Приключения магов

Во всеобщей свалке никто не обратил внимания на человека, который упорно пробивался к берегу, безжалостно нанося удары тем, кто мешал его продвижению, и своим, и чужим. Он оставался на корабле до последнего, пока на нём ещё можно было стоять. Но как только корабль начал уходить под воду сразу покинул его. Он понимал: как бы сильны ни были адепты Ордена, исход боя может быть только один: тех, кого не погубит дракон, добьют островитяне. Они миролюбивы и, возможно, не причинят зла своим пленникам, но это после. А сейчас они слишком захвачены воинственным пылом, чтобы быть милосердными. Покрытый кровью столько же, как и водой, он достиг наконец суши и сразу постарался скрыться в прибрежных кустах. Позволив себе короткий отдых, он пополз по большой дуге, с таким расчётом, чтобы оказаться за спиной у островитян. Это был незнакомец, ожидавший путешественников в храме. Тогда сила была на его стороне. Но сейчас ему оставалось только одно: думать о том, как выжить.

Викториан не зря выбрал именно его, чтобы возглавить эту операцию. Он быстро принимал решение, и обычно оно оказывалось самым эффективным из всех возможных. Вот и сейчас он хотел не просто отсидеться в кустах, ожидая окончания боя и надеясь потом как-нибудь потихоньку убраться с острова. Маловероятно, что у него это получилось бы. И в то же время понимал, что, даже вступив в бой, он не изменит его исхода. Он хотел исчезнуть отсюда быстро и надёжно, а для этого ему требовалась жертва. Опытным взглядом он безошибочно выбрал того, кто подходил для этого.

Незнакомец бесшумно двигался к своей цели. Юноша, ни разу ещё не ходивший на охоту самостоятельно, так как был слишком молод, ничего не заподозрил до тех пор пока не почувствовал, как натренированная рука сдавила его горло.

– О, демон – мой покровитель! – воззвал незнакомец. – Прости, что приношу эту жертву, не проведя обряда. Прими её и помоги мне.

И жертва была принята. Магический вихрь подхватил всех, кто к тому времени был ещё жив, и унёс. Островитяне остались одни. Покровительство Силены нейтрализовало силу демона, не позволив ему прихватить и их тоже.

И путешественники, и адепты Ордена, потеряв ориентацию, упали на горячий песок. По счастью во время перемещения они разделились, иначе, вероятно, бой продолжался бы и здесь.

Петро с трудом открыл глаза и сел.

– Что это было? – недоумённо спросил он.

Он потёр голову. Большая шишка почти на самой макушке отозвалась на это прикосновение вполне реальной болью.

– Не иначе как померещилось.

Но оглядевшись по сторонам, он был вынужден признать, что и дракон, и демон, перенёсший их сюда, были на самом деле. Как иначе объяснить, что морские волны в мгновение ока превратились в пески? Вон одежда до сих пор мокрая. Значит и море ему не привиделось. А дракон как ни в чём не бывало сидит себе в стороне и ждёт. Вот интересно, чего он ждёт?

Рядом зашевелился Иосиф, а вслед за ним и Григорий встал на ноги и помог подняться Всемиле.

– Куда это мы попали? – растеряно спросила она. – И куда подевались адепты Ордена?

– Не всё ли равно? – сердито ответил Григорий. – Надо как-то выбираться отсюда.

– Ох уж эти демоны! – проворчал Иосиф, ни к кому не обращаясь. – Вечно мы попадаем куда-то, откуда приходится срочно уносить ноги. Ладно. Попробую связаться с Силеной. В прошлый раз она помогла нам выбраться.

Он некоторое время сидел молча, мысленно беседуя с женой. Остальные смотрели по сторонам, стараясь определить, тот это мир, в котором они уже однажды побывали, разыскивая Бажена, или просто очень похожий? Присутствие дракона их не смущало, ведь в битве он сражался на их стороне.

– Она не может нам сейчас помочь, – сказал Иосиф, закончив разговор. – Слишком много островитян погибло в бою. Она занята ими.

– Подожди, – остановил Иосифа Григорий. – Дракон хочет что-то сказать.

– Откуда ты заешь? – Иосиф недоверчиво глянул на мага.

Григорий пожал плечами и сделал несколько шагов к дракону.

– Чего ты хочешь, Дракон? – спросил он, хотя и сам не мог бы сказать, какого ответа ждал.

Дракон переступил с ноги на ногу и повёл крыльями, а потом ответил. Голос дракона рождался, казалось, прямо в голове. Он оказался гулким и хриплым, словно слова появлялись вместе с рыком.

– Ты нужен мне, человек, – сказал дракон. – Я много лет искал того, кто сумел бы меня понять. Каждый дракон ищет своего человека. Не любого. Лишь того, чья душа сродни его душе. Я нашёл тебя.

– Но зачем человек дракону?

– Большая часть живых существ избегает драконов. Нас боятся или же считают животными. Но сердце дракона – это сердце героя, рыцаря, странника, и человек, находящийся рядом с ним, помогает избежать многих недоразумений.

– Так ты хочешь, чтобы я отправился с тобой странствовать, ввязываясь по пути в разные авантюры и совершая подвиги?

– Да…

– И если я откажусь…

– Я продолжу поиски.

Григорий оглянулся на друзей.

– Путешествовать с драконом, что может быть интереснее?

Всемила и Петро дружно закивали головами. В самом деле, дружба с таким существом сама по себе может быть интересна, особенно для мира, где драконы не водятся. А путешествовать вместе с ним по иным мирам! За такую возможность маг или просто человек, любящий приключения, мог бы отдать многое. Иосиф их энтузиазма не разделял. Он хотел поскорее вернуться к жене и дочери. Да, он был хорошим бойцом, но это не означало, что драки доставляют ему удовольствие. А в путешествиях, особенно в сопровождении дракона, постоянно пришлось бы быть начеку. Ведь говорил же он про авантюры и подвиги. А Ульяна ещё мала. Ей нужен отец.

– А как же Бажен, Маргарита? – высказал вслух свои сомнения Григорий. – Я не могу бросить их. Особенно сейчас, в разгар войны.

– Не так уж важно, в каком из миров ты будешь находиться, пока идёт война, папа, – постаралась успокоить его Всемила. – И Бажен и мама сейчас заняты, и мы всё равно не можем быть вместе. А если нужна будет твоя помощь, Силена найдёт тебя.

– Ну что, дракон, подкинешь нас обратно на остров, а? Сначала надо закончить то, что начато. А потом я, наверно, с тобой уйду.

Дракон склонил голову, позволяя людям взобраться к себе на спину. На мгновение крылья взметнулись, полностью скрыв от них окружающее. А когда опустились, мир вокруг был уже совсем иным. С одной стороны плескалось море, с другой возвышался лес. Оставив дракона на берегу, люди пешком вернулись в селение.

Привычного оживления они не увидели. Островитяне уже отошли от боя, горячность их улеглась, оставив после себя горечь и печаль. Память о том, что произошло, ещё не скоро позволит им смотреть на жизнь с прежней жизнерадостностью.

Иосиф первым делом отыскал свою дочь. Её приютила одна из женщин, пока его и Всемилы не было рядом. С девочкой всё было в порядке, по крайней мере, на первый взгляд.

Григорий и Всемила направились в её хижину, чтобы спокойно поговорить с Маргаритой. Они думали использовать перстень Григория или кулон Всемилы, но получилось гораздо лучше. Маргарита ждала их в хижине лично.

– Мама? Ты здесь откуда?

– Да. Разве ты не должна быть в Обители?

Маргарита встала и сделала шаг им навстречу.

– Владелин сказал, что я должна быть здесь, – объяснила она. – Это он меня сюда переправил.

– Откуда он мог знать?

– О чём?

– Что ты нам нужна. Нужна мне, – произнёс Григорий.

– Я пойду посмотрю как там Петро, – сказала Всемила, – а вы пока поговорите.

Она ушла. Григорий взял руки жены в свои и нежно сжал их.

– Я так люблю тебя, – тихо проговорил он.

– Я тоже тебя люблю, – ответила Маргарита. – И мне жаль, что наша встреча должна быть такой короткой.

– Почему же?

– Идёт война. И хотим мы того или нет, я нахожусь на другой стороне. Каждый мой выход за пределы Обители – это смертельный риск, поэтому пока война не окончится, я буду находиться там.

Григорий понимал, что она говорит вовсе не о том, чтобы просто спрятаться за высокими стенами Обители. Маргарита обладала способностью узнавать адептов – дар, которым наделён любой глава Ордена. Более того, она могла в любой момент, только сосредоточившись на человеке перечислить все его жертвы. Раньше, когда она могла обманывать себя, пряча истину за словами, что ведёт борьбу против Леона, пока он хотел убить её, потом против Викториана, похитившего её сына, она использовала этот свой дар, пытаясь спасти юношей и девушек от жертвоприношения. И была уверена, что ведёт борьбу против конкретных людей, а не против всего Ордена целиком. Теперь же, став признанным главой Ордена, обманывать себя она не могла. И выбор у неё был не богатый.

Григорий сочувствовал своей жене. Ей придётся использовать свой дар и сообщать Бажену информацию об адептах, а уж тот передаст её своим воинам. Для неё это было чем-то сродни предательству. Будь она рядовым членом Ордена, она могла бы чувствовать себя разведчиком в стане врага. Но глава Ордена – это другое дело. Адепты доверяют ей, не могут не доверять, и разорвать свою связь с ней они тоже не могут. Использовать это против них же она считала отвратительным. И всё же Маргарита не сможет поступить иначе. Даже просто ждать и ничего не делать, означало поддержать Орден. Это тоже значит предать. Предать всех тех, кто решился на противостояние, предать сына. А это для неё было намного хуже.

– Так что же, пока идёт война, мы не сможем встречаться? – печально спросил Григорий.

– Почему же? У меня есть как минимум одно незаконченное дело. А ещё… – Маргарита немного помолчала, – ещё я, может быть, сумею спасти кого-нибудь от жертвоприношения. Так что… Конечно я оттуда выходить буду. Просто об этом никто не будет знать. Сам понимаешь, когда идёт война с Орденом, его глава – самая желанная цель.

Григорий обнял жену одной рукой за плечи и склонился головой к её голове.

– Знаешь, а я встретил дракона. Он зовёт меня с собой. Всемила говорит, что ничего страшного не случится, если я уйду с ним. А если я нужен буду, Силена меня всегда найти сможет. А дракон знаешь, как быстро путешествует: один взмах крыльев и мы на месте.

Маргарита понимающе улыбнулась.

– Хочешь попутешествовать?

– Ну да. Ты не думай, если что, я всегда рядом буду. Я никогда вас не брошу. Но сидеть на одном месте ведь необязательно, правда?

Маргарита заглянула Григорию в глаза. В них

было столько любви, столько нежности и понимания.

– Конечно, – сказала она, – ты и раньше у меня сидеть дома не любил. Закончится война, мы с тобой вместе путешествовать будем. А пока давай, с драконом. Но сначала попрощайся за меня с дочерью.

Григорий крепко обнял Маргариту, прижался щекой к её щеке. Больше они не сказали друг другу ни слова. Маргарита через портал ушла обратно в Обитель, а Григорий вышел из хижины и пошёл разыскивать Всемилу.

Девушка сидела неподалёку, опустив голову и покачивая ногой. Григорий знал, что на самом деле она не так спокойна, как хочет казаться.

– Ну, как там Петро? – спросил он её подходя.

– Нормально. – Всемила подняла голову. – Мама уже ушла, да?

– Да, ей нужно было уйти. Война, сама понимаешь.

– Понимаю. И ты тоже уйдёшь. А я буду ждать здесь.

– Если хочешь, я останусь с тобой.

– Нет, не надо. Я уже взрослая, я справлюсь.

– Ну тогда, попрощаемся, что ли?

– До свидания, папа. Навещай меня иногда.

– До свидания, дочь. Конечно, я буду сюда возвращаться.

Григорий обнял дочь и поцеловал её в лоб. Всемила тоже обняла его. Отпустив дочь Григорий направился к пляжу, где его ожидал дракон. Напоследок он оглянулся. Всемила сидела на прежнем месте и смотрела ему вслед. Он помахал ей рукой, она помахала тоже и улыбнулась. От этой её улыбки у Григория стало легко на душе. Он тоже улыбнулся и зашагал веселее. Война – это, конечно, плохо. Она разрушает судьбы и разлучает тех, кто разлучаться не хочет. И всё-таки жизнь не кончается. Даже разлучённые, с печалью в сердце люди идут дальше. А рядом с ними по той же дороге идёт надежда.

Часть вторая.

Время шло своим чередом. Война меняла своё лицо. Самоуверенность адептов сменилась осторожностью, настороженностью и коварством. Особенно это касалось новообращённых адептов, не успевших принести ещё ни одной жертвы. Приказ Маргариты, выбирать жертв для обрядов из тех, кто сам вступил в Орден, заставил их задуматься. Те, кто мечтал о безопасной и беспечной жизни предпочли побыстрей отречься от Ордена. Но это им не помогло. Наоборот, после этого они вдруг оказались между двух огней. Противники Ордена им не доверяли. Более того – презирали и обходили стороной. Адепты со своей стороны также относились к ним неприязненно. Как же, эти люди дважды обманули их ожидания.

Открытые стычки постепенно сошли на нет, и теперь обе стороны тщательно и кропотливо выслеживали друг друга.

Были в этой войне и свои легенды.

Говорили в народе, что если адепты приносят в жертву невинного, появляются Воины Света. Они сильны и беспощадны. Ни одному адепту от них не спастись.

Воинами Света их называли потому, что перед их появлением всегда видели яркий свет. Короткая вспышка и вот уже отряд воинов окружает место действия. Говорят, никогда эти воины не ошибаются. Как ни прячься среди населения, всё равно отыщут. Каждого назовут, кого адепты своим демонам в жертву принесли. И никогда никого не щадят.

А ещё говорят, есть некто – весьма таинственная личность. Является не каждому, но уж если придёт, тут жди всякого. Случалось, живёт человек, вроде и не делает ничего, а почему-то его не любят. Смотрят косо, к двери боятся подходить. Дети тайком друг друга подначивают через двор его перебежать и не попасться. И вдруг человека словно подменили: улыбается, а в глазах такое облегчение, словно с души огромный камень ему сняли. А это его таинственный незнакомец посетил. Исцелил человека.

Бывало, конечно, и по-другому. Явится этот таинственный человек, побудет немного и уйдёт. А того, к кому он заходил, через несколько дней находят мёртвым.

И что это за человек, и куда он уходит, и откуда приходит – никто не знает.

Никто, кроме нескольких человек. Но эти люди никогда никому ничего не рассказывали. Даже между собой не обсуждали они эти слухи. Знал и Григорий, хотя и путешествовал по другим мирам. Иногда известия ему передавал Дарг – дракон, путешествующий между мирами так же легко, как и внутри миров. Силена тоже время от времени навещала его во сне и рассказывала о похождениях Маргариты и Бажена. Ну и про Всемилу, конечно, тоже, хотя её жизнь была намного спокойнее, чем у матери и брата. И сама Маргарита вопреки постоянному чувству опасности выбиралась порой из Обители специально, чтобы повидаться с ним. Она тоже рассказывала ему кое-что. Рассказала она ему и про Макса.

Это был парень, с которым она познакомилась, когда ещё путешествовала с Артёмом. Этот парень ей нравился. Она считала, что могла бы с ним подружиться. Но… Этот парень оказался адептом Ордена, и это сильно мешало дружбе.

Маргарита сказала, что Макс обещал отречься от Ордена, если она докажет, что сможет добиться своей цели, не принося жертв. А цель её в то время была – вернуть жизнь Артёму. С Артёмом ничего не вышло. С Максом, разумеется, тоже. Теперь, став главой Ордена, она разыскала его, а заодно посмотрела, кого он приносил в жертву. Это не были невинные люди. Макс тщательно выбирал их, собирал доказательства их преступлений, проверял каждое слово.

Маргарита попросила Владелина сотворить портал в какое-нибудь тихое место, где никто не увидел бы её появления. К Максу она пришла вечером. Он был один. Неожиданное появление женщины в своём доме он воспринял совершенно спокойно.

– Макс, ты не помнишь меня, – первой заговорила Маргарита. – Ты не можешь меня узнать, я сильно изменилась с той поры, когда мы в последний раз виделись.

– А мы виделись? – спросил он равнодушно.

– Я Маргарита. Ты помогал нам с Артёмом, помнишь?

– Помню.

Его равнодушие выводило Маргариту из себя.

Она испытывала к нему симпатию, и до сих пор ей казалось, что он должен испытывать к ней тоже нечто подобное. Во всяком случае, когда они расстались, чувство симпатии у него к ней было. Правда прошло уже много лет…Злится, однако, не имело смысла. Те, кто служат силам зла, не знают ни любви, ни дружбы, такова уж особенность этого Ордена.

– Я хочу, чтобы ты отрёкся от Ордена, – напрямую сказала она.

– Не могу.

– Я знаю, что ты попал в Орден случайно. Я знаю, что ты убиваешь не всех, а только тех, кто также творит зло. Я знаю, что если дать тебе шанс ты даже сейчас согласишься покинуть Орден.

Что-то внутри Макса дрогнуло. Он повернулся к Маргарите. Она увидела в его глазах боль.

– Я помню Артёма. И тебя тоже. Это действительно ты, хотя и совсем другая. Глаза обмануть не могут. И я действительно рад был бы, если бы кто-нибудь смог освободить меня от этого.

– Я могу помочь тебе.

– Нет! Мне никто не может помочь. Ты говоришь, что всё знаешь. Значит ты знаешь, как я попал в Орден. Тогда шла война, помнишь? Однажды ночью к моей матери в дом постучались. Это был человек. Раненый. Она впустила его, оказала помощь. А на утро к ней в дом ворвались человек пять. Раненого они убили на месте. Я вошёл в дом, когда они уже повалили на пол мою мать. Я убил их всех, но было поздно: один из них успел вонзить нож в её сердце. Тогда я поклялся убивать и впредь, согласился на что угодно, лишь бы мать была жива. Демоны приняли эту клятву. Мать живёт как жила в своём доме, а я приношу им жертву. Если я не стану этого делать, она умрёт. Рана в её сердце так и не зажила.

– Ты уверен, что она хотела бы жить такой ценой? Я не смогла Артёма спасти, но это был его выбор, а не мой.

– Нет. Она ничего не знает о том, что произошло. И я не хочу заставлять её делать выбор. Она – добрая женщина. Её жизнь дороже жизней этих негодяев, сколько бы их там ни было.

– Есть и другой способ тебе помочь.

– Какой же?

– Я могу вылечить твою мать. Я знаю, как это делается.

– Ну что ж. Попробуй.

Они вместе пришли к его матери в дом. Женщина сидела в кресле, придвинувшись к самой печке и глядя на огонь. Они вошли, а она даже не оглянулась.

– Здравствуй, мама, – тихо произнёс Макс.

Она словно и не заметила. Макс беспомощно оглянулся на Маргариту. Маргарита ободряюще улыбнулась ему в ответ. Потом подошла к женщине. Демоны оказались на удивление честными и обязательства свои выполняли полностью. Женщина была жива. Сердце билось исправно. Вот только зарастить рану они не захотели. Маргарита протянула руку и направила часть своей жизненной силы к её сердцу. Она чувствовала, как рана заживает, становится меньше. Наконец женщина вздохнула и прикоснулась рукой к груди.

– Наконец-то отпустило, – сказала она устало. – Так было больно.

– Матушка…

Макс опустился на пол рядом с креслом и положил голову на колени матери. Она положила руки ему на голову. Её пальцы нежно гладили его волосы. Потом они замерли. Маргарита подошла ближе. Женщина спокойно спала. Маргарита прикоснулась к плечу Макса. Осторожно, чтоб не потревожить сон матери, Макс поднялся. Они тихо вышли из дома. И только когда они отошли достаточно далеко, он заговорил.

– Спасибо тебе. Так ты хочешь, чтобы я покинул Орден? Теперь я могу это сделать. И всё-таки я не понимаю, почему ты решила мне помочь.

– Ты мой друг, – просто ответила Маргарита.

– А ведь я тоже знаю, что с тобой произошло. Как ты можешь после этого говорить, что я твой друг?

– Ты не виноват в том, что со мной сделали в Ордене. А кроме того, лишить демонов одного из их слуг – это ли не способ борьбы? Убивать не обязательно.

– Не всегда. Иногда без этого просто нельзя обойтись.

– Я в это не верю.

– Однажды жизнь столкнёт тебя с твоим злейшим врагом. Посмотрим, не найдёшь ли ты в этот момент оправдание для убийства.

На этом они расстались.

Маргарита рассказала всё это Григорию, а потом вдруг добавила:

– Знаешь, о чём я думаю…

– Нет, не знаю, – ответил Григорий вполне серьёзно.

– Я думаю о том, что вот победим мы Орден, а через сотню-другую лет какой-нибудь отчаявшийся человек, ну так совершенно случайно, снова возьмёт и его возродит. Так уже было и раньше.

– Так что же делать?

– А ты не знаешь? После нас нашу борьбу продолжат наши дети. Наследники. И наша задача сделать так, чтобы они в этой борьбе не проиграли.

Слова Маргариты на счёт наследников оказались пророческими. У всех у них, кроме дракона, уже есть дети. И вот, вернувшись к дракону на этот раз, Григорий узнал потрясающую вещь. Дарг охранял гнездо, в котором появилось яйцо.

Яйцо дракона – явление редкое и очень интересное. Глубоко под землёй, защищённое от всяких невзгод каменными обломками и магией, похожее на голубой драгоценный камень оно лежит, пока не придёт пора появиться малышу. Появляется яйцо очень редко: жизни одного человека не хватит, чтобы дождаться, когда в гнезде дракона появится яйцо ещё раз. Откуда оно берется, не знает ни один человек. Совместное существование дракона и человека всегда основывается на дружбе, иначе просто не возможно. Но яйцо – это тайна драконов, которую они не доверяют даже самым близким друзьям. Это потом уже, когда яйцо надёжно спрятано в глубине гор, и дракон и человек совместно защищают его от охотников.

Охотники (люди, которые рискуя жизнью достают ингредиенты для магических ритуалов, создания артефактов и так далее) в числе прочего собирают слюну дракона, чешую дракона, возможно, зубы дракона, но самое главное – скорлупа яиц дракона. И раньше, имея дело с охотниками, Григорий с лёгким сердцем платим им деньги, считая, что всё это не наносит драконам вреда. В принципе эти ингредиенты действительно можно добыть, не устраивая никому неприятностей. Но есть среди магов такие, которые считают, что живой зуб имеет больше силы, чем выпавший. А какой дракон согласится с тем, чтобы ему вырезали зуб? Правильно, только мёртвый. И скорлупа живого яйца, яйца в котором есть детёныш, ценится гораздо выше, чем скорлупа яйца разбитого, из которого детёныш уже вышел. Вот и приходится дракону (и, разумеется, человеку, с ним путешествующему) охранять гнездо от посягательств.

Дело осложняется ещё и тем, что на драконов не охотятся, как на зверей в лесу. Дракон – существо разумное и, кроме того, от природы наделённое магическими способностями, что делает охоту на него делом сложным и опасным. Охотник, встретив дракона, изучает его и постепенно, целенаправленно подбирается всё ближе. Выслеживает, пока не обнаружит гнездо. На этот раз целью стал Дарг. Точнее, не сам он, а его гнездо. И яйцо.

Всё это Григорий и узнал, вернувшись к дракону после того разговора с Маргаритой.

Он пробирался к пещере, в которой в последнее время обитал Дарг, когда заметил человека, проявлявшего повышенный интерес к той же местности. Григорий, сам оставаясь незамеченным, последил за ним, а потом пробрался в пещеру и рассказал о своих наблюдениях. Дарг обходными путями зашёл человеку со спины. Тот, разумеется ничего не заметил, так как дракон при желании может отвести глаза, если этого не ожидают. Он настороженно втянул ноздрями воздух.

– Пахнет неприятно, – тревожно сказал он.

Григорий уже знал, что драконы не ощущают

запахов, как люди. Носом они чувствуют, как бы это поточнее выразиться, намерения и общий эмоциональный фон. Он внимательнее пригляделся к этому человеку и обнаружил не выставленные на показ, но всё же заметные признаки, выдававшие охотника: оружие особого типа, специальные сумки, для хранения добытых ингредиентов, одежда, способная выдерживать все тяготы охоты на драконов.

Григорий его тревоги не понял.

– Тебе-то чего беспокоиться? – небрежно отозвался он на замечание дракона. – Ты так редко бываешь в гнезде, что ему тебя просто не достать.

– Видишь ли, именно сейчас в гнезде есть яйцо, – сообщил дракон.

В первый момент Григорий понял только одно – у дракона скоро появится детёныш.

– Так ты скоро станешь папой? – Григорий с энтузиазмом хлопнул дракона по лапе, где-то на уровне колена, жестом, каким друг хлопает друга по плечу. – Или, может, я ошибаюсь, и ты у нас мама? – шутя спросил он.

Дракон холодно посмотрел на человека:

– Это драконье яйцо! – в его голосе была бездна негодования. – Драконы особые существа, ваши законы размножения нас не касаются!

– Подожди, подожди, – постарался успокоить его Григорий. – Что плохого в рождении ребёнка? У нас это чаще всего продолжение любовных отношений. А у вас? Как же любовь? Дружба?

– Почему бы и нет? Ты ведь не отрицаешь дружбы между нами? И это не смотря на то, что по природе своей мы разные. Так почему бы не быть дружбе между себе подобными? Что же касается любви, то вы – люди, поделённые на мужчин и женщин – так и не смогли ответить на вопрос, что же такое любовь. Как можно знать, что она существует, если не знаешь, что она из себя представляет?