- -
- 100%
- +
Чужой жених
1
Мария и Андрей знали друг друга с самого детства. Когда закончилась война, парню было 20, а девушке 18 лет. Родители только и мечтали, что детки поженятся. А то, что у Андрея ветер в голове свищет, так ничего – молод просто еще и горяч. Вот обзаведется семьей, детки пойдут, тогда серьезнее станет.
Свадьбу назначили, оставалось всего пару месяцев, но будущий жених не стал дожидаться первой брачной ночи…
Мария доверилась парню – и в самом деле, все равно скоро она будет замужней девушкой. К тому же она его любила. Очень. А то, что он не испытывал к ней сильного чувства, так не беда – ее любви на двоих хватит. Главное, что родители решили.
Двоюродная сестра фыркала и смеялась:
– Ой, умора! Родители сосватали и поженить хотят! Прошлый век, ей-Богу. Сударыня, сколько деток вы мечтаете-с родить в браке? – вовсю уже хохотала Ирина.
– Ирин, ну чего ты как маленькая, в самом деле? Ты же прекрасно знаешь, что наши родители еще до войны решили, что породнятся. А уж когда наш папа спас отца Андрея на фронте, они скрепили свой договор клятвой. – оправдывалась Маша.
– Ерунда все это! Вот как ты с ним жить собираешься? Он же каждой девке под подол заглядывает!
– На то и расчет что он образумиться в браке. Я буду ему примерной женой. Ему со мной хорошо, он сам это говорил! – Маша покраснела.
– Ты чего? Ты уже? – Ирина начала заикаться. – Да как ты смела до свадьбы!
– А что такого? Тут считанные дни остались, вовсю идет подготовка. Считай, он мне муж почти что! И чего ты так разволновалась? Чего на меня кричишь?
– Да пошла ты! – Ирина выбежала из дома и бросилась за сарай. Зажав рот руками, она плакала. Слезы текли сами собой потому, что душила обида и злость на двоюродную сестру. Ну почему Андрея женят на ней? Ведь Ирина тоже его любит. Да и он ей оказывает знаки внимания, говорит, что по сердцу она ему. Что кабы отец не настаивал, то и не женился бы на Машке. Ирина надеялась до последнего что Андрей сможет убедить отца отказаться от этого брака, ведь не те времена уже. И как он мог с Машкой до свадьбы?
Куча мыслей вихрем пролетели за минуту.
Она вскочила и побежала на поле, где Андрей пахал на тракторе. Он остановился, вылез из кабины и посмотрел на нее:
– Ты чего как чумная бегаешь? Что случилось?
– Ты только недавно говорил как я тебе мила, а сам с Машкой. – она закричала и замолотила кулачками по его груди.
– Ну-ну, упокойся. Во-первых, Маша скоро станет моей женой, как бы мне этого не хотелось. А во-вторых – ты то не хочешь со мной гулять.
– Да, не хочу! Потому что это неправильно без свадьбы то. А ты обещал что-нибудь придумать!
– Что тут придумаешь? Если только сбежать отсюда. Я уже все обдумал, только не знал, как тебе сказать!
Ирина вытерла слезы и посмотрела на него:
– Что нужно делать?
– Выкради у своего отца из сейфа наши документы. Мы сбежим, в городе поженимся и позже, как все стихнет, вернемся сюда. И уже никто и ничего нам не сделает! Отец твой никуда сообщать не будет, это же стыдоба для него – родная дочь выкрала документы у председателя села.
– А Машка?
– А что Машка? Найдет себе другого.
– Но ты же с ней был…
– Ага, и не только с ней, что же мне теперь, жениться на всех подряд что ли? Главное, чтобы мы были счастливы, мы ведь любим друг друга!
– А ты меня и правда любишь?
– Очень! – Андрей поцеловал Ирину в макушку. – Беги. Как все получится, дай знать. Нужно покинуть село уже на этой неделе! В городе у меня тетка есть, у ней пока поживем, а там что-нибудь придумаем.
Через три дня председатель пришел от соседа изрядно выпивший – отмечали рождение сына. Ирина решила, что самое лучшее время – сегодняшняя ночь. Собрав наспех необходимые на первое время вещи в узел, она тихонечко взяла ключи у отца и едва слышно, чтобы не разбудить мать, вышла из дома и побежала в сторону избы Андрея. Тихонько постучав ему в окно и увидев его заспанное лицо – указала на узел. Он открыл створку:
– Ты чего?
– Я ключи у отца вытащила, вещи собрала. Давай быстрее, нужно сбегать в сельсовет, достать документы и подбросить ключи.
Через час Ирина пробралась в дом и тихонько положила ключи на стол и так же незаметно выскользнула из погруженного в сон отчего дома. У них все получилось!!
А наутро в селе был переполох!
2
Когда председатель не обнаружил дочери в доме он подумал, что она уже с утра отправилась на работу, но, бросив взгляд на стол, почувствовал неладное – чего бы ключам тут валяться? Он их всегда держит при себе, в кармане, а когда спать ложится, под подушку кладет. В каком бы состоянии не был. Что-то тут неладное.
– Анька, где Иринка? – обратился он к жене.
– Не знаю Петь, я ее сегодня не видела. Она видать очень рано ушла.
– Вопрос только – куда?
– Чегой-то ты говоришь?
– Ключи, мать – что здесь делают ключи?
– Не знаю, вчерась, когда ты пьяный пришел, я тебя укладывала и видела как ты по привычке руку с ключами под подушку запихнул.
– Запихнул, говоришь… А чего же они на столе делают? А ну-ка, пошли со мной в сельсовет.
Быстрыми шагами он добрался до места своей работы и открыл сейф. Так и есть – документы пропали, а вместе с ними и часть денег.
– Мать, слышишь, сбёгла дочь-то наша.
– Как сбёгла? Куда?
– Чего ты как курица кудахчешь, я почем знаю? Вот шельма!
– Петь, так погоди, а она что, сама что ли? Одна? Али может еще кто ее подбил на это?
– А это мы сейчас проверим.. – достав документы, председатель стал сверять их со списком односельчан.
Закончив, он еще несколько минут сидел молча, находясь будто в ступоре.
– Петь, ну чего там?
– Худо все там, мать, худо. Если это действительно так, как я думаю… А ну-ка пошли.
– Куда?
– К Авдеевым.
Подойдя к дому Андрея, председатель, не спрашивая разрешения, без стука зашел в избу.
– Ты чего, Петр Сергеич? – нахмурился Иван Андреевич.
– Сын твой где?
– А я почем знаю. Ты же ему два отгула дал, вот, чай, с девками и гуляет. Ну пусть потешится перед свадьбой, потом не до гуляния будет.
– Иван, глянь-ка ты – все ли вещи Андрея на месте?
– Так… Что произошло?
– А ты глянь, глянь.
Через несколько минут Иван Андреевич вышел из комнаты.
– Ну не все, чемодана нет. Я никак в толк не возьму – а куда же он делся и почему ты его ищешь?
– А я начинаю понимать в чем дело. Дочь моя пропала, вещички частично прихватила. Ключи у меня ночью сперла и документы, свои и Андрея вытащила. Заодно и денег тоже. Моих, между прочим. Получается, где-то мы не углядели и теперь эти голубки скрылись в неизвестном направлении.
– Ну как же… – Иван Андреевич развел руками. – А свадьба? Что же я теперь Степану скажу?
– Раз такое дело, пошли уж вместе объясняться… – председатель встал и направился к двери. – Пошли, не мешкай. А то сейчас Степан на работу уйдет, не надо чтобы кто-то раньше нас ему доложил о случившемся. Слухи же они быстрее ветра разносятся.
Когда Мария узнала о побеге жениха и двоюродной сестры, разрыдалась и закрылась у себя в комнате.
– Степан, брат, прости меня, не углядел я за Иринкой. Скажи Марии что я даю ей несколько дней на то, чтобы в себя прийти. Понимаю, как ей будет сейчас тяжело.
– Петь, как ты думаешь, где они сейчас?
– Мне кажется им одна дорога – в город. А где им еще остановиться? У Светланы. Вот я к ней и поеду, разведаю что к чему, да заодно и вправлю им мозги.
– Я с тобой поеду. -выступил вперед Иван Андреевич. – Поговорю с сыном по-мужски.
На следующий день Иван Андреевич и Петр Сергеевич выехали в город.
3
Петр Сергеевич и Иван вернулись ни с чем – у Светланы беглецы не появлялись. Через несколько дней Мария вышла на работу и все вокруг перешептывались и пересмеивались. А некоторые сочувственно кивали.
Тем временем Маша стала плохо себя чувствовать. Думая, что это от переживаний у нее кружится голова и тошнит, она не обращалась к фельдшеру и не говорила никому о своем самочувствии, став за последнее время нелюдимой – даже мать не могла ее разговорить. Но в скорее она поняла истинную причину – оказалось, что девушка ждет ребенка.
Узнав о том, что скоро станет мамой, Маша никому ничего не говоря зашла в сарай…
– Ах ты батюшки! – закричала Елена и ведро выскользнуло у нее из рук. Она застала свою дочь с веревкой в руках – Дочка, ты что же делаешь? Ох, как же вовремя я зашла, беды не случилось!
– Мама… – девушка заплакала. – Я не могу так больше жить.
– Ну что ты, что ты? – Елена обняла дочь. – Машенька, ты чего удумала? Разве ж стоит из-за мужика в петлю лезть? Да сколько у тебя таких Андреев еще будет. А может и к лучшему что свадьба не состоялась, смотри какой он ненадежный! Эх, а ведь я отцу твоему говорила – не к добру все это. Но он слово давал. Ничего, ничего, мы тебе другого жениха найдем, порядочного. Любить тебя будет, детки пойдут и обо всем забудешь. – приговаривала мать, прижимая дочь к себе.
– Ах, мама. Да никто меня замуж не возьмет!
– Почему? Ты же вон какая красавица. Интереснее, чем Иринка будешь, и что в ней Андрей только нашел? – бормотала мать, обнимая дочку сильнее.
– Да порченная я! – Закричала Маша. – Андрей. Он… он… У нас ребенок будет.
– Дочь, ты что же такое говоришь?
Маша рассказала матери о том, как это все случилось, как она легкомысленно доверилась своему жениху и потому, узнав о том, что носит дитя под сердцем, решила свести счеты с жизнью.
– Никогда, запомни, никогда не делай так! Все перемелется, мука будет.
– А люди что скажут? Сейчас смотрят на меня и пальцем тычут, а что будет когда пузо на лоб полезет?
– Поговорят и перестанут!
– А отец? – Маша снова заревела.
– А что отец? – Елена вздохнула. – Поговорю с ним… Куда же теперь деваться.
Степан был не в восторге от новости что дочь беременна. Он рвал и метал, кричал что найдет Андрея и за шкирку приволочет его, заставив жениться.
Но об Андрее и Ирине ничего не было слышно. Председатель и его брат регулярно ездили в город, но они как сквозь землю провалились.
Прошло пять месяцев, у Маши живот был сильно заметен и это служило поводом для сплетен односельчан.
И вдруг возвращается Ирина… Люди в селе, затаив дыхание, стали ждать развитие событий. Каждый будто боялся пропустить главную сплетню, и все друг у друга выспрашивали есть ли новости. Самые знающие, соседи Петра Сергеевича, с упоением рассказывали о встрече, которая произошла накануне. Ах, с каким же интересом они слушали их разговор прижавшись к забору…
Зайдя в калитку, Ирина остановилась перед крыльцом на котором сидел председатель.
– А, блудница явилась..
– Здравствуй, папа. – нерешительно произнесла она.
– Я тебе больше не отец. И ты мне больше не дочь!
– Папа… – Ирина заплакала.
– Слезы утри. Пустое все это. Воровка и блудница, по-другому тебя и назвать нельзя. Это же надо! Стащила у отца ключи от сейфа, вытащила документы и деньги. Деньги, между прочим, я откладывал тебе на обнову. Думал, приодену девку, замуж можно будет выдавать. А теперь кому ты порченная нужна?
– Я не порченная. У нас ничего не было с Андреем, потому что он на мне так и не женился!
– А что так?
– По приезду в город, мы сразу сняли уголок у бабушки, дом которой опустел после смерти сына на фронте. Она сдавала комнаты. Подали заявление на роспись и перед этой самой важной для меня датой я застала его с соседкой, Галкой.
– Что, повторилась история? Теперь ты понимаешь, что Машка чувствует?
– Понимаю… Только в отличии от Маши я хранила себя до свадьбы! Не надо меня с ней сравнивать. Я не столь глупа!
– Глупа, еще как глупа! Но хотя бы в этом случае ты головой подумала. А дальше то что?
– А дальше ничего. Баба Катя, у которой мы комнату снимали, тоже это увидела и выгнала их обоих. Вот так я и осталась одна. Жила у нее, мыла полы на заводе, а домой было стыдно приезжать.
– А что сейчас вернулась? – усмехнулся отец.
– Баба Катя умерла, нашлись племянники, которые меня выселили. Вот и пришлось вернуться домой. Да и не могу я в городе жить. Папа, я устала, можно в комнату пройду?
Но отец перегородил девушке путь.
– В мой дом больше ни ногой! В сарае жить будешь. А к зиме что-нибудь придумаем. О, замуж пойдешь! – поднял он палец вверх. Однополчанин мой в соседнем селе, жену ищет себе. Говорит, девок свободных мало. А те, что есть, уже сосватаны. Вот и напишу ему.
– Папа, не надо!
– Надо, надо. Иначе, где же ты в зиму будешь?
Девушка зарыдала, но отец оставался непреклонен.
– Он не старый, ему всего 29 лет. Прошел войну, показал себя отважным воином. Ранение есть, в легкое, но жизни это не угрожает.
– Я не хочу.
– Ну значит и живи как овца в сарае до конца дней своих. Никто из местных на тебя не позарится после такого. А в дом не пущу. Наказание тебе за наш позор и материны слезы.
– Ну правильно, сейчас все Машку жалеют, а я плохая. – пыталась она съязвить.
– А ты зубы не скаль! Говоришь, Машку жалеют? Жалели, пока пузо на нос не полезло!
– Что?
– То! Брюхата она от Андрея оказалась, Елена из петли ее вытаскивала. А все ты! Так что скройся из моих глаз чтобы я тебя не видел. – Петр сплюнул и зашел в избу. Когда жена явилась домой, он строго настрого наказал дочь не кормить и в дом не заводить:
– Бежала из родительского дома, самостоятельной себя посчитала. Вот теперь сама и хозяинует в сарае и пусть за это скажет спасибо. Увижу, что еду ей таскаешь, накажу! Вон погреб, пущай лазит туда и картоху сама себе на костре варит. А то ишь! Решила прийти, слезу пустить и все ей простят! Вот как Лешка засватает ее, тогда и вернется в дом. Дай листок, напишу ему сейчас…
4
Мать Ирины заплакала, когда узнала о разговоре дочери и отца.
– Петь, ну как же, это ведь наша кровиночка.
– Эх, мать… Сейчас пожалеешь, потом опять слезы лить будешь. Она думала вернется в отчий дом и все опять ей с рук сойдет? Пользуется тем, что единственная она у нас, балованная, но все, хватит! Она выросла и должна отвечать за свои поступки. Ничего, замужем будет -ума наберется.
– Но ведь она его даже не знает!
– А много ли ты меня знала до свадьбы? Ничего, стерпится-слюбится. Али я не прав? Скажи, тебе разве плохо со мной?
– Петь, ну что ты, ты прекрасный муж. А вдруг Алексей твой обижать ее будет?
– Алексей не будет ее обижать, он не такой как Андрей. Он честный, благородный и у него большое доброе сердце. Сейчас напишу ему, ничего не скрывая, а там пусть сам решает возьмет нашу непутевую к себе, либо я ее к своей матери жить отправлю, та женщина суровая, с ней не забалуешь. Ох, раньше надо было это сделать…
На его письмо ответила мать Алексея, она написала, что он сейчас лежит в больнице, ранение дало о себе знать. Но как только выпишут паренька, она ему покажет послание.
Алексей вместе со сватами прибыли через два месяца. Состоялось знакомство с родней невесты, только Мария не пришла – она так и не простила свою двоюродную сестру, не простила ей за то, что та увела у нее жениха перед свадьбой и сейчас она вынуждена будет растить ребенка в одиночку.
Буквально на следующий день после приезда Ирины девушки встретились. Ира отводила глаза и хотела быстро пройти мимо, но Маша схватила ее за локоть.
– Ну привет, сестренка! Зачем вернулась?
– А то ты не знаешь!
– Ты думала, что, если уведешь чужого жениха, жизнь твоя будет счастливой и безоблачной? Ну так что, ответь, принесло это тебе счастье?
– А ты я смотрю прям сияешь от радости что у меня так все получилось.
– Нет, что ты… Я сияю от радости, что избавилась от него еще до свадьбы. А теперь у меня будет ребенок, смысл жизни. А на все эти сплетни и
перешептывания мне уже все равно. Думай теперь как ты будешь тут жить, ох, не сладко тебе придется. Ну ничего, пройдешь то же самое что и я прошла – смешки, жалостливые выражения лиц и сочувственные взгляды.
Отпустив Ирину, Мария зашагала по дороге. Она знала, что ту выдадут замуж за однополчанина ее дяди. И думала, что поскорее бы все это случилось, так как для нее такие встречи были неприятны. Это сейчас она хорохорилась, но каждый день видеть сестру – это слишком для нее.
Роды начались перед приездом Алексея, потому и мать Марии не пошла на помолвку – девушка еще была слаба и не могла одна оставаться с ребенком.
Когда за столом сидели Петр Сергеевич, и его брат Степан, после знакомства Алексей спросил у председателя:
– Как твоя племянница? Я прочитал письмо и понял, что свадьба с Андреем не состоялась из-за моей будущей невесты. Она еще на сносях или родила?
– Родила. Девочка. Здоровенькая, красивая, видно, что в мать пойдет.
– Ну за здоровье твоей внучки, Степан! – Алексей поднял стакан.
– За здоровье! Пусть и у вас с Иринкой родятся крепкие и здоровые малыши!
Ирина сидела чернее тучи. Она так и не смирилась с тем, что отец ее замуж против воли выдает. Да, он симпатичный, добрый, но слишком уж серьезный. То ли дело Андрей… Она вздохнула, вспомнив его, и чуть было не заплакала когда вновь перед глазами встала та картина…
Сваты остались на два дня, родители ночевали в доме у председателя, а Алексей пошел спать к Степану.
Наутро уже окрепшая Мария, накормила мужчин завтраком и сама поела. За столом Алексей не сводил с нее глаз. Красавица, подумал он. И такая судьба у девушки.
Степан ушел на работу, а Алексей вызвался помочь Маше натаскать воды из колодца и покормить кур.
– Мне не сложно. Все равно батька и Петр Сергеевич собрались сегодня порыбачить вместе. А я, если честно, не люблю это занятие.
– Может быть вам стоило поближе познакомиться с невестой?
– Нет уж… Пусть девушка привыкнет к мысли что у нее есть жених, а то вчера весь день и вечер на меня волком смотрела.
Маша пожала плечами и пошла кормить ребенка.
Спустя некоторое время Алексей и Мария сидели за столом и общались. Парень поймал себя на мысли что ему нравится она, что он бы предпочел в жены Марию, но сватовство то уже состоялось, некрасиво отступать назад. Он всегда держал свое слово.
После отъезда Алексея и его родителей буквально через неделю приехал человек из их деревни и привез ткани на пеленки для малышки, а так же красивую люльку, вырезанную из дерева. К этим подаркам прилагалась записка:
«Машенька, примите в дар от нас эти ткани и колыбель для вашей дочери. У вас милая малышка. Как ваши будущие родственники, мы взяли на себя смелость сделать вам небольшой подарок.
Семья Ворониных.»
Маша улыбнулась, она вспомнила с каким интересом Алексей разглядывал ее дочку Соню и в душе даже немного порадовалась за Ирину – этот человек будет прекрасным отцом.
И вот настало время для свадьбы. Было решено играть ее в доме невесты, а потом молодые отправятся в село жениха. Председатель волновался – такой день для него был важный, скоро он распишет свою единственную дочь с хорошим человеком и отправит ее в мужний дом. Он радовался тому, что Алексей согласился взять ее в жены.
5
В день свадьбы Алексей с родителями приехали аккурат к росписи. У сельского совета собрались деревенские жители, приглашенные на гулянку. Только невеста задерживалась и в толпе уже были слышны возмущения. И вдруг на дороге появилась мать Ирины. Она спешно подбежала к Петру и Степану отозвала их в сторонку. Было видно, как помрачнело лицо председателя и как в его глазах появилась злость. Красный, сгорая от стыда, он подошел к сватам и жениху и о чем-то им тихо говорил. Алексей ухмыльнулся, а мать его взялась за сердце. Затем председатель обратился к односельчанам:
– Товарищи! Свадьба не состоится. Вынужден признать, я плохо воспитал свою дочь, которая навлекла на нас позор.
Развернувшись и позвав с собой несостоявшихся родственников, он двинулся в сторону дома. Степан и Елена отправились домой.
– Мама, папа, вы почему не на свадьбе? – Маша удивилась, увидев родителей на пороге.
– Свадьбы не будет, дочка.
– Почему, Алексей передумал?
– Иринка… Ох, шельма! Перед самой росписью, воспользовавшись тем, что мать отвлеклась, быстро переоделась, измазала свадебное платье сажей и сбежала. Где-то спряталась. Ну ничего, сейчас побродит по деревне, попрячется по кустам, а потом отец ей трепку то задаст.
– А что сваты?
– А что они? Сейчас в доме Петра…
Когда уже начало вечереть, Мария услышала голоса во дворе и выглянула в окно – там стоял Алексей. Трезвый, несмотря на то что сегодня приключилось. Рядом подкашивался его отец и мать стояла, скромно потупив глаза. А впереди них дядя Петя, который встал на крыльце и кричал:
– Степан! Степан!
– Ну чего тебе? – она увидела, как вышел отец, наспех обувшись в галоши.
– Дочь твою сватать пришли, пустишь в дом?
– Петь, ты чего, опьянел? Иди, утром поговорим, ты не в себе.
– Алексей. – Петр повернулся к несостоявшемуся жениху. -Тебе слово.
– Степан Сергеевич. По правде говоря, ваша дочь мне еще в прошлый мой приезд понравилась. Если вы не будете против, я хотел бы взять ее в жены.
– А я то что, я не против, только пойдет ли за него Мария? Заходите. – вздохнул мужчина.
Алексей подошел к Марии и протянул ей кольцо:
– Маша, вы меня мало знаете, но я обещаю стать для вас хорошим мужем и хорошим отцом для Сонечки. Если вы откажетесь, я пойму.
Мария покраснела. Она ведь так мечтала об этом, представляла в своей голове что Алексей отказывается от Ирины и выбирает ее. И сейчас, когда все сложилось почти так же, как в ее мечтаниях, она не может вымолвить ни слова. Перед ней стоял человек, который не выходил у нее из головы целый месяц.
– Ну так что, Мария, ты будешь моей женой?
Она молча кивнула и приняла кольцо.
– Степан, у нас тут такое предложение… В общем, наша свадьба – ваша свадьба. Все уже наготовлено, у дочери твоей свадебное платье в сундуке лежит. Приводите его в порядок и завтра роспись. – Голосом, не терпящим возражения, произнес Петр.
– К чему такая спешка?
– А что тянуть? Племянница согласна, чего ждать то?
Весь остаток вечера Мария провела в волнении, а Степан потирал руки:
– Ох, дочка, думал я уж замуж тебя не выдам, кому порченная девка с приплодом нужна? А нашелся добрый человек. Да еще такой порядочный – не стал плевать в морду отцу невесты, другом ему остался. Такой зять мне нужен! И тебе будет хорошим мужем. Гляди, какой вежливый, серьезный. Вот уж свезло…
– Папа, скажи, если мне будет плохо с мужем, можно я вернусь домой? – тихо спросила его девушка.
– Вернешься, дочка, вернешься. Мне кажется, ты уже вдоволь настрадалась. И если в браке тебе будет плохо, я тебя приму. Но я думаю, все будет у тебя хорошо.
Ну пошел я, надо помочь Петру и Ане Иринку сыскать. Брат сказал, что матери ее отправит, будет там у нее в хате жить. Ох, не завидую я ей, маманя то наша строгих нравов и один ее взгляд нас, мужиков, в ступор вгоняет.
6
К обеду Алексея и Марию расписали, после чего все направились в дом Петра отмечать сие событие. Недоуменные односельчане подтягивались не столько для того, чтобы поздравить молодых, сколько утолить свое любопытство – не каждый день такие перестановки происходят.
Ирина была заперта в сарае, ее вчера все же нашли возле реки у березы. Алексей свою несостоявшуюся невесту видеть не хотел, отец же отстегал ее ремнем так, что даже Степан оттаскивал его от девчонки.
– Убьешь же, Петя. Опомнись, возьми себя в руки!
– После свадьбы подержу неделю в сарае, а затем к матери отправлю.
Мать Петра и Степана, Клавдия Ильинична на свадьбе радовалась за Марию, свою любимую внучку и желала ей от всей души счастья. Когда вечером, пока не стемнело, молодые с родителями уехали в деревню жениха, погрузив на повозки приданное и двор опустел от гостей, председатель обратился к матери:
– Возьмешь Иринку на воспитание?
– А что делать? Возьму. Хотя воспитывать раньше надо было, когда поперек лавки лежала. А ведь я тебе говорила!
– Говорила, только не слушал я тебя. – Нависла тишина, каждый задумался о своем и вдруг Клавдия Ильинична повернулась к Петру и с улыбкой произнесла:
– Петя, ох что я придумала! А давай ее замуж выдадим?
– Опять? Мама, ты в своем уме? Я больше позориться не хочу!
– А и не будет больше позора. За соседа моего, Ваньку, замуж отдадим. Он постоянно на Иринку смотрит заинтересованно, когда она ко мне в гости захаживает.
– Так ему лет то сколько!
– Сколько, дай подумать… Лет 45. Фронтовик, танкист. Ну и что, что взрослый и сурового нрава, нашей девице такой и нужен.