- -
- 100%
- +
Чем больше денег я получу за сегодняшнюю смену, тем больше лекарств смогу купить для своей любимой матери.
Все шло вполне хорошо, пока не наступило время обеда. В этот момент количество гостей в заведении обычно значительно увеличивалось и приходилось выкручиваться, чтобы не забыть уделить внимание всем. К счастью, со мной в зале сегодня работала Эйви, поэтому было намного легче разгребать гору заказов.
Когда наплыв гостей закончился, а все присутствующие были обслужены и сыты, своим визитом нас почтил еще один человек. От одного лишь его появления на пороге мне стало не по себе – зал словно наполнился волнением и тоской.
Это трудно объяснить, но почему-то последние пару лет я неплохо ощущаю эмоции и ауры других людей. Такой своеобразный дар немного помогает мне в жизни, но иногда из-за его проявлений на сердце так и набегает тоска. Прямо как сейчас…
Статный, слегка в теле мужчина, одетый в черный богатый костюм, важно огляделся и разместился за столиком у окна, после чего рядом к нему подсели двое его телохранителей.
По спине так и бежали мурашки лишь от одного его жуткого и надменного вида.
Ох, надеюсь мне не придется его обслуживать?
Зазывной жест гостя, указывающий в мою сторону, уже дал нужный ответ.
Ну конечно, кто же еще?
Поборов на время волнение, я сглотнула образовавшийся ком, взяла дощечку с бумагой для записей, приподняла подбородок и зашагала к новым гостям.
– Доброго дня! Добро пожаловать в «Драконью обитель». Чем я могу вам помочь? – я проговорила стандартное приветствие и нацепила на себя улыбку в попытке показать, будто всеми силами души рада видеть этого мужчину.
Только вот сам гость дружелюбие ко мне проявлять не захотел. Теперь, оказавшись гораздо ближе, я намного четче ощущала его ауру и эмоции. Для него все присутствующие – лишь жалкие ничтожества… Я словно чувствовала, как плачут работники тех торговых лавок, которыми он владеет. Похоже, условия труда у него не самые приятные…
Надменный богач гордо уплетал принесенный ему дорогущий заказ и на некоторое время мне удалось вздохнуть спокойно, но после трапезы его заинтересовал другой предмет интерьера.
В самом углу стоял небольшой, украшенный скатертью цвета ночи, столик с картами, чайной свечей и стеклянным шаром. Эдакий магический уголок. Один раз хозяин заведения увидел, как я гадаю незнакомцу, и с тех пор обустроил это укромное местечко для возможности дополнительного заработка. Я же была только этому рада – мне доставался приличный процент за каждое гадание, а значит сегодня есть шанс подзаработать куда больше.
Эх, если бы я только знала, чем в итоге аукнется такой яркий энтузиазм…
Дважды меня уговаривать не пришлось – менее, чем через минуту мы с гостем сидели по разные стороны столика. Мужчина протянул мне свою руку и началось наше гадание. По телу то и дело бегала дрожь: то, что я чувствовала, явно не стоило говорить вслух. Плачущие лица семей, которые он вогнал в долги своими дорогущими услугами; надменное отношение ко всем, кто ниже его статусом; ужасные условия труда для работников торговых лавок, владельцем которых он являлся… Все это складывалось о нем самую ужасную картину, какую мне только удавалось видеть! Это я уже не говорю о тайных мошеннических операциях в попытке обойти налоги. Нет, нужно придумать что-то другое!
Медленно водя пальцем по его ладони, я анализировала возникающие в голове видения и стала придумывать предсказание для гостя.
– Вижу богатство, процветание и долгую жизнь… – я придумывала на ходу приятные и максимально правдоподобные видения, рассказ о которых сопровождала приятным голосом и улыбкой. – У вас сейчас нет супруги, но скоро она наверняка появится! – я аккуратно провела пальцем по линии судьбы на его ладони. – Вот тут даже видно!
Гость скривился в недовольной улыбке и сузил свои черные, словно бездна, глаза. От него так и веяло негодованием. Похоже, он мне не поверил…
– Не нужно пытаться приукрасить увиденное в попытке доставить мне удовольствие. Говорите правду – ложь я за версту отличу, и уж тем более от вас…
Чувствую, как в горле от волнения опять скапливается невидимый ком… В спину ударило жутким холодом, а ноги, спрятанные под длинной юбкой платья и скатертью, предательски затряслись.
Ладно, раз иного выхода нет, то будет ему правда!
– Мне долго ждать? – возмутился гость, попутно разминая уставшую ладонь.
Собрав волю в кулак, я стала аккуратно высказывать ему свои чувства.
– Вы и правду богаты и процветаете, но вашу душу отравляют отрицательные эмоции тех, с кем вы имели дело. Похоже, есть те, кто не совсем довольны вашими услугами или условиями труда… Но не все так плохо – взгляните на мир по-другому и свет в вашей душе станет ярче! – высказав ему на духу все видения, я облегченно потерла лоб и слегка откинулась на спинку стула.
Подняв на секунду свой взгляд, я пришла в ужас.
На меня смотрел багровый от злости гость, который стиснул до скрипа зубы и до красноты сжимал в кулак лежавшую на столе руку.
– Вот жеж мр… Да как вы смеете?! – обуянный яростью мужчина стал рвать и метать. Для начала он подскочил и опрокинул гадальный столик, а потом подошел к своему месту у стола, где еще стояла недоеденная им и его охраной еда, и стал бросать все на пол. Под неразличимую ругань гостя я в панике наблюдала, как дорогущий эксклюзивный фарфор разбивался об пол на мелкие осколки. Остальные посетители решили не задерживаться и быстренько ретировались – связываться с озверевшим богачом сейчас не хотелось никому.
Когда на шум выбежал хозяин заведения, буйный гость уже успел разломать всю посуду со своего стола, а также немного с соседних.
– Что здесь происходит? – возмутился начальник, показательно спрятав руки за спину и подняв голову.
– Ваша гадалка-официантка… Она вообще не понимает, что видит и что несет! Оскорбила меня прилюдно, обозвала вором! Кому понравится слышать такое?!
От отчаяния я раскрыла рот, не найдя что ответить.
– Неправда, я такого не говорила! – выдавила из себя, безутешно вытирая катящиеся из глаз слезы огромным рукавом. – Вы просили рассказать вам правду, но я не оскорбляла вас!
– Ну да, наговорила гадостей, а теперь отмахивается! – якобы оскорбленный мужчина никак не хотел сбавлять обороты. Громко стукнув кулаком по столу, он вновь повернулся к хозяину заведения. – Знаете что… Ноги моей здесь больше не будет! Еще и знакомым своим обязательно расскажу о том, какие гостеприимные люди здесь работают!
Красный как помидор гость показательно повернулся к выходу.
– Нет, постойте! – окликнул его трясущийся от страха начальник. – Давайте мы уладим это недоразумение? Ваш сегодняшний обед будет за наш счет!
Остановив шаг, богач вновь развернулся к собеседнику.
– Хорошо, только я сяду за вон тот свободный и чистый столик! И заказ я оставлю другой девушке! Глаза мои чтобы эту пигалицу не видели!
По немому указу хозяина заведения Эйви быстро подхватила дощечку с бумагой для записей и побежала к хитрому гостю. Убирая осколки и разбросанную еду, я краем глаза наблюдала за обманщиком, что посмел так нагло воспользоваться моим даром.
Немой смех, адресованный мне… Его душа сейчас словно была пропитана им!
Наевшись вдоволь, хитрый гад поблагодарил хозяина заведения, дал обещание сохранить тайну об инциденте и покинул помещение, так и не заплатив. Я же стояла посреди зала белее мела и не знала куда себя деть.
– Спасибо, что помогли решить проблему! – мне хотелось поблагодарить своего начальника, который так ловко урегулировал конфликт. Только вот хозяин заведения моего энтузиазма не поддержал.
– Уж не знаю, что ты там ему наговорила, но даже не думай, что тебе удалось отделаться так легко, Гретта, – голос его всегда был в меру строг и настойчив, но сейчас он меня пугал…
– Не понимаю… О чем вы?
– Этот обед, испорченная еда и разбитая посуда… Раз за это не заплатил гость, то придется вычесть его стоимость из твоего жалования, поэтому за эту неделю ты ничего не получишь. – с показательным видом он протянул мне бумажку с сегодняшними расходами и сердце мое в этот момент остановилось.
Громко охнув, я прикрыла рот чтобы не закричать от отчаяния. Огромная сумма, что предстала моим голубым очам, была равна как минимум двум месячным зарплатам!
– Нет, я же ничего такого не сделала! – крикнула в отчаянии, вытерев еще одну накатившуюся слезу. – Этот мужчина специально все подстроил! Моя мама… Я же ради нее…
Хозяин заведения недовольно скрестил руки на груди и покачал головой.
– Гретта, я искренне сочувствую недугу, что настиг твою мать, но владелец трактира все же в первую очередь должен заботиться о своем заведении. Иди переоденься и езжай домой – на сегодня твоя смена окончена…
Пшикнув от отчаяния что-то несвязное, со всех ног я побежала в раздевалку, где уже облачилась в свой обычный костюм. Обратно я уже шла чисто по интуиции – разум до сих пор отказывался принимать текущую реальность.
Моя мама… Я собиралась купить ей лекарств, а не влезать в еще большие долги, коих у нас уже и так накопилось немало!
Уже на выходе из трактира меня еще раз остановил владелец заведения.
– И еще… Гретта, завтра можешь не приходить на работу. Одним из условий договоренностей с тем проблемным гостем было твое увольнение. Мне очень жаль… – последнюю фразу он и вправду проговорил с некоей долей сожаления, но легче мне от этого не стало. Сердце упало куда-то вниз и стало дико изнывать от обиды и отчаяния.
У меня больше нет работы, а за плечами у нашей семьи просто неподъемные долги…
Что же мне теперь делать? Как нам жить? Как помочь с тяжелым недугом любимой и единственной матери?
Обратно домой я ехала будучи полностью погруженной в мысли о сегодняшнем дне и предстоящем будущем. Все-таки хорошо, что конь мой знает дорогу и привезёт куда надо.
Я даже не представляла, что теперь скажу маме… От одной лишь мысли о том, что она явно не обрадуется, все сильнее защемляло в груди.
Искренне надеюсь, что взимающие долги люди войдут в мое положение, иначе нам с мамой не поздоровится. Конечно, никто не будет нас как-то бить или вовсе убивать, но вот изъять за долги дом – это им вполне по силам. Очень не хотелось, чтобы в результате моей безалаберности Мариэль, что воспитывала меня с пеленок и усердно работала, в итоге оказалась больной на улице…
Приближаясь к дому, я все сильнее мысленно молилась судьбе с просьбой подарить нашей семье лучик благословения.
О драконьи боги, пожалуйста, помогите!
Добравшись до родного участка, я поставила жеребца в стойло и зашла в дом, в котором, несмотря на яркое дневное солнце, почему-то горел свет. В комнате матери было пусто. Пациентки, что до этого лежала на кровати, и след простыл. Взволнованно сглотнув, прикоснулась к застеленному бельем изголовью в надежде понять, что встала мама с нее недавно.
Кровать холодная… Я бы даже сказала, что ледяная!
В голове теперь стало крутиться еще больше плохих предчувствий, а сердце так и трепетало от ощущения чего-то неладного.
Представшая моим очам картина на кухне заставила меня вскрикнуть и проникнуться паникой…
Нет! Это не может быть правдой!
Глава 2
Нет, даже не хочу и пытаться в это поверить! Мариэль! Нет!
Вернувшись в реальность и рванувшись вперед, я подскочила к своей матери, что сейчас недвижно лежала на полу у стола. Аккуратно со слезами на глазах прижав к себе бедняжку, я стала оглядываться в попытке понять что же произошло. Разбитая фарфоровая пиала и разбросанный рядом салат явно говорили о том, что женщина пыталась приготовить еду, но в итоге потерпела неудачу в своем замысле.
Отодвинув осколки и аккуратно повернув испачканную кровью голову матери, я в срочном порядке сиганула за полотенцем и теплой водой, чтобы умыть бедняжку.
На лбу пострадавшей зияла приличная открытая рана и шишка. Похоже, она упала и сильно ударилась головой. Нужно срочно ей помочь!
Ответом на мои заботливые ухаживания стали долгожданные движения ее век, которые наконец-то открылись.
– Гретта, дочка… – Мариэль снова кашляла, только еще сильнее, чем раньше. Сразу после этих слов она обратила свой затуманенный недугом взор в сторону рассыпанной еды. – Ох, прости, я так хотела угостить тебя вкусным ужином, но…
– Ну его к драконам, этот ужин! Главное, что ты сейчас жива, а с недугами мы справимся! Только потерпи… – восклицала я, со слезами обнимая любимую кровь и всхлипывая от плача.
Женщина медленно залезла в карман фартука и тихонько положила мне в руку свой медальон. Все годы, сколько я себя помню, Мариэль носила его не снимая, а теперь она вот так просто отдает его мне?
Эмоции, что сейчас словно вихрь витали вокруг, рассказывали о том, как ей грустно видеть мою боль.
– Не горюй, моя малышка! Я хочу, чтобы ты была счастлива, а не горевала попусту, – этот болезненный, содрогнувшийся кашлем голос еще сильнее распалял в груди отчаяние и страх.
Страх стремительно приближающейся потери…
– Мамочка, мое счастье – это ты! Больше ничего мне не надо! Только выздоравливай!
Ее дрожащая холодная рука прикоснулась к моей светлой щеке и стала пытаться вытирать некончаемые слезинки.
– Милая Гретта, запомни: я всегда буду рядом! Ты мое единственное и самое любимое сокровище! Не горюй и борись за свое счастье, пусть это и будет нелегко. С нетерпением я буду ждать того момента, когда ты исполнишь свои мечты и каждый день твои голубые, словно сапфиры, глаза будет озарять счастливая улыбка…
Еще раз болезненно кашлянув, Мариэль громко сглотнула последний глоток воздуха и закрыла глаза. Прохладная рука, что гладила мою щеку, обмякла и упала на застеленный старым ковром пол, а ветер стал легонько развевать взлохмаченные седые пряди.
Вскрикнув от отчаяния, я уткнулась носом в грудь любимой матери в надежде услышать заветный стук ее сердца, но ответом стала лишь тишина… Мои руки, крепко сжимающие родную кровь, сильно затряслись, а слезы полились ручьем.
На шум от моего громкого навзрыд крика сбежались соседи.
– Мама! Мариэль… Нет! Прошу, открой глаза! – причитала я, заливая слезами горя грудь не подающей признаков жизни матери. – Пожалуйста… Не покидай меня! Вернись!
Добрая женщина, что жила в доме справа от нас, тихонько подсела сзади и положила свою руку мне на плечо.
– Сочувствую вашей утрате, – ее переполненный скорбью голос ударил болью по моим ушам. – Только вот слезами вы горю уже не поможете. Это будет очень тяжело, но… Надо продолжать жить, вспоминая любимого человека добрым словом.
«Продолжать жить»? Как она себе это представляет? Мое сердце сейчас так болит, будто от него оторвали огромный такой кусок, превратили его в пыль и развеяли по ветру…
– Великие боги Империи… За что же они так со мной? Зачем они забрали ее у меня? Единственная, любимая и родная кровь… Мамочка… – причитала я, уткнувшись гостье в плечо, которая, на удивление, терпеливо сносила мои эмоции и заботливо поглаживала мою спину.
Пока я влачила жалкие попытки успокоиться, мужчины подхватили тело моей матери и укутали его в одеяло, снятое с кровати. Чуть позже подъехали и люди, что занимались погребением, и вот уже на следующий день я вместе с остальными деревенскими жителями стояла у могилы Мариэль и со слезами на глазах навсегда прощалась с единственным родным моему сердцу человеком. На улице в этот момент шел проливной дождь и дул промозглый ветер. Казалось, будто сама природа оплакивала потерю дорогой и любимой матери, что, несмотря на все трудности, смогла подарить мне счастливое детство и ввести во взрослую жизнь…
Наблюдая со стороны, как рыхлая земля с каждой минутой все больше и больше покрывает деревянный гроб из темного дерева, я все сильнее злилась на злодейку судьбу.
Черт с ними, с этими долгами и неприятностями! Что я такого сделала в этой жизни, что она отняла от моего сердца любимую кровь? В чем провинилась Мариэль, что драконьи боги наградили бедняжку болезнью, а потом и вовсе забрали ее жизнь?!
Вернувшись в теперь уже пустой дом, я упала на колени прямо возле кровати, где когда-то спала моя мама и стала вновь изливать душу в пустоту.
Окружающий воздух, стены, мебель… Казалось, будто здесь все пропитано ее присутствием! В голове так и возникала мысль, что все происходящее лишь страшный сон, а Мариэль на самом деле вот-вот появится на пороге нашего дома… Пусть уставшей и взлохмаченной, но зато живой!
Только вот ужасающая и давящая реальность все сильнее ударяла в голову горькой правдой.
Я теперь одна в этом мире… Нет больше родной крови, что поддержала бы и дала мне совет. Родной крови, ради которой я жила…
Противно шмыгнув, я обхватила себя руками и задрожала от волнения, будто очутилась в лютом холоде. Теперь я сама за себя… Только есть ли в этом смысл? Может бросить все мечты и сдаться?
Вернувшись на время из тумана отчаяния, я замотала головой и несильно похлопала себя по щекам, чтобы попытаться прийти в чувство.
Я не должна так думать… Мариэль не понравилось бы это!
Своими последними словами она от всего сердца желала мне счастья. Нужно постараться исполнить ее волю, пусть это и будет нелегко!
Послышался странный негромкий звон чего-то железного, брякнувшегося на деревянный пол. Золотой медальон, который мне вручила перед смертью мама, приманивал мой взгляд своими яркими искорками, что отражались от полуденного света, проникающего сквозь занавески.
Позабыв на время о скорби и слезах, я подняла украшение и стала рассматривать его поближе. На золотом медальоне в виде сердца были выгравированы цветочные узоры, а сбоку виднелась небольшая кнопка, которая, похоже, и защелкивала украшение. Когда я нажала на нее, створки медальона раскрылись и явили моему взору его содержимое.
В первую половинку была вставлена фотография пары, на которой я отличила Мариэль и ее супруга. Женщина стала вдовой еще до моего появления в ее жизни и с тех пор так и не нашла новую любовь, но фотографию о возлюбленном она все равно хранила как зеницу ока. На другой половинке уже была вставлена моя детская фотография. Тут даже к гадалке не ходи: светло-русые косы и голубые глаза одновременно редкость среди жителей нашей деревни. Да и у хозяйки медальона никогда не было детей. Кроме меня, разумеется…
Но больше всего у меня удивил маленький, почти неприметный ключик от шкатулки, что лежал внутри одной из створок. Будучи еще малышкой, я несколько раз находила одну дивную маленькую коробочку в ящике комода, но она всегда была заперта на замок. Помню, как иногда хотела попробовать выведать у мамы о ее содержимом, но в итоге так и забывала об этом по своей детской наивности и продолжала жить как ни в чем не бывало.
И вот теперь в моих руках ключ к таинственному предмету, который не давал мне покоя с самого детства…
Интерес теперь стал так изъедать меня, что я на время позабыла о слезах. Повертев миниатюрный, украшенный серебристым кристалликом ключик в лучах солнца, я оторвала от твердого пола ноющие из-за долгого сидения в одной позе колени и пошла к уже знакомому, слегка потрепанному временем комоду. С характерным скрипом я выдвинула нужный ящик, в уголке которого та самая заветная шкатулка ждала своего часа, а потом с неким трепетом вставила в замочную скважину миниатюрный, почти невесомый ключик и повернула его. Легкий щелчок, раздавшийся в ответ, заставил меня на секунду вздрогнуть от предвкушения. Что же там может быть спрятано?
Задержав дыхание от сводящего грудь волнения, я медленно, с любопытной улыбкой приподняла крышку заветной шкатулки и громко охнула. Внутри лежал неимоверной красоты золотой кулон с каплевидным жемчужным камнем, который, как мне показалось, переливался внутри огоньками.
Желая удостовериться, что мне не почудилось, я несколько раз моргнула и потерла глаз свободной рукой.
Нет, мне не показалось… Внутри камня и вправду двигались какие-то белые, словно волшебные сгустки!
Вынув украшение из шкатулки, я принялась тщательнее его разглядывать. После моего прикосновения камень внутри сверкнул ярким светом буквально на секунду и вновь угас, будто все так и было. Ох, что это за кулон такой? И почему на его обратной стороне написано «Гретта», будто эта вещь принадлежит мне?
На душе стало как-то неспокойно от легкого страха перед неизвестностью и любопытства в предвкушении чего-то нового…
Я уже собиралась положить находку обратно, но в поле моего зрения оказался конверт, на котором также было написано мое имя. Этот почерк я не спутаю никогда. Его подписала Мариэль!
Отложив на время украшение, я с трепетом стала открывать слегка помятый конверт. Внутри лежало свернутое напополам письмо, которое также было написано ее почерком.
Дорогая Гретта!
Если ты читаешь это письмо, то, наверное, меня уже нет рядом. Наверняка ты сейчас стоишь одна посреди комнаты в размышлениях о том, как жить дальше и как же перестать плакать… То, что я сейчас поведаю, возможно, заставит тебя меня возненавидеть, но, к сожалению, когда-нибудь ты все же должна была узнать одну важную тайну…
Восемнадцать лет назад я ходила за грибами и нашла тебя в кустах неподалеку от деревни. Ты была укутана в немного разорванное и грязное одеяльце, а на твоей шее сиял этот дивный кулон. Чарующее свечение жемчужно-белого камня почти не оставило сомнений – ты необычная девушка, а это имя выгравировано на кулоне не просто так! Я не родная тебе мать, и, возможно, где-то на просторах этого мира по своей дочери скучают настоящие родители.
Разгадай эту тайну, найди свое счастье и исполни мечты, а я буду с высоты драконьего полета наблюдать за твоими приключениями!
Я сама сейчас не могу тебя обнять и успокоить, но знай, что время, проведенное с тобой, было самым волшебным моментом в моей жизни.
Желаю тебе удачи, дочка.
С искренней любовью,
Мариэль.
Дочитав письмо, я уже не смогла сдержать слезы, что набегали на глаза с первых слов. Разум просто отказывался принять то, что я увидела…
Моя любимая мама и мое детство… Вся жизнь, что я помню, получается была ложью?
Несколько слезинок капнуло на письмо и намочило бумагу. Чернила расплылись и буквы размылись, прямо как мое будущее.
Кто я тогда на самом деле? Может меня не просто так бросили и на самом деле я давно должна была умереть? Что мне теперь делать здесь в одиночестве?
По комнате резко пронесся легкий ветерок, который заставил музыкальное украшение из бренчащих трубочек исполнить знакомую симфонию. Успокаивающие ноты словно проникали в разум и дарили умиротворение.
Тут на меня словно снизошло озарение…
Я не должна думать о плохом! Какое бы ни было у меня прошлое, Мариэль подарила мне жизнь. Она воспитала меня не хуже, чем это бы сделала настоящая мать. Я не должна игнорировать ее желания! Нужно сделать все, чтобы исполнить волю пусть и почившей, но близкой моему сердцу крови!
Утерев чистой рукой последние слезинки, я отложила письмо и вновь схватилась за таинственный кулон. Легонько вздохнув, я расстегнула карабин и надела украшение себе на шею.
В отражении зеркала было видно, как мелкие волшебные огоньки чарующе двигались внутри камня. Я наблюдала за ними и ощущала, как скорбь и боль потихоньку рассеиваются, уступая место здравому смыслу.
Теперь у меня не осталось сомнений, что этот кулон – какой-то необычный магический артефакт. Но вот в чем его особенность? Что он дает своему владельцу? Почему он был на моей шее в тот момент, когда меня нашла приемная мать? Это мне, пожалуй, еще предстоит выяснить…
Убрав письмо и шкатулку обратно в комод, я схватилась за тряпку с веником и принялась наводить чистоту. С момента похорон мамы времени привести все в порядок совсем не было. Разве что рассыпанная еда – ее я сразу убрала с пола, чтобы не разводить ненужную живность.
Под взмах веника и мокрой тряпки мне даже стали приходить мысли о возможных планах на завтрашний день. Нужно бороться за счастье! Этого желала моя любимая мама! И первым делом утром после завтрака я отправлюсь обратно в АльДраккин чтобы найти себе новую работу. Конечно, у меня не так много опыта и есть лишь начальное магическое образование из домашней литературы, но кто знает – вдруг и этого будет достаточно, чтобы заработать нужную сумму? Нужно всеми силами попытаться сберечь уголок, в котором я провела счастливое детство!
Закончив с уборкой, я схватила фотографию Мариэль, спрятанную в резной деревянной рамке и пошла к высокой сакуре, что росла на заднем дворе. Прямо под кроной располагалась небольшая деревянная лавочка, на которой мы с мамой часто сидели вместе и о чем-нибудь разговаривали. Бывало даже закрывали глаза, затихали и медитировали, вслушиваясь в симфонию жизни…