаю, что вам, землянам, стоит над этим задуматься. Как и над тем, что и переживания тоже могут быть разными – так, Паряший орел реализовал запретное плетение с узором заклинания, созданным в древние времена отступниками, имея очень даже конкретные переживания. Но полагал себя Демиургом. И поплатился за это.

– Ладно, надиктуй, пожалуйста, аудиоотчет, отправим на Землю вместе с остальными данными, полученными вашим десантом, – попросил Гарчев Дмитрия и добавил, обращаясь уже ко всем:

– А сейчас предлагаю закончить обсуждение и разойтись отдыхать. А то впереди нас ждет та еще планетка.