- -
- 100%
- +
– А куда вы денете это? – заинтересовался маркиз, разглядывая стол с разнообразными блюдами, явно приправленными любовными и приворотными зельями.
– Думаю, в саду хватит хищных растений, чтобы все это… съесть, – предположил старый слуга.
Глен хмыкнул и сказал:
– Нужно завтра обязательно вывести невест на прогулку в сад! Думаю, им будет интересно и полезно познакомиться с последствиями своих действий!
Дворецкий молча поклонился, полностью разделяя мнение наследника.
* * *Горячий сытный ужин примирил Даррэя с действительностью. Он надеялся, что слуги подали такой же набор блюд герцогу – иначе графине не поздоровится. Мрак явно не собирался спускать ей с рук шантаж и кошмарный ужин.
Закончив с великолепным мясным рулетом, Глен встал и подошел к окну, чтобы слуга убрал грязную посуду. Раздвинув шторы, маркиз бесцельно разглядывал блестящую от влаги мостовую – после ужина брызнул легкий дождь, смывая дневную пыль, и камни красиво блестели, отражая свет магических ламп.
Вдруг огоньки в луже разбились на сияющие капли – кто-то прошел вдоль ограды и скрылся за углом. Даррэй вздрогнул, нахмурился и тут же ехидно усмехнулся – ну конечно, калитка! Из особняка можно было выйти не только через главный ход. И кажется, герцог Мрак только что покинул родной дом, чтобы не стать добычей активных невест. Сходить, что ли, в спальню дядюшки? Полюбоваться на дурочек? Или оставить это удовольствие графине?
Поиграв с этой мыслью, Глен вдруг понял, что охотиться могут не только на герцога. Он, маркиз, тоже достойная добыча! Оглянувшись на дверь, Даррэй немного нервно дернул шнурок звонка, вызывая камердинера, а когда слуга пришел – приказал подать плащ и проводить к черному ходу.
– Ваша светлость изволит посетить бал в особняке Сумерек? – озаботился его костюмом камердинер.
– Нет, – покачал головой маркиз, припомнив трех невест из этого рода, вселившихся в гостевое крыло. – Я, пожалуй, навещу клуб!
Камердинер подал подходящий камзол, галстук и плащ. Шляпу Даррэй придирчиво выбрал сам – на самом деле он не собирался идти в клуб, там его могли поймать отцы невест в надежде похвалить свою дочь. Он отправится на службу. В здание Тайной канцелярии не посмеет заявиться ни одна невеста, а в кабинете есть диван…
К черному ходу Даррэй прошел, слегка насмехаясь над собой – надо же так преувеличить опасность невест! Однако выйдя за пределы особняка, он вздрогнул – в его комнате блуждал свет. Как и в спальне герцога. Пробормотав короткую молитву туману, маркиз окутался серой дымкой, скрывающей его от посторонних глаз, юркнул в переулок, вышел на соседнюю улицу и нанял кэб. На службу так на службу!
Однако, подъезжая к знакомому зданию, маркиз заметил сгусток тьмы, скользнувший вдоль стен к узкой улочке между особняком и сквером. Он, может, и не заметил бы едва видную на фоне темных стен тьму, но… это было родовое заклинание Мраков, которому его обучал лично герцог – как наследника. Прикрывшись туманом, держась на некотором расстоянии, Даррэй последовал за родственником и очень удивился, когда увидел, что герцог кратчайшим путем пересек внутренний круг столицы, нанял кэб и поехал в сторону бедных кварталов. Пришлось и маркизу ловить экипаж и ехать следом, скрывая стук копыт и вид своей коляски.
Герцог остановил кэб на границе кварталов. Вышел, огляделся и, укутавшись в еще более глубокую тьму, шагнул в переулок. Затаив дыхание, Глендон последовал за ним. Относительно крепкие дома быстро кончились, и дальше потянулись хибары, однако Мрак уверенно шел вперед. Одна улица, другая… Неожиданно в серости окружающих домов мелькнуло что-то светлое. Герцог подошел к этому светлому, стукнул, скрипнула дверь, раздались голоса. Буквально на цыпочках маркиз подобрался ближе и удивленно посмотрел на табличку, украшающую скромное беленое здание: “Благотворительный госпиталь во имя Света Всепрощающего”. Что герцог Тьмы делает в больнице для бедных?
Глава 6
Любопытство так грызло Даррэя, что он решился подойти к окну, прижаться щекой к щелястому ставню и прислушался – голос дядюшки он узнал бы в любой ситуации. Однако сейчас этот голос звучал как то странно. Очень мягко. Непривычно деликатно. Герцог Мрак интересовался у неизвестной маркизу особы, хватило ли денег на лекарственные травы и отдыхала ли она сама?
Глен не поверил своим ушам – это точно дядя? Тот самый, который, кажется, вообще не знал слова “отдых”?
Между тем герцогу ответил спокойный девичий голос, и Даррэй не выдержал – приоткрыл деревянную створку, затем кончиком фамильного кинжала отогнул уголок кое-как натянутой промасленной тряпки и заглянул в комнату.
Это был крошечный кабинет. Простой стол, заваленный бумагами, полки и шкафчики по стенам. У стола стояли двое – высокий мрачный мужчина в нарядном черном камзоле и тоненькая светлая блондинка в серой медицинской робе. Лекарям отдали этот цвет в знак того, что они лечат всех – и темных, и светлых, не делая между ними различий.
Глен присмотрелся – под серым балахоном обнаружилось такое же серое платье. Ткань когда-то была дорогой, но давно уже вытерлась от чистки. Тем не менее кружевной воротничок и манжеты сияли белизной, а волосы, собранные в узел, прикрывала такая же безупречная наколка. Светлая девица в этакой клоаке? Да еще, судя по силе и внешности – благородная? Каким образом?
Между тем разговор продолжался. Девица коротко поблагодарила герцога за помощь деньгами и зельями, не лебезя и не выпрашивая новую подачку. Потом устало потерла виски и сказала:
– Простите, мне хотелось бы немного отдохнуть, сегодня был сложный день…
Герцог скупо поклонился и вышел. Маркиз отошел от окна и замер, сливаясь с кустами, в слабой надежде, что дядюшка его не заметит. Мрак действительно не заметил родича. Вышел из двери, остановился, взмахом руки активировал защитные плетения вокруг домика и двинулся назад – к выходу из трущоб.
Глен последовал за ним, размышляя – что это за странная девица? Где дядюшка с ней познакомился и почему приезжает сюда ночью? На любовницу эта сушеная золотая рыбка совсем не похожа. Тогда кто она? Герцог Мрак взирал на нее сурово, но как-то иначе, чем на прочих особ женского пола. Даже кузин и тетушек он воспринимал свысока, а с этой бледной немочью пытался прикинуться равным?
В задумчивости Даррэй проследил родственника до самого особняка Тайной службы. Постоял, глядя на занимающийся рассвет, зевнул и через тайный ход пробрался в свой кабинет – надо же немного поспать перед началом нового дня!
К полудню маркиз выспался, привел себя в порядок в маленькой умывальной, присоединенной к его кабинету, и взялся за дела. Для начала он затребовал список всех благотворительных заведений столицы – якобы для проверки невест. Многие указали в числе увлечений благотворительность, вот и проверим, где они благотворят!
Секретарь удивился заданию, но справился быстро – оказывается, все подобные заведения находились под негласным патронатом королевы и ежегодно вносились в список, публикуемый в придворной газете – для дам, желающих оказать милость и милосердие.
Даррэй схватил нужный номер и погрузился в чтение. Названия улицы в трущобах он не знал, но сомневался, что там было много лечебниц, укомплектованных сильным светлым целителем. Увы, все указанные в газете заведения были “приличными”, то есть располагались в относительно благополучных кварталах и занимались в основном детьми. По сути, все эти приюты позволяли темным и светлым контролировать и скрывать рождение бастардов, а еще вылавливать таланты с самого дна столицы.
Маркиз раздраженно откинул газету и снова вызвал секретаря. Ему нужен был список трущобных лечебниц вместе с работниками. Молодой человек развел руками:
– У нас есть информаторы в той части столицы, эссин, я дам задание, но это будет долго.
– Приказ я подпишу, – задумчиво сказал Глендон, – а вот что мне скажите… Не было ли несколько лет назад скандала в светлой семье? Связанного с дочерью-лекарем?
– А, вы об этом, – с некоторым облегчением вспомнил секретарь, – графиня Лита отвергла предложение опекуна о браке, покинула род и, говорят, действительно служит лекарем в трущобах!
– Информацию на графиню! – распорядился маркиз, чувствуя, что напал на след.
Досье принесли быстро. Даррэй открыл папку и невольно залюбовался портретом совсем юной светлой. Девушка, едва-едва перешагнувшая порог детской. Традиционные белые одеяния с узкой серой каймой – значит, дар лекаря проявился у нее давно. Большие голубые глаза – спокойные и ясные. Дорогая книга под рукой, фамильный медальон на шее. Не похоже, чтобы семья бедствовала…
Оторвавшись от созерцания, Глен вчитался в скупые строчки. Родилась летом, в день солнцестояния – нередкая дата для Светлых. Родители, земли, влияние. Довольно сильный род, славный именно лекарями. Когда девочке было шестнадцать, родители погибли при невыясненных обстоятельствах. Ходили слухи о серой лихорадке, о редких ядах с туманного материка, даже о нападении магически измененного зверя – ничто не подтвердилось, но и назвать обыкновенной одновременную смерть двух взрослых магов в одной постели трудно.
Девушка осталась одна и до совершеннолетия была передана под опеку родственнику – дяде со стороны матери. Этот тип, судя по краткой справке, не отличался законопослушностью и даже свой лекарский дар умел применять на очень нехорошие дела.
Состояния, полученного на пять лет в полное распоряжение, этому типу показалось мало – он пожелал титул и племянницу в придачу. Девчонка замуж почему-то не захотела и сбежала в Академию Целителей. Прекрасное учебное заведение с жестким уставом. Отказаться оплачивать обучение опекун не мог – барышня добилась помощи ректора, и тот надавил на дядюшку через законников.
Как уж она жила и училась, неизвестно. В личном деле была только копия диплома – полного отличных отметок и благодарностей. Еще были вложены кое-какие бумаги по делу зельеваров – на тихую Светлую пытались спихнуть обвинение в приготовлении запрещенных зелий на территории Академии. Из обвинения тоже “торчали уши” ее опекуна. Ведь женщина может уклониться от дачи показаний, выйдя замуж. Но с помощью ректора девица доказала, что зелья варила не она, а после виновники были найдены, и она спокойно продолжила учебу.
Однако, даже закончив обучение, графиня не получила доступа к состоянию семьи – ей не исполнилось еще двадцати пяти лет. Совершеннолетие в королевстве наступало в двадцать один, в брак можно было вступать с восемнадцати, иногда с шестнадцати, а вот получать наследство – только с двадцати пяти!
Очутившись в двадцать один год за воротами Академии, графиня Лита попыталась устроиться лекарем в столичные больницы и выяснила, что дядюшка прополоскал ее репутацию как только мог. Был вариант открыть собственную практику, но нарабатывать пациентов приходится годами, а девице негде было жить и нечего есть – Академия не выдавала студентам выходного пособия! Если она что-то и скопила за время учебы, все ушло на инструменты и зелья. К тому же дядя пару раз подсылал к эссе свах, своден, фальшивых подруг и даже каких-то головорезов – все с горячим желанием взять племянницу в жены и запереть в родовом особняке.
В общем, барышня была на грани отчаяния, и тогда ректор пристроил ее в благотворительную больницу в трущобах. Огромная практика, репутация – в таком месте благородная эсса как на ладони, да еще защита от дядюшки до двадцати пяти лет. Спасенные ею карманники и бандиты защищали свою “графинечку” ото всего на свете.
Таким образом Айли Азенор Ашвина Лита уже три года как то выживала без помощи семьи, получала бесценный опыт, а буквально через девять месяцев сможет вступить в наследство.
Захлопнув папку, Даррэй откинулся в кресле и уставился в потолок – где эта светлая праведница могла познакомиться с герцогом Мраком? Как его дядюшку вообще занесло в те трущобы? По долгу службы ему, конечно, много где приходилось побывать, но всегда в сопровождении агентов, гвардейцев или хотя бы телохранителей. А так…
Поразмыслив, Глен вынул из ящика стола коробку роскошных конфет из лучшей столичной кондитерской. Поправил черно-серебристый бант, критически осмотрел картонную бонбоньерку и добавил к подарочку бутылку сливочного ликера. Вот с этим можно идти к секретарше Мрака. Секретов она не выдаст, но если правильно разыграть карты…
Даррэй появился возле кабинета дядюшки с желанием выпить чаю в приятной компании. Поскольку дело шло к вечеру, почтенная эссина Лиера с готовностью щелкнула артефактом и приготовилась слушать. Маркиз абсолютно искренне пожаловался седовласой служительнице закона на ужин в компании невест, а потом так же открыто перевел речь на дядю.
В Тайной службе многие знали о нежелании Тумана наследовать должность Мрака и понимали его беспокойство о здоровье родственника. Вот Глендон и рассказал секретарше дяди о приворотах, попереживал вслух о ядах и ранах, а потом осторожно спросил – не обращался ли герцог к целителям? Вообще, конечно, у дяди есть семейный лекарь, и тот появится по первому зову, но герцог Мрак не любит показывать слабости, а наследнику на всякий случай надо бы знать, куда бежать, вдруг было у дяди опасное ранение или яд?
Секретарша и сама волновалась за начальство, поэтому со вздохом призналась, что герцог был недавно ранен, и очень тяжело. Даррэй с трудом усидел на месте, пришлось одним глотком допить горячий чай из чашки, чтобы не выдать охвативших эмоций.
– Задание его величества! – секретарь говорила шепотом, важно подняв палец. Эта дама питала невероятное почтение к королевской семье. Маркиз кивал. – Что-то этакое, касающееся королевской семьи… Наш герцог сам отправился на переговоры, раздобыл все нужное и важное, да только помешал кому-то! Уходить пришлось налегке, без охраны, и до дворца добраться не получилось!
Тут эссина Лиера перешла на сдавленный шепот, склонившись к маркизу совсем близко:
– Ваш дядя был ранен в живот! Сами понимаете, как это опасно! Поэтому он запутал преследователей и скрылся в трущобах! Тот, кто пытался его убить, не посмел зайти в тот район!
Тут эссина Лиера сделала очень многозначительное лицо, и Даррэй понял, что речь идет о Нижнем городе. Том самом, где он следил сегодня за дядюшкой.
– Как же ему удалось спастись? – абсолютно искренне, но шепотом воскликнул Глен.
– Наш герцог невероятно удачлив! – блестя глазами после третьего или четвертого глоточка ликера, сказала секретарь. – Он умудрился свалиться с крыши прямо под ноги целителю!
Даррэй непритворно ахнул, отмечая про себя, что даже секретарь Мрака не знает, что целитель на самом деле целительница.
– Да-да! Наш Мрак любимец Тьмы! – эссина с чувством отпила еще глоточек ликера и поведала маркизу, что герцога исцелили и даже проводили до границы трущоб, и вот теперь глава Тайной службы иногда просит ее раздобыть редких трав, зелий или инструментов, чтобы подарить тому самому лекарю – в благодарность.
– Так я не понял, – Даррэй сделал вид, что захмелел, – когда все это случилось? Дядюшка ни на день не прерывал свой график!
– Ой, ну вы же знаете герцога, – легонько взмахнула рукой секретарь, – он и полумертвый на службу приползет, только бы все работало, как заклинание у магистра! А случилось это все еще весной, вы тогда экзамен сдавали, выпускной!
Маркиз вспомнил. Ну да, почти неделю он не выходил из комнат – готовился, повторял, копил силу. Дядюшка традиционно появлялся за завтраком, они обсуждали кое-какие дела, но…
– Так уже почти два месяца прошло, – небрежно сказал он, – наверняка дяде ничего уже не угрожает.
– Да, лекарь очень внимательно следит за его здоровьем, – покивала эссина, – даже травки передает для заваривания, зелья…
Глендон не верил своим ушам. Герцог Мрак пьет травяной чай? Употребляет зелья, приготовленные не лично им? Кажется, эта девица опоила дядюшку приворотом! А может, и артефакт какой-то использовала! Что она задумала? Погубить герцога или стать герцогиней? В любом случае оставлять все это так нельзя!
Поблагодарив эссину Лиеру за чай и компанию, маркиз помчался к себе – следовало разработать план по выведению одной Светлой на чистую воду!
Глава 7
Для начала Даррэй вызвал к себе парочку толковых подчиненных и отправил их следить за лекаркой. Если Светлая применила магию на крови или что-то из родовых техник, полезно будет иметь на магичку компромат. Да и просто – пусть будет под присмотром.
Затем Глендон вызвал специалиста по приворотам – был в конторе такой, и поставил перед ним задачу – определить, какой приворот наложен на герцога. Старик не удивился – в свете брачной охоты на Мрака он только ждал момента, когда его призовут. Правда, раздобыть кровь, слюну и волос дядюшки у маркиза не получилось, но зато удалось раздобыть отпечаток ладони на документе и бокал после вина.
Специалист взялся за работу, а немного успокоенный Даррэй поехал в особняк – в конце концов, невесты тоже требовали присмотра.
Атмосфера в доме Мрака сгустилась. Графиня попыталась отказать всем девицам, ожидающим за воротами, но их матери немедля подали жалобу королеве, и отбор продолжился. Узнав новости, Глен шепотом спросил у дворецкого:
– Сколько еще комнат в гостевом крыле?
– Осталось ровно двадцать, эсс, – ответил старый слуга, – будем надеяться, что девы провалят следующее испытание.
– Следующее?
– Этой ночью все невесты отправляются в родовой склеп Марков. Останутся лишь те, кого примут предки.
– О! – маркиз на секунду задумался и усмехнулся: – Насколько я помню матушку дяди, ей не понравится никто!
– Эссина Акран тоже неплохо знала вашу бабушку, – с той же невозмутимостью отозвался дворецкий.
В бодром расположении духа Туман отправился ужинать с невестами и Мраком.
На этот раз за столом все было спокойнее – горгульи не бегали, вино от приворотов не шипело. Уж как этого добилась графиня, маркиз не знал, но покосился на тетушку с уважением.
Среди добавившихся к столу невест было немало полукровок – раз попытать удачу могли все, в особняк прорвались магички из предместий. Внешне они выглядели более живыми и естественными, чем дочери старых родов, но магически были слабее, а еще не привыкли ждать пакостей от всего – даже от жаркого в тарелке.
Впрочем, слуги умудрялись ликвидировать последствия конфликтов, а графиня просто выставляла вон зарвавшихся дурочек. Таким образом ряды невест редели буквально каждый час. Это радовало Даррэя, но при этом племянник замечал, что дядюшка абсолютно равнодушен и к ужину, и к невестам. Мрак неторопливо ел, иногда пил – не забывая проверять на привороты, яды и магию каждый глоток и кусок, но при этом близкие видели, что мыслями он где-то далеко.
Когда подали десерт, герцог вдруг встал и сказал:
– Я читал ваши досье, эссы. Многие из вас указали в нем благотворительность. И это прекрасно. Будущая герцогиня Мрак должна быть милосердной. С завтрашнего дня я лично буду вывозить вас в одно из благотворительных заведений столицы, чтобы узнать, как вы умеете проявлять свои лучшие качества. Будьте готовы к десяти утра!
– Адиран, – окликнула герцога графиня, – сегодня ночью невесты отправятся в склеп…
– Нет смысла, – отозвался Мрак, – мои предки, конечно, имеют свое мнение, но они абсолютно точно не в состоянии повлиять на мое.
– Но…
– Если это часть отбора, я не в силах вам запретить! – любезно отозвался родственник, удаляясь.
Туман нахмурился – это ведь была его идея разузнать побольше о благотворительных проектах невест. Впрочем, разве в Тайной службе можно что-то утаить от руководителя? Махнув рукой, маркиз отправился утешать тетушку. Та, будучи дамой практичной, все равно собиралась отвести невест в склеп Мраков. Все равно все там не поместятся, но вот среди тех, кого герцог завтра возьмет в город, должны быть только одобренные!
Короткое время между ужином и полуночью Даррэй провел в курительной комнате. Он не любил табак, но это было, пожалуй, единственное место в доме, куда невестам точно не было хода – кто же из невинных дев признается, что курит? Вот когда наследники подрастут, тогда хочешь кури, хочешь пей, а до этого момента – блюди скромность, целомудрие и приличия, иначе замуж не возьмут!
В общем, Глендон спрятался среди зеленого сукна, подставок с трубками, ящиков с табаком и сигарами, но графиня нашла его даже здесь. Устало упала в кресло и потянулась за коробочкой любимых дамских сигарилл. Потом махнула рукой – не до того! И принялась уговаривать родственника сходить в склеп с невестами.
– А вы сами, тетушка, отчего не идете?
– Да есть там отдельные личности, – поморщилась эссина, – навредить не навредят, но глупостей точно наболтают, а мне перед девицами авторитет терять нельзя. Сожрут!
Даррэй задумался – в принципе, никого из ушедших родственников он не боялся. Подумаешь, припомнят ему детские шалости. Для мужчины в глазах женщин это скорее плюс. Однако…
– Что ж, тетушка, я с радостью вам помогу, но и мне нужна ваша помощь!
Эссина взглянула на племянника с нехорошим подозрением, но ничего не сказала. Маркиз же объяснил, что ему нужны кровь, волосы и слюна герцога для проверки на привороты.
– Что-то ты темнишь, мой мальчик, – вздохнула графиня, – но я с тобой соглашусь – привороты разные бывают. Лучше подстраховаться. Попрошу камердинера помочь.
– Что ж, тогда я готов сопроводить благородных эсс в семейную усыпальницу хоть сейчас!
– В полночь! – напомнила тетушка, удаляясь.
* * *В назначенный час маркиз облачился в черную, расшитую серебром мантию – именно в таких представители рода встречали траурные дни, посещали фамильные склепы или участвовали в церемониях прощания.
Невестам ничего такого не полагалось, так что они просто закутались в плащи – несмотря на лето, в склепе было холодно. Дворецкий приготовил для каждой девицы магический фонарь. Вообще, темные отлично видели в темноте, но мрак, царящий в фамильном склепе, нельзя было назвать обычным.
Синие фонарики в руках дюжины невест цепочкой потянулись за Даррэем через сад. Тропа была защищена от хищных цветочков, так что Туман шел быстро, а за ним шелестели плащи девушек. Вот и склеп. Красивое здание из черного камня, утопленное в землю до окон, забранных решетками. Зачем в склепе окна? Когда-то склеп был часовней рода Мрак, но потом один из предков герцога выстроил новую часовню – пристроив ее к самому особняку, а эта, старая, стала называться склепом. Хотя маркиз Туман точно знал, что в склепе сохранился алтарь, но привычно называл старую часовню склепом.
Тяжелая дверь, окованная серебром, заставила девиц напрячься – уж они точно знали, что в тихих склепах такой предосторожностью пренебрегают. Выложенные серебром знаки Света таинственно мерцали в полутьме. Маркиз легким толчком отворил дверь и тут же поздоровался с родственниками:
– Благородные эссы и эссины, приветствую вас! Позвольте вам представить кандидаток в невесты герцога Мрака!
Холодный сухой воздух тотчас задрожал, от развешанных на стенах и встроенных в пол могильных плит потянулись тончайшие нити некроэнергии. Одна из невест – некромантка – напряглась и приготовила что-то убойное в ладони. Даррэй мягко накрыл ее руку своей:
– Эсса, если вы рассердите призраков рода, шансов стать герцогиней у вас не останется!
К счастью, девица вняла кроткому увещеванию и заклинание смяла. Бороться с Темной в относительно тесном пространстве родового склепа Туману не хотелось однозначно.
Между тем нити сгустились в клубки, и вскоре из них соткались фигуры – дамы в платьях, мужчины в черных камзолах, мантиях и доспехах. Все они имели фамильные черты Мраков или несли на плече розетку с гербом – знак перехода в другой род. К удивлению невест, розетки на плече имели не только женщины. Несколько мужчин, явно относящихся к светлым родам, стояли здесь же, разбавляя темноту светлыми одеяниями. Одна невеста не выдержала и спросила:
– Разве Темные заключают союзы со Светлыми?
– Эсса, – покачал головой Даррэй, – разве вы не изучали теорию магии? Если кровь не разбавлять, магия и сила падают. Все темные рода в той или иной степени являются родственниками друг другу, поэтому раз в два-три поколения жениха или невесту ищут среди светлых.
Эсса замолчала, пристально вглядываясь в лица ушедших Мраков, и все же не удержалась:
– Но почему мужья эссин лежат здесь?
– Потому что идти мужем в темный род соглашаются или по большой любви, или по большой выгоде, – хмыкнул маркиз.
Девицы поджали губы – многие пришли в особняк Мраков, не испытывая к герцогу никаких чувств, и это не было секретом.
Между тем призраки сформировались окончательно, и вперед вышли мужчина и женщина в придворных нарядах. Туман изящно им поклонился и представил:
– Герцог и герцогиня Мрак, родители Адирана.
Эссы все присели в книксенах, жадно всматриваясь в полузнакомые по парадным портретам лица. Призраки тоже смотрели на девиц пристально, эссина даже коснулась одной невесты кончиком призрачного пальца, но тут же отдернула руку и покачала головой. Ее губы двигались неслышно, но Глендон разобрал слова по движению: “Не та”.