- -
- 100%
- +
Я вошла, ресторан был огромный, но я сразу увидела Стива, сидящего в глубине за стойкой в баре. Внезапно, возможно почувствовав моё появление и то что я смотрю на него, он повернулся и посмотрел на меня с таким обожанием, он так и продолжал не сводить с меня глаз, – как я иду между столами, и я тоже смотрю в его глаза, и весь воздух между нами излучает магнитное поле любви. Я сажусь рядом. Он берёт руками мою голову, поворачивает лицом к себе и внимательно смотрит мне в глаза очень внимательно. Наконец он отпустил мою голову и уже вопросительно смотрит на меня. Он понял стрессовую ситуацию, из которой я недавно пришла заметил это на моём лице. Я тоже смотрю на него.
«И что?» – Я сказал, отвечая на его вопросительный взгляд.
«Ничего не случилось. Ничего плохого, – сказал я.
Он продолжал смотреть на меня. Его глаза были как кислород, который давал мне баланс, снимал стресс, наполняя меня силой, волей и уверенностью. Он овладевал мною и наполнял пространством и я чувствую себя как королева вошедшая на престол – весь мир принадлежит мне и я принадлежу миру. Я быстро становлюсь сама собой, действительно я. И я видела, как он был рад меня видеть. Было так ясно, что он любит меня. Я поняла, что, как я в течение нескольких дней думала о нём каждую минуту, он тоже думал обо мне. Между нами было одно страстное желание – увидеться, как можно скорее и вот оно сбылось. Я чувствовала, как счастье распространяется от него повсюду, и эта сильная энергия достигла меня, и после этого между нами поле счастья стало сильнее и больше. Мы стали центром бара. Все головы повернулись и смотрели на нас. Я знал, что картина была замечательной; Ни в одном фильме я не видела такого удивительного момента вечности. Мы пошли в другой бар. И там мы скоро стали центром внимания. Мы не были знамениты, но на нас смотрели как на известнейших актёров и потому мы переходили из бара в бар. Нам хотелось быть вдвоём, но в тоже время среди людей, потому что праздник был у нас в душе. Мы слушали музыку. Мы говорили, мы наслаждались друг другом. Мы вернулись в его квартиру очень поздно. Утром он пошёл на работу; Я тоже пошла к себе, я жила в нескольких блоках. Все это время я чувствовал себя такой счастливой.
Встреча со Стивом казалось оправдывала все мои потери и то что я покинула свою страну и своих родственников. Я чувствовала что нашла свою судьбу и счастье. «„Все мои родственники живы и счастливы.“» Успокаивала я себя «„Моя дочь не с незнакомцами, а с моими родителями, которые любят её безоговорочно и нежно о ней заботятся“». Огромная позитивная энергия не покидала меня и теперь я не хочу возвращаться в Россию и я думаю, как взять мою дочь сюда. Я чувствовала себя настолько сильной, что могу решить любую проблему. Я не хочу говорить со Стивом о его разводе. Но когда он завёл речь об этом и о том, что его жена хочет забрать его дом и деньги, я сказал: «Оставь всё ей». Я подумал, что мы такие богатые – большая любовь между нами; это больше, чем многомиллионные доллары. Я не променяю это ни на какие деньги, и поскольку любовь – это Бог, и я была полна этой божественной энергии, все возможно. Мы можем решить любую проблему, открыть любой бизнес и получить всё, что мы хотим, и наше счастье настолько велико, что мы можем сделать счастливыми множество людей. Несколько раз Стив приглашает меня на ужин в дорогие рестораны, потом мы идём в бар и слушаем музыку, там были коллекции самых лучших хитов. Но сам Стив был живая музыка и однажды, когда мы сидели рядом в баре, он спел для меня песню. Это было нежно, как облака окутали меня. Я почувствовал неземное блаженство, как ангел в небе, и в конце концов он сказал: «Я буду любить тебя вечно».
Но его развод затянулся. Я не хочу вмешиваться в это. Даже я думаю, что, может быть, он или она изменили мнение, потому что у них есть две прекрасные маленькие дочери. Я понимаю что в такой ситуации нужно пространство, чтобы пережить этот стресс. Конечно мне хочется чтобы это разрешилось быстрее, но чтобы все остались довольны. Было больно видеть как он много думает об этом. Это наносило ему вред, разрушало его. Но я не могу заставить его уединиться и его воля была для меня очень важна. Я старалась быть терпеливой, но видела, что ему нужно побыть одному и мы начали встречаться только иногда. Я очень по нему скучала. Очень часто я звонила, чтобы только услышать его голос. Однажды Стив позвонил мне раньше, чем обычно, он хотел меня видеть. Я пришла. Он выглядел так, словно не пошёл на работу в тот день. Он сел на диван. Я сидела на стуле напротив. Мы смотрели друг на друга. Я знаю, что могу часами сидеть и смотреть на него, как йоги, чтобы медитировать. Мы восхищались друг другом.
«Знаешь, Марина, – сказал он после короткого молчания, – я думаю, почему ты пришла в мою жизнь?»
«Но я люблю тебя», – недоуменно сказал я, отвечая на его вопрос. «Но ты знаешь, я не могу тебе ничего дать. Я прыгал всю жизнь, как лосось, выметал двоих детей, и теперь я чувствую себя абсолютно опустошенным. А теперь моя жена, на которой я женился, когда у неё в кармане не было ни цента, теперь хочет взять мой дом и оставить меня здесь. Он кинул взгляд на его маленькую квартиру. Я слушала его. Я не знала, что сказать. «Ты знаешь, позволь мне дать тебе 10000 долларов, и может ты сможешь вернуться в Россию. Знаешь, может, завтра я буду на улице бездомным и безработным с просьбой о помощи. Все идет по этому пути».
«О, нет, нет, я не хочу покидать тебя. Я люблю тебя. Я не могу жить без тебя», – сказал я.
Он встал, подошел ко мне, взял мою голову в руку, посмотрел внимательно мне в глаза, пытаясь прочитать мои мысли, убедится что они искренни и обдуманны и поцеловал меня.
Я не знаю, как это случилось, что я оказалась возле ОТВ и что меня подтолкнуло. Но я пришла и купила билет по самой низкой цене, около 2 долларов, «я просто хочу проверить свою удачу, свою интуицию», уговаривала я себя и я выиграла. Я получила свои 10 долларов, и я купила новый билет на эти деньги, и снова я выиграла. Я получил 50 долларов и купил снова. Теперь я получил 250 долларов и снова купила и у меня больше тысячи. И всю неделю, я ходила, играла и всегда выигрывала. Рядом был бар и я потом сидела и слушала музыку, «зачем работать, -думала я- если я могу выиграть каждый день?»»
Стив хотел, чтобы я поехала с ним навестить его маму. Она жила в другом штате. Мы должны были путешествовать на машине. Но я так преуспела в игре с лошадьми, а он еще не развёлся со своей женой. Мне не кажется не совсем удобно ещё посещать его маму в этом неопределенном состоянии. Мне кажется, что сейчас лучше если он поедет к своей маме в одиночку. Он любит меня; Я его люблю. Ничего не произойдет, если мы не увидимся в течение одной недели.
Кроме того, я нашла простой способ заработать деньги. Мне нравится не только финансовая сторона игры, но и наблюдение за бегущими лошадьми и атмосфера конкуренции и азарта. Между гонками, иногда сижу в соседнем баре, где я знакомлюсь со Скотом он американец, но его происхождение было из Шотландии. Я читала раньше, что шотландцы – это само дворянство, самая благородная элита, Он само благородство его лицо и манеры делают меня счастливой, и я не знаю, может быть, потому что я был очень счастлива в то время, влюблена в Стива, как помолвлена, и я был уверена в своем настоящем и счастливом будущем, или это было качество моего нового знакомства. Я чувствовала себя с ним так свободно, как никогда в своей жизни до и после. Я никогда не скучаю по нему и не напоминаю ему, что он думает или ищет новую встречу, но он мне так нравится, когда я вижу его снова и снова, и видно, что я ему тоже очень нравлюсь. Мы сидели рядом, и внезапно мы начали покрывать друг друг лица поцелуями и всегда делали это, когда мы видим друг друга. Но у нас не было никаких планов на счёт друг на друга. Он учит меня петь и с ним это мне удаётся легко, а раньше я это никогда не делала.
С ним я всегда только в настоящем, не в прошлом не в будущем.
Я ждала Стива. Я думал о нем каждый день. Я скучаю по нему, и скоро он вернётся. Но, может быть, счастливое время со шотландцем снимало эмоциональное напряжение и ещё я встретила своего давнего знакомого Энди. Я снимала когда-то комнату в доме его матери, и мы продолжали видеться. Он планировал переехать в Голливуд и стать актером, и много работал над собой, и был очень скрупулезен в отношении этических норм, а поскольку американская жизнь была для меня новой, как для новорожденного, он был для меня неким авторитетом в том, как построить поведение в новой реальности. Я рассказал Энди о моем новом увлечении игрой на лошадях. «Быть игроком нехорошо. Осуждающе, – сказал Энди. Его слова смутили меня. В тот день Стив должен вернуться. Я решила играть в последний раз, и потому что в моей голове было то, что я не права, я не могу хорошо сконцентрироваться и как результат, я не могу выиграть.
Стив вернулся, но я был в OTV. Я нашла лучшее место, где бар, ресторан и место для азартных игр были все вместе. Он оставил сообщение, что он уже в Нью-Йорке. Я пошла на встречу к нему. Мы увиделись внизу в холле его здания. Он был одет в короткие штаны и футболку. Он выглядел так просто, слишком просто, как деревенский житель, а я была одета в новую дорогую одежду. Сначала мы были рады видеть друг друга, но между нами уже был какой-то чёрт и мы поссорились. Но этого было недостаточно для меня. Я пошла в бар, который Стив часто посещал, потому что он был ближайший к его дому. Когда появился Стив, я была в компании с красивым шотландцем, он увидел меня, я была в черном кружевном платье, очень дорогом и элегантном и симпатичный шотландец, который был моложе Стива на десять лет был так внимателен, и мы, как и раньше, целовали друг друга. Стив пытался скрыть это, но он был шокирован. Он сел за стойку бара и заказал свой напиток, я чувствовала, как он смотрит на меня. И я думала, что сейчас будет скандал, но мне даже хотелось этого. Я была в отчаянии, что потеряла его, и это похоже на рок, и я ничего не могу с этим поделать. Как будто чёрт вселился в меня и перевернул всё моё поведение, и я не могу остановиться. Внезапно Стив подошел к автомату, в котором играла музыка, и включил песню «Life Is Very Short», и вышел из бара. Я проснулась утром. Было грустно признать, что я потеряла Стива и то что я раньше не замечала или не обращала внимания что я живу в комнате грязной квартиры Ивана. Я начала искать новую, свою отдельную квартиру. Я хочу что-то на Манхэттене рядом со Стивом, но ничего не могу найти. Это было лето и у меня не было юридического документа. После долгих поисков, в конце концов, я нашла небольшую студию в Уильямсбурге. Это была одна остановка на поезде в Манхэттен, просто пересечь мост. Это было на втором этаже. Супер предложил установить железную решётку на окно, но я не хочу. Я собираю вещи. Я заказала машину на вечер, когда будет меньше трафик, чтобы ехать на новое место. На следующий день я пошла и купила кровать и шкаф и организовала свое новое место. Но все мои мысли о Стиве: как к нему вернуться. Я обнаружила в газете, что одна женщина знает, как помочь вернуть людей, которых ты любишь и потеряла. Я поехала к ней, она жила в центре Манхэттена недалеко от Стива. Она сказала, что он вернется ко мне, и посоветовала прочитать одну книгу, которая была в коротких главах, о жизни. Был совет никогда не искать любовь; это должно прийти к Вам. Я решил перевести эту книгу. Я перевела все главы на русский язык.
Я решил устроиться на новую работу, как туристический агент, но это была большая компания сетевого маркетинга. Там я познакомился с новыми людьми. У всех есть американские юридические документы и постоянная работа, но они хотят больше денег. Я думала, как решить мою проблему, чтобы получить документы. Вскоре я снова встретилась со Стивом. Я всё еще люблю его и он любит меня тоже, но его развод стал долгосрочным и я почти три года не виделась с моей дочерью и я думаю, что мне нужно что-то сделать, чтобы получить вид на жительство. В моей новой компании я познакомился с одним русским мужчиной. Он был моложе меня, но у него хорошо оплачиваемая работа в аэропорту и американский паспорт. Я ему очень нравлюсь и он готов жениться на мне. Но я так хочу быть женой Стива; Я не хочу выходить замуж ни за кого кроме него. Другие мои новые знакомые были русская еврейская пара, и однажды Сара сказала мне, что хочет познакомить меня с одним мужчиной, который ищет помощника в офисе, и он может сделать мне вид на жительство, потому что он делает иммиграционные услуги.
Его звали Винито Лайгоритто. Мы встретились в доме его итальянского друга, который был женат на русской женщине. Я ему понравился и я начала работать в его офисе, после работы он отвозил меня на своей машине в мою квартиру и мы ужинали в дорогих итальянских ресторанах. Однажды вечером он сказал мне: «Если ты будешь со мной, твоя дочь будет в Америке через месяц». Я не слишком много думала. Я поверила ему, и мы поехали в отель. Он мне очень понравился, и было много обещаний жениться, купить многоэтажный дом для меня, сделать меня Мэром Нью-Йорка и множество комплиментов, как я особенная, самая чувствительная и чуткая в мире и красивая и умная.
Я слушал лапшу этого итальянца, но внутри себя я думала, что моя дочь скоро будет здесь и я получу свои юридические документы без брака и в то же время Стив получит развод и я выйду за него замуж. Его жена ревновала и я не могла больше работать у него, но он снабжал меня деньгами, мы начали встречаться за ужином или обедом. По выходным я пересмотрела с ним все Бродвейские шоу. Он выполнял все мои желания. Ему было шестьдесят три года, и он выглядел не старше, но не молодо, он был блондин с голубыми глазами и похож на Жана Габэна. Мне было около сорока, но я выглядела не больше двадцати девяти, и мне было немного стыдно оставаться с таким старым мужчиной в красивых общественных местах и очень часто я брала с собой одну знакомую женщину того же возраста, что и он, и это выглядело как как будто я ужинаю с родителями. Но потом я поняла, что никого не волнует, сколько лет твоему партнеру, а особенно, если он любит щедро тратить деньги, все вокруг уважают вас.
1996
«Поклянись своей слепой душе, что я был твоей волей». / W.Shakespeare /
1996 год я встречала с Винито в Атлантик-Сити. Я пыталась играть в рулетку, но я не выиграла. Я потерял несколько тысяч, но мой итальянский друг никогда не беспокоился о деньгах. И я увидел, что чем больше я беру у него денег тем лучше наши отношения, постулат Рокфеллера здесь работает идеально и это действительно даёт ему мотивацию к работе. Он любит наслаждаться жизнью. Мы хорошо поужинали с шампанским. Ему нравится все самое лучшее и дорогое. Он любит тратить деньги. Насколько это возможно, он старался, чтобы я чувствовал себя максимально комфортно с ним каждую минуту, и чувствовала что я ему очень дорога. Он сказал, что я была лучшей женщиной, которую он видел в своей жизни, но он видел много, потому что снимался в кино в Италии и знал лучших актрис мира. Он сказал, что я самая чуткая дарящая способная отдавать себя и в моём сердце много комнат. Я знаю, что это правда, и мне было приятно, что он смог понять мои высокие качество, и это меня как-то радовало. Конечно, у меня не было к нему страсти, но если он женится на мне, то, как он планирует, возможно, я буду в некотором роде счастлива тем что он действительно любит меня и понимает мою высшую ценность. Мы вернулись в Нью-Йорк на его машине. Одной рукой он держал руль; другой, мою руку. Это был действительно момент, когда я была в настоящем с ним и не думала о Стиве, может быть, потому что я была немного пьяна. Я начал проводить с ним много времени. Он делал мне хорошие покупки в лучших магазинах всегда лучшую еду и вино. Я хорошо оделась. Я чувствовал себя уверенно. Все были добры ко мне. Это как-то облегчило мое одиночество. Я написал много стихов в то время; это было все для Стива, о нем и вдохновленное им. Урин, русский поэт преклонного возраста, которому нравится мой поэтический талант, был очень рад, что я продолжила писать, и ему нравились мои успехи. Он дал мне совет читать больше современных поэтов, но другие поэты мне не были интересны, они не отражали то что я чувствовала, Стив был для меня всем и я вся была в нем. Я очень часто приходил в Нобелевский магазин на Шестой авеню и Двадцать второй улице. Я по долгу оставалась там в кафе на балконе и читала разные книги и журналы на английском языке со словарем. Когда я находил что-то умное, интересное, красивое и мудрое, это был дух Стива.
28 января 1996 года я вернулся из Флориды, где провел несколько дней с Винито. Я так скучала по Стиву и написал стихотворение:
Ушёл куда-то мой король
Какая боль, какая боль,
Ушёл куда-то мой король.
Престол остался нынче пуст,
И на него забралась грусть.
И между царствами без сна,
Я пью одна, но не до дна.
Это было о Стиве и вдохновлённое им. Я написала это утром, когда мы только что вернулись из нашей поездки во Флориду в Майами. Два дня с Винито в одной комнате, даже в разных кроватях, для меня было слишком много. И я отчаянно скучаю по Стивену. Только он может снова сделать меня чище и здоровее, словно умелый настройщик настраивающий пианино. Он был королем моего сердца и заставляет его идти по правильному пути. И в то же время я услышала из новостей, что Бродский, известный русский поэт, который долгое время жил в США в Нью-Йорке, умер. Я не интересовалась им и его поэзией в то время. Он был знаменит и получил Нобелевскую премию, но он не был популярен. Такое странное совпадение, в тот же день и время, как раз в Москве, скончался Семен Лунгин, российский продюсер фильма «Добро пожаловать или посторонним вход запрещен». Эти странные совпадения я обнаружил позже, когда испытывала длительный шок, от случившегося со мной. Я думаю, что они-спецслужбы сделали радиологию им, знаменитости, да ещё евреи их любимые субъекты.
Чтобы сохранить свою независимость от Винито я все еще продолжала работать два раза в неделю служанкой для двух американских женщин, мисс Милтон, которая была учительницей на пенсии, и её подругой Джон Филлей, которая также вышла на пенсию, до того у нее была своя небольшая компания по перепечатке рукописей. Я приходил к ним один или два раза в неделю, но они были милы со мной и платили 10 долларов в час, а иногда и больше.
Я продолжала много читать и писать стихи. Стивен продолжает процесс развода и я вижу его только изредка. Чем больше я его узнавала, тем больше понимала, какой он необычайно красивый человек. Я старалась не терять время, но стать более стабильной и независимой и занять свое место в обществе. Очень часто я ходила в Нобель магазин на Шестой авеню и Двадцать второй улице. Там много книг и журналов, после пустых книжных магазинов в Советском Союзе, возможность взять любую книгу, которую вы любите делало меня очень счастливой. Я чувствовал, что нашла клад. Мне нравилось сидеть в кафе на балконе второго этажа, пить кофе и читать. Иногда я знакомилась с кем-то, но по сравнению со Стивом никто не был таким интересным и привлекательным. Но однажды я познакомилась с интересным человеком. Он был очень живой. Я помню, что он был без зубов, но это не портило его. Он сказал, что он художник, и скоро он откроет собственную галерею. Он был очень ограничен в деньгах, но полон оптимизма и уверенности в своем будущем успехе. Он сказал, что он гений и ему не нужно работать, и он действительно развеселил меня, как всегда встреча с неординарными людьми. Он пригласил меня в очень дешевое кафе, но все было так хорошо на вкус, чисто и приятно, как в хорошем доме. Мы решили продолжать наши встречи. Но на следующий день опять странное совпадение того времени, когда на меня напали на улице. Конечно, я не была осторожна. Это было после вечеринки с моей подругой Леной. Она ушла от меня, и я пошла одна. Они чуть не убили меня. Черный чуть не задушил меня и обмотал мне шею проволокой. Я даже почувствовал посмертное блаженство. Я чувствовала, что моя душа действительно была в небе, на многих звездах, а затем я как свет отразилась от них и вернулась к моему телу. Когда я очнулась, из моих глаз текла кровь. На следующий день все мое лицо было синим, розовым и опухшим. Мне было очень страшно оставаться одной в моей квартире. Давным-давно я обратилась в брачное агентство, и вдруг один русский позвонил мне. После той ужасной ночи, что случилось со мной, я была рада слушать дружелюбный голос на моём родном языке. Я коротко рассказала, что со мной произошло, и очень скоро он оказался в моей квартире. Он посмотрел на моё лицо и сказал: «Это то, что Америка делает с людьми». Он пригласил меня в свою квартиру, чтобы побыть с ним некоторое время. Я не думала слишком долго; Я поехала с ним. Я боялась быть одна и с повреждением на лице я не могу пойти в любое общественное место. Вскоре я вернулась в квартиру Ивана и мы остались с одной польской девушкой в одной комнате. Мне было страшно даже оставаться одной в комнате. Когда я рассказал свою историю, Иван сказал: «Если ты прошла через это и осталась жива, с тобой ничего не случится». Лицо моё поправилось, но страх ещё не прошёл и я бросила свою квартиру в Уильямсбурге и жила у Ивана. Утром я к счастью, встретилась со Стивом на улице. Он был так счастлив видеть меня, но как я был счастлива, а его глаза были такими большими и голубыми, как небо в тот день. Мы молчали минутку, смотрели друг другу в глаза, а потом он сказал: «Жизнь продолжается».
Я кивнул, но на самом деле мое сердце замерло после того, как я его увидел. И я написал эти стихотворения после нашей встречи:
Life is going on
Жизнь идёт в ожидании виз,
Я иду на карниз
И вот-вот
То ли вверх, то ли вниз.
А потом
You are the sky
You are the sky, а я всего-лишь океан.
И как тебя ласкать?
И как соединиться нам?
И как не тосковать,
Поможет может горизонт?
Размытая черта
Пересечёт вдруг нас с тобой.
Ты скажешь: «Yes».
Отвечу: «Да».
Forever или навсегда.
Поможет может горизонт,
Но он всегда в пути.
Но он так манит, так зовёт,
И я спешу идти.
Я решил переехать в Манхэттен, чтобы мне это не стоило мне хотелось быть ближе к Стиву и вскоре я нашла небольшую студию на Западной сорок пятой улице между Восьмой и Девятой авеню.
Это было уже лето 1996 года. Моим новым местом был центр Манхэттена возле Таймс-сквер. Винито был в Италии, но он прислал мне некоторые деньги. Часто я думал о том, как обрести независимость и привести свою дочь в США.
В газете я нашла курс по продаже квартир для Атлантик-Сити. После того, как я закончу это, я получу сертификат и начну продавать новый курорт Time Share Flagship, и начальник сказал мне, что если я куплю себе одну акцию, они могут помочь мне пригласить моего отца с дочерью в США.,
Я быстро воспользовалась этой возможностью и послала отцу приглашение, но один иммиграционный адвокат сказал мне, что в начале будет хорошо, если они поедут в другую страну. Я отправил им 800 долларов, и они купили поездку в Финляндию. В то время все выглядело хорошо в моей жизни. Шаг за шагом я решал свои проблемы. Везде вокруг была дружеская атмосфера. Утром я шла в продуктовую лавку, чтобы купить кофе и бутерброд. Владельцем магазинчика был черный из Африки, и каждый раз мы шутили и смеялись, и люди видели наши счастливые лица и все кто останавливался покупали его кофе и бутерброды, и он начал давать мне завтрак бесплатно. У меня появились новые друзья. Я встретила одну русскую девушку. Она была замужем за американцем. Она любила его, но жизнь в американской провинции ей не понравилась и она переехала в Нью-Йорк и устроилась на работу в русскую газету. Её звали Жанна и она получила престижное и эксклюзивное образование искусствоведа в Санкт-Петербургской Академии Художеств. Ей нравились мои стихи, и она предложила мне опубликовать их в газете «Новое слово», где она устроилась редактором. Я не проснулся знаменитой на следующее утро; в США ограниченное количество людей интересовалось поэзией, в русской газете были стихи на русском языке. Но некоторые люди звонили и одна женщина, которая работала в России журналисткой позвонила мне. Ей нравились мои стихи, и поскольку она жила в Манхэттене, мы встретились. Я читаю для нее. Ей нравится, и она сказала, что то, что другие люди пишут на четырехстах страницах, я пишу в нескольких словах. Урин сказал то же самое, что мои стихи похожи на японский поэтический стиль танка в одном слове весь мир, вся вселенная. Мы были в баре и взяли напитки. Я была в хорошем настроении случайно я познакомилась с молодым парнем из другого штата, из провинции. Он был таким чистым, свежим и сладким, как красивый полевой цветок, который иногда встречался на дороге и ты срываешь чтобы надышатся его ароматом и украсить свой путь и я провела ночь с ним. У меня не было с ним никаких планов, но он был очень милым. Утром, когда он ушел, я почувствовал себя в хорошем равновесии и единстве с миром и вселенной. Но вдруг зазвонил телефон. Это был мой отец из России. Звук его голоса был раздраженный. Моя дочь была в больнице. Что-то не так с её лимфатическими узлами. В моей голове собираются мрачные мысли. Я в ужасе, что моя дочь серьезно заболела. Может быть, у нее рак; возможно, она умирает и я никогда больше её не увижу. Я позвонила в больницу и поговорила с её доктором. Он ничего не сказал страшного. Но откуда мне знать? В России врачи никогда не говорят правду. Они не хотят, чтобы пациенты и их родственники были напуганы. Беспокойный звук голоса моего отца тревожил меня и требовал немедленных действий. Я начала думать о том, что делать. Давным-давно я подавала заявку в одно агентство знакомств, и я встретилась с некоторыми из них, потому что развод Стива был отложен. Я думала, что, может быть, если я выйду замуж за кого-то, я получу свою гринкарту и привезу свою дочь в США. Я нашла номер телефона одного из них и ещё обнаружила, что в этом нет необходимости вступать в брак. Мы могли бы быть просто женихом и невестой в США. Он был сирийским евреем, и он был готов помочь мне и даже заняться бизнесом. Но сирийский еврей обманул меня. Я не знаю, как это случилось. В то время я ничего не понимала в кредитных картах. Он сказал, что если я скоро получу кредитную карту, мои деньги увеличатся вдвое. Но на самом деле он положил почти все мои деньги на свой счет. Произошла другая проблема. Я начала искать свой советский загранпаспорт и не смогла его найти. Позже, перед смертью, Урин сказал мне, что он украл мой паспорт, потому что хотел оставить меня в США, и подумал, что если я стану знаменитой в США, он тоже будет достаточно знаменит, потому что он сказал по Российско- Американскому телевидению что он мой учитель. Он часто говорил мне: «Вы очень талантливы, и если вы будете знаменитой, я тоже буду знаменитым». И он не хотел, чтобы я возвращалась в Россию. Я пошла в российское консульство, чтобы сделать мои документы, чтобы вернуться в Россию. Это было много усилий, чтобы сделать это. Но когда все было готово, я обнаружил, что у меня нет денег – этот сирийский еврей действительно украл все мои деньги. Мы были вместе в банке, он дал мне копию заявления, но в последний момент он положил мои деньги на свой счет. Я пошла в адвокатскую контору рядом. Это был еврейский народ. Они сказали, что не могут мне помочь, потому что он не боялся, они не знали всей моей истории, и моя ситуация их просто развлекала. Я пошла к полицейскому, который слушал меня со вниманием, но это не было преступлением и он не мог арестовать его и заставить его вернуть мои деньги. «Вам нужен адвокат». Он дал мне совет. Я начала искать адвокатов в российских газетах. Я сделала несколько звонков и нашла того, который был готов помочь мне с моей проблемой. Но он хотел, чтобы я приехала в Бруклин в его квартиру. Это предложение не вызвало у меня энтузиазма. У меня был опыт, как быть один на один в квартире с русским мужчиной. Они не джентльмены, может, один на миллион. Они не знают слова «нет»; они всегда «готовы», но ваше желание не учитывается. У меня ехала крыша. Был действительно шторм; мои мысли бегали одна за другой. Я не могла сосредоточиться и принять решение, и в конце концов я решил поехать в Бруклин, чтобы встретиться с адвокатом. Позже я очень часто видела здесь ситуацию, когда людям нужен психотерапевт, люди обращаются к адвокату, и наоборот. Это было начало сентября, солнечный прекрасный день. Было около четырех, когда я была возле метро, собираясь сесть на поезд до Бруклина. Внезапно какая-то непонятная волна поймала меня и потащила в ирландский бар на Седьмой авеню и Пятьдесят третьей улице. Там я познакомилась со Стивом, куда он приходил очень часто. В тот момент я так сильно хотела его увидеть.