Магазин с дверью в другой мир

Глава 9

– Я не желаю смерти этим двоим, – сказала я на всякий случай. – Но мне не хотелось бы повторения ситуации.

– Не будет! – пообещал демон. – Я прослежу. Вы точно не желаете полюбоваться на казнь ваших обидчиков? Не хочу, чтобы в вашем сознании раса демонов ассоциировалась именно с ними.

– Нет. Пусть живут. Но если они попытаются мне отомстить, или доставить какое-то неудобство, или ещё раз сюда явиться, или предпринять любую попытку вступить в контакт, я с удовольствием приму ваше предложение по поводу казни.

– Договорились, – с уважением глянул на меня демон. Интересно, наигранное оно или нет? – Уведите этих двоих.

Мать с сынком подняли и без особых церемоний втолкнули в портал, который так и подрагивал водянистой плёнкой за спиной Шантара и его свиты.

– Я рад, что мы всё прояснили. На правах главы правящего совета я готов предложить вам любые услуги, чтобы помочь освоиться в нашем мире и начать чувствовать себя здесь, как дома. Теперь вам точно нечего бояться! Приглашаю вас в гости в наш дворец. Там я лично расскажу вам о нашем мире, отвечу на все вопросы и окажу всю необходимую поддержку.

Ага, конечно, разбежалась прям. Вот сейчас выскочу из магазина, и меня тут же скрутят и в тот же портал закинут. При этом я ничуть не сомневаюсь, что всё это расчёт на несколько шагов вперёд.

Думаю, он уверен, что я сейчас не выйду, просто решил попытать удачи. Но при этом хитрец прогревает и обстановку на будущее. Ведь ему нужен и человек в качестве батарейки, и прикормленный послушный хранитель перехода, который будет поставлять накопители.

Если я выйду сейчас, жажда заполучить очень долгоиграющую (при бережном уходе) батарейку, из которой можно будет долгие годы выкачивать силу, победит. Но чуть позже, когда человеком я быть перестану, он продолжит меня окучивать уже как ценную хранительницу.

– Спасибо за предложение. Я не выйду, так как знаю, что сейчас я всех интересую в качестве батарейки. А вот если позже, после пробуждения силы и изменения, я не смогу закрыть дверь и останусь здесь, тогда можно будет и строить планы по совместному существованию, – прямо и спокойно ответила я. А зачем хитрить? Прошаренного демонюгу мне не переиграть. Он и старше меня намного, и опытнее, и в интригах давным-давно поднаторел. Поэтому состязаться нет смысла. Лучше уж сразу обозначить свою позицию. Без грубости, но твёрдо.

Он посмотрел на меня с ласковой улыбкой. Однако взгляд, как мне показалось, чуть изменился.

– Валисиус жив-здоров, я погляжу? И он, судя по всему, рассказал вам, какая именно здесь расстановка сил? По крайней мере, какой она была, когда он уходил.

– Так и есть.

Не вижу смысла отрицать. Пусть знает, что мне есть, с кем посоветоваться.

– Что ж, в таком случае и в самом деле ходить вокруг да около не стоит! – Он глубоко вздохнул, будто прямо сейчас собирался перейти на открытое, прямое и честное общение. На деле же я была уверена, что это очередной слой игры. – Валисиус во многом прав, но кое-чего он не знает. То, что я вам сейчас скажу, вы можете смело ему передать. Мы очень пожалели, что обидели его и вынудили закрыть дверь. После его ухода обстановка значительно ухудшилась. Не сразу, но спустя некоторое время. Оказалось, что мы привыкли к дешёвым и мощным источникам энергии, а без них пришлось вводить множество ограничений и отказываться от массы удобств для города в целом и для себя лично. Более того, его помощь своим сородичам в совете едва не сгубила нас! Вальтиша сделала попытку захватить единоличную власть, используя подаренный ей запас накопителей. Нам еле-еле удалось отбиться и закрепить существующую систему совета. Ещё чуток и нами уже управляли бы оборотни. А это, поверь, обернулось бы катастрофой. Конечно, сам Валисиус – крайне уравновешенный магик, однако не думай, что остальные такие же. Собственно, из-за своей уникальной способности контролировать свою звериную сущность он и стал хранителем перехода. В отличие от него у большинства оборотней сильна животная часть. Только представь, во что превратилось бы наше прекрасное для жизни и самореализации общество магиков, если бы власть захватили те, кого ведут первобытные инстинкты убивать врагов, кидаться в бой по любому поводу, совокупляться прямо на улицах, как животные… Никто не выиграл бы от этого. Можешь опрос провести, пока здесь сидишь. Поспрашивай рядовых прохожих, хотят ли они, чтобы власть оказалась в руках оборотней. Услышишь много интересного. В общем, дорогая моя Глаш-ша, мы – это лучший вариант, как ни крути. Вампиры вообще не понимают чужих потребностей и не считают эмоции чем-то важным, ведьмы легкомысленны и эмоциональны, оборотни… ну ты поняла уже насчёт них.

– Ясно, – отозвалась я. А что ещё сказать? И так ведь ясно, что каждый тут себя рекламирует, как может.

– В общем, мы тоже принимали ошибочные решения, как, например, с тем же Валисиусом. И нет смысла это отрицать. Однако мы умеем учиться на своих ошибках. И сейчас и нам, и всему городу уже просто невероятно требуется хранитель перехода. Настолько требуется, что я готов ждать сколько угодно, пока ваша человеческая сущность перестанет быть таковой. И если пожелаете, даже охрану тут выставлю, чтобы никто не беспокоил. А потом, когда вы без страха сможете выходить, мы в совете готовы предоставить вам всё что угодно для адаптации в этом мире. Только попросите. Собственное жильё в Мистбурге, деньги, охрану, доставку любых ресурсов, выполнение желаний. Кстати, многое из этого можем дать вам прямо сейчас. Например, доставку различных товаров организовать. Хотите?

– Я… подумаю над этим, спасибо. Посоветуюсь с Валисиусом.

– Конечно. Обязательно посоветуйтесь. Но безоглядно ему не верьте. Помните, что у него устаревшие сведения. А ещё его сущность оборотня может накладывать отпечаток на его решения. Имейте это в виду. Охрана вам нужна?

– Нет, спасибо. Пока что в ней нет никакой нужды. Большую часть времени я сижу с пологом тишины, так что прохожие меня не беспокоят. Разве что мне интересно, почему они тут толпятся.

– Им хочется посмотреть на чистокровного человека. Это для нас в диковинку. Но главное – они надеются, что магазин снова начнёт работать. Поверьте, нам всем нужны товары. Кстати, что вам мешает ими торговать? Защита на магазине ведь никак не связана со стенами и дверью. Она сама по себе. Если вы откроете дверь, зайти никто не сможет без вашего дозволения. Так что вполне можно разместить в дверном проёме прилавок и продавать товары. Посоветуйтесь со своим оборотнем. Идея очень даже здравая. Я, если что, готов стать оптовым покупателем.

– Спасибо за информацию, я подумаю.

– Нужна будет любая помощь, даже мелкая, – обращайтесь. Раз в день я буду отправлять к вам одного из своих демонов, чтобы он проверял, всё ли в порядке. Ну и вы всегда можете написать мне сообщение. Только начните его с моего имени. Приятно было познакомиться, Глаш-ша. Надеюсь, что это знакомство вскоре станет более близким.

Он слегка поклонился и ушёл в портал. Его свита последовала за ним. Окно схлопнулось и исчезло. А я установила полог тишины и бросилась в свой мир рассказывать Василию Петровичу про визит демонов.

Однако рассказывать не пришлось.

Едва я выскочила, как он остановил меня словами:

– Я всё слышал. И вампиров, и демонов.

– Что думаете?

– Думаю, ты и сама поняла, как обстоят дела. В целом доверять не стоит никому, а демонам – в последнюю очередь. Но, как ни странно, многое из того, что сказал Шантар, очень похоже на правду. Думаю, он и в самом деле здорово пожалел, что довёл меня до ухода. Очевидно, им действительно не хватает дешёвой энергии.

– А насчёт защиты? Я и в самом деле могу открыть дверь и начать торговать?

– Можешь. Защита от двери действительно не зависит. Но её граница проходит вровень с дверью. Если ты высунешь за границу хотя бы руку, тебя легко схватят и вытянут наружу. Реакция у магиков в большинстве своём отменная. До того, как я дал тебе кольцо, был ещё риск, что могут просто выманить наружу прямым воздействием на разум, ведь на тебя защита не реагирует. Но теперь об этом можно не волноваться. Однако с торговлей я бы предложил тебе подождать. Нужды-то нет. А риск велик. Да и зачем тебе деньги магического мира, если пока неизвестно, будешь ли ты с ним в дальнейшем контактировать, или откроешь собственные силы и тут же закроешь дверь?

– Справедливо, – согласилась я.

По поводу истинности слов про расу оборотней, подверженных во многом первобытным инстинктам, я уточнять у Василия Петровича не стала. Раз он всё слышал, то сам пояснит, если захочет. Опровергать, по крайней мере, он не торопится, что уже о многом говорит. Иногда больше можно понять по молчанию и по избеганию некоторых тем, чем по прямому их обсуждению.

Больше за этот день ничего интересного не произошло. Домой я пришла рано, так как с Вадимом встречаться не стала, а подруги дружно умотали за город с его друзьями (ведь в клубе наша компашка познакомилась с его компашкой и не только между нами двоими проскочила искра), о чём мне исправно отписались. Вообще, они звали нас с Вадимом с собой, но я сослалась на занятость. Странно было бы соврать Вадиму, но поехать с ними. Вот если бы они в городе остались – можно было бы тайный девичник устроить и перемыть парням косточки.

Поэтому вечер я провела спокойным и приятным образом. Пока родители наслаждались просмотром очередного сериала (он был настолько интересным, что маме было даже лень пытать меня разговорами о лунатизме), я приняла ванну, а потом завалилась с интересной книгой в постель и зачиталась так, что спать легла чуть ли не позже обычного.

– Наконец-то ты снова навестила меня, Глаша, – насмешливо заметил голос. Я открыла глаза и вновь обнаружила себя в гадком сейфе. Опять этот отвратительный сон! Почему днём я напрочь о нём забываю?! И кольцо от мысленного вмешательства ему не помеха…

Большая часть рисунка на шкатулке исчезла. Осталось совсем немного.

– Твоё недовольство царапает меня. Оно жутко неприятное на вкус, ты знаешь? Мне очень хочется, чтобы ты перестала внутренне корчиться из-за этого металлического ящика. И ещё я жажду испытать снова то приятное чувство, которое мимолётно посетило меня, когда ты засмеялась. Поэтому я кое-что попробую. Только постарайся не бояться, ладно?

Ответить я не успела. А если бы успела, то сказала бы, что после этой фразы всегда становится ещё в десять раз страшнее.

Поэтому когда щупальца внезапно метнулись ко мне, обвили меня со всех сторон, и резко дёрнули к шкатулке, я завизжала.

Казалось, что я ударюсь в неё своей призрачной головой, но нет.

Произошло кое-что другое.

Шкатулка с натугой приоткрылась так, что между крышкой и основанием появилась еле заметная щель, в которую призрачную меня с обидной лёгкостью и затянуло.

Приятного было мало. Нет, боли я не чувствовала, весь дискомфорт был исключительно эмоциональным.

Просто щель резко приблизилась, а потом вокруг наступила полнейшая темнота.

– Это было очень… неприятно, – проговорил голос. – Твои эмоции буквально хлестнули по мне. Я готовился к определённому дискомфорту, но не думал, что будет… так.

У меня мелькнула жуткая мысль, что теперь я тоже заточена в шкатулку.

Ощутив новый прилив страха, невидимый собеседник еле слышно зашипел, а в следующий миг темнота рассеялась.

Я обнаружила себя сидящей на пригорке.

Здесь было красиво. В стороне виднелся лес. Пригорок покрывала мягкая короткая травка, невероятно густая, имеющая странный сине-зелёный оттенок. В ней тут и там мелькали цветы, похожие на рубиново-красные ландыши, которые будто светились изнутри.

Над ними носились странные насекомые, напоминающие то ли упитанных мохнатых бабочек, то ли шмелей с крупными крыльями и розовыми и белыми полосками на пухлых телах.

Чуть поодаль поблёскивало озеро, вокруг которого росли незнакомые мне золотистые деревья с пушистыми кисточками на тонких изящных ветвях, забавные кудрявые кусты и растения вроде огромных папоротников с ажурными листьями, украшенными узором из алых и небесно-синих прожилок.

Над озером парили кувшинки, которые мягко мерцали, пуская солнечные зайчики по воде.

Рядом со мной сидел парень лет двадцати пяти-двадцати семи на вид. Он был полуголым и смуглым, а вся верхняя часть развитого и явно принадлежащего бойцу тела, словно кружевами, была густо украшена зажившими шрамами. Причём эти шрамы ложились в искусный рисунок, что говорило о том, что их нанесли нарочно. Надеюсь, хоть не в детстве?

Густые волосы тёмно-синего (почти, впрочем, чёрного) цвета были заплетены в очень длинную сложную косу, которая в этом сидячем положении доставала до земли и частично лежала там. Кончик косы был заключён в странное украшение-утяжелитель, похожее на жало скорпиона, сделанное будто бы из чёрного металла.

Пронзительные синие (в тон волосам) глаза, до жути яркие, одновременно пугали и вызывали смутное волнение внутри. Их взгляд буквально прошивал насквозь.

Больше всего мне понравилось лицо. Я любила такие лица. Не смазливое и не журнально-безликое, а такое… харАктерное. В том смысле, что с характером.

Оно не было милым и располагающим (и даже слово «красивое» не подходило, пожалуй), но определённо было притягательным. Причём притягательным настолько, что не хотелось отводить взгляд.

Вот бывают парни, которые действительно красивы. Объективно красивы. Среди моих знакомых такие были. А бывают другие, которые именно притягивают чем-то. Глянешь на него, и колени дрожат. Будто бы характер пробивается сквозь внешность и взгляд. И они гораздо эффектнее.

Вот этот принадлежал ко второму типажу.

Если бы меня попросили описать его в деталях, я бы не смогла. Но в целом он был хорош. Настолько хорош, что я аж на время залипла.

Из одежды имелось только некое подобие юбки, разделённой на полосы, сделанные будто бы из чёрного панциря какого-то наверняка жуткого существа (по строению они походили на верхнюю оболочку насекомого. Вот только каких размеров это насекомое должно быть?!). Полосы состояли из плотно прилегающих друг к другу подвижных пластинок и зловеще поблёскивали в свете солнца (откуда тут солнце?!).

Ещё имелись высокие сапоги до колен и наручи от запястья до локтя.

Материал, из которого были сделаны сапоги и наручи, напоминал чешую. Не рыбью, а больше змеиную. Кроме того, и те и другие были украшены шипами. Только на наручах они шли по кругу, а на сапогах располагались от колена до носка.

Мне пришло в голову, что наряд этот был весьма опасным, причём в первую очередь для его владельца. Пораниться было очень легко. Наверняка требовалась привычка, чтобы безбоязненно его носить и (в этом я была уверена) использовать в качестве оружия в бою.

– Гораздо лучше, – с улыбкой сказал парень знакомым голосом. – Наконец-то ты перестала бояться. Красивое место, правда?

– Да… – помедлив, отозвалась я, рассматривая его. Так вот он какой, Эргилий! – Неужели мы по-прежнему внутри шкатулки?

– Именно так. Но это место существует в реальности. Раньше я любил здесь бывать.

– А твоя внешность… ты решил примерить приятное для меня лицо?

– Нет, – он улыбнулся шире. – Так я выглядел, когда у меня было тело. И, надо думать, так буду выглядеть, когда вновь смогу обрести плоть. Я рад, что ты считаешь меня привлекательным.

– Считаю. – Почему-то смущения я не ощущала. – Но ты выглядишь молодым. А сколько ты пробыл в заточении? Неужели твоя внешность не поменяется за долгое время?

– Я же демон. Ты сейчас видишь меня таким, каким я был незадолго до заточения в шкатулку. В то время у меня уже была своя армия учеников и последователей. И власть над магическим миром. Это значит, что я уже закончил учёбу, стал магистром своего ордена чёрного жала (а на это требуется время, поверь!), овладел силой и захотел большего. Не стоит делать вывод о возрасте демонов по их внешнему виду.

– Угу… интересно, сколько лет Шантару, главе правящего совета в Мистбурге?

– Это тот демон, что правит сейчас? Так это его появление я сегодня почувствовал! Для меня он малыш, но в целом, раз он стоит у власти, то наверняка не молод. – Он внезапно осёкся, развернулся ко мне полностью и сказал: – Мне не нравятся твои эмоции сейчас! Что заставляет тебя их чувствовать?

– Просто вспомнила Шантара. Вообще, не в обиду тебе будет сказано, демоны произвели на меня самое неприятное впечатление. Другие расы на их фоне выглядели вполне себе ничего. Даже вампиры.

Глава 10

– Думаешь, я такой же?

– Нет, но…

– Нет? Должен тебе сказать, что я ощущаю только те твои чувства, которые ты направляешь именно на меня. Если бы ты сейчас сердилась только на Шантара, меня бы не задело.

Я промолчала, не зная, что ему на это ответить. Конечно, он был прав.

Пауза затянулась.

Я залюбовалась на его задумчивое лицо с устремлённым вдаль взглядом. Да уж, внешность этот демон подобрал эффектную, аж оторопь берёт.

Он вдруг улыбнулся.

– Вот так намного-намного лучше. Ты испытываешь восхищение. Это очень приятно. Честно сказать, до сего дня мне не приходилось ощущать эхо чужого удовольствия так ярко и отчётливо. Более того, я и сам такого не чувствовал никогда. В ордене мы учились обрезать и сознательно выжигать эмоции. Мы стремились к абсолютному хладнокровию. И я достиг в этом успеха. Поэтому твои чувства рождают что-то совершенно непривычное. Да уж, я даже не предполагал, что будет именно так, когда использовал твою кровь…

– А если бы предполагал?

– То уж точно не стал бы этого делать. Ведь до этого момента ты испытывала ко мне в основном неприятные эмоции, и порой это было невыносимо. Например, ужас, когда я затягивал тебя в шкатулку, хлестнул по мне так, что практически оглушил.

– Бедняга…

– Ты не должна мне сочувствовать. Наоборот, для тебя это величайшее благо. Ведь из-за этого я помогу тебе достичь того, что ты желаешь, – закрыть дверь между мирами.

Я опешила. Вот так внезапный поворот!

– В каком смысле? – осторожно уточнила я.

Эргилий прилёг на траву и повернулся ко мне лицом, упёршись локтем в землю. И снова я залюбовалась его движениями – изящными и настораживающими одновременно. Он был красив и опасен, как хищник или ядовитая змея, гипнотизирующая жертву перед атакой. Мимолётная улыбка показала мне, что ему приятны мои чувства.

– Меня заточили из-за того, что я захватил магический мир и собирался прорваться в другие миры. В целом меня по-прежнему привлекает этот путь. Но теперь план придётся поменять. Ведь если я начну завоёвывать твой мир или даже Мистбург в то время, пока ты вынуждена там находиться, тебе будет очень плохо. А значит, твои эмоции хлестнут по мне. Поэтому после освобождения я планирую дождаться пробуждения твоих способностей, а потом помогу провести ритуал закрытия двери – буду вливать в тебя силы, пока переход не закроется. Ты останешься в своём мире, а я здесь. И твои эмоции больше не будут доставлять мне неудобств.

– Правда?! Так это же шикарно! – Я невероятно обрадовалась. Сегодняшний день дал мне понять, что в покое меня не оставят.

– Да, вот так… – Судя по всему, он впитывал мою радость и она доставляла ему удовольствие. – Теперь ты перестала меня ненавидеть?

– Перестала?! Да я готова тебя обнять! Правда, это, скорее всего, ни к чему не приведёт, мы ведь оба сейчас призраки.

– Давай попробуем! – Эргилий внезапно подобрался и вдруг оказался прямо передо мной.

Он встал напротив меня на колени и, улыбаясь, предложил:

– Прикасайся!

Это его моя радость опьянила? Или он просто понял, что разговоры о демонах заставляют меня ощущать отрицательные чувства, а вот его внешний вид, напротив, дарит удовольствие? Что ж, я не против прикоснуться. Когда ещё удастся потрогать такого мужчину? Правда, утром воспоминаний об этом не останется… ну и что? Сейчас-то что мешает кайфовать? Особенно после таких потрясающих новостей?

Я протянула руку и провела по его щеке, задев уголок губ.

Эргилий вздрогнул всем телом и с изумлением уставился на меня.

Я тоже опешила. Под моими пальцами была настоящая тёплая и упругая человеческая кожа. Точнее, она принадлежала демону, но на ощупь ничем не отличалась от нормальной.