- -
- 100%
- +
А дальше?
Рассмотрим повнимательнее те опасности, которым подверглись аргонавты и те приключения, которые они пережили.
Первую остановку в пути аргонавты сделали на острове Лемнос. Выяснилось, что на этом острове проживают одни только женщины. Они перебили за измену всех своих мужей.
В те времена там был весь народ преступлением женщин
Жестокосердным взволнован. За год до прибытья героев
Жен законных своих мужья их с презреньем отвергли —
Жаркой любовью открыто они воспылали к рабыням,
К тем, что сумели добыть, разорив лежащую против
Землю фракийцев. Страшная ярость богини Киприды
Их посетила за то, что ей в дарах отказали
Жены несчастные, неукротимые в ревности злобной:
Ибо не только они мужей и наложниц убили —
Всех мужчин истребили, чтоб в будущем кары избегнуть.
(Аполлоний Родосский. «Аргонавтика»)
Однако, перебив всех мужчин, женщины вдруг сообразили, что в случае какой-нибудь напасти защищать их будет некому. А что же тогда делать? Да и вообще мужчина в хозяйстве всегда пригодится.
Вот они и обрадовались прибытию аргонавтов. Их пригрели, напоили, накормили, приголубили. Герои расслабились и совсем уж было, забыли о том, зачем они вообще в море вышли. И вознамерились остаться навсегда на гостеприимном острове. В том числе и Ясон. А что? Ему, между прочим, царский трон предложили. Так зачем же ему морока с какой-то там бараньей шкурой? Может, ее давно уже моль побила?
И только Геракл привел в чувство растаявших от обильного женского внимания героев.
День ото дня все длилась и длилась отсрочка отплытья.
Там пребывая, они бы еще помедлили долго,
Если б Геракл, поодаль от женщин собрав всех героев,
Их не стал порицать и бранить крутыми словами
(Аполлоний Родосский. «Аронавтика»)
Он-то, Геракл, на страже корабля остался, так что вниманием женщин оказался обделен, вот, наверное, и позавидовал. В общем, собрал Геракл героев, обратно на корабль притащил, невзирая на рыдания безутешных женщин, и отправились они дальше.
А дальше был гостеприимный остров Кизик, где проживали потомки Посейдона. На острове аргонавтов приняли как дорогих гостей, и они весь день пировали и веселились. Как видим, пока что наши герои просто не имели возможности показать и доказать свою силу и отвагу, то есть совершить те самые подвиги, на поиски которых они и отправились в плавание – везде их принимают и привечают.
Но у этого чудесного острова был изъян в виде Медвежьей горы, где проживали шестирукие злобные великаны, прозванные землеродными – то есть рожденными самой землей. Пока остальные аргонавты пировали во дворце, Геракл… караулил корабль. Ну, естественно, кого же Ясон мог еще поставить на стражу. И, как показали дальнейшие события – не ошибся. В отсутствие основной команды землеродные попытались напасть на Арго, но… не на того напали – Геракл быстро натянул свой знаменитый лук и отогнал шестируких. Тогда великаны, отступив под прикрытие горы, стали отрывать огромные куски от скал и бросать их в корабль, намереваясь его разбить и потопить. Но тут уж подоспели и остальные аргонавты. Нападение было отбито, а наши путешественники смогли спокойно продолжить путь.
Спокойно? Ну, уж нет! Ночью ветер переменился и… пригнал Арго обратно к берегам Кизика. А местные жители, которые еще накануне так гостеприимно встречали путешественников, на сей раз, почему-то приняли их за морских разбойников и …напали… а наши герои вынуждены были защищаться. Ну, к утру, когда рассвело, недоразумение, конечно, выяснили, но… убитых (жителей Кизика. естественно. Куда им, мирным жителям против таких героев выстоять) уже не вернуть. в том числе и молодого царя, который оказывал накануне аргонавтам такое гостеприимство.
И так же в ночи долионы
Не распознали знакомых героев. Им показалось,
Будто прислал Пеласгийский Apec соседей макрийцев.
Тотчас вооружась, ударяют они на прибывших. (Аполлоний Родосский «Аргонавтика»)
Ошибка?
Довольно странная ошибка, надо сказать. Ну, пристает ночью к берегу корабль. Мало ли что там могло случиться – из-за поднявшегося ветра, например, как наш «Арго». Или поломка какая-нибудь случилась. Так что же, не разобравшись, не спросив ничего, сразу же за оружие хвататься и давай, круши всех, кто под руку попадется? Вряд ли! Почему жители острова вдруг решили, что на них напали враги? Почему это им так «показалось»? Значит, были причины подумать, что остров подвергся нападению. Что же такое учинили с ходу наши герои, что их приняли за морских разбойников? Нет, конечно, своих гостеприимных хозяев аргонавты вряд ли стали бы грабить. Но ведь они и не знали, что их прибило ветром обратно к Кизику!
Да… История, которая заставляет задуматься, а так ли уж благородны наши герои.
Впрочем, самим героям некогда особенно задумываться над лишними вопросами морали – их ждет золотое руно! Погоревали немного над роковой ошибкой – и хватит, пора в путь.
А в пути, для того, чтобы скоротать время и развеять дорожную скуку устраивается состязание гребцов. Выиграл его… правильно, Геракл. Правда при этом от излишнего усердия весло сломал. Пришлось приставать к берегу, чтобы сделать новое. Геракл, конечно, его сделал, вырвав с корнем очередное дерево – это для него пустяк, но… На этом острове Геракла и потеряли!
Потеряли Геракла!!!??? Это как же?
Геракл вдруг узнал, что его оруженосец Гилас час или два назад ушел за водой к ближайшему источнику и до сих пор не вернулся. Всю ночь Геракл и его друг Полифем продолжал поиски, но впустую. Оказалось, что нимфам источника, приглянулся симпатичный парнишка и они увлекли его в глубину. То есть попросту говоря, парень утонул. Тем временем аргонавты с попутным ветром отчалили и лишь далеко в мере заметили отсутствие Геракла. Словом, отряд не заметил потери бойца. Даже трех бойцов – Геракла, Гиласа и Полифема. Полифем, между прочим, тоже не из последних бойцов на «Арго»!
А Ясон спокойненько так себе и отчалил!
Ну, и что можно сказать о командире, который даже не заметил, что в его рядах нехватка бойцов? Который перед отплытием не проверил, а все ли на месте? И если уж такая промашка, не делающая вожаку чести, случилась, то что же ему мешает в отсутствие бури или встречного ветра вернуться за отставшими товарищами и начать поиски? А ведь ничто не указывает на то, что погода на море была неблагоприятная. Ведь отставшие вполне могли не явиться на корабль потому, что с ними мог произойти несчастный случай, и они нуждаются в помощи. Так нет же! Мы спокойно отплываем! А ведь потерялся не кто-нибудь – Геракл!
Вот именно – Геракл!
Геракл, величайший герой, который пользовался непререкаемым авторитетом, которого аргонавты поначалу хотели выбрать своим предводителем, который устыдил героев, чуть было не забывших о своем долге и разнежившихся в женском обществе, который отбил корабль у шестируких великанов, который только что выиграл состязание гребцов. Одним словом – ГЕРАКЛ!
А Ясон? Кто он такой? Предводитель аргонавтов? Только потому, что ГЕРАКЛ отказался от лидерства в его пользу. Юнец, который еще ничем себя не зарекомендовал, нигде себя не проявил. Что, собственно, совершил Ясон за время похода, чтобы заслужить уважение своих собратьев? Пока что ничего. Так что не удивительно, что у него нет толкового авторитета среди товарищей… В отличие от Геракла… Недаром Аполлоний описывает постоянные стычки среди аргонавтов – дисциплина при таком командире, естественно, хромает.
Так что возникает закономерный вопрос: так ли уж случайно забыт перед отплытием Геракл? И этим вопросом задаемся не только мы. Тот же вопрос вкладывает в уста аргонавтов и известный исследователь греческих мифов, пересказавший их современным языком для широкой аудитории, Николай Кун:
«Опечалились герои, увидав, когда наступило утро, что нет между ними двух славнейших товарищей. Опустив голову, сидел в горе Ясон; он словно не слышал сетований своих спутников, словно не замечал отсутствие Геракла и Полифема. Верный друг Геракла Теламон подошел к Ясону и, осыпая его упреками, сказал:
– Один ты сидишь так спокойно. Ты можешь теперь радоваться. Нет между нами Геракла, и некому затмить теперь твою славу. Нет, не поеду я с вами, если вы не вернетесь и не отыщете Геракла и Полифема.
Бросился Теламон к кормчему Тифию и хотел заставить его повернуть назад «Арго». Напрасно пытались успокоить его бореады (то есть сыновья бога северного ветра Борея: братья Зет и Калаид), никого не хотел слушать разгневанный Теламон, всех винил он, что намеренно покинули они Геракла и Полифема в Мизии» (32).
Неизвестно, чем бы закончилась эта история, но тут явившийся из глубины морской бог Главк (по другой версии – заговорил священный дуб, встроенный на корме корабля) и открыл аргонавтам, что Гераклу по воле Зевса больше не суждено участвовать в походе, что ему суждено совершить другие подвиги числом двенадцать. Руководствуясь этим пророчеством, Ясон принял решение продолжить плавание. Как—будто он раньше колебался!
Так закончилось участие Геракла в походе аргонавтов.
Вот только, надо заметить, что морской бог Главк, видимо, забыл предупредить самого Геракла о том, что оставлен он был не по злому умыслу Ясона, а исключительно по воле богов. Он (Геракл) по наивности подумал, что бросили его боевые товарищи. Особенно большой зуб у него вырос на братьев Зета и Калаида, которые были, практически единственными, кто поддержал Ясона в его решении плыть дальше, бросив Геракла на произвол судьбы. А Геракл не из тех, кто прощает подобные обиды. До самого Ясона он, видимо, не смог добраться, но Зету и Калаиду отмстил за предательство:
Тяжкая выпала им за это расплата
От Геракловых рук, что его разыскать помешали.
Их, идущих назад после игр на Пелия тризне,
Он убил на острове Теносе, землю насыпал
Над телами убитых, и им поставил две стелы,
(Аполлоний Родосский «Аргонавтика»)
Мы не знаем, каким образом, если исключить участие потусторонних сил в лице морского бога Главка, Ясону удалось убедить товарищей продолжить плавание, но поход, так или иначе, продолжился.
Этот эпизод во многом раскрывает истинный характер Ясона. Он вовсе не романтичный юноша, который бросает вызов своему дяде Пелию, желая восстановить справедливость. И трон Иолка он требует вовсе не для отца, которому трон по праву принадлежит, – он заявляет свои права на трон, как сын и наследник своего отца. А отец, между прочим, еще сам жив и именно он, отец, – законный правитель Иолка, а вовсе не Ясон – он пока только должен встать в очередь на трон.
К своей цели, как у нас еще будет не раз возможность в этом убедиться, Ясон пойдет по головам, ни перед чем не останавливаясь. Ну, а пока… Пока он всего лишь убирает со своего пути конкурента – уж слишком Геракл выделяется на общем фоне. Нехорошо это, не по-товарищески… Особенно, когда он так выделяется на фоне Ясона.
Ну, что же, поход продолжился без Геракла.
Следующей остановкой на пути аргонавтов была Вифиния, где жил народ, который назывался бебрики. Как отмечает Н. Кун в своей книге «Легенды и мифы Древней Греции», на этой земле аргонавтов «встретили… не так гостеприимно, как в Кизике». Царь бебриков Амик «гордился своей исполинской силой и славой непобедимого кулачного бойца. Всех чужестранцев заставлял жестокий царь биться с собой и безжалостно убивал их могучим ударом кулака» (32).
Для иноземцев закон непотребный им был установлен,
Чтобы никто уйти не посмел, кулачного боя
С ним избежав, и соседей кругом немало погибло.
(Аполлоний Родосский «Аргонаквтика»)
Амик вызвал на бой кого-нибудь из аргонавтов. И откликнулся на вызов Полидевк. Обмотав кулаки сыромятными ремнями (можно сказать, так выглядели древние боксерские перчатки), противники начали поединок. Длился он долго, но победа осталась за Полидевком.
Амик, быкобойцу подобен, на цыпочки вставший,
Ноги расставил широко и сильной рукой размахнулся
Над Полидевком. Но тот устоял под натиском страшным,
Голову вбок отклонив, и плечом кулак его принял.
Сам же немного на шаг от него отступил он и сильно
В ухо ударил с размаха, внутри раздробив ему кости.
Сразу Амик на колени от боли упал. Закричали
Все герои минийцы. Душа от него отлетела.
(Аполлоний Родосский. «Аргонавтика»)
Наши комплименты Аполлонию! Сразу видно, что поэт не понаслышке был знаком с приемами кулачного боя.
Бебрики не вняли уроку – они попытались взять реванш и напали на Полидевка. Двух первых Полидевк сразил ударами своего могучего кулака, а тут и аргонавты подоспели с оружием. Особенно в этой схватке отличился Кастор – брат Полидевка, а также Анкей. Поняв, что дело плохо, бебрики пустились наутек, а аргонавты – за ними. Вернулись они с победой и добычей. Очень даже неплохой, так что под пение Орфея пировали всю ночь напролет.
Кстати, интересно, что в такой ситуации аргонавты вспоминают о покинутом Геракле:
И один среди них промолвил слово такое:
«Только подумать, что сталось бы с ними в бессилье и страхе,
Если бы бог судил оказаться с нами Гераклу!
Я несомненно уверен, тогда бы тут никакого
Боя кулачного не было…»
(Аполлоний Родосский. «Аргонавтика»)
Вот так! Одного присутствия Геракла было бы достаточно, чтобы устрашить врагов. Но его-то здесь нет!
Ну, что ж! Налицо сочетание долга и приятного времяпровождения себе на пользу – то есть руно – руном, а добыча еще никому не помешала. Кстати, это стремление героев всюду, где они ни появляются непременно поискать добычу, легко может объяснить, почему гостеприимные жители острова Кизик в темноте приняли наших путешественников за разбойников. Но это так, к слову.
Дальнейший путь привел аргонавтов к берегам Фракии. Аргонавты причалили к берегу, чтобы пополнить запасы и встретили истощенного слепого старца. Это был Финей – бывший царь Фракии и бывший прорицатель. Его преследовали гарпии – полуженщины-полуптицы отвратительного вида, которые пожирали или похищали (слово гарпия происходит от греческого Ἅρπυιαι – похищать, хватать) его пищу, оставляя после себя нестерпимое зловоние. Так Финей был наказан Аполлоном за то, что, будучи прорицателем, злоупотреблял своим даром предсказаний и открывал людям то, что им знать не положено. В результате преследования гарпий слепой старик просто-напросто умирал от голода. Узнав, что среди аргонавтов находятся его родственники – братья его жены Клеопатры – Зет и Калаид Финей упросил их помочь ему избавиться от гарпий. Зет и Калаид были Бореидами – то есть сыновьями Борея – бога северного ветра, поэтому они умели летать. Их даже именуют «крылатые Бореиды». Братья погнались за гарпиями, но сразиться с ними не успели – явилась вестница богов Ирида и сообщила братьям, что наказание для Финея окончено и гарпии его больше не побеспокоят. В благодарность за избавление Финей открывает аргонавтам каким образом они могли бы преодолеть Симплегады – сталкивающиеся между собой скалы – любой корабль, который оказывался между этими скалами был раздавлен. А другого пути в Колхиду нет, ведь Симплегады – это ничто иное, как пролив Босфор и в Черное море по-другому попасть невозможно. Совет Финея сводился к тому, что прежде, чем вести корабль через скалы, нужно выпустить голубя – если птица благополучно успеет пролететь между скал, то успеет проплыть и корабль.
«Прежде всего, отплыв от меня, вы увидите скалы.
Две их темных стоят в самые узкие моря теснинах.
Я говорю, что никто не прошел сквозь них безопасно.
Ни одна из них не имеет поддонной опоры.
Эти скалы идут вновь и вновь навстречу друг другу,
Вместе сходясь, а над ними хлещет влага морская,
Бурная, с громом вокруг ударяясь о каменный берег.
Так склоните же слух к увещаньям моим непреложным!
Если в здравом уме и бессмертных богов почитая,
Вы взрезаете зыбь не с тем, чтобы вольно погибнуть,
То не стремитесь вперед неразумно в новом порыве!
Я велю вам путь испробовать голубем-птицей!
Должно его с корабля вперед отпустить. Ну, а если
Он пролетит невредим по морю сквозь эти утесы,
Вам самим пора немедля в путь устремляться»
(Аполлоний Родосский. «Аргонавтика»)
Аргонавты последовали совету Финея и с помощью Геры благополучно преодолели сталкивающиеся скалы, несмотря на то, что были, можно сказать, на волосок от гибели. После этого скалы перестали сталкиваться и навеки замерли на месте, вероятно от разочарования или огорчения от упущенной добычи.
Но вот вопрос: если, как мы уже установили, путешествия в Колхиду не были новостью для греческих мореплавателей, то каким же образом до Ясона преодолевались сталкивающиеся скалы?
Ну, разумеется, скалы никак не двигались, оставим это поэтическое преувеличение на совести Аполлония, Н. Куна и других авторов, которые пересказывают нам историю аргонавтов. Если речь идет о проливе Босфор, то это, действительно узкое место, которое характеризуется коварными течениями. А наши герои, судя по всему, еще и попали в бурю, когда ненадежное судно, вроде древнего весельного корабля швыряет из стороны в стороны, грозя разбить о какую-нибудь из скал.
Бурный поток, кружась, стал мучить корабль бегущий.
Путь свой они продолжали, ужасным объятые страхом.
Грохот сходящихся скал непрерывно в ушах раздавался,
Берег моря вокруг ему отвечал грозным гуденьем.
(Аполлоний Родосский. «Аргонавтика»).
Но как же тогда Финей и его предсказание?
А не было никакого предсказания! Почему? А потому, что существует и другая версия мифа, не такая поэтичная, но которая нам кажется более правдивой. Согласно этой версии, Зет и Калаид, прибыв во фракийский Салмидесс к царю Финею, тому самому якобы предсказателю, освободили там свою сестру Клеопатру, жену Финея. Клеопатра, вместе со своими сыновьями, была посажена в темницу собственным мужем (то есть тем самым Финеем) по наущению его второй жены. Об этом же упоминается в словаре Брокгауза. (28).
Вот тебе и несчастный старик! Что после этого сделали с ним братья, оскорбленные за свою сестру, об этом история умалчивает. Во всяком случае, спасать от гарпий самодура, посадившего без всякой вины их сестру с племянниками в темницу, у них вряд ли возникло бы малейшее желание.
Но, поэзия не берет в расчет такие мелочи. История Аполлонием сочинена красивая, поэтому именно она и осталась в памяти потомков.
Миновав Симплегады, аргонавты в относительной безопасности плыли вдоль берегов Эвксинского Понта – то есть Черного моря. Никто на их не нападал, никто не стремился чинить препятствия. Если они и приставали к берегу, то встречали вполне дружеский прием. Но чаще плыли мимо. Например, постарались поскорее миновать страну амазонок, чтобы ненароком не вступить в бой, который, по свидетельству того же Аполлония, был бы весьма кровопролитным и с неизвестным финалом.
Так продолжалось до тех пор, пока наши путешественники не увидели вдали странный большой остров. С острова стали взлететь в воздух одна за другой большие птицы в сверкающем оперении. Пролетая над кораблем, птицы роняли свои блестящие перья, которое оказались сделанными из меди и бронзы. Перья, подобно стрелам, вонзались в незащищенные части тела гребцов, нанося им нешуточные раны. Аргонавты поняли, что достигли легендарного острова Аретиада, а птицы, с которыми они столкнулись – известные мифические стимфалиды, – птицы бога войны Ареса, которые поражают проплывающих мимо путешественников своими перьями – стрелами.
В сумерках ветер попутный затих, и они увидали
Птицу Ареса, жилицу острова, вдруг над собою.
В воздухе над головами она парила высоко,
И, распластавши крыла над судном, внизу пробегавшим,
Сбросила острое вниз перо. Оно пробивает
Левую мышцу Ойлея богоподобного. Бросил,
Раненный, он из рук весло… (Аполлон Родосский. Аргонавтика)
Стимфалиды. Изображение на античной вазе
Надо сказать, что позже, совершая свои подвиги, Геракл навсегда избавил мир от этих кровожадных птиц (третий подвиг). А пока Амфидамант отдал приказ аргонавтам надеть доспехи, а Клитий начал пускать в птиц стрелы. Худо—бедно, аргонавтам удалось отогнать зловредных птиц и высадиться на берег для отдыха. Здесь же на острове аргонавты встретили сыновей Фрикса, того самого, который приплыл в Колхиду на золотом баране. Фрикс давно умер. Его тень не обрела покоя, потому что над ним не были совершены положенные по греческому обычаю обряды. Для того, чтобы успокоить тень отца сыновья Фрикса вознамерились отправиться на его историческую родину, но потерпели в бурю кораблекрушение и были выброшены на остров Аретиада. Аргонавты, разумеется, оказали нуждающимся посильную помощь. А юноши, узнав, зачем герои плывут в Колхиду, очень встревожились и начали по-дружески отговаривать их от этой затеи, предупреждая о жестокости и коварстве царя Ээта, между прочим, их родного дедушки.
Ээт приязнен не будет
С тем, кто возжелает руно забрать золотое.
(Аполлоний Родосский «Аргонавтика»)
Ну, естественно. А с чего бы Ээту воспылать дружескими чувствами ко всяким заезжим ухарям, которые понаехали тут и тянут руки к его законно полученному золотому руну? Он, Ээт, между прочим. за это самое руно Фриксу в свое время родную дочь в жены отдал и калым за невесту с него не спросил. А теперь что? Вот так возьми, да отдай руно? Нет уж, не выйдет! Не отдаст!
Но наших героев уже ничто не могло остановить – вон она, Колхида, рядом уже.
Небольшое отступление. Нужно отметить, что на этом этапе путешествия аргонавтов особенно ярко проявляются те хронологические противоречия, о которых мы уже упоминали. Этих противоречий не удалось избежать даже Аполлонию Родосскому, который привел разрозненные отрывки различных авторов к единой концепции.
Так, если говорить о хронологии, то, как мы помним, Геракл, по версии Аполлония был оставлен аргонавтами по воле богов для того, чтобы совершить свои знаменитые двенадцать подвигов. И действительно, как мы видели, аргонавты только что столкнулись с птицами-стимфалидами. Этих птиц Геракл позже уничтожит во время своего третьего подвига. Пока все верно. Но перед этим Аргонавты гостят у царя Лика, где во время охоты на кабана. погибают двое из команды Арго, к тому же от болезни умирает кормчий Тифий. Таким образом Ясон столкнулся с необходимостью пополнить экипаж тремя гребцами на место выбывших. Этими тремя стали Автолик со своими братьями Диелеонтом и Флогием – это спутники Геракла по его девятому подвигу, которые отстали от него на обратной дороге. А царь Лик, у которого в это же самое время гостят аргонавты, предается ностальгическим воспоминанием и говорит о том, как Геракл давным-давно отдыхал у него на обратной дороге после своего девятого подвига. Так что Геракл никак не мог совершить столько подвигов (по крайней мере с третьего по девятый) за то время, что Аргонавты плыли в Колхиду. А он и по суше вряд ли мог добраться до этих мест за то время, что аргонавты плыли морем.
Но вот, наконец-то, на горизонте показались снежные вершины Кавказа. Первый этап путешествия за золотым руном окончен!
А теперь подведем промежуточный итог нашего повествования и еще раз внимательно посмотрим на нашего главного героя.
Итак, Ясон был инициатором и организатором похода за золотым руном. Однако, напомним, вожаком аргонавтов он стал только благодаря тому, что Геракл отказался от этой чести. И что же? Любой молодой человек на месте Ясона, никому прежде не известный и не прославившийся никакими выдающимися деяниями, уж, наверняка, постарался бы доказать товарищам, что они не ошиблись в выборе, доверив ему стать их командиром, что он, по меньшей мере, не хуже тех, уже прославленных, героев, во главе которых его поставили. И что же сделал Ясон, чтобы заслужить уважение своих товарищей?
Аргонавты во главе со своим предводителем разморено отдыхали в гостях у женщин на острове Лемнос, пока Геракл не привел героев в чувство.