Уровни общения. Причины возникновения раннего детского аутизма и его коррекция на основе теории Н. А. Бернштейна

1.8.1. Диагностика нарушения движения

Диагностика нарушений тонического уровня регуляции проводится врачом.

Педагог может провести предварительное обследование ребенка, «на ощупь»:

• При гипотонусе мышцы ребенка вялые, пассивные, не сопротивляются пассивному разгибанию-сгибанию кисти или локтя (снижен или отсутствует рефлекс на растяжение); хватка слабая (вы вкладываете свои пальцы в ладошку ребенка и чуть тянете их на себе – проверяете насколько долго и крепко удерживает ваши пальцы ребенок); при ощупывании, пальпации суставов ребенка ваши руки будто «проваливаются», глубокие ткани никак не отвечают на ваши действия.

• При гипертонусе мышцы напряжены, иногда спастичны; гипертонус всего организма часто демонстрирует себя гиперактивностью (широкая иррадиация возбуждения): масса движений, суетливости – ребенок быстро возбуждается, но его трудно затормозить или остановить, в движениях часты явления «перехлеста», «перелета через цель», иногда это сопровождается несколько повышенной температурой тела.

Снижение восприятия глубокой чувствительности можно заметить по увеличению времени ответа на крепкое сжатие косточки пальца ребенка (проба «Фиксационный зажим» по Б. А. Архипову); при норме ребенок смотрит на место зажима и сразу пытается выдернуть руку; при снижении глубокой чувствительности время ответа ребенка затягивается до 1 минуты и дольше.

Поскольку причиной повышенного тонуса могут быть поражения на более высоких уровнях построения движений, мы стараемся отдифференцировать это, расспрашивая родителей о самочувствии ребенка во время сна. Тонус при поражении собственно уровня А обычно сохраняется во сне; тонус, наведенный с более высоких уровней, как правило, проходит.

1.8.2. Диагностика нарушений вестибулярного восприятия

Вестибулярные нарушения можно обнаружить: а) по ответу ребенка на изменение позы тела; б) по реакции ребенка на быстрый переход из положения сидя в положение лежа.

В этих случаях ребенок, имеющий вестибулярные нарушения, демонстрирует реакцию страха и начинает за все хвататься руками: за стол, если стоит; за пол, если его удерживают в положении лежа. (При таких воздействиях страх может возникать, и если ребенок плохо чувствует свое тело; но тогда ребенок не будет хвататься за вас или за опору, а будет отталкивать вас руками [104].)

1.8.3. Диагностика нарушения общения

Мы рекомендуем при диагностировании детей обращать внимание на то, как они сидят на руках мамы: вписываются ли в руки, когда маленькие; тянуться ли щекой, прижимаются ли спиной, когда станут старше.

В норме ребенок у мамы на руках сидит, «развалившись как в кресле», вписываясь в изгибы тела мамы. Бедра ребенка плотно прилегают к бедрам мамы, спина ребенка повторяет изгибы маминого тела, щека ребенка повернута к лицу или щеке мамы. При движениях мамы щеки ненароком касаются друг друга (щека ребенка не отстраняется!). Мама изменила позу, ребенок повертелся на ее коленях, «вписался» вновь и расслабился. («Щека» и «бедро» – это показатели принятия общения на уровне В, но в случае нормы отдифференцировать их очень трудно.)

Можно наблюдать разнообразные варианты нарушений тонических взаимоотношений ребенка и мамы. Например:

• Ребенок сидит на руках мамы «как столбик» (рис. 1.4, а) – спина напряжена и отодвинута от тела мамы, голова оттянута от маминого лица: прикосновения не допускаются или допускаются только затылком (что уже хорошо).

• Полная вялая пассивность, голова ребенка может даже лежать на руке мамы, но отворачивается от тела, лица, щеки матери, «щека уходит» от мамы – это очень похоже на положение на руках уснувшего ребенка (рис. 1.4, б и в).

Рис. 1.4

• Ребенок, сидя на коленях, крутится, вроде бы вырывается из рук мамы, иногда бьет ее, царапается, кусается и т. п. (то есть демонстрирует нам движения более высоких уровней построения), но при этом он постоянно прикасается, прижимается к маме щекой или затылком; если его перестают удерживать (можно неожиданно развести руки), то ребенок или не уходит с рук, или, вскочив с ваших коленей, все равно остается рядом, повернувшись к вам лицом или щекой – он хочет еще тесного общения. В случае действительного отказа от близкого общения, ребенок убежит от вас как можно дальше.

Важно посмотреть, как ребенок реагирует на легкие, слабые объятия или поглаживания (уровень В или С – поверхностная кожная чувствительность); как реагирует на крепкие объятия (уровень А – глубокая чувствительность). Мы говорим, что ребенок «западает на руки», когда он застывает на руках, крепко прижавшись к взрослому, если взрослый достаточно крепко его обнимает. Мы считаем, что в случае тонических нарушений уровня А, ребенок хуже впитывает тактильную стимуляцию и вследствие этого недополучает ее и, как результат, «западание на крепкие объятия».

При нарушениях развития движения и общения особых детей на более высоких уровнях построения мы достаточно часто сталкиваемся с застреванием ребенка на более низком уровне инстинктивного поведения, что демонстрирует себя «цеплянием» за волосы: стоит ребенку заволноваться, как его рука тянет к волосам или одежде взрослого.

В позе «ребенок на руках» мы можем диагностировать не только ребенка, но и маму: у мамы может не сформироваться доверие к миру в раннем детстве или это доверие может быть заторможено какими-либо эмоциональными блоками в более позднем возрасте; и тогда мама не отвечает на телесные, тонические посылы ребенка. Мы следим за тем, подстраивается ли тело мамы к телу ребенка или «уходит» от него, «уходит» расслабленно или напряженно. Мы следим за маминой щекой: если она повернута к ребенку, если ненароком или намеренно она касается головки ребенка или его щеки – мама доверяет себя ребенку и, возможно, и миру; если щека мамы «уходит» от головки ребенка или она намеренно отводит ее в сторону – то это говорит о каких-то серьезных проблемах мамы, которые будут мешать установлению доверия между мамой и ребенком в процессе коррекционной работы.

На основании такой диагностики мы строим коррекционную работу с родителями.

1.9.1. Коррекция движений

Для коррекции тонических нарушений данного уровня и стимуляции глубокой чувствительности мы используем, по рекомендации врача, упражнения, воздействующие на постуральные мышцы спины – растяжки, скручивания и т. п. [2, 95], и воздействующие на вестибулярный аппарат (в основном разнообразные изменения положения головы относительно силы тяжести).

Метод «системной коррекции движений» (вариант метода Войта): специалист, при воздействии на глубокую чувствительность тела, добивается целостного тонического ответа от всего организма, – происходит тоническое объединение всего тела и тело, по словам специалистов, «течет».

1.9.2. Коррекция общения

Коррекцию общения уровня А ведут только родители.

Педагог только консультирует родителей, объясняет пути и методы коррекции, учит родителей этим методам.

Мы считаем, что, в первую очередь, ребенку нужно «додать рук». Крепкие объятия являются прекрасным стимулятором регуляции уровня А.

Мы помогаем маме увидеть и почувствовать доверие своего ребенка, показываем, как тельце ребенка отвечает на ее объятия – тянется в ней затылком, щекой. Мы учим маму, как крепко прижимать ребенка к себе, глубоко обнимая его тельце.

Важно, чтобы во время объятий мама прижимала ребенка к себе не пальцами кистей рук, а скорее запястьями (рис. 1.5), целой ладонью (на уровнях А и В еще не вводятся в регуляцию пальцы – ладонь работает целиком, как лапа).

Рис. 1.5

Через руки возникает доверие к маме и к миру.

Когда ребенок «напьется рук», он отойдет от телесного контакта и начнет разглядывать окружающее.

Холдингтерапия – это, на наш взгляд, также вариант восстановления активности организма через насыщение его проприорецепторной стимуляцией, в первую очередь – ощущениями глубокой чувствительности с одновременным восстановлением чувства доверия [83].

1.9.3. Коррекция тонической регуляции родителей

Родителям для улучшения тонической регуляции и восприятия глубокой чувствительности мы рекомендуем занятия восточными гимнастиками, восточными танцами, колонетикой.

Для снятия психологического напряжения, вызывающего тонические блоки, – различные виды психотерапии (телесноориентированная, сказкотерапия, расстановки и т. п.).

1.10.1. Пример коррекции нарушений вестибулярного восприятия

Мальчик Андрей А. пришел к нам 3 года назад (ребенку было около 4-х лет), диагноз – ранний детский аутизм. Поведение полевое. Отсутствие прямого взгляда. Лицо как застывшая маска, амимично. Отсутствие целевых движений. Отсутствие речи, нет даже лепетной речи, нет плача, только крики. Нет навыков самообслуживания. Страхи в новом помещении, крики.

При обследовании выявлено нарушения вестибулярного восприятия: даже легкое покачивание тела ребенка вызывает страхи, крики, хватание за близкие предметы или людей. Особенно усиливаются страхи и крики при попытках посадить или положить ребенка на пол: зрачки расширены, ребенок судорожно хватается за пол, раскинув руки и растопырив пальцы.

Основное направление коррекционной работы – стимулирование вестибулярного восприятия; сначала очень осторожно, аккуратно, медленно, в позе эмбриона, при сильном сжатии тела, тренировали вестибулярный аппарат ребенка к изменениям положения головы; затем воздействия становились все более смелыми – «готовим как космонавта».

В случае с этим ребенком приходилось преодолевать сопротивление родителей. Родители не сразу поняли важность работы с телом ребенка и то выполняли занятия педагога – тогда явно уменьшались страхи и появлялись целевые движения, то бросали эту работу – страхи возвращались, а с ними и новые сложности. Тогда родителям начинало казаться, что все бестолку, и у них опускались руки.

Тем не менее, за время работы Андрей постепенно стал более эмоциональным активным ласковым ребенком. Появился интонированный лепет и первые слова. Он часто заглядывает в глаза взрослому, пытается понять их требования и настроение, смотрит на губы. Он научился самостоятельно есть, одеваться, часто сам просится на горшок. Выполняет простейшие просьбы. До 1 часа самостоятельно играет с игрушками, выполняя знакомые действия – кормит, возит на машине, кладет спать. Игру озвучивает лепетной интонированной речью. Сортирует предметы по цветам, рисует каракули. Различает один и много. По просьбе показывает знакомые картинки. Любит слушать ритмичные тексты, пытается лепетно косноязычно подхватывать ритм чтения.

Вестибулярные нарушения стали более сглажены. Страхи новых закрытых помещений сохраняются, но проходят быстрее. Стали возможны упражнения с телом: «качалочка», «бревнышко» и др.

Интересно, что Андрей часто громко кричит, осваивая новое упражнение. Делает упражнение практически сам, лишь с небольшой помощью педагога, и кричит. Потом педагог отходит, а Андрей, отдышавшись, пытается сделать упражнение самостоятельно и при этом также кричит, как только что с педагогом. Делает сам, без просьбы или понукания, старается и кричит. Криков с каждым разом становится все меньше, потом они совершенно уходят при исполнении данного упражнения. Со следующим все повторяется вновь. (О криках детей при осваивании ползания упоминает Г. Доман [42].)

1.10.2. Пример коррекции тонического взаимодействия ребенка и мамы

Мальчик В. К. пришел к нам в 4 года. Родители жаловались на задержку речевого развития и трудности поведения ребенка. Психолого-медико-педагогическая комиссия центра поставила ребенку диагоноз – ранний детский аутизм.

Трудности поведения – это очень мягкое обозначение проблем данного ребенка: ребенок постоянно находился в повышенном напряжении, в тонусе, в движении: перевернул в зале все, что можно было перевернуть, устроил гору из мягких модулей и залез под нее (очень диагностичная особенность: когда ребенку не хватает глубокой чувствительности, он пытается компенсировать ее, используя разнообразные способы обжимания); обращение или просьбу ребенок либо игнорировал, либо агрессивно бросался на педагога. Родители, к сожалению, использовали телесные наказания, чтобы остановить агрессию ребенка. Единственное, во что удавалось вовлечь ребенка (точнее то единственное, во что он старался вовлечь педагога) – это игра в футбол. И то он постоянно старался попасть педагогу мячом в голову, оттолкнуть, сделать больно.

В тоже время это был очень ласковый ребенок, агрессия могла моментально сменится жаркими объятиями, до боли, ласковым шепотом на ухо. Однажды у педагога сильно болела голова, и она сказала В.: «Я сегодня очень плохо себя чувствую, очень у меня голова болит. Пожалуйста, во время игры не трогай мою голову». И мальчик, оставаясь по-прежнему активным и агрессивным, в этот день ни разу не задел голову педагога, правда, сильно досталось рукам и телу.

Коррекционная работа на первых этапах была направлена на коррекцию глубокой телесной чувствительности. Но из-за трудностей взаимного контакта мальчика с родителями такая работа шла очень медленно.

В этом случае мы использовали вариант холдингтерапии – насильное удержания ребенка на руках у родителей. Собрать одновременно маму и папу не удавалось, поэтому работу вели с тем, кто приводил ребенка. Первый холдинг длился 30 минут и закончился расслаблением, единением и ребенка, и мамы. Мама расплакалась, стала мягкой, теплой, ласковой. Она перестала быть «железной леди» со своим ребенком, а осталась «просто мамой». Хотя во время холдинга при преодолении сопротивления ребенка педагогу пришлось столкнуться с усиленным напором его агрессии, и вербальной и невербальной, после занятия в коридоре ребенок подбежал к педагогу и стал целовать его руки.

В дальнейшем родители использовали насильственное удержание ребенка на руках при особо сильных приступах агрессии и непослушания. Постепенно наладился контакт с родителями на тоническом и взаимоконтактных уровнях, стало восстанавливаться доверие ребенка к миру, начал простраиваться контакт на уровне пространственного поля и на вербальном уровне.

За два года работы мы постепенно отошли от игры в футбол и перешли к игре с игрушками, агрессию внутри игры старались перевести в заботу. Сначала в игре были только машины, попадающие в аварии – мы ввели разговоры по телефону, вызов спасателей, мальчик срочно чинил машину, и она вновь выходила на трассу (и попадала в аварию). Мало-помалу в игру удалось ввести игрушки – животных, потом кукол. С появлением кукол очень легко пошла игра по бытовым сюжетам: приготовление еды (из пластилина), кормление, укладывание спать. В случае непослушания куклу хорошенько наказывали, потом целовали и укладывали спать.

Через год после начала работы стали делаться первые попытки ввести В. к детям. С одной стороны, мальчик очень хотел к детям, с другой стороны, возникала мгновенная агрессия. Первые выходы длились 1–2 минуты до первого напряжения ребенка (он всегда напрягался и собирался, прежде чем напасть); уходил от детей (точнее его уводили) всегда с возмущением и криком, рвался назад. Постепенно такие контакты становились более продолжительными, появились первые случаи, когда ему самому удавалось остановить себя, сцепить кулачки, потопать на месте, вздохнуть и продолжить игру.

Через полтара года при постоянно продолжающейся работе с телом по регуляции тонуса ребенок начал посещать подгрупповые занятия. Через два года на занятиях появилась совместная деятельность с другими детьми, вербальное общение, игра.

Тонус ребенка стал намного меньше, сейчас это скорее несколько гипо-, чем гипертонус.

Вспышки агрессии появляются значительно реже. Порой проходят 2–3 занятия совсем спокойно. Со слов родителей и дома проблем с поведением становится все меньше и меньше.

Таламо-паллидарный уровень синергий и штампов, уровень В по Н. А. Бернштейну.

2.1. Краткая характеристика уровня В