Ведьма Агнета. Практическая магия и нечисть по соседству. Книга 2

Выгребла все тетрадки, полистала всякое разное и нашла то, что нужно. Тетрадь была сильно потрепанной и затертой. Записи в правках и в заметках на полях. Надо будет потом все перенести на цифровой носитель, и переписать от руки все заново, а то глядишь ни сегодня - завтра все рассыплется.

Карточные и оракульные расклады так и лежали на столе. Перед поисками не стала все убирать. Когда открыла тетрадку пазлы стали складываться в идеальную картинку. Вон оно оказывается, что творится. Погостное колдовство, сделанное на смерть, легло тяжелой каменной плитой. Женщине осталось совсем ничего, она ни то, что одной ногой в могиле, она уже может музыку себе похоронную заказывать. За всем этим стоит кто-то очень близкий и родной. Все сделано корысти ради, а не из мести или от обиды большой.

Отправила отчет Матрене. Сразу она не ответила и даже не прочитала, видно занята была. Через час прилетело сообщение: "Даже и не думай, ей уже не поможешь, а себя погубишь". Почувствовала себя хирургом, к которому привезли пациента, а он помочь ничем не может, потому что даже до операционной его не успеют довезти.

Спросила, будет ли она женщине говорить про порчу и про близкого человека, который это все на нее навел.

- Нет, не стану. Посоветую ей завещание на дочку оформить и с дочерью попытаться отношения наладить.

- Так это же ее работа и есть, - ахнула я.

- Пусть ее потом после материной смерти совесть помучает, да покойничек с нее с того света спросит. Ну и на Род это ляжет тяжелым грузом. Денежками материными поживится, а все остальное потеряет, - ответила Матрена.

- А может все-таки попробовать? Ну не получится, так не получится, - спросила я.

- Девка, это тебе что, кружок ажурной лепки? Не получилась фигурка из пластилина, скатаю все в комок и снова переделаю. Даже пластилин со временем пачкается и рассыпается, а тут она решила в магию поиграть. Не боишься, что комок к тебе прилетит побольше и залепит все, что можно и все, что нельзя?

- Может молитвы какие-нибудь ей дать? - не унималась я.

- Все я ей дам, успокойся. Но ты не лезь, не твоих способностей и не твоего ума это дело.

Умеет Матрена убедить, нельзя, так нельзя.

Сирень

Получила от Матрены за свой расклад деньги, хотя написала ей, что за него платить ничего не надо, все равно перевела. От Петра, хозяина дома, получила сообщение, что он записался в МФЦ на одиннадцать часов утра. Хорошо, значит, меня завтра ждет особенный день.

Вечером написал Саша, спросил, во сколько за мной завтра заехать, собирались за обоями. Ответила, что вроде как мы поговорили, и нет смысла при таких вводных данных друг другу мозги любить, к тому же у меня завтра на утро свои планы. Пять минут не отвечал, потом перезвонил, нес какой-то сумбур, ничего не поняла.

- Ладно, все, потом, - ответил он и отключился.

Через пятнадцать минут кто-то начал названивать в дверь. Маруська с радостным лаем побежала встречать позднего гостя. Проша отправился за ней вразвалочку. Открываю калитку, а за ней стоит огромная охапка сирени. При том цветы все разные: белые, сиреневые, темно-сиреневые, лиловые, махровые и обычные. Кто-то ободрал все окрестные кусты сирени, запах стоит сногсшибательный.

- Это тебе, - говорит букет сирени Сашиным голосом, - Бери, у меня там еще кое-что есть.

Товарищ думает, что сейчас меня цветами задобрит, и я растаю, а вот фигушки, Агнету так просто не успокоить. Саша залез в машину и вынул миску с готовым горячим ароматным шашлыком с зеленью и луком, бутылку белого вина и хорошие шоколадные конфеты. Нет, побить букетом я могу его и в другой раз, а сейчас побуду доброй.

- Мама, опять передала? - потянула я руки к мясу.

- Нет, батя, - рассмеялся он, - Ставь цветы в воду, зови Катюшку и тащи приборы. Будем мясо дегустировать.

Пошла с цветами в дом.

- Агнета, - окликнул он меня, - Прости меня, прости, что-то я сглупил, ляпнул, не подумавши, сутки были тяжелыми, вот меня и понесло в неведомые дали. Сам не понимаю, что на меня нашло, - извинялся он.

Позвала дочь, Саша помог вынести посуду на улицу. Я поставила сирень в вазу на стол в беседке, чего добру пропадать в доме, будем здесь любоваться. Катюшке открыли компот. Налили в бокалы вина. В вечернем саду стрекотали сверчки, жужжал припозднившийся шмель, где-то звенели комарики. Поставили от них спиральку, чтобы не докучали.

- Приехал вечером домой, а батя шашлыки жарит, гостей кормить надо чем-то. Мамка за ночь с тетей Надей умаялась, не в состоянии была всех обслуживать. Я у них половину кастрюли и приватизировал, свою порцию, твою порцию, Катюшкину порцию и Надину, - он засмеялся.

- У вас еще гости не уехали? - удивилась я.

- Нет, приезжают обычно на неделю. Мамка заранее пельмени лепет, манты, перец фарширует, тефтели делает, чебуреки. Все в морозилку. Оля вот торты печет, ну и колбасками и мясом может помочь, но у нее своя семья. Вы торт-то съели?

- Нет, - ответила я.

- Ешьте, он нормальный. Он не виноват, что тетке стало плохо, - он замолчал и посмотрел на меня внимательно, - И ты не виновата. Она сама себя до такого состояния довела.

- Давай, будем наслаждаться чудесным блюдом и тетку твою пока оставим в покое. Не будем портить аппетит.

Потом Саша рассказывал, как он ездил на кладбище к дебоширам, которые устроили там потасовку. Мужики сказали, что наверно у них водку неместный дед слепой с собакой сперли. Специально из города приехал на сельское кладбище обирать несчастных поминальщиков. Так он это все в красках расписывал, что мы с Катюшкой посмеялись от души.

Катя зацепила несколько конфет из коробки и ушла к себе в комнату. Мы остались с Сашей вдвоем, вернее вчетвером. Маруська сидела под столом, манимая запахом мяса, а Прошка пристально следил за мужчиной. Сначала я подумала, что он так же, как и собака ждет мяса, а потом поняла, что дело нечистое.

- Саша, встань, пожалуйста, - попросила я его, - И выйди на свет.

Он вышел из-за стола. Покрутила колечко на пальце, настроила фокус. Так и есть, сидит жирная пиявка на защите и пытается ее прогрызть. Вытащила из букетика веточку сирени и так по ней шпок, а она раз и шмяк на землю и рванула в сторону дома. Ну, от Проши еще ни одна закуска не уходила, словил и схрумал. По морде видно, что маловато, но дорогой, чем богаты, тем и рады.

- Ну, теперь, Саша, рассказывай, как твои сутки прошли. Я так понимаю, ты не стал особо при Катюшке распространяться.

- Про кладбище я уже рассказал. Было несколько вызовов на кражу куличей и конфет, жалобы на соседей, что им двери не открыли, когда они пришли христосоваться. Женщина своего мужа избила, сломала ему несколько ребер, - рассказывал он.

- Это как это? - поинтересовалась я.

- А вот так. Мужик сказал, что поехал в командировку, а сам к соседке под бочок на недельку. Она к соседке зашла с праздником поздравить, а там ее благоверный сидит в труселях. Ну, она его и оприходовала всем, что под руку попалось, ну и соседке прилетело.

- Веселая работа у тебя. Все случаи у нас в деревне? - рассмеялась я.

- Тут вся округа моя, хутора и деревеньки. Так что не весь криминал у нас. Не такая уж и веселая работа. Мой одноклассник свою мать и жену порубал топором этой ночью. Благо дети были в гостях у другой бабушки. Мужик хороший, семьянин, зарабатывает прилично, не пьет, не курит. Мать лежачая, за ней ухаживает. В городе работу перспективную бросил, переехали с семьей сюда, чтобы за матерью смотреть. На удаленке устроился проектировщиком. А тут не понятно, что на него нашло, - Саша поджал губы и отвернулся.

- Как так? - ахнула я, - Насмерть?

- Пока обе живы. Брат его из города приехал с женой, тот полгода назад вышел из мест не столь отдаленных. Приехал на праздник. Брат и вызвал полицию. Они с женой до нашего приезда прятались в сарае. А Толька в коридоре сидел с топором в руках, невменяемый, ответить ничего не мог. Там все в кровище было, - ему было тяжело говорить.

- И куда его? - спросила я.

- Приехали ребята из города, это уже их работа, не моя. Его сначала на медосвидетельствование, потом СИЗО, а там, как следствие решит.

- Жуть какая. Вот, что алкоголь с людьми делает, - покачала я головой и отпила глоток.

- Ты думаешь это все? - усмехнулся он.

- Ещё что-то было?

- А то, сюрприз меня дома ждал. Думал, заеду домой, позавтракаю, душ приму, переоденусь, подремлю пол часика. Еще нужно ведь все бумажки оформить рабочие. А там фонтан - тетя Надя, и мать с тряпкой и ведрами, не успевала за ней убирать. Та в перерывах еще орет, что ее отравили и порчу навели мамкины снохи. Хоть бы сидела в туалете с ведром и не выходила, а то, как специально, не успевала добежать. Скорую вызвали, а там говорят, машина только через полтора часа будет, если есть возможность, везите ее в больницу своим ходом.

Застелил авто и погрузил ее. Останавливались каждые пять минут. Орала она, как резанная, что вся наша семейка ведьминская, и это мы от зависти сделали. За полтора часа добрались до инфекционки, а там особое положение, ее не взяли, отправили в первую Горбольницу. Довез и оставил там, сил моих не было с ней возиться. Она мне на обратном пути всю дорогу звонила.

- Наверно у вас никто не выспался?

- Брат двоюродный с семьей и с моим сыном в мой дом ушли. Отца пушкой не добудишься, а теткиному мужу вообще наплевать было. Мамку только жалко. Я в девять утра только домой приехал. Еще и от начальства получил, что отчет по вызовам не сдал.

- Ты хоть спал сегодня? - спросила я.

- Час во время обеда, - усмехнулся он, - А, что ты с меня сняла?

- Пиявку какую-то, наверно от тетки зацепил, когда она фонтанировала, - я пожала плечами.

Мы еще немного поговорили.

- Агнета, душа моя, пойду домой, моя хорошая, устал я. Прости меня еще раз, не знаю, что на меня тогда нашло, - он поцеловал мои руки.

Проводила его до машины и отправилась домой спать.