Музыка для братьев

Что делать? Вечный глупый вопрос. Риторический. Практически любой глагол подходит ответом под него. Тогда лучше конкретнее: что делать, ему, Борису, в сложившейся ситуации? С ответами не легче…

Он мог разорвать контракт, и устроиться на работу в своем городе. Нет, не мог! Потому что тех копеек с натяжкой хватало несколько лет назад на их троих. На четверых не хватит никак.

Он мог продать квартиру и переехать в Москву. Как делают многие. Теоретически – мог. А практически – нет… Потому что цена их трехкомнатной квартиры – третья часть такой же на окраине столицы. Хорошо, если третья… Но где взять остальные – то части? Жить в кредит? Ютиться в однушке? Ещё не легче…

Он мог переехать за границу. Контракт расторгать там никто не собирался: Бориса ценили. Жилье найти – не проблема, квартиру давали служебную, а домик стоил примерно столько же, сколько трёшка в Москве. Так то домик! Мечта о нём согревала Бориса. Она появилась у него ещё очень давно, слабым намёком отметилась в студенческие годы, и разрослась, когда Борис с Ольгой поженились. Они тогда жили с родителями Ольги… Недолго, правда. Потом они ушли, оставив им маленькую хрущёвку и скромный завет любить друг друга… Потом появился Антон. А Бориса сократили – потому что наступил кризис. Нет, не полностью сократили, конечно, просто сильно урезали зарплату, оставив ему только должность преподавателя. Он устроился тогда на вторую работу, хотел выкроить время для третьей… Пока их с Олей не пригласили работать по контракту в Европу.

Сейчас в России его ничто не держало. Ничто, кроме его семьи. Были, конечно, друзья, были товарищи, но ведь к ним можно приезжать. И просто достаточно знать, что у них всё в порядке… Потому что у каждого – своя семья, и она поглощает их. А как иначе-то? Это нормально. Вообще, сейчас столько средств для общения: включаешь интернет, скайп4 – и вот он друг, беседует с тобой за чашкой чая, и неважно, в каком конце мира ты сейчас находишься… А если захочется приехать, навестить его – теперешняя работа приносила для него достаточно средств. А если они переедут, и будет работать Ольга – тогда со средствами вообще не проблема… Там тоже будут поездки, но Антона можно будет брать с собой. Через год. Как раз есть время, чтобы переехать.

Но Оля не хотела. И Славка – куда его денешь? Про его родителей ничего неизвестно… Славка говорил ещё, что есть у него старшая сестра, но где её искать? А пока его не усыновишь – их не выпустят из России. Да и Тошка… Тошка обиделся.

Слова сына расстроили его. Как бы это сказать? Ранили? Нет, слишком сентиментально. Огорчили? Мягко… Они впились железной иглой. И сидели внутри. И жгли его. Нет, понятно, конечно, что Антон сказал так по глупости. От обиды… От внезапности предложения, к которому он не был готов. Но… Выходит, он не дорожит их отношениями? Отцом?

Вероятно, нет. Потому что сейчас даже не подходит к нему. Будто его нет. Ну ладно, скоро он уедет… Уедет – а дальше?! Он что, будет меньше скучать по сыну? Меньше тревожиться за него? Ему что, будет легче, оттого, что он не будет видеть, как сын не замечает его? Нет. Эта холодная игла никуда не денется из его сердца. Не выдернешь её…

Воскресение, а Валера на дежурстве. А Борису очень хотелось пообщаться с другом. Поделиться. Может он сможет что-нибудь посоветовать. Валерий порою удивлял Бориса неожиданным ценным советом, своим оптимизмом… И силой духа, когда упорно занимался розыском потерявшегося человека и даже ночью готов был сорваться по звонку телефона.

…Оля пила на кухне чай с супругой Валерия и что-то очень оживлённо рассказывала. Это излюбленное хобби всех женщин, от которых их так трудно оторвать, составляло значительную часть их времяпровождения. Особенно, если эти женщины давно не виделись. «Языки завязались» – как-то брякнул Славка. Ну… Лучше и не скажешь… Хотя супруга успевала за это время вязать носки, варежки, шапки и шарфики. Обновляла их мужской гардероб во время поездки. Пускай болтают, вероятно, сейчас для них это очень важно.

Славка остался с Борисом: он не любил кино. Странно, обычно мальчишки с удовольствием туда идут, особенно если это 3Д, и особенно, если какой-нибудь новый мультик. Может, просто чувствовал, что Борису плохо? Или устал и хотел побыть дома?

– Что-то Антона долго нет… – вздохнул малыш и посмотрел на Бориса. Глаза его темнели ожиданием. И тревогой за брата.

Где же мальчишки? Борис вздохнул, набрал номер Шурки. Потому что у Антона телефон не отвечал. Ох, по шее ему… Хотя – как? Нелепая ситуация с этой ссорой, как же её решить?

У Шурки в трубке длинные губки. Через минуту на телефоне высветилось сообщение: «Мы в кино. Ещё не закончилось. Всё нормально».

«Я вас встречу» – отправил ответное сообщение Борис и поднялся с дивана.

– Куда? – вопросительно посмотрел на него Славка.

– Пойду, встречу мальчишек. Темень такая…

– Я тоже, – вскочил было малыш.

– Нет, Славка. Побудь здесь. Там дождь опять, простынешь ещё… Не обижайся, – он взлохматил малышу светлые, пушистые, такие же как у Антона волосы. – Тебе кукурузных палочек купить?

Славка сердито нахмурился, потом посопел:

– Купить. И побольше. А может, я всё-таки с тобой схожу?

– Не надо, Славка. Я быстро.

Оставаться дома он всё равно не мог. Мысли просились на воздух. И за ребят тревожно.

Он заглянул на кухню. Оживленная беседа стихла. Так сразу… Интересно, вспомнят ли они то, о чём говорили до этого?

– Оль, Алина, я пойду встречу мальчишек. Что-нибудь купить?

Ольга поднялась с табуретки, подошла к мужу. Посмотрела в его глаза. Их тревога поглощала сияние её глаз.

– Борь, всё есть. Давай вместе прогуляемся?

– Не надо, Оль. Я быстро.

Выходной. Как об этом узнать, не глядя в календарь? Правильно. Повеселевшие компании на детских площадках, которые совсем не смущает дождь. Пьяные возгласы из тёмных дворов.

Примечания