Янтарная кисть

Глава 9

– Что здесь произошло? Почему все статуи разрушены? Дорогой, что ты опять натворил? – сдержанно спросила Антимара. Красивая, молодая женщина, в бордовой мантии и в короне изо льда, золотого цвета, из-под которой выглядывали рубиновые волосы, величественно вошла в залу. Она была женой Антаса. Антимара слыла мудрой и рассудительной королевой. Она ни когда не позволяла гневу и эмоциям захватить ее. Обведя взглядом пространство, она оценила последствия разрушения. Потом она грациозно повернулась к мужу корпусом, откинув одну сторону мантии назад.

– Ну и что у нас за праздник? – грозно, но утонченно приподняла одну бровь Антимара. – Что за новые психи, дорогой? Мы только недавно восстановили дворец, от твоих предыдущих, безумных истерик.

– Милая, прости, прости меня. Выдался ужасный день. Мой скипетр утерян, он попал в руки какой-то человеческой девчонке, а этот бездельник Зевульвез не может мне его вернуть. Он мне непременно нужен. У меня были такие большие планы, помешать Санте с Рождеством, – запричитал Антас, как маленький, капризный ребенок, целуя руку своей королеве.

– Боже, ну что ты опять задумал? Почему ты не оставишь Санту в покое? Дался он тебе и их Рождество? – закатила глаза Антимара.

– Дался! Еще как дался. Ты же знаешь, как я хочу вернуть своего брата домой. Что бы все было как раньше.

– Санта ни когда не вернется к тебе. Тем более, если ты будешь мешать ему радовать людей. – Ответила Антимара.

– Это мы еще посмотрим, – злобно провозгласил Антас.

***

Солнце поднялось высоко. Был полдень. Айса и Фелиция вернулись домой из воскресной школы. Роб крепко спал, а Элиза ушла на работу. Дел по дому было, как всегда не мало. Нужно было постирать одежду, которой за несколько дней скопилось не мало: полотенца, постельное белье, нижнее белье и прочее. Хоть за окном и стояло второе тысячилетие, семья Фремптон жила без продвинутых технологий. Они не могли позволить себе стиральную машину, пылесос и другие удобства современного мира для облегчения жизни. Им приходилось по старинке стирать на руках, выбивать ковры или мыть их в ручную и многое другое. Поэтому работа по дому занимала все свободное время и быт. Еды к обеду не было, надо было приготовить самим, так как Элиза решила, что ни к чему облегчать дочерям работу. Айса быстро переоделась и принялась за готовку. Фелиция в свойственной ей манере, не спешила начинать работу по дому.

– Ты собираешься мне помогать, или так и будешь летать в своих мечтах? – спросила Айса.

– Да буду я, буду. Чего ты кипишишь? У нас полно времени, тем более отец проспит допоздна, а мама вернется только завтра утром.

– Но разве тебе не хочется вечером погулять с друзьями?

– Да не особо. Думаю после того сколько мы тут переделаем, вряд ли нам захочется куда-то идти, по крайней мере мне. Мы же устанем как лошади.

– Не знаю как ты, но мне хотелось бы вечером, а точнее нужно, встретиться с подругой.

– Откуда у тебя подруга? Ты что, кого-то запугала или шантажируешь, что бы с тобой дружили? – мерзко захихикала Фелиция. Она сложила ногу на ногу и оперлась руками назад, на скамейке.

– Ни чего подобного, – обиженно заявила Айса. – Иди, начинай стирку или мыть полы. Хоть что-нибудь. Я тебя очень прошу, пожалуйста, хоть раз в жизни помоги мне.

Фелиция посмотрела недовольно на сестру, но поджав, губы и цокнув, все же принялась за работу.

***

Спустя два часа Феликс вернулся к машине. Девочки с Анной еще не вернулись, как и предполагал дворецкий. Он открыл машину, откинул сидение назад, что бы прилечь вздремнуть. Устроившись поудобнее, он провалился медленно в сон. Сначала ему снились какие-то гротескные фигуры, размытые лица. Все они переплетались между собой. Затем одна из фигур обрела четкость, как будто навели камеру и увеличили резкость зума. Это была та самая дама из пирожковой, которая продала ему янтарную кисть. Сначала она улыбалась, подавая в мешочке вкусности, но потом ее лицо исказилось в страшный оскал, который размывал ее черты лица. Затем ее фигура плавно стала приобретать новые черты. Она долго расплывалась в устрашающей улыбке и потихоньку принимала форму старичка-юродивого, которого сегодня Феликс видел дважды, при весьма странных обстоятельствах. После полной трансформации в этого человека, наступила полная темнота, будто кто-то резко погасил свет. Феликс во сне пытался нащупать хоть какую-то опору в кромешной тьме. Его руки в пространстве хватали воздух. Ладони, то сжимались, то разжимались, в надежде ухватиться хоть за что-то. Вдруг он коснулся чего-то холодного, ледяного и твердого. Он рефлекторно отдернул руки назад. Одной ногой сделал шаг в сторону. Пугающая пустота нависла над ним. Глаза немного привыкли без света и он разглядел какое-то очертание. Оно двигалось плавно в его сторону. Оцепенение охватило его тело. Он не мог шевельнуться. Чем ближе подходила фигура, тем сильнее веяло холодом. Он услышал рычание, схожее с медвежьим. Затем почувствовал у себя на груди чьи-то когти. У него перехватило дыхание. Он хотел проснуться и убежать, но ни чего не выходило. Мозг словно парализовало. Сущность подбиралась ледяными лапами к его горлу. Феликс сделал над собой усилие и издал стон, вырвавшийся из груди. Затем он отошел от ступора и отскочил назад. Оступившись как ему показалось, он полетел вниз, будто с обрыва. Его руки жадно хватались за пустоту. Он вздрогнул, и душа вернулась в тело. Открыв глаза, он резко подскочил на месте, сильно ударившись лбом об откидное зеркало. Он откинул его, что бы солнце, не выжигало глаза. Пот с него лился градом, но через некоторое время забила дрожь от холода. Он, потерев лоб, включил печку в машине. Пока он возился с сиденьем, что бы привести его в прежнее положение, перед лобовым стеклом, снова возник тот старик. Феликса от неожиданности откинуло назад. Он смотрел на старика, как вкопанный. Старик мило улыбнулся и помахал ему рукой. Феликс вылез из машины и резко подскочил к старцу.

– Что тебе надо оборванец? – не долго думая, схватил его за грудки Феликс. – Зачем следишь за нами? Это ты был на территории замка? Отвечай, иначе я сдам тебя в полицию.

У старца улыбка сделалась еще шире. Он спокойно оторвал руки дворецкого от воротника и безмятежно развернулся, что бы уйти. Феликс попытался схватить его за плечо, что бы остановить, но ухватил только воздух, словно перед ним было бестелесное приведение. Вытаращив глаза и посмотрев на руку, Феликс затаил дыхание и замер. Когда он пришел в себя и обернулся, старичка и след простыл.

– Может, я все еще сплю? Но все так реально? Что это было, черт возьми? – выругался он.

Тут он услышал позади себя крики маленьких хозяек. Они бежали наперегонки, размахивая, пакетами и что-то крича наперебой. Дворецкий обернулся. Анна шла в новом, элегантном пальто, с воротником из меха. Девочки тоже были в обновках. Они подбежали к Феликсу и пытаясь перекричать друг друга, что-то ему говорили. Речь шла о подарках. Это все что он понял из их трескатни. Дворецкий еле выдавил из себя улыбку, что бы ни кто не заподозрил не ладное. Он потрепал девочек по волосам и пошел открывать дверцы. Все четверо расселись по своим местам. Анна удобно уселась и взглянула на дворецкого, что бы сказать ему ехать. Как только она увидела его встревоженное, даже слегка потерянное лицо, сразу же обеспокоилась.

– Что случилось Феликс?

– Ни чего страшного миссис Шервуд. Все впорядке, – старался не смотреть ей в лицо дворецкий.

– Я же вижу Феликс, что-то случилось.

– Не при детях миссис Шервуд.

– Хорошо, – вздохнула Анна.

Машина выехала с парковки и направилась домой.

***

За работай по дому время пролетело не заметно. Айса и Фелиция уже приготовили обед и ужин, вымыли полы и постирали белье. Время шло к вечеру. Оставалось только выбить коврики и полить цветы. Сестры вышли на задний двор. В руках у каждой было по два скрученных, небольших паласа. Взявшись с двух сторон, они начали вытрясать их. Пыль и мусор полетели во все стороны. Даже маски из тряпок не помогали от вдыхания в легкие эту грязь. После завершения, девочки взялись за веники, что бы смести мусор со двора. На улице значительно потеплело в сравнении с утром. Весь этот процесс занял целый час времени. Девочки расстелили цветастые коврики по дому и присели отдохнуть.

– Господи, как же я устала, – начала жаловаться Фелиция.

– Я тоже. Не могу поверить, что из-за твоих глупостей нам придется провести вот так, все каникулы, – отстраненно сказала Айса.

– Можно подумать ты святая, – прыснула Фелиция.

– Не хочу ругаться, нет сил.

– У меня тоже. Спать хочется и есть.

Вдруг залаял пес. В дверь постучали.

– Хм, странно. Кто это может быть? – пошла открывать дверь Айса.

Фелиция даже не сдвинулась с места. Айса открыла дверь. Перед ней стоял расфуфыренный с глупой улыбкой на лице Чарли. В руках он держал букет синих хризантем.

– Привет. Фелиция дома?

– Привет. Да дома. И благодаря тебе, будет сидеть тут как и я все каникулы, – нахмурившись ответила Айса.

– Почему? Что случилось?

– Нас наказали по твоей милости. Вот что случилось – сердито сказала Айса.

Она не дав ни чего ответить Чарли, пошла за Фелицией.

– Твой ухажер пожаловал. Иди целуйся, – съязвила Айса.

– Какой еще ухажер? – устало спросила Фелиция, потягиваясь на стуле.

– Вчерашний умник, что тащился с нами, – ехидно ответила Айса.

– О, Чарли пришел? – вскочила Фелиция со стула, как ошпаренная. – Боже мой, а я в таком виде, неумытая. – Она побежала в ванну. Через две минуты она вылетала, как борзая и пулей пронеслась мимо сестры, так, что подул ветерок.

– Привет, Чарли! Как поживаешь? – дергаясь и поправляя волосы выпалила Фелиция.

– Привет, отлично! – Чарли протянул ей цветы. – Пойдешь погулять?

– К сожалению, нас наказали, и мы должны сидеть дома. Гулять можно с разрешения родителей и только после уборки, – взяла у него букет.

– Ну тогда, может быть я смогу помочь?

– Нет, что ты, этого ни как нельзя. Папа дома, хоть он и спит.

– Да ничего страшного. Значит попью чай. Чай с гостями ведь не запрещали?

– Нет, – улыбнулась Фелиция. Она похлопала наигранно глазками, как мультяшка.

Чарли вошел в коридор, снял обувь и прошел вместе с ней в кухню. Фелиция деловито поставила чайник и начала накрывать на стол. Между прочим, у них завязалась милая, непринужденная беседа. Уловив момент, Айса вышла из кухни и быстро переоделась потеплее. «Это мой шанс увидеться с Олсой», – подумала она и вылезла в окно.

Олса с матерью и сестрой прибыли домой. Она с Лили поскорее поднялись наверх, что бы посмотреть все свои обновки и перемерить их. Поход по магазинам всегда сближал сестер. Анна все время вела себя сдержанно и не задавала Феликсу вопросов при дочерях. Зайдя в дом, когда девочки с визгом поднялись наверх, она сразу же обратилась к дворецкому.

– Пойдем в библиотеку, поговорим там, что бы ни кто не слышал, – она важно пошла вперед.

Феликс потрусил за ней, как послушный пес. Зайдя в помещение, Анна закрыла за собой дверь и прошла к писменному столу. Она сняла длинные кожаные перчатки, нарядную шляпку с мелким бантиком.

– Говори, что тебя так напугало, – поправляя прическу, спросила Анна.

– Миссис с чего вы взяли, что меня что-то напугало?

– А ты видел свое лицо Феликс? Ты был бледен, как стена.

– Вообще-то вы правы миссис Шервуд. Я действительно был напуган. За нами следил старик. Впервые я увидел его у замка, когда мы выезжали в центр. Затем я увидел его, когда мы подъехали к торговому центру. Это было очень странно. Старик похоже был без машины, да и такси поймать он не мог. До дороги идти пешком от замка слишком далеко. Но меня удивило, что он оказался там вместе с нами одновременно. Потом я отлучился прогуляться часа на два, а когда вернулся, то вновь встретился с ним. Такое ощущение, что он целенаправленно следит за нами. Но ни это самое страшное. Я попытался его схватить и не смог. Я как-будто пронзил воздух. А еще, сегодня утром мисс Олса сказала, что видела старика на территории замка, прямо в парке. Честно говоря, я не придал этому значения, подумал, что сказывается усталость от учебы, и мисс Олсе могло померещиться. Согласитесь, не так-то просто попасть на охраняемую со всех сторон территорию. Это было не простительно с моей стороны, так беспечно отнестись к словам мисс Олсы.

– Ни чего страшного Феликс, со всеми бывает. Я бы и сама ей не поверила, – успокоила его Анна. – Но нужно усилить охрану и обыскать весь замок, на всякий случай. А девочек лучшего всего отправить в их комнаты и не выпускать, пока не убедимся, что нет опасности. Распорядись. – Вставая, сказала Анна. – Да и еще одно. Что значит, ты не смог его поймать и пронзил воздух? Как это понимать?

– Моя рука прошла сквозь него, как через приведение миссис Шервуд. Я понимаю как нелепо это звучит. Возможно, когда я задремал в машине, еще не отошел ото сна и мне все померещилось. Не беспокойте по этому поводу. Наверное, это просто галлюцинация.

– Хорошо, Феликс. Сообщай мне о любых изменениях. И да, не стоит беспокоить мужа. У него и так хватило на сегодня забот.

– Как скажите миссис Шервуд.

С этими словами они вышли из библиотеки и направились каждый по своим делам. Анна пошла к девочкам, что бы предупредить их. Она поднялась наверх. В комнате Олсы ни кого не было. Сестры находились в комнате у Лили. Увидев, как девочки веселятся вместе и примеряют новые наряды, она не стала их беспокоить. Они и без того всегда ругались, а сейчас были дружны и веселы. Анна решила что вместе они будут в большей безопасности, чем по отдельности. Она тихо прошла мимо и зашла в их с Лео спальню.

Феликс дал распоряжение хозяйки, начальнику службы безопасности, обыскать всю парковую территорию и внутри замка. После он пошел на кухню распорядиться об ужине.

– Смотри, какое красивое платье, это последний писк моды, – вертелась Лили перед зеркалом. На ней было бархатное, благородного зеленого цвета платье, приталенное, с отдельными рукавами до логтей, которые одевались на средний палец. На ножках были серебряные, блестящие туфельки на не высоком, тонком каблучке. Застегивались они вокруг лодыжки. Лили надела так же украшения из серебра с блестящими фианитами. Длинные тонкие серьги, браслет и шикарное, под бриллианты колье. Волосы Лили подобрала в пучок, как у настоящей леди. – Я надену это все на рождественский бал в школе. Все девчонки обзавидуются, – кружилась она как в танце.

Олса тоже принарядилась. Она купила красивое платье снежинки. Белое, как у балерин. Пышная юбочка, рукава прозрачные из мягкой сетки, спадающие с маленьких, хрупких плечиков. Из украшений была корона и колечко с фианитом, из серебра. На ногах красовались белые, лакированные, на низком широком каблучке туфельки. Олса и Лили взялись за руки и начали кружится по кругу. Комната была просторная, а в середине теплый с мягким, длинным ворсом, белый ковер. Они кружились и смеялись, пока не упали от головокружения. Заливаясь звонким, детским смехом они не заметили, как подошло время ужина.

Анна позвала дочерей к столу. Олса пошла к себе, что бы переодеться и развешать все обновки по местам. Кисть она завернула в кофту, когда примеряла одежду. Зайдя в свою комнату, она развернула кисть и первым делом сунула ее в майку. Потом переоделась потеплее, что бы сразу, после ужина улизнуть в шалаш.

Ужин прошел в спокойной обстановке. Анна старалась не выдавать своего волнения и рассказывала Лео, какой отличный день они провели с девочками. Лили хвасталась подарками. А Олса сидела тихо, стараясь не обращать на себя лишнего внимания. Лео заметил, что младшая дочь не сказала ни слова за столом, да еще и оделась не по погоде в доме.

– Дорогая, а как тебе сегодняшний выходной? Что купили тебе? – спросил отец.

– Мне было весело и хорошо сегодня папочка. Мне купили платье снежинки с тиарой и колечком, – как можно веселее ответила Олса.

– Это замечательно. А почему ты тепло одета? – осторожно спросил Лео.

– У меня в комнате что-то батареи холодные, – быстро соврала Олса.

– Вот как? Я завтра же вызову мастера, все проверить. А пока, что поспишь в комнате для гостей, – поверил отец.

Олса только кивнула в ответ головой и набрала в рот побольше еды, что бы не сболтнуть лишнего.

– Как прошел визит господина Гарроу? – спросила Анна. – У нас все в порядке? – положила ладонь на руку мужа.

– Да милая, не беспокойся за это. У нас все, как всегда прозрачно и безупречно. Мистер Гарроу остался доволен, – воодушевленно заявил Лео.

– Это просто прекрасно, дорогой. Ну что ж, пора расходится по своим делам, – Анна встала из-за стола и вышла первой из столовой, зазывая незаметным кивком головы за собой Феликса.

Дворецкий вышел вслед за хозяйкой. Вместе они дошли до гостиной. Эта была большая комната. Повсюду были развешаны репродукции известных художников. Стены были покрашены в постельные тона. Посреди комнаты стоял большой, молочного цвета диван, в мягкой обивке. Перед диваном небольшой журнальный столик, выполненный из дерева, на витиеватых ножках. На столике антикварная, расписная ваза с живыми лилиями, которые менялись каждый день. Напротив стоял белый камин с колоннами, а над ним возвышался огромный домашний кинотеатр.

– Ну что Феликс, как обстоят дела с разведкой?

– Служба безопасности проверила все помещения и территорию, и ни кого не обнаружила, даже малейшего намека на присутствие незваного гостя, миссис Шервуд.

– Слава Богу! Мы можем спать спокойно. Спасибо за службу дорогой Феликс, – она слегка коснулась его руки.

Лео направился в библиотеку, немного почитать. Лили убежала к себе в комнату, обзванивать подружек и похвастаться обновками. Олса вышла вслед за всеми медленно, что бы прошмыгнуть незаметно. Немного помявшись, на месте в прихожей, она скользнула тихонько на задний двор, вылезла через свой проход в заборе и помчала на реку. Айса тоже воспользовавшись ситуацией с Фелицией и ее воздыхателем, ускользнула в окно и бежала навстречу подруге.

Глава 10

Приготовления к Рождеству шло полным ходом. В стране янтарной кисти все, всегда было по часам и вовремя. Маленькие человечки суетились на фабрике игрушек. Они проверяли длинные списки детей, которые не распределялись, как известно на послушных и не послушных. На самом деле система была намного сложнее. Пунктов и подпунктов было много. Подарки доставались абсолютно всем детям, но разные. Они различались по величине, наполнению и смыслу. Так дети понимали, как они вели себя весь год. Поэтому работы было много, ни кто не сидел без дела. Санта хоть и был королем, но тоже трудился на ровне с подчиненными. Уважение и равенство было девизом этой половины королевства. Санта сидел у себя в кабинете и подсчитывал количество новых саженцев елок, когда в дверь постучали.