Вормхилл

После четырёх часов упорной борьбы англичанам удалось – таки пробить брешь в стене, занялся пожар. Противник всё теснее сжимал кольцо захвата. Первые смельчаки полезли на стены, но тут же падали обратно, облитые кипятком, либо прыгали с лестниц, которые обороняющиеся сталкивали со стен.

Наступил критический момент. Бирн оглядел людей, оставшихся в живых, и дал знак уходить. Расчищая пушечными выстрелами дорогу, граф Коннел помог нескольким мужчинам уйти из замка. Рядом с ним остался Леон, который не за что не хотел покидать Вормхилл, да Шон кузнец. Но вскоре одна пуля подкосила Леона, а другая кузнеца. Бирн остался один.

Волк, подойдя к стенам замка, начал осматриваться. Он видел, как под прикрытием огня группа мужчин вышла из поместья. Джорджии среди них небыло.

– Неужели она внутри. Только бы осталась жива, – думал Волк пробираясь среди дерущихся выше по холму.

Ирландское войско давно вступило в бой. Люди сражались отчаянно, но оказались зажатыми между уже воюющими под стенами и новыми частями подкрепления англичан.

Ирландцев становилось всё меньше. Конан, раненный двумя выстрелами, упал. На него сверху падали тела убитых товарищей. Битва близилась к завершению.

Волк с отвращением обходил трупы. Он вытащил за ноги Конана, и, тряся за плечи, спросил:

– Где твоя жена? Где Джорджия?

Рейд ещё дышал. Он с трудом открыл глаза.

Долго глядя на Волка и пытаясь понять, кто это, Конан неопределённо кивнул головой, как показалось Волку, в сторону Вормхилла. Перед глазами Рейда всё поплыло, и он потерял сознание.

Бирн, стоя на стене охапками сбрасывал англичан вниз. А они, как муравьи ползли на стены со всех сторон. Видя, что для него всё закончилось, Бирн спустился со стены и, взяв в руку горящий обломок доски, поджидал, пока англичане окружат его. Другой рукой исполин орудовал тяжёлой дубинкой, выжидая время. Когда солдаты неприятеля окружили его плотной толпой, Коннел бросил горящий обломок в чан с селитрой. Раздался мощный взрыв, Всё взлетело на воздух. Погибая сам, Бирн отправил вслед за собой больше двух сотен солдат, находящихся вне и внутри каменных стен.

Огромной взрывной волной большую часть английской армии отбросило назад.

Волк, спустившийся к тому времени к подножию холма, почувствовал удар в спину, и отлетел на несколько метров. Придя в себя, он понял, что это было. В душу пробрался леденящий холодок. Он смотрел на обломки стен, на то место, где, когда то находилось одно из лучших, укреплённых поместий старой Ирландии.

– Ничего не осталось не от Вормхилла, не от Бирна,– подумал он.

Вдруг ужасная мысль пронзила сердце:

– Джорджия! Выходит она тоже погибла.

С годами чувство Волка, испытываемое к Джорджии, изменилось. Он уже не просто хотел обладать недосягаемым, или доказать своё превосходство. Волк, по своему, любил её, как может любить человек с огрубевшим сердцем, давно не знавшим ласки.

Издав истошный вопль, он побежал в сторону береговых скал.

Джорджия, сидя в одной из лучших кают на «Виктории», рассказывала детям о героях-рыцарях. Гертруда находилась рядом.

– Я тоже буду рыцарем! – воскликнул маленький Леон.

– Главное, сынок, что б ы ты в любых обстоятельствах оставался христианином, а значит человеком, – Джорджия погладила сына по голове. Дети Гертруды и мальчик сирота Патрик, внимательно её слушали. В их глазах было столько искреннего доверия.

– Я несу ответственность за этих детей, которых лишают Родины. Помоги мне, о Боже! Что – то ждёт нас впереди?! – Молилась Джорджия.

Вдруг она услышала, что кто тот плачет. Поднявшись на палубу, Джорджия увидела, как впереди, поддерживаемая высоким красивым мужчиной шла юная девушка. Она горько плакала, опираясь на руку провожатого. Это были англичане. Джорджии стало жаль юной красавицы. Какое горе заставило её проливать слёзы?

Она увидела, как молодые люди сошли по трапу и к ним подошёл Чарльз.

Джорджия услыхала в возгласах девушки имена « Марта» и «Рордан». При звуке последнего имени у неё сжалось сердце – недоброе предчувствие сковало его.

Рордан лежал головой на коленях Гаррета. Молодому капитану трудно было говорить.

– Иди, друг, похорони Марту, – Рордан говорил тихо.

– Нет, капитан, там англичане я не пойду. Я сейчас не могу их видеть. Да и Марту уже не воскресить. Пусть в моей памяти она будет молодой и цветущей. Гаррет опустил голову, и крупная слеза скатилась по щеке.

Марту похоронили, и Виктория пришла проститься с Рорданом. Джеймс сначала не отпускал её, он боялся, как бы сестра не захотела остаться с умирающим. Но видя, как мучается Виктория, смягчился.

– Хорошо, сказал он – иди ненадолго. У вас не было будущего, ты ведь понимаешь.

– Ах, Джеймс, если Рордан умрёт, мне уже всё равно, что будет со мной! Я жила его любовью.

В это время Джорджия подозвала Чарльза:

– Что это за люди и почему девушка плачет? И ещё, я слышала имя Рордан. Объясни мне, что это значит?

– Я всё объясню вам, Джорджия, только позже. Чарльз не знал, как её сказать о брате.

Он пошёл вслед за Стюартами.

Марту похоронили недалеко от берега. Джеймс и Чарльз успокаивали Викторию.

– Марта была ей, как сестра, – Стюарт посмотрел на Чарльза. – Когда то отец привёз её ещё ребёнком из Испании, и она росла вместе с Викторией. Марта никогда не оставляла мою сестру… до этого дня.

– Виктория, любовь моя!

Рордан гладил девушку по щеке.

– Прощай! Я не доживу до вечера. Но поверь мне, я счастлив оттого, что ты была в моей жизни!

– Рордан! Как мне жить без тебя?

Виктория поцеловала любимого и долго смотрела на него, как будто хотела насмотреться на всю жизнь.

Подошёл Джеймс и увёл сестру на корабль. Виктория шла и оглядывалась, повторяя:

– Рордан! Мой дорогой Рордан!

Джорджия видела, куда прошла Виктория, она уже догадалась, кто это. Но при чём здесь Рордан. И тот ли это человек, о котором она думала. Джорджия осторожно сошла на берег и пошла вслед за англичанкой. Она поняла, что Виктория прощалась с умирающим любимым. Но какого же было её удивление, когда она увидела своего брата.

– Рордан! Нет, только не это! Джорджия не верила своим глазам.

– Ты должен жить, брат! Хватит жертв. Его надо перенести на корабль,– сказала она, обращаясь к Гаррету.

– Его нельзя трогать с места. Он долго не протянет. – Ответил Гаррет, глядя в пространство.

– Неужели?! Но что-то же надо делать?!

– Джорджия, мне трудно говорить. Иди к детям. Ты должна быть сильной, сестрёнка!

Рордан надолго замолчал, израсходовав запас сил.

Вдруг раздался звук отдалённого взрыва.

– Что это? – спросила Джорджия.

– Всё! Вормхилла больше нет! И Бирна нет! – Ответил Гаррет.

– Бирн, папа, Конан… Конан! Я должна найти его!

Джорджия поцеловала брата и побежала в сторону поместья.

– Стойте, Джорджия! Вам туда нельзя!

Чарльз бросился её догонять.

Холм был усеян трупами. От поместья остался кусок почерневшей стены и груда обожжённых камней. Языки пламени вырывались из кучи догоравших деревянных обломков. Жуткая картина. Джорджия старалась не смотреть наверх. Она боялась, что лишится сил, придавшись воспоминаниям и гнала прочь все мысли кроме одной:

– «Надо найти Конана. Живого или мёртвого. Без него я не уйду». Джорджия ходила среди убитых и всматривалась в каждое лицо. Много знакомых и друзей. Но об этом она вспомнит потом, а сейчас она искала мужа.

Чарльз ходил за Джорджией, помогая ей вытаскивать или переворачивать тела. К ним подошёл солдат, хорошо знавший Чарльза.

– Чем могу помочь, господин офицер?

– Не видел ли ты, Джим Ирландского командира Рейда?

Джим удивлённо посмотрел на него, потом на Джорджию и, улыбнувшись, понимающе кивнул.

– Ищите там, сер! – Он указал рукой на кучу тел в ирландских мундирах

– Спасибо, Джим!

Джорджия припала к груди мужа.

– Конан…

Вдруг она повернулась к Чарльзу.

– Он жив! Он ещё дышит. Я заберу его на корабль.

– Но Джорджия, вы не донесёте его.

– Мы вместе понесём его. Бери его под руки, а я за ноги.

– Он может умереть по дороге.

– Вы обещали Конану, что сделаете всё возможное для моего спасения. Так выполняйте же своё обещание! – Резко ответила Джорджия, перейдя на официальное «вы», – Или мы его уносим, или я с места не сдвинусь!

– Чарльз со вздохом взвалил Рейда себе на плечи.

– Женщина!– Сказал он. – И откуда у вас такая власть надо мной?!

Пройдя несколько метров, Чарльз проговорил:

– О сколько же могучих сил дремлет в теле вашего мужа!

– Устал? Давай вместе понесём. Да он не такой уж тяжёлый, всего одиннадцать стоунов* и пять фунтов.

– Да что вы говорите! Как пушинка!

Чарльз пытался шутить. Он волновался, успеют ли они до отплытия корабля. И что будет, если Рейд умрёт в дороге.

– Джорджия, вам предстоит нелёгкий путь. Как вы собираетесь его лечить. А если он умрёт на корабле? Подумайте о своих детях. Лучше бы он оставался в их памяти живым.

– Я не знаю, что лучше. Но знаю, что приложу все усилия, чтобы мой муж остался жив. Даже если он умрёт, мои дети не смогут упрекнуть меня в том, что я бросила его умирать одного.

– Как знаете – проговорил Чарльз отдуваясь.

– Мы уже почти пришли. – Пыталась подбодрить его Джорджия. – Представляю, как было тяжело лошадям таскать на себе рыцарей в тяжёлых доспехах. – Она пыталась шутить, что бы скрыть волнение.

– Бедные лошадки! Но я, как вы наверное успели заметить, пока ещё не конь.

– Милый Чарльз, – сказала Джорджия и ласково погладила Кларка по щеке.

– Вот теперь, дорогая Джорджия, я готов стать даже лошадью!– Ответил Чарльз и, подтянув тело Конана, зашагал быстрее.

Глава 13

« Прощай, Ирландия!»

«Виктория» готовилась к отплытию. Уставший Чарльз занёс Конана в каюту и уложил на постель. Джорджия прощалась с братом, который уже говорил шёпотом. Гаррет так и не отходил от капитана.

– Прощай, братик! Если бы можно было поделиться с тобой моей жизнью, я не пожалела бы её для тебя! Но я ничем не могу помочь, моё бессилие, как тяжёлый камень!

Джорджия гладила Рордана по голове и рукам.

– Мы встретимся, я знаю! Господь обещал воскресить всех умерших. Ты верь, дорогой! Там, где мы встретимся, не будет боли и слёз.

Либо от страхов и переживаний или от нервного потрясения Джорджия не могла плакать. Рордан нашёл силы улыбнуться ей.

– Иди, – сказал он тихо и показал глазами в сторону корабля.

Джорджия встала и медленно пошла к сходням. Ей казалось, что от её сердца мучительно больно отрывается большой кусок, который навсегда останется на этом берегу. Она понимала, что возможно, навсегда покидает Родину.

Как только Джорджия поднялась на «Викторию» Рордан потянул Гаррета за рукав. Собрав последние силы, он тихо сказал:

– Дай знать, когда судно отплывёт.

Гаррет понял, что его друг хочет убедиться, что Джорджия находится в безопасности. Возможно, только это давало ещё ему силы жить.

– Гаррет встал и взобрался на валун. Он увидел Чарльза, бежавшего в его сторону.

– Что -то случилось?

– Я хочу тебя попросить, Гаррет. Если Рордан умрёт, пока корабль будет в пределах видимости, дай мне знак,– Чарльз протянул Гаррету два патрона. – Выстрели в воздух два раза. Я ничего не скажу его сестре, но буду знать, что он уже отмучился. Судя по его виду, это произойдёт скоро.

Затем Чарльз подошёл к Рордану и пожал ему руку.

– Прощай, брат! – Так Чарльз назвал его впервые. Рордан открыл глаза и тепло посмотрел на англичанина, ставшего другом. Говорить капитан уже не мог.

Конан не приходил в сознание. Джорджия, стоя над ним на коленях молилась:

– Господи, исцели его! Сколько потерь от этой войны, Сначала мама, потом папа, Бирн. Теперь Рордан умирает. Что ждёт нас впереди? Господи, дай силы всё пережить! Прошу, Отец, дай мне силы!

«Виктория» медленно отплывала. Джорджия, стоя на корме, смотрела на удаляющийся берег и думала:

– Прощай Ирландия! Прощай моя Родина! Когда ни – будь, ты будешь свободна. И не только от рабства захватчиков, но и от рабства греха. Господь не оставит тебя, моя Ирландия! Родина – это не клочок земли, Родина то место, где тебя любят и понимают, где каждый волен служить Господу так, как сам того желает. Все мы здесь странники и пришельцы, небесная Отчизна, несравненно прекрасная ожидает нас. Там не будет горя и смерти, там нас не будут делить на католиков и протестантов, англичан и ирландцев и всех нас назовут чадами Божьими. Только так хочется пожить счастливо уже здесь, на этой земле! Господи, не оставь нас!

Вдруг она услышала звуки далёких выстрелов. Стреляли с того берега, где остались Рордан с Гарретом.

Джорджия всё поняла.

– Прощай брат! Я потеряла и тебя тоже!

Она вернулась в каюту. Вдруг слёзы градом хлынули из глаз. Пережитые волнения и горечь потерь дали о себе знать. Обессиленная Джорджия упала на пол и забылась тяжёлым сном.

Когда она проснулась, был уже поздний вечер. Джорджия поднялась на палубу. Тёмная полоска земли в тумане ещё виднелась за кормой.

Чарльз, стоя спиной к Джорджии, смотрел на отдаляющийся остров. Он полюбил Ирландию, вернее её народ. Но ответственность за возложенное на него поручение не позволяла расслабляться и предаваться унынию. Впереди обозначился другой остров. Это была Англия.

Джорджия вернулась к мужу и детям. Они спали. Судовой врач осмотрел Конана и дал утешительный ответ. Всё самое страшное осталось позади. Впереди ждала неизвестность и долгое путешествие. Жизнь продолжалась. Главное, как думала Джорджия, Господь всегда рядом. Она помолилась и успокоенная уснула, впервые за последние несколько дней, крепким, здоровым сном.

На прибрежном камне сидел Волк и смотрел вдаль невидящим взором. Мимо проплыл большой корабль, но до его сознания это не дошло. То ли от удара, то ли от перенесённых волнений, Волк потерял рассудок.

Вдруг он услышал тихий нежный голос:

– Уни! Уни!

Кто бы мог звать его по имени?! Только матушка. Волк встал. Он увидел вдруг фигуру, неясную, как в тумане. По воде шла его матушка.

– Матушка!

– Уни! Иди ко мне, мальчик мой!

Но тут он увидел, что это уже не матушка и голос был не её!

– Джорджия? Не может быть!

Да, это Джорджия шла по воде, протягивая к нему руки! Волк в этом был уверен.

– Уни! Иди ко мне, дорогой! – Недосягаемая доселе любимая звала его к себе.

Не веря глазам, Волк вошёл в воду. Сначала он зашёл по колено, потом по грудь. Джорджия, как ему казалось, всё звала, а Волк всё шёл. Наконец вода сомкнулась над ним.

Через два дня мальчишки нашли на берегу грубо обтёсанный каменный амулет. На одной его стороне был вырезан двурогий шлем и надпись: «Уни». На другой коряво нацарапано: «Джорджия».

_____________________________________________________________________________* Один стоун равен 14 фунтам или 6,5 кг.

Один фунт равен 0,45 кг.

Одиннадцать фунтов и десять стоунов равны 76 кг.