Надломленная верба. Историческая повесть

Большая семья братьев Лапковских прибавлялась ребятишками. В 1918 году у Станислава Михайловича и Леокадии Ивановны родился долгожданный второй сын Владимир, в 1920 году родилась дочь Виктория. После окончания гражданской войны разорение и голод пришёл в Россию, и упали тяжёлым бременем на плечи крестьян. Начались продразверстки. У крестьянства забирали всё подчистую, называя это излишками. Но в конце 1921года на смену продразверстке был вменён продналог. У крестьянина забирали не всё, а только часть, что позволяло как – то выживать. Жили братья Лапковские вместе, вели общее хозяйство, так было легче прожить, считали они. В 1922 году крестьянство стало наконец-то подниматься на ноги. Это стало возможным только через самоотверженный и тяжелый труд людей, которые большими семьями работали и день, и ночь, добывая свой нелегкий хлеб. Хозяйство укрупнялось, да так, что возникла необходимость в 1924 году нанять для работы батраком Викентия Протоповича. Как потом размышляли взрослые между собой – это в дальнейшем и перевернёт круто судьбы их семей. В этом же году родился у Станислава с Леокадией третий сын – Павел. А в 1926 году родилась последняя дочь – Ева, при жизни все звали её Веля.

В деревне Богдановка проживали многочисленные родственники как самих Лапковских, так и их дальняя родня. Поэтому получалось так, что несколько родственников постоянно избирались в разные времена членами Богдановского сельского совета. Станислав Михайлович во времена Советской власти, работавший писарем в районном исполнительном комитете, в 1927 году был избран секретарем сельского совета в д. Богдановка. И этому он был очень рад. Уж больно много уходило времени на дорогу в село Седельниково и обратно, да и поближе к своей большой семье, хозяйству.

Валька помнила, что в начале 1928 года, отец Станислав и его брат Эдуард решили отделиться от совместного имущества. Об этом они часто рассуждали и спорили при детях. На то время у семьи Валькиного отца насчитывалось 8 душ. Каждый из братьев получил половинную долю имущества. Но всё равно ещё два года они вели совместное хозяйство, молотили зерно, имея каждый по полпая, применяя при этом смекалку и хитрость для жесточайшей экономии. До создания колхозов на селе организовывались кредитные товарищества, где давались в кредит конные грабли, сенокосилки, молотилки и плуги. Лапковские взяли технику в кредит. Молотилка была четырёхзубовой, изготовленной на заводе «Серп и Молот». К ней Валькин отец, Станислав, с братом Эдуардом, приделали кустарный пароконный привод, и в таком комплекте молотилка могла измельчать от 8 до 12 возов в день, а приходилось на ней работать не более четырех дней. Осенью приработок от измолота составлял 3 рубля в день. Помогали братья и беднякам обмолачивать зерно, за эту работу денег не брали. Но наступали времена коллективизации. Тогда-то богдановские зажиточные мужики, в том числе отец Вальки, Станислав и его родственники были сначала против коллективизации. Об этом они выступали открыто на общих собраниях, что в какой – то степени и спровоцировало дальнейшие события, когда их объявили кулацко-зажиточной частью деревни. Припомнили Станиславу и Эдуарду, что они вели совместное хозяйство, хотя и разделились, при этом держали батрака до 1929 года.

В протоколе собрания богдановской ячейки ВКП (б) от 11.05.1931г сообщается, что Лабковский Станислав Михайлович, бывший старшина с 1914 по 1916гг, с 1925 по 1929гг занимался эксплуатацией батрачества и растранжириванием крупного рогатого скота (в 1927году было 10 голов, а в 1929году КРС не было, а осталось только 5 голов молодняка).

Но когда стали создавать колхоз в 1930 году, отец Вальки и дядя Эдуард записались в него самые первые. Назвали колхоз «им. Карла Маркса», куда и сдали скот, а затем и всю купленную в кредит сельскохозяйственную технику. Вот с того времени всё и началось. Матушка рассказывала, что в апреле 1930 года председателем сельского совета был избран двоюродный брат отца Станислава 23 летний Лапковский Константин Адамович. Он был из зажиточной семьи -грамотный. В то время избирать – то не из кого было, грамоту мало кто знал. В состав рядовых членов сельского совета входили и другие родственники со стороны Лапковских, порядочные, уважаемые в деревне. Когда Константина избрали председателем сельского совета, он женился и отделился от своего отца. В деревне ему посоветовали забрать участок земли под строительство дома, принадлежавший некогда одному немощному старику, по фамилии Тамчук, который по старости своей не мог обрабатывать этот участок один. Земля не использовалась, зарастала сорняками, бурьяном. Сын его переехал в город Омск и устроился на завод. Старик пожаловался сыну, что дескать участок отобрали, а тот неплохо разбирался в политической обстановке и решил отомстить. Вернувшись в деревню весной 1931 года, начал подстрекать людей против зажиточно живущих семей, в том числе и Лапковских. Собирались мужики и бабы на посиделки и выкрикивали своё недовольство, разжигая тем самым злобу и зависть. Там были составлены письма с подписями недовольных, и через знакомого из ОГПУ организовали арест семей Лапковских.

Воспоминания вдруг резко отхлынули, реальность встала перед глазами. Телега скрипела и подбрасывала Вальку на ухабах и ямах, заставляя её крепче держаться за края. Она начала фантазировать, чтобы отогнать от себя нахлынувшие неприятные воспоминания: – «Эх, была бы вместо разбитой телеги сейчас карета!» Промелькнула мысль: – « Карета! Карета!» Что – то знакомое крутилось в голове: – «У церкви стояла карета, там пышная свадьба была… Мамина любимая, – с таким нежным трепетом подумала Валька и тихонько запела – Здесь гости нарядно одеты, невеста всех краше была».