Джареф. Кровь. Цикл Мемуары Бога

И вновь раздался его безумный каркающий смех, вперемешку с наслаждением и желанием. Я видел в этом эльфе себя. Свое будущее, если дам слабину своему зверю и пойду по пути разрушения.

– Ни один из вас не выйдет живым, – эльф поднял голову, глядя мне в глаза, и приподнял одну бровь. – Может, договоримся? Я дам тебе уйти и убью твоего заказчика! Поиграем в салки. Я вожу, а ты убегаешь! Поймаю, и твое тело будет принадлежать мне? Согласен?

– Нет, – я улыбнулся, глядя эльфу в глаза. Пальцами я выводил рунные письмена на животе мужчины кровью, обрисовывая кубики пресса к моему удивлению с нежной кожей. – Такой расклад меня не устраивает, эльф. У меня встречное предложение, от которого ты не сможешь отказаться, – он захрипел, едва я сжал его горло. Зрачки расширились, и от мужчины подо мной пахнуло еще большим возбуждением, на грани с болью. «Мазохист». – Пока я тут бродил, – «надеюсь, улыбка выдала всю степень моей кровожадности». – Не увидел не единого мага, не считая некоторых твоих гостей. Это надоумило меня, почему у твоего замка такие серьезные магические ловушки и охранные заклинания? Откуда столько «сока любви»? Ты сам маг, и где-то в глубине этой цитадели сидит очень сильное существо, ведь такие заклинания могут накладывать только араниль. А они беспокойно переносят такой поток энергии похоти, что разлит в воздухе. И саму ночь, ты устроил для араниль. Ей нужна пища, ты уже выпит досуха и ни поддерживать ее состояние не можешь, ни открыть свою слабость, – улыбка не покидала губ жертвы. – Мне безразличен тот сброд, что упивается вседозволенностью в этих стенах, эльф. А замок рухнет утром, – я медленно скользил пальцами по рукам мужчины, отмечая, как его тело напряжено. Каждый его мускул стал каменным и едва заметно дрожал от возбуждения. – В силу своих долгих лет жизни, думаю, тебе известны маги крови. И ты впустил меня к себе. Надеялся на трофей? Кормить мною араниль?

– Из тебя не выйдет Отнимающего жизнь, акан, – ухмыльнулся эльф. Его голос звучал хрипло и с придыханием. – Много говоришь.

– А я не ассасин. Наемник. Обычный наемник с дороги, коих тысячами бродит от таверны к таверне в поисках нанимателя. И нет, – тонкие запястья мага были теплыми, с выпирающими венами и гулким пульсом. У эльфа были тонкие, изящные пальцы… с шершавыми подушечками от частого использования оружия. Одно мое резкое движение и громкий вопль вслед за хрустом огласили небольшое помещение комнаты. Естественный запах Дейленаля стал острее и насыщеннее.

– Чего ты тянешь, монстр? – хрипел эльф, тихо посмеиваясь сквозь боль. Он был почти на грани маленькой смерти.

– Тяну время, – «странно, от Дейленаля даже через похоть веет веселостью. Не страхом, не напряжением. Безумной веселостью. Наслаждением». Этот эльф сбивал мой разум противоречивыми запахами.

– Для чего? Думаешь, я расскажу, как опустить полог? Или как снять заклинания и остаться вам в живых? – мужчина вновь засмеялся, поглядывая на меня своим лукавым взглядом возбужденных глаз.– Наивный. Я ведь могу позвать стражу.

– Зови, – я встал с кровати. – Ты настолько самоуверен в своей силе, что кроме стражей комнат, двух дроу и нескольких сотен солдат на стенах крепости, еще пары десятков у входа в подземелье, здесь нет больше никого. Толковые маги быстро раскусят для чего такие заклинания на стенах, а твои гости…им не до рассмотрения обстановки, ведь они несут тебе огромные средства, взамен на подобные развлечения. И все контракты скреплены кровью. Мы оба знаем, что разглашение тайн приводит к неминуемой смерти. А «сок любви» очень дорогой наркотик. Он здесь повсюду: в еде, в напитках, в женщинах. Хороший план. Я бы сказал гениальный.

– Долго еще тянуть время-то будешь? – скучающе протянул эльф, облизывая губы. – В любом случае, меня скоро хватятся. Полог-то снимать надо, – пошевелил запястьями мужчина, изгибаясь поджарым телом и звеня колокольчиками и цепями. Эльф хотел разрядки, ведь я своими действиями почти довел его до оргазма.

– Снимем, не беспокойся, – я сплел кровавые кинжалы.

***

Артефакт запечатал комнату.

«Теперь дверь для не магов не доступна, полог тишины блокирует стоны эльфа. У меня есть не более трех часов, чтобы выведать все его тайны, открыть заклинание на вратах и выбраться наружу».

Весь в крови, в маске, я стал пробираться к подземельям.

«Если Потухшая еще в сознании, можно договориться с ней».

Спуск в подземелье нашелся быстро. Запах наркотика витал и здесь. Охрана из двадцати человек – я угадал – стояла на посту. Я не остановился. Мои шаги было слышно. Кровавый кинжал рассек грудь ближайшего стража, тот грудой мертвого мяса и металла свалился к ногам своих сослуживцев. Взмах руки. Свежая кровь погибшего острыми пиками прокалывает остальных. Все двадцать мужчин мгновенно стали неспособными к дальнейшему дыханию.

Я отмахнулся от жалости к павшим. Что-либо чувствовать было излишним. За деревянной дверью оказался спуск в тюремный блок. Я чувствовал запах женщины, араниль, ее агонии, жажду магии и секса… а также боли и невыносимой тоски. Многие камеры были пусты, где-то еще висели полусгнившие трупы, распространяя смрад по помещению. В углах пищали крысы, изредка раздавались стоны. Запахи крови, испражнений, немытых тел, едва чувствовались из-за вони разложения. Темный сгусток эмоций касался поверхности моих эмпатических щитов: боли, агонии, страха, робкой призрачной надежды, разочарования. Среди этих привычных для этих камней эмоций нащупывались эмоций эльфа: радости и желания причинять боль, возбуждения и ощущение власти над жертвой. Охоты.

Я толкнул дверь, в конце коридора. За ней оказалось Темное помещение с решеткой, за ней виднелся силуэт человека. Едва мое зрение подстроилось под полное отсутствие освещения, я увидел камеру, где на стуле сидела араниль. Красивая женщина, с колтуном грязных пшеничного цвета волос. Ее лицо сердечком венчали усталые голубые глаза, в которых блестел лихорадочный блеск голода и возбуждения. Искусанные алые пухлые губы и грязная, золотистая кожа в разводах от семени. Ее длинные ноги были в синяках, ссадинах и порезах. Прикованные наручами к подлокотникам кресла руки были не в лучшем состоянии. На ее шее был виден темный кожаный ошейник. А вокруг стены с магическими символами на поверхности. Вся пещера пестрила вязью, что тянулась к женщине в оковах.

– Пришел развлечься, акан? – ее голос прозвучал хрипло, но так маняще. Мое сердце пропустило удар.

– Нет. Пришел вытащить вас отсюда, – связка ключей оказалась на гвозде. Замок и петли решетки открылись без шума.

– Меня поздно спасать, проклятый, – все также хрипло произнесла араниль, не сводя с меня своих темных от желания глаз. – Осталось только убить.

– Вы не желаете жить?

– Чтобы меня вновь использовали? Это не жизнь, – прохрипела араниль. – Назад дороги нет. И я не знаю, как жить вне этих стен. Похоть едва могу сдерживать, сил во мне осталось не так много, благо я привязана, иначе сейчас уже упивалась вашими силами, акан. Просто убей меня. Дай мне освобождение. Замок все равно вскоре рухнет. И ты избавил меня от хозяина. По всем законам, теперь я твой трофей.

– Как ты желаешь умереть? – запах «сока любви» стал ощутимее. Потухшая из расы Несущих свет подняла на меня свое лицо. А я едва сдерживался. Ведь мое тело помнило этот дурман и все еще его желало.

– Вы когда-нибудь были у океана? – с надеждой спросила она.

– Да.

– Покажите мне. Я хочу умереть там. Видя океан.

– Скажите мне, как предотвратить обрушение, и я освобожу вас, айя, – смотреть на сломленную женщину мне было больно. Она воин, бывший воин Несущих свет, это видно по развороту плеч, по манере держать голову. Гордая, сильная женщина, что познала оковы, плен, откуда нет возврата. И выбрала смерть.

– Эльф. У него есть кристалл деактивации магической защиты стен крепости и пещеры. Голубой, словно сапфир, камень. Если найдете его, поймете, как действовать. Времени на поиск после моей смерти останется не так много. Я столп заклинания, подпитка его и активатор. Без меня вязи пропадут, и начнется отсчет времени до обрушения.

– Я ведь могу вам помочь, вывести отсюда, айя, – очередная попытка уговорить прекрасное создание. Но выбор стоял за нею, я только исполнитель ее воли.

– Я выбираю – Перерождение. Той энергии, что сейчас летает в воздухе, хватит на поддержание относительной статичности заклинания. Вам должно хватить двух часов на поиск кристалла. А этот грот я выбираю своей могилой. Благодарю вас, – хрипло и надорвано шептала женщина, выгибаясь телом в поисках ласк – плоть требовала утоления основного инстинкта.

Мы соприкоснулись лбами. Вокруг нее воздух был наполнен запахами вожделения, нервозности и облегчения. Лебединую шею до крови натер грубый ошейник, мягкие волосы на затылке были влажными от пота. Я закрыл глаза и растворился в воспоминаниях. «Океан. Шум прибоя. Прохладные воды омывают каменисто-песчаный берег. Голубое небо переходит в темные бескрайние воды у далекого горизонта. Крики чаек и приятный теплый бриз, что обволакивает обнаженное тело. Запах соли и водорослей. Горячий песок под ступнями».

Краем сознания я заметил: девушка замерла и приоткрыла рот. Тяжело задышала. Запахло слезами, и эмоции счастья коснулись моих эмпатийных щитов легкой дымкой. Кровавый клинок вошел в сердце одним ударом. Тело девушки даже не вздрогнуло. По ее бледным, грязным щекам бежали слезы, а губы араниль улыбались. Я закрыл ее остекленевшие глаза, поднялся с колен.

Здесь мне больше нечего было делать. За спиной вспыхивали голубые всполохи разрушения магических связей. «Все же, замок рухнет раньше. Араниль, как и сказала, была привязкой». Подъем в главное здание занял немного времени. Вокруг витала все та же атмосфера разврата, но уже сходящая на убыль. «Нужно открыть полог. Скорее всего, камень лежит за дверью, что охраняют дроу. Это принципиальные парни, договариваться с ними без толку. Убивать их не хотелось, но и слушать не станут».

Мои шаги тонули в толстом ковре коридора. Зоркие глаза эльфов неотрывно следили за моим приближением. А выглядел я соответственно гостям – в крови, благоухая вожделением и наркотиком.

– Ребят, Дейленаля не видели? – одурманенного играть проще, когда был им. Эльфы нахмурились.

– Нет. Вам нельзя быть здесь. Покиньте коридор, – один из дроу схватил мою руку. От чего быстро слег на пол, получив увесистый удар по затылку. Второго я достал в развороте. Оба тела упали одновременно с легким стуком о ковер. – Новички что ли совсем? Сомневаюсь, что застал их врасплох.

Металлическая дверь поддалась не сразу. Интуиция шептала о расставленной ловушке, что паутина оплетается вокруг, и я увяз в ней без возможности выбраться.

«Не нравится мне все это» ощетинился Храмм.

В комнате сидел мужчина, из-за паутины тьмы не было ничего видно, только силуэт в кресле за столом. А вот запах принадлежал человеку, который должен был быть мертв.

– Ну, здравствуй, Джареф, – «все же, Эльсия видела не смерть Грэхэма». – Не ждал тебя так скоро. Смотрю, ты не рад нашей встрече.

– Не думал увидеть перед собой живой труп, – дверь за моей спиной тихо щелкнула замком.

Моргнул магический светильник, и комната озарилась бледным светом. Все пространство стен было занято полками с небольшими коваными сундучками, а в центре, на кресле с высокой спинкой сидел мужчина в темных одеждах не по размеру. Его взгляд из-под капюшона блуждал ударами ненависти по моим эмпатийным щитам. Мне здесь было тесно и неуютно. Стены давили и сковывали. «Что это за чувство? Чье воздействие?» Я едва мог стоять на ногах. Словно что-то заставляло преклонить колени и сдаться.

– Личина всегда делает свое дело, – Грэхем слегка изменил положение тела, поднял голову. – Ты ведь носишь личины? Знаю, носишь. Я столетиями следил за тобой, Первый Князь Северной Империи. Но теперь мне незачем играть роль преданного друга Элькора и его шавки. Глупый лай для охраны границ Империи не мое.

– Власть? – через силу я разжал челюсти. «Что здесь происходит?» Сердце гулом отдавалось в ушах, сознание плыло, в глазах двоилось.

– О, да. Власть. Сладкое слово для меня, – акан скинул капюшон, тряхнув головой. По его плечам рассыпались каштановые волосы с проседью. Тяжелый подбородок рассекал свежий шрам, а правый глаз был закрыт повязкой. В единственном глазу тлела жажда крови.

– Зачем тебе смерть Короля Эрний и его дочери? – «Дейленаль всего лишь пешка. Всего лишь исполнитель и ширма. Главный заказчик вот он, передо мной», осознал я всю степень глубины кроличьей норы. Запахи секса и дурмана забивали мне легкие. Видимо весь замок провонял «Багряной ночью».

– Ответы останутся при мне, Старейшина, – Грэхэм поднялся. Что-то щелкнуло, и в мои глаза ударил яркий до невозможности свет. Боль растеклась по всему телу. Ломило руки, горела кожа, импульсы боли резали разум агонией.

Через силу, ломая собственное окаменевшее тело волей, я заставлял себя двигаться. Взмах руки. Щит вспыхнул, позволяя дышать. С хрипом и через комья крови во рту.

– О, – когда зрение восстановилось, я увидел черные сапоги перед лицом и тлеющие ошметки моей кожи. – Об этом мне не сообщили. Ничего, успею наказать твою землячку.

«Огненная плеть» прошипел Храмм.

Огненный щит засиял передо мной, едва мысль о нем всколыхнулась в мозгу. «Поблагодарю супругу позже». Я оттолкнулся тлеющими руками в сторону, почувствовал удар спиной о нижнюю полку. Вспыхнули клочья кожи, догорая в огне плети. Раздался свист воздуха и треск пламени.

– Остановись! – воззвал я к высшей крови. Огненная плеть рассекла полки, и тяжелые сундучки посыпались на каменный пол. «Приказ не подействовал?» Инстинкт вопил убраться отсюда. За спиной оказалась холодная поверхность двери. Тело подчинялось, но усилий на контроль требовалось больше. Вяло, слабо, я дышал через раз!

«Храмм. Что происходит»?

Змей панически перебирал чешуей, скреб когтями по моей грудной клетке, тянул связь между нами. «Все идеально. Я не вижу никаких действий на магическом уровне на тебя. Никакой магии нашего мира! Совершенно ничего! Душа моя… Твои резервы полны, тело наполнено энергией. Все щиты на месте: эмпатийный, крови, сокрытия ауры, подавление силы ауры, ментальные. Я не понимаю…»

– Удивлен? – Грэхэм засмеялся. – Твоя аура сейчас питает этот замок. Я долго искал магические вязи, Старейшина, – проклятый ухмыльнулся гаденькой улыбкой. – Нашел. Правда Габриэль немного помогла. Неосознанно. Пришлось незаметно выкачивать из нее кровь.

Вот что за ощущение вокруг. Я заново осмотрел комнату. Здесь всюду была Старшая кровь. В стенах, в полу. И в акане напротив. «Когда Грэхэм предал нас? Как давно, он задумал это? Как давно, мы были слепы?»

«Храмм, я не чувствую ничего».

«И я, душа моя». Ящер подобрался, анализирует окружающую обстановку. Преображение началось, едва ногти разорвали кожу моих ладоней. И… ничего. Тяжелые капли упали на пол. Перед глазами встала алая пелена, и довольный смех мужчины отразился от стен.

Ловушка захлопнулась. А я, как наивная мышь, полез за сыром. «С переломанным хребтом долго не живут» печально подумал я. Чувство, что крышка гроба захлопнулась, накатило паникой.

– Здесь, в этой комнате, ты обычный смертный, – боль разорвала грудную клетку.

«Джареф!» вопль дракона затих в темноте…

Примечания