Призванные: Колесо Времени. Книга 1

71

– Когда уже битва начнется?

– Принц еще не давал команды, Варгурн.

– Мои лапы и зубы так и чешутся. Такого боевого запала у меня давненько не было! – поделился варг. Сноуфлейк вела себя сдержаннее и холоднее. Лучницы, из тех что не пошли с капитаном, (на этот раз, надо заметить, девы-воительницы в самой настоящей одежде, причем довольно воинственной, состоящей из кольчуги и кожи), стояли на палубе, о чем-то переговариваясь между собой. Великаны многозначительно пересматривались, перекидывая секиры и мечи из рук в руки. Мускулы гигантов бугрились под бронёй. Огромное войско призрачных девушек-медуз молчаливо пялилось на громаду замка впереди, безмолвные, скользкие, смертельно опасные.

– Эгей, великаны, давай нашу боевую! – спустя пару минут напряженного молчания, рыкнул огромный волк. Рыжебородые согласно кивнули. Один из них, тот самый, которого некогда Оллистэйр выручил из биты (его звали Барбатум), запел первым:

Колесо запустило свой ход

И пришел, наконец, наш черед!

Наша жизнь – это бой, это сталь.

За отвагу не просим медаль.

К звучному, низкому басу Барбатума присоединился хор других мужчин. Казалось, звук дрожит ниже земли, такой грудной, окрепший, глубокий.

Наш чертог, наш оплот, наша песнь

Это Мандурум – сила и честь!

Поднимайте щиты, рок не ждет!

Поднимайте мечи, нас зовет!

Варги, выпрямив спины, тоже запели. Их голоса вплетались в общую песню хриплым, рычащим, клокочущим стройным ладом.

Мы своё отвоюем всегда,

Не жалеем ни сил, ни года.

Лишь вперед – наш девиз и наш рок,

И алеет пред нами чертог.

Наконец, и воительницы, и огромное полчище девушек-медуз прониклись боевой песнью, гимном своего края, и вдохновенно пели уже все вместе:

Все на бой, на врага, до конца!

Не боясь, смотрим смерти в глаза!

Поднимайте щиты, рок не ждет!

Поднимайте мечи и вперед!

Неслась мелодия по пенным волнам, вдоль берега, едва ли не достигая чертогов Луноликого замка. Стихло многоголосие и раздался трубящий, тревожный, созывающий звук рога.

– Сигнал! – прохрипел варг. Его голос стал тверже. Фразу повторил рыжебородый дворф, за ним одна из лучниц и верховная из скользких тварей с щупальцами до пяток и глазами как молнии.

– Сигнал к атаке! Что ж, друзья мои, долго мы спали сном безвременья, пора проснуться и вспомнить кто мы есть. Вспомнить, что мы – великие воины, рожденные побеждать! Что мы здесь для того, что бы помочь Призванному, который вернул нам нашу свободу! Будем же биться во славу его в этот час! И напишем вместе новую историю этого, пусть и не родного нам королевства, щитом, мечом и кровью, как это было и будет всегда. Что бы возродить в пепле прошлого мир счастливого грядущего. Это будет лучший мир, чем были прежние. Вперед, друзья! Во имя Мандурума, за Призванных! – так призывала Сноуфлейк и её обычно тихий голос разносился по всему кораблю как воинственный клич древних полководцев. Эта гигантская волчица всегда была хорошим оратором и умела вдохновлять. В следующее мгновение экипаж стал стремительно покидать судно.

Первыми неслись клыкастые варги, их ноздри раздувались, а пружинистые лапы рыхлили землю. Верхом на волках восседали лучницы, натягивая тетивы своих изящных и невероятно метких луков. Длинные косы девиц развевались на ветру. Взгляд был сосредоточенным и совсем не детским. Следом за охотницами по земле плыли полупрозрачные женоподобные субстанции, оставляя влажный след на песке, переливаясь на солнце разными цветами.

От ядовитых щупалец точно бы разряды электричества искрились в воздухе. Замыкал это необыкновенное войско сплоченный ряд великанов, вооруженных булавами, секирами и мечами. Грозной стеной они уверенно шествовали, заслоняя собой залив. Могущественные, с огненными бородами и пылающей голубизной глаз. Впечатляющее зрелище. Мирные жители, в ужасе, бросились в рассыпную, но армия не трогала крестьян. Её задачей был штурм замка и уничтожение тех, кто помешают его захвату.

– Удивительное дело, а ты стал сильнее физически, брат. Скажи, это на тебя так повлияла эта предательница Мун, да? Должно быть тебе нравилось иметь её? Знал, что она девственница? Редкость, правда? Я не тронул её, хотя была возможность. Ну как сказать не тронул, почти не тронул. – Мэйтланд говорил всё это, уверенно отражая удары принца один за другим, его лицо исказила насмешливая и презрительная гримаса. Казалось, он бился играючи, не прилагая особых усилий в схватке. Все же, стоит напомнить, Свинцовый Король был на голову выше капитана и превосходил его в силе.

– Ты ведь любишь её, верно? Я это сразу понял. Впрочем, странно что она сейчас не с тобой. Или она померла, а? – владыка Серебряного Королевства наслаждался тем, как под действием его слов изменялся взгляд Оллистэйра. Удары младшего из братьев становились частыми, резкими, решительными, настойчивыми и яростными. Но этот танец смерти только забавлял безумного государя и казалось, он вовсе не чувствовал усталости.

– Молчишь. Не хочешь говорить со мной, угрюмый мальчуган. Ты просто смешной. Питаешь страсть к какой-то жалкой безродной девчонке.

При этих словах меч капитана, разя крестом, соприкоснулся с лезвием Мэйтланда, скрестился с напором и отскочил. Принц ловко увернулся от колющего выпада в бок.

– Ты умрешь сегодня, Мэй. Но прежде я был бы не прочь измучить тебя так, как ты мучил её. Я переломаю тебе кости, а потом, с превеликим удовольствием, размозжу твою огромную тупую башку об этот восхитительный мрамор. Я скормлю твои внутренности, всё что от тебя останется, уличным собакам и тем твоим щенятам, которых ты любезно натравил на наш след. – ненависть наполняла горечью слова мужчины.

Размахивая клинком, он в деталях представлял себе всё о чем говорил в лицо брату. Он забыл, что хотел пощадить его. Он вспомнил всё, что так долго хоронил внутри. И эта злоба, эта обида, эта боль выходила из принца с каждым новым ударом. Она словно бы наполняла мужчину особой энергией.

В этот момент капитан становился и впрямь опасным и непредсказуемым противником. Мэйтланд был вынужден напрячься. Ему уже труднее удавалось уходить в сторону от выпадов разгневанного Оллистэйра.

– О, так она рассказала тебе, неужели? Подумаешь, несколько шрамов. Пытки шли ей на пользу. Надо было мне сделать её женщиной, а потом отдать на потеху остальным мужчинам в королевстве. Как ты находишь эту идею? Если бы не эта тварь, ты бы не сбежал из темницы. Ты бы давно издох как жалкий пёс, каковым всегда и являлся. – жестко отчеканил сквозь зубы король. Его взгляд, свирепый и горящий, прожигал. Движения точные, сокрушительные. Битва все больше походила на схватку дикого медведя и волка-одиночки. Капитан попятился к стене.

– Мне даже обидно, между прочим, что ты так привязался к ней. Я был с тобой большую часть твоей жизни.

– Хочешь сказать, что ревнуешь? – принц глухо рассмеялся, лезвие короля задело его плечо, кровь брызнула струёй, рука мужчины чуть ослабла.

– Я люблю тебя брат, но ты никогда не мог понять и принять моей любви. – Мэйтланд неожиданно остановил бой. Его взгляд стал иным. Будто погасло в нём безумие и проступило что-то совсем другое. Неужели он говорил искренни? Капитан на мгновение опешил. Он совершенно не ожидал таких слов. Они сбили его с толку. Оллистэйр даже перестал чувствовать пульсирующую боль в плече.

– Шутка. Ха, поверил, малыш Олли? – свинцовый владыка выбил из рук принца меч и тот отскочил в угол. Нога в железном сапоге наступила на кисть мужчины, не дав той дотянуться до рукояти. Послышался легкий хруст. Капитан болезненно стиснул челюсти. Он оказался распластанным на полу, безоружный и жалкий.

– А может и не шутка. Понимай это как хочешь, братик. Я не стану тебя ни с кем делить, а просто уничтожу. По моему это самый подходящий вариант, не правда ли? – Мэйтланд медленно наклонился, остриё его меча коснулось спины принца, он надавил на рукоять, полностью обездвиживая тем самым соперника.

– Интересно, Мэй, что сказала бы наша мать, когда увидела бы какой ты стал и что сделал со мной. – Оллистэйр зло улыбнулся, снизу вверх взглянув на брата. Король с силой заехал железным сапогом по лицу капитана, тот откашлялся кровью.

– Мне плевать на родителей, плевать на тебя, слышишь, ублюдок? Пошли вы все к черту. – с этими словами Мэйтланд занес меч над мужчиной. Принц дернулся, что бы подняться и увернуться от удара, превозмогая боль. И вот тут произошло нечто невероятное.

Потому как в дверях тронного зала совершенно необъяснимым образом появилась Франческа Мун собственной персоной.

– Ба! Вот это сюрприз, миледи. – появлению шпионки король обрадовался несказанно.

Он даже как-то повеселел, представляя какой характер обретает эта схватка и какое наслаждение можно получить, позабавившись с этой девчонкой, тем самым морально уничтожая своего главного врага. О большем просто нельзя было и мечтать.

Капитан похолодел. Во рту его пересохло.

– Отойди от него. – до боли знакомый голос. Что-то внутри принца сжалось в комок, он предпочел бы умереть, чем осознать весь ужас того, что в зале появилась именно она. Лисси. Болезненно-сладкий укол в области сердца. Спазм и страх. За неё. Неистовый. Невероятный. Господи, ну почему она пришла сюда. Зачем? Он ведь сделал всё возможное для того что бы она осталась там, в Мандуруме, в безопасности. Он так старался уберечь её.

– О-ла-ла. Сладкая парочка жаждет воссоединения и уничтожения чудовища. Я прав? Неизменный счастливый конец… Как романтично. Интересно, если мой братец станет королем, как он того хочет, он сделает тебя своей королевой или ты просто будешь его подстилкой, м, милочка?

– Отойди от него. – всё то же требование, всё тот же метал в голосе.

– Какая настырная малышка! Я бы даже сказал, что это немного меня заводит. Но не скажу, потому как это не так. Зря ты пришла. Неужели плохо помнишь как я наказываю глупых девочек, не выполняющих своё задание? – в голосе короля слышаться угрожающие, стальные нотки. Взгляд Мун потемнел и погас.

– Отойди от него. – третий раз невозмутимо повторила девушка.

– А то что же, убьёшь меня? – насмешливая, язвительная улыбка безумца в ответ.

– Именно.

– Лисси, уходи, прошу тебя. – просьба капитана прозвучала хрипло. Он поднялся, но Мэйтланд с неистовой силой толкнул бедолагу, что бы тот не мешал разговору. И продолжил упиваться всем этим полным драматизма действием, пока его брат медленно сползал по стене.

– Ну уж нет, дорогой кузен, на этот раз я не стану тебя слушать. – ответила шпионка. Легкая дрожь в голосе все-таки выдала её смятение и волнение.

Мэйтланд сиюминутно воспользовался этой слабостью. Меч сверкнул в воздухе. Мун, быстрая как молния, скрестила своё оружие с лезвием короля.

– Не плохо. Ты была хорошей ученицей. Жаль, что приходится терять такие таланты. – почти всерьёз сожалея об этом, громко вздохнул Мэйтланд.

За стенами замка тем временем разразилась настоящая бойня. Но нашим героям сейчас было не до неё.

Лисси, изворотливая как змея, вступила в бой. Король вел беспощадную атаку.

Удары его, наполненные бешеной силой, ссыпались на шпионку градом и девушке едва удавалось избегать урона лишь при помощи своей невероятной ловкости. На третьем выпаде Франческа выбила меч из руки государевой. Однако же это не помешало мужчине и без оружия силой своего кулака повалить Мун на землю, совершенно не церемонясь с дамой по случаю её половой принадлежности. Лисси ахнула, сильно ударившись головой о холодную плитку, в глазах потемнело. Руки Мэйтланда крепко сжали её горло, приподнимая тело над землей. Стремительно стал исчезать воздух из легких, силы покидали девушку. Она была готова умереть столько раз. Но не сейчас, не теперь. Только не видя эти близко посаженные два безумных ока, болезненно выделяющихся на фоне бледного лица. Лица, столь ненавистного ей. Эта она, Лисси, мечтала сжать его шею в своих руках. Она не может так умереть. Только не так… Неужели этим всё и кончится, неужели она позволит себя убить? Руки шпионки вцепились в запястья короля. Она силилась разнять их, убрать от собственного горла. Удушливая волна не отступала. И вдруг всё прекратилось. Девушка окончательно провалилась во тьму.

72

Первое что почувствовала Мун когда тьма рассеялась – это такую реальную и жестокую боль во всём теле. И усталость, дикую усталость. Постепенно взгляд различил высокий красивый потолок над головой, такой рельефный, расписанный. Нимфы резвятся на лугу вокруг королевской фигуры в пурпурном плаще. Красиво. Черт. Но почему же так больно?

– Лисси. – тихо позвал голос совсем рядом и девушка вздрогнула. Этот голос в одно мгновение вернул осознание всего происходящего. Она лежит на полу в тронном зале. Она оборачивается и видит перед собой капитана. В его руке меч Орлиного Князя, лезвие которого по рукоять окрашено алой жидкостью. Рядом с мужчиной лежит пронзенное насквозь тело Мэйтланда с выражением тупого недоумения на лице. В остекленевших глазах навеки погас безумный огонь. Как и в её видении, он утонул в кровавой реке.

Мун пытается сделать движение. Капитан, отбросив оружие, склоняется над девушкой. На шее шпионка еще ощущает стальную хватку рук покойного свинцового владыки. Но жизнь, кажется, уже полностью принадлежит ей.

– Ты… Ты как? – чуть слышный вопрос.

– Живая. – почти такой же тихий ответ. И не слова больше.

Капитан смотрит на Лисси и она с изумлением замечает, что его руки дрожат.

– Я боялся, что… Я не… Боже правый. – только и высказал принц. Голос сдавленный, глухой. Его красивое лицо исказила гримаса боли, лицо со следами запёкшейся крови. Кровь на рубахе, кровь алая как лепестки беломканды. Этот цветок никогда больше не будет расти в этом королевстве. Мужчина крепко сжал руку Франчески. В этом жесте было больше слов, чем в самом длинном диалоге. Он просто хотел, что бы она жила. Что бы её сердце билось. Он слышал его ровное биение.

За стенами крепости великаны отступали. Разящие своими щупальцами медузы, погубившие не один десяток солдат ядовитым прикосновением, двигались в сторону корабля, лучницы на варгах перестали осаждать замок, низвергая на него поток стрел. Осада, как элемент военной операции, больше не имела смысла. Король умер. Солдаты склонили колено, увидев своего нового владыку и девушку с глазами-изумрудами по правую сторону от него, выходивших из замка.

– Никто из вас больше не пострадает. Даю вам слово. Война окончена. Пришло время оплакивать и почитать память павших. Да примут боги их души. – капитан обращался к жителям Серебряного Королевства. Они ликовали, узнав, что власть тирана свергнута. Они знали, что вот он, этот великий день из легенды о белом корабле. Он настал. Легенды, в которую никто не верил, но в которой все видели желанный для себя исход. Порой мифы все таки становятся былью. Все зависит от глубины и силы веры.

– Спасибо вам за службу верную. Я не забуду этого. – капитан говорил громко, что бы все могли его слышать. Он отвесил легкий поклон воинам, сражавшимся за него в решающей битве. Варгурн и Сноуфлейк зализывали свои раны, дворфы – великаны устало опустились на палубу, от чего корабль ощутимо качнуло в сторону. Барбатум ободряюще улыбнулся.

– Прощай, Оллистэйр Луноликий Король. Прощай, Лисси Чувственное Сердце. Вы изменили историю миров и выполнили своё предназначение. А мы исполнили свой долг перед вами. Теперь нам пора возвращаться в Мандурум. Больше мы не увидимся, друзья.

– Передайте привет бабушке. И Солис с Лунаэ. – Франческа крепко обнимала варгов, из глаз её текли слезы. Было так тяжело расставаться. Да и вообще, разве расставаться когда-нибудь бывает легко? В особенности же с теми, кто полюбился?

– Ты маленькая, но сердце твоё огромное и сильное, как у великана. – дворф склонился в изящном, насколько это было возможно ввиду его впечатляющей комплекции, поклоне перед хрупкой фигурой шпионки. Она растроганно улыбнулась, словно бы еще не до конца веря во все происходящее и прижалась к руке гиганта.

Тот всхлипнул, кашлянув в рыжую бороду, дабы не выдавать своего волнения. Принцесса нравилась ему, как и её кузен. Он был рад знакомству с Призванными и гордился этим. За последние несколько дней произошло так много событий! Всё как во сне. Но видимо, пришёл черед проснуться. Ведь близится невиданный до сей поры рассвет. И вот, через пару мгновений гигантские галеас, вздымающийся на синих волнах, закрутился на водной глади, погружаясь в образовавшуюся воронку и канул в пучине морской, точно его и не бывало. Пенные круги исчезли, оставляя поверхность ровной. Бескрайнее море, спокойное и беспечное, дышало вечностью. Несколько чаек взметнулись в вышине и скрылись под облаками. Капитан почувствовал как его слегка пошатывает от усталости и потери крови. Он почти не ощущал ног и рук. Но лишь когда время склонилось к ночи, принц позволил увести себя в палаты исцеления. Все это время Оллистэйр не обмолвился с Мун ни словом. Он не знал как говорить с ней, не мог смотреть в глаза, но был несказанно рад тому что она есть, что она рядом.

Прошло трое суток с того момента как окончилась битва у пристани.

В чертогах покоя и оздоровления было тихо и уютно. Франческе быстро оказали помощь и она уже полностью поправилась. В большей степени в лечении нуждался капитан, хоть он и не желал признавать этого. Лекарям, однако, были безразличны его отважные попытки подняться с постели. Они предпочитали сначала вылечить мужчину, а уж потом позволить ему все остальное.

– Милорд, если вы будите упрямиться, Серебряным Королевством некому будет править. Разрешите же тем, кто разбирается в своем деле, помочь вам. – тихо говорил целитель в серой мантии. Принц, тяжело вздохнув, кивнул, соглашаясь с доводами мужчины. Он сидел на твердой поверхности, наблюдая за тем как сероглазый лекарь делает очередную перевязку. Плечо уже болело меньше. На лице не было видно следов крови, только несколько ссадин и небольшой шрам у правого уха говорили о недавних событиях.

– Коггард, как чувствует себя миледи Хартфил?

– Хорошо, сир. Ей значительно лучше. Её организм быстро восстанавливается. Она, я могу даже не преувеличивая сказать, вполне окрепла.

– Это замечательно. – чуть слышно ответил мужчина, его взгляд опустился на белоснежную ткань покрывала. Лекарь закончил с перевязкой и теперь поднимался, что бы уйти из палаты, оставив принца отдыхать.

– Перед сном выпейте настойку с ромашкой и мятой, это поможет уснуть. – посоветовал мужчина и, услышав утвердительный ответ, молча затворил за собой дверь.

Когда, серебря залив, луна повисла над башнями замка, по городу больше не сновал люд. Не лежали тела убитых на земле за стенами крепости, не было ни кровавых рек, ни скорбных рыданий в округе. Все было словно таким же как и до вторжения Призванных, только лучше. Именно в этот сумрачный час в палате капитана и появилась она. В простом ситцевом платье с небрежно заплетенной косой, покоящейся на плече. В руках её букет сирени. Аромат весенних цветов наполнил собой комнату. Он смешался с её запахом. Шпионка поставила в вазу цветы. Молчаливая, внешне спокойная, такая родная. В груди мужчины вновь что-то всколыхнулось и ударилось о ребра. Он знал, что она пришла за ним на поле боя в нужный час, что бы спасти. Он знал, что она ненавидит его, он знал, что её ненависть оправданна. Он понимал, что бы простить измену, мало быть ангелом. Он лишь не до конца осознавал, почему она все же вернулась после всего что он был вынужден совершить. Почему не упрекает? Почему так давит молчанием? Ему просто хотелось вжаться в постель и не видеть её глубоких глаз. Не видеть как в них отразится боль, которую он ей причинил. Тоска и скребущая кошками совесть сжимали сердце.

– Как твоё плечо?

– Почти не болит, спасибо. – сухо ответил мужчина.

– Посмотри мне в глаза, Оллистэйр.

Черт, только не это. Только не это. Он не… И все же, пересилив себя, капитан выполнил просьбу и посмотрел.