- -
- 100%
- +
Явилось утро. Первые солнечные лучики рассеяли ночную дымку, пробуждая каждое создание к новому дню. Леший протёр сонные глаза, дедушка-сказочник поднялся поглядеть, как там внучка, не полегчало ли ей?
Бережно наклонился могучий клён, чьи ещё вчера зеленые резные листики, преобразились в разноцветные – жёлтые, красные, оранжевые… Ещё спящую маленькую рыжую девочку он вернул дедушке. Открыв глаза, девочка улыбнулась новому дню, сказав такие слова: «Госпожа Осень пришла, мой клён теперь яркий и многоцветный, а я снова здорова. Ночью видела странный сон, где сонмы светлячков и мириады звёзд танцевали вместе, а Госпожа Осень разрисовала золотом весь мир.»
И явилась жителям Госпожа Осень во всём своём великолепном одеянии, в одеждах из разноцветных листьев. Отпустив до поры братца Лето, она закружила весь мир в летящем, кружащемся вальсе.
Так, в ту далёкую страну вернулись все времена…, а маленькая рыжая девочка и дедушка-сказочник с любовью встречают каждое время.
А теперь Маруша печалилась оттого, что деда тяжко приболел, он больше не рассказывал свои чудесные истории, а только лежал и тихонечко охал. Лекарь приходил, да всё бестолку, повёл плечами и с непонятными Маруше словами: «Старость», ушёл…
Было очень грустно Маруше. Близился весёлый праздник Хэллоуин, вот и тыковки красовались на столе, ожидая своего превращения в рыжие головушки-лампочки. Но кто же теперь отворит дверь детворе, кричащей: «Кошелёк или жизнь!?» Кто насыпет каждому ребятёнку пригоршню вкуснейших дедушкиных сладостей? Маруша не знала…
Она надела тёплую кофточку, закуталась потеплее и вышла в кружащийся разноцветьем осенний мир. Так шла Маруша по тропиночке, задумалась, пригорюнилась, и незаметно для себя, ушла от деревеньки уж слишком далеко.
Вечер окутывал холмы тёплым жёлтым светом. Какая-то хатка показалась вдалеке. Туда-то девочка и побежала. Так хотелось ей согреться и спросить дорогу домой.
Постучала Маруша, а дверь сама и подалась. «Вот так чудеса…» – подумала она. А чудеса уже ждали её внутри хатки…
Всё в этом жилище показалось Маруше необычным и каким-то прозрачным и призрачным. Вместо потолка она увидела звёздочки и круглую жёлтую Луну, и сразу вспомнились дедушкины сказки. «Вот это да…, я ведь в сказку попала…» Тихо-тихо играл вальс. Откуда доносилась музыка, она не могла понять, да и не до того было, ведь вокруг кружились в прекрасном танце маленькие звёздочки, они переплетались с едва различимыми прозрачными эльфами. Осенние листочки парили повсюду и сверкали будто золотые. Маруша не могла оторвать глаз от этого зрелища.
За всем этим волшебным кружением стояла необыкновенной красоты женщина, она была вся соткана из света, одежды были сплетены из кленовых, рябиновых и дубовых листков.
– Здравствуй, Маруша – ласково пропела она. «Что же ты? Проходи, согрейся у очага и отведай моего пирога из антоновских яблок.»
Девочка робко подошла к огонёчку, ручонки озябшие протянула, и сразу так тепло и покойно стало… Отогрелась, вкуснейшего пирога отведала, и, задремала Маруша сладко-сладко. И привиделось, что сама Госпожа Осень явилась ей, обратившись с такими словами: «Марушенька, девочка! Ты проснёшься, и увидишь рыженький, как и ты сама, пушистый комочек. Ты в корзиночку его положи и дедушке отнеси. Только не спрашивай, что за комочек такой необычный. А вот и имя его – Марик.»
Сказав эти слова, исчезла Госпожа Осень. Только музыка прекрасная осталась, запах печёной антоновки и кружение листьев.
Проснулась Маруша, а на руках её и впрямь рыжий комочек…, или клубочек?
– Марик? – удивлённо спросила девочка.
– Мурр… – послышалось в ответ.
Положила Маруша клубочек в корзиночку, поблагодарила Госпожу Осень, и вышла из хатки.
Дорога домой вся была устлана золотыми листиками. «Вот уж точно не заблудишься!» – благодарно подумала девочка.
В свой домик зашла, а деда спит. Поставила корзиночку рядом с дедушкиной кроваткой, а оттуда послышалось уже знакомое: «Мурр…»
«Это же кот!» – обрадовалась Маруша. «Как же я сразу не догадалась? Да ещё и рыжий, как я! Вот это подарок!»
А рыжий Марик, тем временем, головушкой потёрся о рыжие кудряшки Маруши, и к дедушке прыгнул. Замурчал, запел и долго-долго от деда не отходил. Так и ночь пролетела, а наутро деда разулыбался, хитро так на Марушу посмотрел, и спрашивает: «Ты что же, внучка, никак у Госпожи Осени в гостях побывала? Ну что ж, спасибо ей, славной волшебнице, за такой дар! Тебе – дружок, а мне сто лет в подарок!»
Встал деда, и будто и не было никакой хворобы. Сразу к тыковкам подошёл. Марик рядышком присел, и началось приготовление к весёлому празднику. Тыковки заулыбались, а к вечеру засветились своими смешными ртами.
«Кошелёк или жизнь!» – услышали деда, Маруша и Марик, и пошли отворять дверь.
А Госпожа Осень улыбалась, глядя на людское веселье где-то далеко-далёко в стране изумрудных холмов. Она готовилась к встрече с сестрицей Зимой, и напоследок закружила маленькую деревушку в танце золотых листьев.
Деда, Маруша и Марик так и живут в маленьком домике, а вечерами у огонёчка попрежнему собираются дети послушать дедушкины сказки, да мурчание кота.
Свирель пастушка и семь цветов Госпожи Радуги
Свирель зазвучала в поле. Это пастушок-музыкант наигрывал мелодию лета. Собака, привыкшая к звукам его музыки, дремала под деревом чуть поодаль от стада. Июльский день близился к завершению. Уж скоро садиться солнцу.
Собрав звучащее стадо, пастушок и собака погнали овечек в хлев. Вечернее марево и мошкара совсем одолели. Хотелось поскорее окунуться в прохладную речушку, нырнув зажмурившись в живую водицу.
Добравшись до хлева, стадо прилежно утолило жажду, заново перекусило и сбилось в кучку, готовясь задремать.
А пастушок уже шагал к оврагу, туда, где его ждала река…
Берега были высокие, сплошь усеянные мелким разноцветьем – ромашками, колокольчиками и клевером. Мелкие цветочки пёстрыми крапинками разбавляли зелёный бархат травы. По тропинке пастушок спустился прямо к небольшой песчаной полоске бережка. Песок был влажный и приятно холодил ступни, уставшие от жара знойного дня.
Скинув рубаху, он нырнул в струящуюся воду, и вмиг, как и не было всей усталости жаркого дня! Доплыв до поворота реки, где купала свои ветви стройная ива, он выбрался на берег. Сил стало так много, что хотелось бежать, смеяться и петь одновременно.
«Недаром старики поговаривают, что речка то наша – волшебная, и водица в ней – живая» – подумал пастушок.
Так убежал его июльский день, подарив и полуденный зной и вечернюю прохладу реки. Звуки любимой свирели вновь ожили, едва только пастушок прикоснулся к инструменту, они полетели над полем, коснулись неба и вновь вернулись на Землю.
Пока звуки чудесной свирели разлетались и путешествовали, пастушок мечтал… И мечты его унесли далеко-далёко, в них рождались новая музыка и цвет. Он мечтал увидеть цвета своей музыки, думая: «Вот бы увидеть мою мелодию в цвете…, какая она в своём начале, развитии и эпилоге… Будто бы вижу радуги чудесной переливы, и яркие цвета, и полутона, светящиеся изнутри…»
Он слышал музыку внутри себя. Она переливалась будто речная волна, и светилась подобно солнечным бликам на воде. «Надо записать мелодию» – подумал пастушок : «И непременно сегодня, пока она не убежала от меня».
За спиной у пастушка стоял крылатый Ангел-хранитель. Он слушал музыку и светло улыбался… и семь прекрасных цветов засияли вместе со звуками и отразились в каплях вечерней росы. Красота этого вечера звучала и светилась. Мир был благословенен и полон благодати.
День улетел…, дрёма потихоньку убаюкивала пастушка. Собака уютно сопела под боком, а сон приглашал к себе в гости.
Рядышком Ангел-хранитель нашёптывал сказку засыпающему пастушку.
Сказка Ангела-хранителя«Знаешь, в маленькой деревушке за семью холмами, живёт одна добрая женщина. Семеро детей ей было даровано. Радовали её малыши, росли добрыми, смышлёными и матушку свою берегли. И всё бы ладненько было у них, да только злая хвороба напала на их деревню. Многим тяжко пришлось. И семеро её детей никак не могут поправиться. Но есть одно необычное лекарство, которое поможет им вновь обрести здоровье…, и это лекарство – твоя разноцветная музыка, пастушок.
Поиграй семь волшебных нот в единстве с семью цветами радужными, и обретут эти семеро и матушка их, долгожданное здоровье. Запомни, пастушок, деревенька за семью холмами, да и название у неё такое музыкальное – «До, ре, ми, фа, соль, ля, си».Ты спи, пастушок, сон свой береги.» Такую сказку рассказал Ангел-хранитель. Как же славно было пробудиться ото сна этим утром…
Новое утро подарило пастушку лёгкий ветерок, нежный шелест листвы и новую, ясно звучащую внутри музыку. Мелодия переплеталась с яркими цветами, летела над лугами, поднималась в небо и снова слетала на землю.
Он собирался в дорогу, мысленно рисуя себе образы, увиденные во сне. Семь холмов впереди, семь нот в названии деревушки, семь сыновей в хворобе…
«Я просто сыграю музыку, что звучит внутри меня. Может, им станет радостнее и поскорее вернётся здоровье. Так шептал мне мой ангел. Пойду.» – размышлял пастушок, поднимаясь на первый холм.
Время цветения окутало холмы розово-красным флёром, ароматы клевера, дикой гвоздики и иван-чая переплетались с лёгким ветерком. Ноги топали по тропинкам, губы напевали чудесную песню, и вот уж добрался пастушок до деревеньки. К домику подошёл, постучался тихонько и стал дожидаться, когда дверку откроют. Не заперта оказалась… Тяжело так стало на сердце пастушку, никто не встретил его на пороге, не было сил…
Тогда заиграл он свою музыку. Сперва, будто нехотя и спросонья полились звуки, потом набираясь сил, зазвучали полнее… Домик наполнился светом, цветом и звуком. Серый мрак уступил место семи переливам. Красный цвет поднимался от пола, раскладывая весь свой спектр будто веер. Оранжевый зазвучал подобно весёлым всполыхам костерка, разбрызгивая искорки апельсинового цвета, перешёл в желтый солнечный и светящийся тон. Музыка вторила цвету в едином унисоне, переплетались звуки, цвета и оттенки. Зелёный проявился изумрудной мощью, полетел свежий запах мяты, полей и лесной прохлады. Поднялись братья навстречу ликующему звуку и цветам, а их матушка уже хлопотала у стола, готовясь встречать необычного гостя-музыканта.
Голубой цвет был настолько кристально чист, что напоминал небесный эфир, он проникал кисеей в полупрозрачный оттенок зелёного, и пространство домика наполнилось новой свежестью. Синий был столь глубокий, будто подобие бархата, дополняя собой волшебный голубой.
А венчал все цвета фиолетовый. Исходя свыше всех цветов, ниспадал он бережно окаймляя глубину синего.
Музыка лилась и свет семигранный проникал всюду. Улыбались братья и их матушка. А пастушок дивился сотворённому чуду.
Так завершилось путешествие через семь холмов, и семь нот с любовью сыгранные в унисоне с цветом и светом принесли в деревушку долгожданное здоровье.
Обретая гармонию, так славно идти дальше. Доброго пути, дорогие!
Песня-образ перед сном
– Ты глаза закрой, я песню тебе спою.
– Какую песню? Зачем глаза закрывать? – спросил совсем сонным голосом мальчик.
– А такую особенную песню, где с закрытыми глазами легче путешествовать. Ты побываешь в разных уголках Земли одновременно, и миг за мигом, соприкоснёшься со многими событиями.
– А…, ну ладно, закрываю… – зевая сказал мальчик.
И песня зазвучала едва – едва слышно, будто волны тихонько ласкали камешки на песке, будто ветер задумался, играя опавшими разноцветными листьями клёна…
– Птица, взмахнув могучими крыльями, устремилась ввысь, в бездонную синеву вечернего неба.
– А где-то в поле жёлтом-прежёлтом от цветущей сурепки, девочка смеялась, и смех её переливался словно реченька журчала…
– Звезда упала, и только пастухи успели увидеть её прощальный триумф.
– В море стая дельфинов резвилась, взрезая воду и показывая плавники жаркому солнцу.
– Июньский ливень усеял капелью соцветия сирени, раскаты грома глухо рыдающие в далёких облаках, совсем затихли, и аромат сиреневых кустов стал почти единственным ощущением в этот миг.
– В храме играл орган и его глубокие, переливчатые тона ударялись о купол и мягко спускались вниз. В кофейне напротив готовили кофе, и запах жареных зёрен залетал в храм, праздно разгуливая меж скамеек, чтобы через мгновение вновь устремиться наружу.
– А в зимней избе жарко горел огонёк в печке. Рядышком двое мальчишек грели замёрзшие ладошки, щурясь на рыжее пламя. Кошка, уютно свернувшись, мурлыкала креслу свою прекрасную песню, ею же убаюкивая малышку в люльке.
– Высоко-высоко в горах зацвёл эдельвейс, и тихий палево-жёлтый закат укутал своим покрывалом величественные вершины. Внизу чуть ниже шумел водопад. Радуга улыбалась в каждой капельке воды, будто обещая тёплый и ясный завтрашний день.
– Я люблю тебя малыш, – тихо сказала мама засыпающему ребёнку.
– А завтра мы куда полетим? – спросил он сонным голосом.
– Завтра? Завтра за море-океан, в белую страну, где трава-мурава укутана снегом, а подо льдом рассыпаны жемчугом воздушные пузыри… Ты спи, это будет завтра…