Неискушённая любовь, или Исповедь стриптизёрши

Глава 8

В течении трёх лет Ларка присылала весточки о себе только по праздникам: на Новый Год, на Восьмое марта и на Светкин день рождения. Впрочем, на этих красивых открытках без обратного адреса и почтового штемпеля, брошенных в почтовый ящик Валентины Тимофеевны, Ларка поздравляла свою подругу, желала ей всего самого наилучшего, передавала привет Светиной маме и тёте Вале, о себе же допускала исключительно краткую информацию: «У меня всё хорошо».

И вот теперь вдруг приглашение на свадьбу… «Может быть, у Ларки действительно всё было хорошо? И мы напрасно за неё переживали? Молодец, девчонка! Ой, как мне не терпится увидеть её, порадоваться и поплакать вместе с ней, как в былые времена. Надо быстрее бежать к Степану!». Светка выскочила из калитки и галопом понеслась к дому Степана, расшугав по дороге стройную вереницу гусей. Гусак, идущий во главе семейства, не стерпел такого неуважительного отношения к себе и, громко гаркнув, цапнул Светку за ногу. Она вскрикнула, но не стала выяснять с ним отношения, лишь ускорила свой бег. Гусак, почувствовав правду на своей стороне, какое-то время преследовал нарушительницу покоя, но, так и не догнав её, возвратился к своим оглоедам.

Степан стоял около калитки и увлечённо беседовал с местным «алконавтом». Взглянув на него, Светка сразу подумала о том, что ему не следует знать о Ларкиной свадьбе. Вдруг он появится там и будет всех пугать своим крайне неприятным видом, а Ларка сгорит от стыда. Теперь, избавившись от двух своих жён, Степан перестал быть чужаком в этом селе. С его коронной фразой: «Все бабы – б…» его принимали в любую мужицкую компанию и наливали стопочку самогонки, он с радостью опрокидывал её в своё нутро и продолжал разглагольствовать на данную излюбленную тему. Часто к нему заглядывали друзья – собутыльники, и они вместе колобродили всю ночь, не давая ближайшим соседям спокойно поспать: то и дело из дома Степана доносились какие-то сумасшедшие крики, звон бьющегося стекла, выстрелы из охотничьего ружья и другие шумы неизвестного происхождения. Степан и в лучшие времена не блистал красотой, а теперь и подавно: он весь сморщился, выглядел совсем старичком, а его лицо почти всегда было распухшим и одутловатым от беспробудного пьянства.

– Здрасьте, дядя Стёп!

– А, Светик, привет, какая нелёгкая тебя принесла?

Собеседник Степана, слегка покачиваясь, убрался восвояси.

– Дядя Стёп, мне позвонить надо, можно?

– Да-да, звони на здоровье! Что, женихи объявились, что ли?

– Да откуда им взяться, женихам-то? Тёте хочу позвонить в город, как она там.

– Что-то ты засиделась в девках, Светка. Ты ж красавица, ладная, фигуристая такая, тебе бы мужа приличного надо.

– Ой, ладно, я звонить побегу,– отмахнулась от него Света.

– Только, знаешь, – закричал ей вдогонку Степан, – вчера у меня сходка была, а Мишка бутылём пульнул в телефон ненароком, может, повредил чего.

«Только этого мне сейчас не хватало»,– испугалась Светка и подхватила валявшийся в коридоре на полу телефон. «Господи! Лишь бы он работал!» – взмолилась Светка. Но он молчал, никаких гудков. Она стала теребить его за шнур. «Ну, давай, миленький, давай, работай же ты, наконец. Пожалуй, перестал дорожить тобой хозяин… А вряд ли Мишка ненароком, поди специально хотел отомстить Степану за что-то». Тут Светка заметила, что телефонный шнур свободно болтается в воздухе. «Он же просто отключён. Может, шнур как-то задели…». Подключить телефон к сети не составило для Светки большого труда. И вот раздался долгожданный гудок. «Слава Богу!»,– Светка аж вспотела от волнения. С замирающим сердцем набрала нужный номер. Раз гудок, два гудок, три…

– Алло, я Вас слушаю! – услышала Света далекий, но такой родной голос подруги.

– Ларёк! – еле слышно пролепетала она.

– Светик, зайка моя, это ты? Говори громче, тебя плохо слышно!

– Ларочка, я хочу быстрее увидеть тебя! – уже почти кричала Света.

– Ты поговорила с мамой?

– Да, она согласна!

– Вы едете все вместе?

– Нет, я одна…

– Светик, я заеду за тобой завтра, хорошо?

– Конечно, я жду тебя с нетерпением, подружка! Ты, правда, замуж выходишь? За кого?

– Я всё расскажу тебе при встрече.

– Ну ладно, Ларёчек, целую тебя!

– Я тоже! До встречи!

Светка бросила трубку на рычаг и взвизгнула от радости. Она хотела уже бежать домой, как вдруг невольно отшатнулась, увидев Степана. Он слышал весь разговор…

– Так значит, Светик, ты звонила не тёте…,– с горечью и обидой в голосе произнёс Степан.

– Дядя Стёп, я… – растерянно залепетала Света.

– Ты звонила моей дочери, я знаю, – грустно улыбнулся Степан.

– Дядя Стёп, я не знала, захочет ли она, чтобы Вы знали…, – промямлила Света.

– Да…, она, возможно, и не хочет меня знать…, но я же помогал ей, так сказать, материально, Светик, ты же знаешь, я не забывал о ней.

– Деньги не всё решают, дядя Стёп. Ей не хватало родительской ласки и заботы! – наконец-то придя в себя, сказала Света.

– Да, ты права. А я – идиот, круглый идиот, ещё на что-то надеялся. Думал, она подойдёт когда-нибудь ко мне и скажет: «Папа» … А теперь она меня стыдится… Но, послушай, она же не знает, что я опять здесь! Светка, позвони ей и скажи об этом! – решительно заявил Степан.

«Что же делать, Боже мой! Я не хочу расстраивать Ларку перед свадьбой, если она его увидит… Что делать? А, будь что будет, раскрою ему глаза, и пусть я лучше его обижу, чем доставлю неприятности своей любимой подружке».

– Дядя Стёп, она, конечно, не знает, что Вы здесь. Но стоит ли ей говорить об этом? Вы посмотрите на себя в зеркало! Да Вы её просто напугаете своим видом, и она уже никогда не назовёт Вас «папой». Сохраните же в ней приятные воспоминания о Вас, прежнем. Я знаю, в душе Ларочка любит Вас, ведь она с таким вдохновением открывала Ваши посылки, и слова худого о Вас я никогда от неё не слышала.

– Ты как будто хоронишь меня заживо. Хотя, ты права: я – никчёмный человек, я умер. И это всё Галька, стерва, убила меня, все соки из меня выжила, ведьма. Ты же помнишь, какой я был? Ах да, откуда тебе помнить, ведь тебя и не было тогда! Лучше бы я с Ларкиной матерью остался, она хоть и гулящей, но доброй бабой была, а уж красавицей – писаной, весь белый свет затмевала своей красотой! Ларочка очень на неё похожа. Ты не представляешь себе, как я хочу её увидеть в белом платье, дочку мою!

– Дядя Стёпочка! Вы же никогда не встречались с Ларой, а всегда наблюдали друг за другом издалека. И что же, теперь Вы предстанете перед ней в таком виде? Вы увидите её несчастные глаза, смотрящие с жалостью на Вас… Станет ли Вам от этого легче? – пыталась достучаться до разума Степана Света.

– Детка моя, ты режешь меня по живому! Но, знаешь, с сегодняшнего дня я завязываю, хочу предстать человеком перед своей дочкой. Ты веришь мне? … – Степан махнул рукой в Светкину сторону и горько заплакал…

Светка была в шоке, она никогда не видела его таким, она вообще не думала, что мужчины умеют плакать… Огромный ком жалости вырос в её душе, и она не знала, что ей теперь говорить ему, как себя вести. Она стояла как вкопанная и готова была сама разреветься.

Возможно, это и случилось бы с ней, если бы в дом не вошёл Михаил. Он тоже достоин был жалости. Куда девалась его былая красота? А ведь его возраст позволял ему называться мужчиной в полном расцвете сил! Но, увы…, никто не рискнул бы так его назвать…

– Эй, пан – Степан, ты чего нос повесил? Выпить что ли нечего? Давай, мать твою, собирай косточки и почапали к Дрону, он сегодня где-то бабки надыбал, гуляет братва!

Светка заметила, как заблестели глаза Степана. «Вот как мало нужно человеку для счастья!» – с этой мыслью её ком с жалостью стал постепенно таять, а душа наполнялась доселе неиспытанным, неприятным чувством нарастающего презрения. «Что ж, здесь мне больше делать нечего, надо мотать отсюда, от греха подальше». Светка шементом вылетела из дома и бросилась наутёк. Это сделала она как нельзя вовремя, поскольку Мишка бросился за ней с криком: «Подожди, куда ты рванула, егоза? Мы сегодня богатые, и тебе обломится куш, приличный куш, слышишь?» Светка припустила, что было мочи. Наконец, Мишка выдохся, махнул рукой и вернулся к Степану.

– Эх, такую девку упустили,– с горечью воскликнул Мишка и грязно выругался. – Прикинь, была бы украшением стола, да и заработала бы прилично. Дрон – щедрый малый, я его знаю.

– Ты полегче на поворотах, – встрепенулся Степан.

– И как я её раньше не замечал? – не обращая внимания на слова Степана, продолжал сокрушаться Мишка.

– Ты девчонку не тронь, маленькая она ещё! – защищал Свету Степан, матерно ругаясь.

– Ни хрена себе, маленькая, это с такой-то задницей! Сам ведь говоришь: «Все бабы – б…». Если бы не улизнула, ох и тронул бы я её, усмирил бы егозу дикую…

– Да она тебе в дочери годится, козёл ты недоделанный! – глаза Степана недобро поблёскивали.

– А за козла ты мне ответишь, пёс шелудивый, – и вылил на Степана такое сооружение матерных выражений, что тот про себя усмехнулся: до чего же красив и разнообразен русский язык!

– Ты и так дочь мою себе выписал, и ещё всех баб красивых на себя тянет, никому не даёт, – лицо Михаила исказилось от злости.

Степан взглянул на Мишку, а у того руки так и чесались набить ему морду. «Если так будет продолжаться, ещё мгновение и тю-тю моё родное пойло, останусь ни солона хлебавши, этого нельзя допустить никак».

– Ладно, Мишка, кто старое помянет, тому глаз вон! А знаешь, наша дочь, Ларка, замуж выходит! За это стоит, Миха, выпить! – дружелюбно и торжественно сказал Степан.

– Да ну… Правда твоя! Так давай, бляха муха, одна нога здесь, другая там. Двигаем! – Мишка был явно доволен тем, что Степан, наконец-то, «поделился» с ним дочерью, сказав «наша», и все прошлые обиды отодвинулись на задний план.

Забежав во двор, Светка быстро закрыла калитку на засов, одним махом очутилась в доме, закрыла дверь на внутренний замок и, прижавшись к двери, смогла, наконец, перевести дух. Ей всё казалось, что Мишка гонится за ней.

– Дочка, что с тобой? За тобой кто, леший гонится, что ли?

– Хуже, мама, – дядя Миша!

– Да что ему надо, кобелю несчастному, ух я ему задам!

– Не надо, мама! Я убежала от него, он просто пошутить хотел…

– Я знаю его шуточки, руки-ноги ему пообломаю, чтоб не повадно было за девчонками бегать!

– Мамочка, родная, завтра Ларочка приедет за мной! – Светка хотела побыстрее уйти от неприятного разговора и сообщить маме сладкую новость.

– Ой, доченька! – успела сказать мама перед тем, как слёзы стали душить её, и она не могла уже вымолвить ни слова…

Света подошла к маме и молча обняла её, но не выдержала и тоже разрыдалась. Они долго плакали от радости предстоящей встречи с дорогим им человеком и от боли грядущей разлуки, но обе они надеялись на грядущее светлое будущее.

– Мамочка, – первой очнулась Света. – Родная моя, хочешь, я никуда не поеду? Или поедем вместе? Давай поедем вместе!

– Светик, я говорила тебе уже насчёт себя, моё мнение с тех пор не изменилось. А ты обязательно поезжай, пока не стала жертвой какого-нибудь Мишки!

– Мама, не буду я никакой жертвой, ни здесь, ни там, не волнуйся! – сказала Света и ласково улыбнулась матери.

– Дай Бог тебе счастья, доченька! – Зинаида Петровна посмотрела на дочь и перекрестила её…

На следующий день, когда Лара, красивая, просто сногсшибательная, в строгом дорогом костюме приехала на новеньком красном джипе, всё село выбежало посмотреть на это чудо природы в золотой оболочке. Все охали, ахали, страшно завидовали, но вида не показывали, а все Ларины обидчики издалека наблюдали за происходящим, не решаясь подойти к ней. Шушукались, посмеивались, пытались как-то охладить свои эмоции, загладить между собой то яркое впечатление, которое произвела на них счастливая, богатая и безумно красивая Ларка. А Света и её мама не видели никакой золотой оболочки, для них существовала сейчас только их дорогая, любимая Ларочка. Они стояли втроём, обнявшись, и плакали, ничего не видя и не слыша вокруг.

За обедом все восхищались изысканными блюдами, которые привезла с собой Лара. Андрюшка так хотел попробовать все эти изыски, которых сроду не видывал, но он так объелся креветками, лангустами, паштетами из неизвестных ему продуктов и прочими вкусностями, что места в желудке для экзотических фруктов у него не осталось. «А вдруг они всё съедят, а я так никогда и не попробую этих кокосов, ананасов, киви, авокадо и ещё чего-то… Ларка говорила, а я не расслышал. Ну, положим, некоторые из них я уже пробовал, их приносил Арсений. Но они же мне понравились тогда! А ещё есть целая куча новеньких, совсем неизвестных мне экземпляров, и где только она их собрала? Неужели всё это богатство растёт у неё на грядке? Если я возьму сейчас киви, то никогда не попробую авокадо». Все эти тяжкие размышления и сомнения отпечатались на угрюмом Андрюшкином личике. Сестре и матери не было никакого дела до его грустных умозаключений, они всецело поглотились Ларочкиными объяснениями на тему: «Что это и как это едят!» Но тут сама Лара, взглянув на него, весело рассмеялась, будто прочитала его мысли:

– Андрюшенька! Что, не помещается больше в животик?

Мальчонка, смутившись, молча кивнул головой.

– Не переживай! Я сейчас отрежу тебе маленький кусочек от каждого фрукта, ты попробуешь всё, а потом выберешь понравившийся. Уж для любимого фрукта у тебя найдётся местечко?

Андрюшка просиял от радости: его дилемма была решена так просто! Попробовав все фрукты, он уверенно остановился на киви, потому что этот плод чем-то напоминал клубнику, которую он просто обожал, а в этом году она почему-то не уродилась. Лара дала ему несколько штук.

– Если хочешь, иди, угости друзей!

Андрюшка сгрёб в охапку киви и выбежал во двор.

– Ну а теперь, Ларочка, расскажи нам, как ты дошла до жизни такой? – Зинаида Петровна долго ждала подходящего момента, чтобы задать этот вопрос и узнать необыкновенную историю Ларкиного выживания, а теперь уже – процветания.

– Ой, тётя Зин, это такая долгая история…, – с неохотой ответила Лара.

– Но мы же никуда пока не торопимся, правда? – не сдавалась Зинаида Петровна.

– Мне просто повезло с самого начала. Когда я приехала в город, меня случайно судьба свела с хорошей доброй женщиной. Я ухаживала за ней, помогала по хозяйству. К старости она решила писать мемуары о своей, кстати, очень интересной жизни, и я печатала под её диктовку на компьютере. Жаль, не успели дописать…

– А что случилось, она умерла?

– Да, к сожалению. Я успела привязаться к ней…

– Ларочка, но как ты приобрела двухкомнатную квартиру?

– У этой женщины не было родственников, и она завещала квартиру мне.

– Ну надо же! Случается же такое! – удивленно подняла брови Зинаида Петровна. – А как ты познакомилась с мужем? – спросила она и приготовилась удивляться дальше.

– Вы не поверите! Он спас меня от злобных хулиганов! – торжественно заявила Ларочка.

– Да ну… Как это произошло? – брови Зинаиды Петровны продолжали ползти вверх.

– После смерти хозяйки я никак не могла найти себе места. Переживала… Я как будто вновь потеряла близкого, родного человека. У меня началась бессонница. Как-то раз, после неудачной попытки заснуть, я решила прогуляться по ночному городу. Иду я себе, стараюсь думать о хорошем, вас, моих родненьких, вспоминаю. Вдруг, откуда ни возьмись, появляется целая стая подростков и окружает меня. Я жутко перепугалась, поскольку слышала о беспредельной жестокости молодых людей, особенно если они тусуются группами. А этих было человек десять. Сначала они мололи языками: «О! Какая тёлка!» и так далее, потом завели меня в какую-то подворотню и стали распускать свои грязные руки. Я стала кричать и вырываться, а что произошло потом – не помню, в отключке была. Может, ударили меня, или я с перепугу в обморок свалилась. Только когда я открыла глаза, их уже и след простыл, а перед моими взорами предстал Он. Оказывается, мой рыцарь услышал крик и прибежал спасать меня! – тут Ларка победоносно посмотрела на Зинаиду Петровну и Светку, будто это она сама раскидала тех подростков-недоносков.

– Да, теперь он твой Герой! – понимая банальность фразы, но не придумав ничего более меткого, воскликнула Светка.

– Ты в приглашении его как-то по-домашнему назвала: «Саня». Его полное имя – Александр?

– Да, – слегка смутилась Ларка. – Но себя я тоже обозвала по-домашнему: «Лара»!

– Конечно. А как бы ты ещё себя назвала? Ларисой тебя никто не кличет! – поддержала подругу Света.

– Терпеть не могу это имя! Лариса Степановна! Мне бы ещё и отчество сменить! – на лице Ларисы отобразилось почти презрение…

– Прекрати нести чепуху, – возразила Зинаида Петровна. – Не имя красит человека!

Ларке не терпелось перевести разговор в другое русло, и она воскликнула:

– Ой, дорогие мои, я же вам подарки привезла и, по-моему, второпях в машине оставила. Сейчас принесу!

Через пять минут Ларка появилась с чёрной сумкой внушительных размеров. Вместе с ней в комнату закатился Андрюшка.

– А… хитрец! Как подарки получать, так ты тут как тут! – рассмеялась Лара. – Ну ладно, начнём с тебя, а то будешь тут под ногами мешаться!

С этими словами она вынула из сумки большую яркую коробку, открыла её и достала оттуда красный джип.

– Моя машина в миниатюре! Это джип на радиоуправлении. – И она принялась объяснять Андрюшке, как им управлять. Восторгам мальчонки не было конца. Он и мечтать не мог о таком подарке! Кроме того, Лара подарила ему костюмчик, такой элегантный, классический и наказала придти в нём на её свадьбу, а ещё тёплый зимний комбинезон.

Зинаиде Петровне она вручила сотовый телефон:

– Это Вам, тётя Зин, чтобы Вы всегда держали связь с нами и не волновались за Свету!

– Ларочка! Спасибо тебе, моя девочка, но я знаю, содержать его очень дорого, боюсь…

– Ничего не бойтесь! – перебила женщину Лара, – Всё оплачено на год вперёд. Не стесняйте себя в разговорах, пожалуйста.

– Но, Ларочка… ты заплатила целое состояние, зачем? Мне, право, неудобно…

– Тётя Зин, Вы всё время заботились обо мне, я очень люблю Вас, неужели я не могу сделать для Вас маленький подарок?

– Спасибо, Ларочка! Теперь мне будет спокойнее. Обещаю не надоедать вам, но вы про меня не забывайте, звоните!

– Вот и договорились! Я хотела Вам купить ещё модный брючный костюм, чтобы Вы пришли в нём на мою свадьбу, а потом подумала, вдруг Вам не понравится…

– Правильно сделала, что не купила, у меня есть платье для торжественных случаев.

– Тётя Зин, я просто решила отложить покупку до Вашего приезда к нам, вместе сходим и купим то, что надо.

– Ларочка! Даже не думай об этом! – решительно возразила Зинаида Петровна.

– Ничего, тётя Зин, будет день, будет и пища!

– Вот именно!

– Но, надеюсь, от пальто Вы не откажитесь! Я когда-то приобрела его для себя, надела пару раз, а потом забыла про это чудо, купив классную шубейку. Оно должно Вам подойти по размеру, Вы же у нас такая стройная!

– Но ты сама вполне могла бы его носить!

– У меня сейчас столько лишних вещей, я даже не знаю, куда их девать, честное слово. Вот приедете, Вам половину отдам!

Зинаида Петровна примерила пальто и словно сбросила десяток лет с плеч.

– Ну вот! Вы теперь у нас королева! За королём дело не станет!

– Откуда здесь королям взяться-то? – кружась возле зеркала и любуясь собой, с иронией в голосе спросила Зинаида Петровна.

– Ничего, в городе найдём! – рассмеялась Лара.

– Ларка! Ты что-то совсем распоясалась, прекрати сейчас же! – смутилась женщина.

– Всё, умолкаю до поры до времени… А тебе, Светик, я дарю туфельки.

– Ларчик, мне-то зачем? Я же еду с тобой! – удивилась Светка.

– Не волнуйся, там тебя ожидает куча сюрпризов! А сейчас я привезла тебе туфли, чтобы ты не сказала: «Извини, Ларочка, я не поеду с тобой, мне не во что обуться».

Светка засмеялась, она вспомнила, как однажды Ларке пришла в голову мысль выследить Арсения в городе. Она просила Светку поехать с ней. Какие только доводы не приводила Света, чтобы разубедить подругу в её необдуманном решении, но Лара настаивала. Тогда Светка, в сердцах, выпалила именно ту фразу, которую сейчас ей и припомнила Ларка.

Уже давно перевалило за полночь, когда все, довольные и счастливые, свалились в свои кровати и уснули сладким сном, усеянным мечтами о светлом будущем. На следующее утро девчонки, радостно переговариваясь между собой, влетели в красный джип и собирались уже отъехать, но Лара вдруг увидела блестящие глазёнки Андрюшки: он с таким восторгом смотрел на машину!

– Тётя Зин, Андрюш, садитесь в машину, я вас прокачу!

Мальчишка со счастливым гиканьем бросился на заднее сиденье джипа, а Зинаида Петровна, немного подумав, села рядом с ним.

– Тётя Зин, может быть, поедем сейчас все вместе?