- -
- 100%
- +
А он так уже четырежды делал.
Сама воинственность, куда деваться.
Тейель был действительно лидером группы, и он точно терпеть не мог Голифтэна. Правда по всему, этого ушастого тут никто не переваривал и это делало светлого лишь интереснее в моих глазах. Нет, я все еще считала его навозным жуком и ошибкой Матери при рождении, вот только, чтобы вызвать такой негатив у своих же, да еще и волос лишиться… Это же явно было не просто непослушание с его стороны, тут наверняка кроется что-то более глубокое, и определенно очень личное.
Может этот остриженный увел у Тейеля девушку?
Хотя нет. Это вряд ли.
– А ты умеешь произвести впечатление на мужчин, – услышала я неприятный голос справа от себя и, повернув голову, увидела причину своих размышлений.
– А ты, кажется, бесишь не только меня, – оскалилась я нисколько не добро, сверкнув глазами. – Не думала, что между эльфами может быть настолько явная неприязнь. Нет, вы, конечно, дружелюбием не отличаетесь даже друг с другом, но, чтобы так открыто ненавидеть…. Колись, ты у него девушку отбил? Или принес в жертву его любимого единорога?
Я думала, что Голифтэн огрызнется, как это было в прошлые разы, но вместо этого он лишь сверлил меня жутким, немигающим взглядом, от которого моему Сиянию – лошади, которую я себе забрала, – стало не по себе, и она поспешила отойти от эльфа подальше, неприятно взбрыкнув и громко фыркнув.
– Он просто придурок, – пожал плечами Голифтэн и оставил меня в покое.
Странный этот ушастый какой-то… Своих не особо любит, чужих за людей не считает, но в тоже время ощущение, словно его сильно обидели, и именно поэтому он стал злобным засранцем.
– Ваше высочество, как вы себя чувствуете, не устали ехать? – услышала я знакомый голос и обернулась прежде, чем осознала это действие.
Тейель подобрался ближе к карете и наклонился ниже к окошку, отодвигая бархатную шторку, чтобы видеть лицо принцессы.
Невольный укол ревности сдавил мое сердце, заставляя непроизвольно дернуть поводья Сияния. Лошадь громко фыркнула, повернула ко мне свою красивую голову и окинула недовольным взглядом. В почти черных глазах я даже разглядела немой укор.
– Немного, но мы с девушками в порядке. Если нужно еще проехать, то мы не против.
– Через несколько километров будет небольшая поляна, на которой мы разобьем лагерь и передохнем, – сообщил Тейель, укрощая своего жеребца, чтобы тот немного сбавил темп. – Она скрыта иллюзией и рядом есть небольшое озеро.
– Благодарю, вы очень предусмотрительны, Тейель.
Я заметила, как виднеющаяся часть лица Интеры немного расслабилась, и теплая улыбка растянула уголки ее губ. Девушке определенно удавалось наслаждаться происходящим, что можно было назвать настоящим даром. Я ничего против прогулок на лошадях не имела, и в свое время много путешествовала с отцом и дедом, когда им разрешали меня взять с собой. Вот только проводить столько времени в тесном соседстве с эльфами – это для меня впервые, и я была несколько удивлена, насколько обеспокоился Тейель о благополучии и спокойствии Интеры.
Словно заметив мой взгляд, мужчина резко повернул голову и уставился на меня своими яркими, удивительно прекрасными глазами, отчего мое дыхание перехватило и румянец залил алым щеки и шею.
Я отвернулась, чертыхаясь себе под нос и прижимая ладонь к груди.
Да что со мной такое?
Или это что-то не со мной, а с этим ушастым?
Почему мое тело и мои мысли были так зациклены на нем, почему я так реагировала, словно уже по уши в него была влюблена и мечтала о взаимности?
Я в него не влюбилась!
Он же эльф, право дело! Мы знакомы, сколько, полдня? Это то же самое, что отдать сердце одному из инкубов – самым изменяющим жителям мира со времен создания. Они с одним партнером не проводят больше недели.
Это просто стресс. Самый обычный, никому не интересный и определенно убивающий мой разум стресс. И, наверное, усталость. Да, это задание утомляло меня и выжимало все соки, чтобы я была нормальной и не пыталась вывести эльфов из себя, как бы сильно этого ни хотелось. И именно поэтому мой разум давал сбой, вместе с чувствами. Вот теперь все верно.
Я просто сошла с ума!
– Тейель, – окликнул командира Мэвнт, заставив меня внимательно взглянуть на него. На лице эльфа было написано недовольство и немного тревоги и последнее, мне ой как не понравилось. Эльфы умели контролировать свои чувства, и для незнающих, что искать, мужчина был совершенно спокоен. Как гранитная стена. Никаких чувств. У кирпича больше эмоциональных реакций можно обнаружить. Но я видела обеспокоенность в чуть поджатых губах, и глазах, которые метались от одного дерева к другому.
Тут было что-то не так.
– Прошу меня простить, – извинился Тейель и подоспел к своему подчиненному, наклоняясь к нему и слыша едва разборчивый шепот.
По крайней мере для меня это был шепот, и я окончательно растеряла всю радость, когда Тейель и Мэвнт переглянулись с Куртадоном и даже Голифтэном. Ну уж, если последнего к себе подозвали, то дела не просто плохи, мы в заднице!
Интера была связующим звеном между людьми и эльфами, она гарант мира между королевствами и именно меня попросили уберечь ее от опасности. И пусть в сравнении с опытом эльфов я была лишь жалкой и наивной девчонкой, но драться умела, и была хороша в этом.
В конце концов, я была ответственной за принцессу.
Несильно ударив пятками Сияние по бокам, заставила ее поравняться с Тейлем и Голифтэном. Мне нужно было знать, что тут происходит и какими проблемами это может стать для нас и принцессы.
– Что случилось? – прямо спросила я у эльфов, не обращаясь ни к кому конкретно. – У нас какие-то непредвиденные проблемы на пути?
– Мы во всем разберемся, вернись к карете, – не особо вежливо отправил меня Мэвнт, для наглядности махнув рукой в сторону.
Но я проигнорировала его недовольство. Мало ли, вдруг он с не той эльфийки ночью свалился, откуда мне знать.
– Ага, бегу уже, – фыркнула я с явным пренебрежением. – По вашим лицам видно, что у нас неприятности, и судя по тому, что вы позвали даже Голифтэна, то мы влипли. В чем дело, мальчики? – настаивала я, подавшись чуть вперед и посмотрев на каждого эльфа по очереди.
Куртадон на мое заявление постарался никак не отреагировать, Голифтэн насупился как обиженный ребенок, а Тейель оценивал меня не как какое-то надоедливое насекомое, а даже возможно, как потенциального помощника.
– Мэвнт заметил вихревые ловушки через пятьсот метров. Мы подозреваем, что тут промышляют разбойники. В лучшем случае это лишь бродяги, решившие нажиться на экипаже, но есть вероятность, что это не простое совпадение.
– Считаете, что кто-то приготовил засаду именно для Интеры, – кивнула я скорее себе, чем Тейелю. – Союз эльфов и людей для многих станет костью в горле. Вампиры и драконы не в восторге от предстоящего брака.
– Мы не можем сказать наверняка, пока не проверим, но если это действительно ловушка, то последствия могут быть неприятными.
– Тогда нужно разыграть туза, – улыбнулась я, подмигнув Тейелю и его невозмутимо, лишь немного удивленному выражению лица. – Они ожидают карету с сопровождением, которое немедленно станет оказывать всевозможное сопротивление. Если так, то бандиты готовы к магии эльфов и вашему оружию.
– Ты частично человек и дроу, – понял мою мысль Тейель. – Но вихревые ловушки, поставленные на эльфов, причинят достаточно боли и тому, кто несет в себе даже часть крови светлых, особенно высших.
– Уж и без вас знаю, – быстро облизнула я вмиг пересохшие губы. Нервная работенка у меня однако. – Но принцессу доверили не только вам, ушастики, но и мне. Поэтому ответственность за ее жизнь лежит и на моих плечах. К тому же, дроу никогда не бегут от драки, тем более, когда кто-то пытается поймать нас в ловушку, – улыбнулась я, демонстрируя ровные белые зубы, и отмечая, как закатил глаза на мои действия Голифтэн. – Лапуля не куксись, в следующий раз на фронт отправим тебя, – и, подмигнув любимому ушастому, я взглянула на Тейеля.
– Мы направимся к ловушкам, Мэвнт и Куртадон поставьте защитный барьер на карету, задействуйте человеческие амулеты, это усилит сопротивляемость, а ты, – командир взглянул на Голифтэна, – охраняй карету, – приказал он и в следующий миг галопом направил своего жеребца дальше по тропинке.
Этот эльф просто что-то с чем-то!
А какой у него вид сзади…
Я вообще-то про коня, именно про коня!
Глава пятая
Позабыв про горе и страданья,
Верю я, что кроме суеты,
На земле есть мир очарованья,
Чудный мир любви и красоты!
© И.А. Бунин
– Это будет больно, – предупредил меня Тейель, когда мы приблизились к ловушке. – Подобные магические вихри действуют, парализуя всякого в ком достаточно эльфийской крови, – продолжал наставлять он, внимательно следя за моим лицом, а точнее за реакцией на свои слова.
– Любите вы мужики преувеличивать, – скривившись, буркнула я, передернув плечами. – Не думаю, что это больнее укуса мантикоры, – воспоминания о той демонической боли вспыхнули лавой в моей памяти, заставляя скривиться. Вот только спустя несколько мгновений улыбаться мне уже перехотелось окончательно. Я почувствовала момент, когда сработала ловушка и то, как ее магия впилась в меня, будто раскаленные, тупые ножи, вырывая хрип боли. – Не-на-ви-жу эль-фов! – прорычала я, едва сдерживая сотрясающий тело вопль. Перед моими глазами все поплыло и словно сдвинулось, заставляя с отчаяньем стиснуть зубы и вцепиться пальцами в поводья с такой силой, что побелели костяшки. Кожа впилась в мои ладони, оставляя красные следы и раздирая до крови.
Я чувствовала, как бешено стучит сердце в районе горла и пот впитывается в мою рубашку, отчего та неприятно липнет к телу, сковывая движения. Я видела перед собой лишь рой разноцветных мошек, мельтешащих перед глазами, перекрывая обзор.
И пусть это чувство продлилось лишь два коротких вдоха, но это было достаточно, чтобы мое тело выгнулось дугой в седле. Прижавшись быстро вздымающейся грудью к горячей спине Сияния, я мечтала только об одном – чтобы это прекратилось и боль, какой бы яркой и короткой она ни была исчезла, не оставив после себя никаких воспоминаний.
– Только не отпускай поводья! – словно издалека донесся до меня ледяной как дыхание обратного дракона голос Тейеля. – Держись в седле! – рявкнули где-то неожиданно близко, заставляя вздрогнуть и встрепенуться, прогоняя остатки сковывающей и удерживающей меня силы.
– Держись в седле, – раздраженно пробурчала я себе под нос. – Легко тебе говорить, ушастый! – огрызнулась почти обижено, но будто против воли сжала пальцами поводья и стиснула бедра до натирающей ноги боли.
Видимо, какой бы грязнокровкой я ни была, во мне было достаточно эльфийского, чтобы меня приняли за долгожданную цель, и зачинщики этого бедлама вылезли из своих укрытий.
Передернув плечами, я резко выпрямилась и рыкнула ругательство:
– Diaba! – чувствуя, как браслет и кольцо, подаренные дедом, вспыхнули зеленым сиянием и магические вихри отступили, рассыпаясь жеванными листьями под копытами Сияния.
Моя лошадка брезгливо фыркнула и встала на месте, не желая ступать по какой-то мерзости. И я не могла ее винить. Вид у остаточной магии был просто тошнотворный. Дерьмо у орков и то приятнее выглядит.
– Держите девку! – крикнули откуда-то слева и в меня метнули магические путы, что впились в ребра и грудь, не позволяя сделать даже маленький вдох. Плотно обхватив мое туловище, цепи сжимались и сжимались, извиваясь разъяренными змеями на теле. – Не позволяйте этой эльфийке колдовать! – предупредил грубый, чуть хриплый мужской голос, и в следующий миг Сияние взбрыкнула, ударяя одного из похитителей копытами в грудь и отбрасывая того в ближайшее дерево. Послышался глухой удар и отборные ругательства.
– Porvahe, – прошептала я заклинание разрушения и путы исчезли с моего тела так же неожиданно, как и появились.
Сделав судорожный вдох, я на миг позволила себе прикрыть глаза от удовольствия, а затем едва успела увернуться от очередного заклинания. Оно было не таким милым как путы, и судя по тому, как магия искрилась черным и сапфировым сиянием, то меня решили самым подлым образом вывести из игры.
Ага, разбежались, гадкие выродки!
Плавным движением, спрыгнув со своей кобылки, я выхватила кинжал из левого сапога и метнула его в наемника, попав тому точно в ногу. Под мужчиной начало растекаться кровавое пятно, он захрипел от боли, зажимая рану и падая на колени.
– Somnume, – приказала я, и зеленые искры сорвались с моих пальцев, погружая высокого, жилистого мужчину в сон. Он даже не успел накрыться щитами, как магия скрутила его, с силой ударив по макушке. Теперь на несколько часов он перестанет быть нашей проблемой.
Повернувшись в поисках очередной жертвы, я завороженно застыла, наблюдая за тем, как грациозно и безжалостно расправлялся со злодеями Тейель. Это был смертоносный танец, которому обучали эльфов из дома Вэента практически с пеленок. Поэтому они считались лучшими воинами и самыми дорогими телохранителями, если решали продавать свои услуги вне стен града.
Он двигался по-змеиному плавно и жутко, отработанные годами движения казались мазками силы и превосходства, от которых даже заправский воин бы завистливо стиснул зубы.
Взмах руки и противник лежал без сознания, инстинктивно хватаясь за рану, оставленную серебристым лезвием меча. Легкое уклонение и наемник кричал от боли во всем теле, когда магия и нож вонзились в него, заставляя вопить, словно маленькая девчонка при виде таракана.
Тейель был воплощением силы, грации и стати, от которых мое дыхание предательски сбилось, и рот неприлично открылся.
Я видела, как сражался мой дед и… сравнивая двух мужчин, было сложно сказать, кто из них вышел бы победителем в настоящей схватке.
Тейель был очень хорош. Даже до безобразия идеален и отточен, из-за чего мое сердце сжалось в предательской боли, заставляя кровь замереть на один короткий миг. Он справился уже с добрым десятком противников, устраняя их с такой легкостью и с таким великолепием, что стало не по себе.
Да он даже не вспотел!
Его лицо продолжало быть идеально прекрасным, а натянутое, словно тетива тело, было готово к любой атаке.
– Отпусти меня! – услышала я напуганный голос Сандры и метнулась в сторону кареты, из которой девушку пытались вытащить прямо за волосы. – Отпусти урод! – верещала фрейлина, отбиваясь руками и ногами, но ее попытки были безуспешными.
Где Мэвнт и Куртадон? Чем занимается Голифтэн, Отец вас упокой?!
Голос Сандры неожиданно оборвался, когда похититель наотмашь ударил девушку по лицу, и та потеряла сознание. Звон пощечины отразился внутри меня эхом боли и треска.
Во мне поднялись злость и жажда крови.
Перед глазами вспыхнула красная пелена, и меня просто перенесло к Сандре и наемнику.
– Тебе разве не говорили, что бить девушек фатально для здоровья? – холодно улыбнулась я мужику, отметив, как он удивился от моего появления. – Sangius, – приказала я, одновременно с этим, ударяя мужчину его же небольшим ножичком в бок. Противник заверещал и упал на колени, выпуская Сандру из своих крепких рук. Я успела подхватить девушку под подмышки, не позволяя ей пропахать носом землю. Спасибо она мне за порчу своей красоты точно не скажет, даже учитывая, что я ее спасла.
Положив Сандру рядом с каретой, я услышала звон мечей слева от себя и едва успела пригнуться, когда в нескольких сантиметрах от моей головы в дерево воткнулся длинный, чуть изогнутый кинжал. Выпрямившись, я увидела, что метнул его Голифтэн и уставилась на него с желанием отрезать эти пакостные и криворукие конечности.
– Ты слепой, что ли?! – рявкнула я, доставая кинжал из дерева, и подкидывая его на ладони.
У клинка хороший баланс. Рукоять была довольной простой, без каких-либо украшений, обычная деревяшка, обтянутая темной кожей.
– Он увернулся, я целился в наемника, а не в тебя! – огрызнулся Голифтэн, на что я лишь закатила глаза.
Инфантильный и криворукий. Как он вообще до своего возраста дожил и не был жестоко убит собратьями?!
– Сдавайтесь, – услышала я голос Тейеля и обернулась. Он держал за шкирку, будто нашкодившего котенка какого-то мужика. Приставив к его горлу острие своего убийственно прекрасного и опасного меча, эльф повторил. – Сдавайтесь, пока мы вас всех не перебили.
Лидер нашей компании явно был не в самом лучшем расположении духа. И я вновь невольно восхитилась его силой и непоколебимой уверенностью. Он внушал страх, уважение и заставлял мои внутренности плавиться одним лишь своим видом.
Я осмотрелась, замечая, как небольшая горстка наемников в черных одеждах, которые еще могли стоять и даже сражаться положили оружие на землю и подняли руки вверх.
– Девушки в порядке? – спросил Тейель, не обращаясь к кому-то конкретно.
– Принцесса и одна из фрейлин в полном здравии, – сообщил, наверное, Мэвнт, потому что я видела лишь макушку эльфа из-за кареты.
– У Сандры обморок, нужно будет потом ей что-то холодное к щеке приложить, – пояснила я, замечая, как красный след пятерни отпечатался на ее бледной коже. Грудь девушки мерно вздымалась и опускалась. Она в полном обмороке, и не пробудится еще несколько часов.
Интеру и Сидсель вывели из укрытия и, судя по тому, какой бледной была фрейлина, то ей подобный стресс не пришелся по душе. Но стоило ей увидеть сестру на земле, как Сид преобразилась, свирепея на глазах.
– Кто это сделал?! Кто посмел ударить мою сестру?! – прорычала, будто взбешенный оборотень Сидсель, падая на колени рядом с Сандрой. Она нежно водила кончиками дрожащих пальцев по коже Сандры, едва касаясь, словно боясь причинить боль. Нижняя губа Сид затряслась, а щеки покраснели от злобы. – Скажи, что он поплатился, – обратилась ко мне девушка, подняв на меня свои блестящие жаждой крови глаза. Я невольно покачала головой, отмечая, как злость может менять людей.
– Разумеется, или ты сомневаешься в моих садистских наклонностях? – невесело улыбнулась я.
Поджав губы, встретилась взглядом с тревогой в глазах Интеры, стоило ей оценить масштаб происходящего.
– Нападение было из-за меня, – принцесса не спросила, она была достаточно умной, чтобы сложить два и два. – Ты не ранена? – спросила девушка у меня, заглядывая в мои глаза с видом старшей сестры.
– Нет, я в порядке.
– Выглядишь не очень, – вставила свои пять монет Сидсель, когда поняла, что с сестрой уже все нормально. – Зато я поняла, почему ты не надела платье, – чуть весело улыбнулась она, окинув цепким, расчетливым взглядом мой костюм. – Скажешь, где можно достать нечто похожее?
Я улыбнулась, качая головой и вертя в руках кинжал Голифтэна. Как-то все было слишком просто. Наемники были сильными, но так отвратительно обучены, что даже становилось обидно. Либо нас не посчитали серьезной угрозой и отправили кто попался, либо это была лишь проверка на вшивость. Нападавшие знали про эльфов и должны были понимать, что выиграть им не удастся, тем более с какими-то двумя десятками воинов.
Двадцать человек, пусть и частично магов против трех с половиной обученных эльфов?
Это же просто смешно.
– Мэвнт, Куртадон свяжите наемников и перетащите к краю дороги. Поставьте купол над ними и обыщите, – холодно приказал Тейель, подходя к нам с принцессой вместе с, видимо, главарем банды на вытянутой руке. – Голифтэн, исцели фрейлину принцессы.
Видимо, какая-то часть магии в жилах эльфа все-таки осталась.
– А я без дела осталась, – буркнула я себе под нос, явно не ожидая того, что меня просто так задвинут на скамью запасных.
– Нет, не осталась, – услышал меня Тейель, и чуть заметно улыбнулась краешком губ. Всего на мгновение, но и этого было достаточно, чтобы мое сердце подскочило к горлу, а затем истошно забилось в груди.
– Что прикажете, командир? – шутливо поклонилась я, замечая, как проследил за этим движением Тейель, пристально уставившись мне на грудь, а затем и на ноги.
Упс!
Забыла, что костюмчик не такой уж и просторный.
Но было лестно осознавать, что чистокровный эльф хоть и на мгновение, но показал себя простым мужчиной. Значит, не такие уж и расчетливые засранцы эти ушастые собратья.
– Он не говорит на общем языке и не понимает человеческого.
– Сейчас разберемся, – кивнула я, и посмотрела прямо на мужчину перед собой.
Он был довольно симпатичным. Немного смазливые черты лица, карие, чуть раскосые глаза, прямой, длинный нос и узкие губы. В его ауре не было примесей или ответвлений. Он был простым человеком, что разнилось с тем, что он командовал колдунами. Они бы не позволили не-магу управлять своими действиями. Слишком гордые, чтобы так просто подчиняться не ровне.
Грязный, пыльный черный костюм явно был сшит на заказ, учитывая, какие широкие у мужчины были плечи. Такие рубашки не купишь на рынке.
– Vir wie werk jyt? (На кого вы работаете?), – спросила я на древнем, человеческом диалекте.
Но, судя по пустому выражению лица собеседника, он меня не понял.
– Kami jot sari? (Кто вас нанял?), – теперь я говорила на языке шаманов, надеясь, что это что-то даст.
Но вновь ответом мне было безразличие в карих глазах.
Хорошо, значит, по-человечески со мной никто сегодня не хочет общаться.
Стянув с себя куртку, я бросила ее Сандре на колени и закатала рукава рубашки. Не хочешь быть милым и говорливым кроликом, что ж, я могу тебя заставить. В конце концов, кто сказал, что переводчик это рутинная, сидячая и пыльная работа? Пыльная согласна, столько древних фолиантов, что просто ужас. Но немногие работники моей профессии шли дальше и проходили курсы телепатии, на случай, если с нами отказывались общаться или мы не понимали, на каком языке говорил собеседник.
На внутренней стороне предплечий у меня были две татуировки. Слева красная змея, которая кусала себя за хвост, а справа золотое перо, с черными чернилами на кончике.
– Печати? – с искренним удивлением спросил Тейель, посмотрев на рисунки на моей коже. Золотисто-синие глаза, казалось, желали очертить каждый миллиметр татуировок, чтобы удостовериться в их подлинности. – Я думал их запретили. Даже у эльфов эти отметины практически исчезли, – мужчина наклонил голову к правому плечу, заставляя меня против воли довольно улыбнуться.
– Ты забыл, но я еще и дроу, – пожала я плечами. Одним плавным движением, скользнула ближе к допрашиваемому, и застыла в нескольких сантиметрах от него. Всматриваясь в карие, бездонные глаза, с удовольствием отметила для себя, что мой собеседник не так глуп, каким пытался казаться. Он понял, что я собралась сделать, и в его взгляде промелькнул страх раскрытия.
В остальном он продолжал быть равнодушнее мертвеца, но глаза… недаром же говорят, что глаза – зеркало души.
– Aperire veritatem, – прошептала я в лицо мужчине, отчего тот дернулся в сторону в руках Тейеля. Обхватив пальцами мускулистую, напряженную до предела шею наемника, я выгнулась, когда перед глазами вспыхнули образы и отрывки истины.
Стоило мне открыть рот, как мы заговорили с пленником одновременно:
– Мы призваны захватить принцессу. Союз эльфов и людей невозможен, он безбожен. Никто не остановит Орден. Он пробудится, и мир очистится в его пламени правосудия.
Вспышка схлопнулась, и я упала на колени, чувствуя, как подкосились ноги. Рефлекторно проведя языком по пересохшим губам, я ощутила металлический, соленный привкус во рту и приложила большой палец к носу. Кончики пальцев были раскрашены кровью.
– Эльфы падут, – сказал наемник, посмотрев в мои глаза с пламенной яростью во взгляде. Против воли вздрогнув, я с трудом сдержалась, чтобы не отпрянуть от него и не сбежать. – Эльфам больше нет веры. Они испорчены, – а после мужчина выгнулся дугой в руках Тейеля и превратился в горстку пепла.
Эльф едва успел убрать руки от мужчины, чтобы его самого не задело пламя сожжения.
Я была уверена, что и остальные наемники стали пылью и, что допросить их у нас уже не будет возможности.
– Командир! – крикнул Куртадон, подходя к нам с тревогой во взгляде.
– Они стали пеплом, – также догадался Тейель, смотря на меня.
Я тяжело дышала, не имея сил подняться на ноги и смотря исключительно на то, что раньше было наемником. В голове не укладывалось, что это сейчас такое произошло, но скорее хотелось задать вопрос: «Почему?».
– Что с переводчиком? – спросил Куртадон, заметив меня на земле и с кровью на пальцах. Его зрачки расширились. Мужчина поджал губы, лихорадочно переводя взгляд с меня на командира и обратно. – Ее ранили? – с нескрываемым ужасом спросил эльф, а я невольно хмыкнула себе под нос.