Энциклопедия наших жизней. Семейная сага. Созидание. 1963 год

Часть 9

Батя и Женя

Бесплатная картинка из интернета

Открытка в Дзержинку из Бреста.

Виктору от Бати.

5.01.63 г.

Я надеялся, что по приезду Жени Вы сразу же сообщите, однако и до сих пор я не знаю, как он доехал.

Были очень сильные морозы. Меня беспокоит, благополучно ли доехал, и теперь – как он там проводит время.

У нас день тому назад был мороз – 25 гр., а сегодня пошёл дождь с градом.

Выезд Жени телеграфируйте, желательно, который приходит 5 утра, 96 поезд. Я живу по-старому, привет всем. Желаю всего наилучшего. Будьте здоровы.

Письмо в Дзержинку из Бреста.

Виктору от Бати.

7.01.63 г.

Вчера я только узнал насчёт того, что ученики пользуются льготой в 50 % стоимости проездного билета, а сегодня взял справку и спешу её выслать с тем, чтобы вы использовали эту возможность. Лучше купить что-нибудь Жене, чем то, что мы, не зная, уплатили бы полную стоимость.

Женя очень не разбитной. Оказывается давно все ученики взяли такие справки, а он не интересовался, а отсюда и не знал.

11 числа я иду на работу с 20–00, так, что встречу его сам, если он приедет в это число. Погода у нас отвратительная, морозы и снегопады сменились теплом и дождём. Снег пока ещё держится, но видно, ему не долго осталось, если не похолодает.

С наступлением сырой погоды, чувствую себя плоховато.

Привет всем, всем, и особо Бабушке.

С приветом. Целую.

В письмо вложена справка.

Письмо в Дзержинку из Бреста.

Виктору от Бати.

13.01.63 г.

Сейчас сдаю письмо в поезд, следующий в Москву. Женя к Вам выехал 31.12. и до сих пор я не знаю, доехал ли он или нет. На мою открытку и письмо ответа не поступило. Ваше загадочное молчание меня озадачило, что могло случиться с Женей, не болен ли он?

11 января я трижды выходил встречать поезд с надеждой на встречу его, однако, напрасно. Сегодня уже 13.01, а Жени нет. Уже пропущена учёба двух дней, а я вне ведения, и не знаю, что сказать в школе. Почему вы молчите?

Если он болен, то, всё равно нужно сообщить. Почему же он сам ничего не сообщил о своём приезде к Вам и о своих впечатлениях о Москве и Вашем посёлке? Что случилось? Срочно сообщите. Вы могли же протелефонировать. В чём же дело?

У нас, после оттепели «+», наступили холода – «– 22».

Работа меня замучила. Завтра на день, а после завтра – на ночь.

Сообщите о Жене всё, что есть на самом деле. Может быть, выехать мне? Срочно нужно знать мне о нём.

Привет всем, всем.

Письмо в Дзержинку из Бреста.

Виктору от Бати.

13.02.63.

Поздравляем тебя с днём рождения, желаем счастья в жизни, радости в труде, больших успехов в учёбе, и всегда весёлого отдыха. Это наше пожелание, по случаю твоего дня рождения, прими их, т. к. они исходят от глубоко наших сердец.

О нашей жизни писать нечего, т. к. нет никаких изменений, Женя иногда «радует» папу тройками.

Что особенно новое у нас, так это длинная зима с небывалыми для этих мест морозами, доходившими до – 32 гр. Отсутствие топлива сильно жмёт на нашу экономику.

Недавно получили от дяди Андрея в порядке помощи 30 рублей.

Об этой помощи мы никогда не просили, почему он вздумал это сделать, нам не известно. Возможно, он уже имеет учёную степень, или имеет гонорары за труды, нам не известно. Но это дало возможность купить: коньки, тёплые носки, и рубашку для Жени, и, кажется, вылезем из долгов, если ничего плохого не случиться.

Здоровье моё не важное, последние дни беспокоят сильные рези в желудке, чем это может кончиться, не знаю. Сам себе худшего исхода не желаю, но, в случае чего, возьмите Женю к себе. Конечно, ничего странного нет. Мне прописали новые уколы, но ходить нет времени. Не важно стало с лёгкими, да и сердце барахлит.

Это результат моего «труда», условия труда ужасные, трое ушли, на их место – новые. Один я остался, и то, потому что, обязан. В кочегарке всегда страшно угарно, тяги в дымоход нет, и вот, этим углекислым газом дышим 12 часов подряд. Возможно, это дало резкую боль в желудке. Ночью на работе сделалось дурно, боялся потерять сознание, а то от угара отдал бы быстро концы, не выходя из коптилки на свежий воздух.

Но это уже прожито. Днём немного ноет, надеюсь, что пройдёт всё благополучно. В последние дни сломались два зуба, они были пломбированы. Всего нет пяти зубов. Как заработаем денег, то будем рвать обломки и ставить новые.

Женя здоров, почти каждый вечер ходит на каток в парк. Он доволен, что имеет коньки, нет спортивной формы, но натянет на себя побольше старых лохмотьев, и как говорится, ему тепло на катке.

Вот и всё, будьте все здоровы.

На зимние каникулы, ещё в начале 63-го года, к нам приезжал Женя. Надо сказать, что случилось происшествие, которое произвело на нас с Витей большое впечатление. Поскольку мы с Витей днём уходили на работу, а Ёлку отправляли в детский сад, Женя оставался один. Мы ему ежедневно давали деньги, чтобы он мог пообедать в кафе, купить мороженое и т. д.

Однажды я мыла пол, передвигала стулья, заодно переставила Женин чемоданчик, в котором что-то загремело. Я открыла чемодан. На дне его россыпью были насыпаны монеты. То есть всё, что ему давали, он не тратил, а копил.

Сейчас, может быть, мы к этому случаю отнеслись бы по-другому. А тогда мы написали об этом Бате. Естественно, по приезде Жени домой, он устроил тому допрос. Женя объяснил это тем, что копил деньги с тем, чтобы купить отцу подарок. Батя растрогался, а нам написал «возмущённое» письмо…

Заодно перепало в этом же письме и Рите. Может быть, он был прав.

А летом Женечка опять приезжал к нам в гости. Мы по-прежнему старались, чтобы ему у нас было хорошо, но в его личные дела больше не лезли…

Письмо в Дзержинку из Бреста.

Виктору от Бати.

15.02.63 г.

Сегодня уже на работе пишу Вам ответ на письмо до востребования. За письмо СПАСИБО по-русски, или РАХМАТ по-узбекски. Прочитал я его внимательно, и несколько раз. Ну что сказать о нём, я не литератор, и посмеялся бы над Вами САРКАСТИЧЕСКИ.

Я уже написал в письме, что в случае моей смерти, возьмите его к себе, и доведите до ума. Мальчик не менее способней Виктора, но немного ленится, да и хочется погулять, а потом, переломный возраст.

Ему хочется и причёску, и шевелюру, и получше одеться, и прочее, что требуют года в таком возрасте. Это тот возраст, когда уже заглядываются на приличные личики девочек.

Однажды я не хотел пустить на каток, т. к. принёс тройку, он переживал это мучительно, но я не отступал от своего решения, и вот тогда он мне говорит:

– «Папа, меня пригласила такая-то девочка на каток, а что я ей скажу завтра».

Ну, завтра ему говорить ничего не пришлось, т. к. я его сразу же отправил на каток. Уроки он готовил и после катанья. Он относительно послушный, конечно, чего ему не хватает, это ласки материнской, но он её получит, видимо, только когда вырастет и женится. Он немного груб, и немного замкнут, но всё это вытекает из нашей жизни.

С соседкой я никогда не разговариваю, и это ему по душе. Но с ним она доходит до драки. Нам было очень тяжело, но с помощью Андрея немного вышли из затруднений финансовых.

Сейчас он не хочет шить брюки или костюм. Говорит, что это будем делать летом, чтобы поровну.

Вы, наверное, неправильно поняли, всё, что причитается от его матери, зачисляется на мой счёт в сберкассе, а не на его. Он же не правомочный. Имеет уже около 40 рублей, так, что костюм ему будет. Нужно пальто, ботинки, рубашки, и мало ли чего ещё нужно… Но будем тянуться.

Женя у меня знает цену копейки не хуже Виктора. О Викторе мы говорить пока не будем, это особая натура.

Но скряги, лучшего, чем он, да пусть Вы знаете, что это не только моё мнение. И это не в обиду сказано.

Ваша помощь нам не нужна, если она и будет поступать, то будет горькой.

Я же помогал учиться со сладостным замиранием души. Это делалось от чистого сердца, а как хотелось мне тогда, чтобы Виктор был человеком в полном смысле. Что из него вышло, мне не известно.

Вы себя храните в большой тайне от меня, ну и храните для себя. Будьте здоровы, и счастливы.

Это моё внутреннее положение. Я нарочито написал дочке Рите письмо, и просил разъяснить, как можно к ней проехать, т. е. какой дорогой, где пересадки и т. д.

Прошло более двух месяцев. Ответ она умалчивает. Почему она боится того, что я к ней приеду, а и не собирался. Сообщи ей, что я не приеду к ней. Пусть СВИНЬЯ не боится, и не ждёт. Я ей жизнь сохранил сразу же после рождения, она это должна помнить, а, если и забыла, то пусть ей и мать за это простит.

Что за бендэровец её муж, я его не знаю. Если в случае войны, не придется ли на перепутьях «встретиться» с ним?

Прошу прощенья за некоторую откровенность. О скопидомстве Жени я даже затрудняюсь что-либо сказать.

Женя уже далеко больше года экономит деньги, а на чём? На обед даю 15 коп., он расходует в ущерб себе только 10 коп. Как мы кушаем с ним, Вам, видимо, больше, чем понятно на 57 руб. Но и это – 32 руб. на 2 человека при современных ценах. Но совсем, конечно, не голодаем. И живём не плохо, чуть ли – не лучше Вас.

И вот Женя скопил таким путём 8 рублей. Я знал о 5 рублях. Приехал из Москвы, привёз 1,26 коп. На автобусе ему не нужны были деньги, он брал проездной. Привёз солдатиков на 3,60 – мотор, МЛЧ, потом военные игрушки, лодки, пушку, мотоциклиста, больше, чем на 6 рублей. Конечно, нужно было рубашку или трусы и майку купить, чем это барохло.

Считайте, что он смог сэкономить у Вас. Конечно, не хорошо, что возможно, он не кушал когда-либо в кафе.

Защищать его в этом деле я не собираюсь, но открыв его тайну «экономии», он очень обиделся, и долго плакал. Он хотел сделать сюрприз папе в день 55-летия, для чего и сделал это. Мне, конечно, жаль его за то, что я заставил его сказать, откуда деньги, а, главное, для чего.

Вот и весь секрет его сбережений, которые делал, отрывая от своего рта. Он хотел сделать приятный сюрприз папе, не зная, что одновременно огорчит его.

Больше скрытно делать не будет, так он пообещал мне. Ну, а Вас я прошу об этом не беспокоиться. О пятачке на билет автобуса…

В 1926 или 27 году, Миша, Михаил, мой брат, ехал во Фрунзе из коммуны, из села Садовое, а станция ж.д. Беловодск находилась в 6–8 км. от нас. Поезд приходит на рассвете. Нужно было его отвезти туда. Ехать ребята боялись, т. к. был развит бандитизм. Он, Михаил, как член правления Кирпотребсоюза, завтра должен был быть там. Кто повезёт?.

Ну, я, как брат, и повёз его, правда, повёз на лошади верхом. Это были лучшие лошади в коммуне. Они унесут от злодея. Злодеи прошли стороной, т. к. Михаил из пистолета дал выстрел в воздух, но мне возвращаться домой в степи одному.

Примерно в 3 часа ночи, зимой, при большом морозе, и распростившись с Михаилом, а он дал пистолет мне, т. к. побоялся, что на обратном пути меня встретят. Пистолет положил в карман (он научил обращаться с ним), за поводья лошадей. И тогда я попросил у него 12 коп. на пачку папирос. Денег у нас в коммуне у ребят никогда не было. Он меня одёрнул и сказал – «Откуда я вам наберусь денег?». Я тогда попросил извинения, ударил коня нагайкой «Текина» (имя коня).

Он подхватил меня во всю рысь, но Миша крикнул – «Обожди, возьми денег», но Текин не захотел возвращаться. Пистолет всё время держал на готове, ехал по пересеченной местности. Злодеи меня не встретили, хотя у меня было большое желание встретиться. Я благополучно доехал, коней поставил на конюшню, а Мартыненко, сторож – «Ну как, небось, Михаил дал хоть на папиросы?» И что я мог ответить? Он, брат, потом, когда приезжал, всегда совал мне на папиросы, но я был не курящий. Этот случай, видимо, аналогичный тому пятачку на автобус, о котором Вы пишете.

Михаила я любил больше всех братьев, а эта обида осталась на всю жизнь, и она не изгладилась даже после его смерти.

Также, в 1914 году, или 15 – ом, меня избил дед кнутом, а он любил меня больше всех, а вот обида осталась.

Я не хочу сказать, что у Жени, может быть обида, он на наводящие мои вопросы говорит, что на автобус ему деньги не нужны были, т. к. у него был с собой проездной билет.