- -
- 100%
- +
Наконец грунтовая дорога закончилась. Экипаж подпрыгнул, заползая на выложенную камнем дорожку, и покатился дальше, заметно сбавив ход.
Судя по бросаемым в сторону госпожи взглядам, Жнеде вновь хотелось пищать от восторга и повторять свое «Приехали, приехали!», но она стойко держалась.
Не сдержался глава отряда охраны: прежде движущийся впереди, он придержал коня, чтобы поравняться с каретой.
– Подъезжаем к усадьбе, леди Делавер, – сообщил он, склонившись к окну.
Ценное замечание, учитывая, что у нее имелись окно и глаза.
Диана не удостоила мужчину ответом и демонстративно задернула штору. Ну его. И их всех, включая строгого отца, бесхребетную мать, мстительного братца и мнительную сестренку, не нашедшую в себе сил даже выйти на крыльцо проститься.
– Что с вами, миледи? – робко спросила Жнеда. – Вас укачало? Может быть, воды?
«Яду мне», – хотелось ответить Диане, но язык отчего-то прилип к небу. И, опустив взгляд, она вдруг обнаружила, что ее юбка смята, а ладони зажаты между коленей. Вот же…
Ди глубоко вздохнула и выпрямила спину.
– Да, воды, – ответила служанке, как и подобает: спокойно и с достоинством.
Расправила платье на коленях. Ладно-ладно, минутная слабость всем простительна, с кем не бывает?
Однако, подавая Ди фляжку, Жнеда смотрела на нее с таким видом, будто успела разглядеть в ее глазах не банальный страх перед неизвестным, а, по крайне мере, вертикальный зрачок.
Диана фыркнула, мученически возвела очи горе и от души приложилась к горлышку.
***
Скрипнули рессоры, и карета остановилась.
– Приехали, – шепот Жнеды резанул по нервам, словно звук металла по стеклу.
И если Ди всегда осуждала господ, позволяющих себе поднимать руку на прислугу, то сейчас ей самой чертовски захотелось влепить камеристке отрезвляющую затрещину.
– Прибыли, миледи! – раздался снаружи знакомый голос начальника отряда сопровождения, после чего дверца немедленно распахнулась.
Жнеда громко ахнула, во все глаза уставившись на громаду раскинувшегося перед ними особняка, стены которого были живописно оплетены каким-то ползучим растением.
– Да заткнись ты наконец! – не выдержала Диана, не узнавая девушку, всегда тонко чувствующую настроение хозяйки и умеющую вовремя притвориться ветошью. Неужели и правда может так растрясти в дороге?
Она как раз подхватила юбки, чтобы выбраться из кареты, как вдруг главу отряда оттеснили от дверцы, а в поле зрения Ди показалась рука в белоснежной перчатке.
– Добро пожаловать в Сливду, леди Делавер! – отчеканил хорошо поставленный молодой мужской голос. – Леди Гарье велела вас встретить!
Ди поморщилась от этого полукрика на одном дыхании, однако помощь приняла, аккуратно спустилась с подножки.
Встречающим оказался паренек примерно ее возраста. Может, лет двадцати пяти, не старше. Кудрявые темные волосы, как у барашка, маленькие аккуратные усики и коричневая униформа – брюки со стрелками и жилет поверх кипенно-белой рубахи. Ах да, еще и галстук. Галстук-бабочка под жестким воротником-стойкой, вынуждающим молодого человека постоянно держать голову чуть приподнятой, впечатлил Диану особенно сильно. Пожалуй, даже в королевском дворце слуги носили более свободную форму одежды.
– Кливед, к вашим услугам! – снова отрапортовал лакей, едва выпустил ее ладонь, и вытянул руки по швам. – Добро пожаловать в Сливду!
– Я уже поняла… – оторопело откликнулась Ди и обернулась к карете. Так надоевшая ей своей болтовней Жнеда теперь забилась в глубь салона и не иначе как пыталась врасти в спинку сиденья. – Там моя камеристка. Достаньте ее, будьте любезны, – попросила Диана и, не дожидаясь очередного громогласного «Добро пожаловать в Сливду», сама шагнула вперед, обходя дверцу.
У высокого крыльца с мощными колоннами стояли еще четверо: худой и длинный, как жердь, седовласый мужчина в черном костюме-тройке и часами на толстой позолоченной цепочке в нагрудном кармашке, женщина в черном платье с белыми кружевными воротничком и манжетами, молодой человек, одетый так же, как уже представившийся ей лакей, и девушка в коричневом платье с белым передником и с белой наколкой поверх волос – явно служанка.
Приближаясь, Ди не скрываясь скользила взглядом по замершей, словно статуи, четверке у крыльца. Ну, и кто тут, спрашивается, та самая тетушка Фло, то есть леди, чтоб ее, Гарье?
Женщина в черном явно не являлась хозяйкой усадьбы. Лет пятидесяти, среднего телосложения, среднего роста и со «средним» же цветом волос – не понять, что-то мышино-русое с сединой, затянутое в строгий пучок так крепко, что тонкие брови встали домиком, морщины на высоком лбу натянулись, а бледные скулы заострились, как скалы. Нет, точно не леди. Экономка? Старшая служанка?
Первым, стоило Диане приблизиться, отмер пожилой мужчина, надо понимать, мажордом. Откашлялся в левый кулак в белой перчатке и склонил голову в вежливом, но не слишком глубоком поклоне.
– Добро пожаловать в Сливду, леди Делавер, – произнес он не так громко и быстро, как его подчиненный, но и не стал заморачиваться другим выбором слов. – Леди Гарье распорядилась встретить вас и проводить в ваши покои.
Оч-чень интересно…
Ди приподняла брови.
– А сама леди Гарье?..
– Изволит отдыхать. Мое имя Гордис, миледи, я дворецкий этого дома. А это Тария, экономка. По всем вопросам, касающимся горничных, вы можете обращаться к ней.
По каким вопросам следует обращаться к нему самому, старикан хитро умолчал.
«Мышиная» женщина же при упоминании ее имени тоже кивнула, несмотря на то что по этикету ей следовало бы сделать книксен.
– Добро пожаловать, леди Делавер, – разомкнулись тонкие губы без намека на помаду. – Прошу следовать за мной.
Диана замешкалась и с сомнением обернулась на отряд охраны, топчущийся у кареты и, очевидно, тоже изрядно сбитый с толку подобным приемом. И лишь тогда старый дворецкий таки снизошел до пояснений:
– Устроитесь, отдохнете с дороги. Леди Гарье примет вас позже.
После чего качнул головой молодому слуге, и тот, словно получив удар между лопаток, резво бросился к багажному отделению экипажа.
Глава 9
Особняк поражал воображение даже Дианы, с детства привыкшей к роскоши и не раз бывавшей на приемах в самом королевском дворце. Что уж говорить о Жнеде, которая утратила всю свою неуместную разговорчивость, еще едва увидела, куда они приехали.
Теперь камеристка плелась в хвосте процессии ни жива ни мертва. Девушка втянула голову в плечи, прижав к груди свой небольшой саквояж, который почему-то не отдала нести мужчинам, и оторопело глядела на обстановку вокруг. Вид у нее при этом был такой, будто она внезапно попала в пещеру какого-то древнего божества. Божества, которое притаилось где-нибудь за углом и вот-вот выскочит, чтобы откусить вторгшимся в его обитель что-нибудь ценное.
Диана, конечно, закатила глаза, когда обернулась, чтобы удостовериться, что Жнеда таки пошла следом (кто-то же должен помочь ей избавиться от удушающего корсета), тем не менее вполне понимала, чем та так шокирована. Это же даже не прошлый век – прошлое тысячелетие! Музей древних экспонатов, а не жилой дом. Правда, очень-очень дорогой музей, надо признать.
Под потолком – вычурная лепнина с изображением пузатых ангелков со стрелами. На полу – гигантские вазоны с экзотическими цветами. Плотные портьеры на окнах в человеческий рост, подвязанные золотистыми шнурками сложного плетения и пушистыми кисточками на концах. Огромные портреты в массивных рамах – на стенах… И – просто вишенка на торте! – кроваво-красная ковровая дорожка с позолоченной оборкой – под ногами. Эта дорожка к тому же полностью заглушала звук шагов, и создавалось впечатление, что по ней движутся не люди, а бестелесные призраки. Жуткое впечатление.
Должно быть, именно так когда-то выглядел королевский дворец. Когда-то – это лет двести назад. Хотя, возможно, и пятьдесят. Но точно не теперь. Его величество Лионар Первый, нынешний правитель, взошел на трон в возрасте семнадцати лет и быстро стал переделывать дворец и все королевство под себя. И пусть ему уже перевалило за пятьдесят, он все еще придерживался весьма прогрессивных взглядов. Диане, лично знакомой с его величеством, вообще сложно было представить короля живущим в месте, подобном этому, – в его дворце все было выполнено строго и со вкусом. А если бы кто-то из оформителей вздумал притащить в королевскую резиденцию багровый ковер с золотой отделкой, в нем бы этого умника и унесли – не на кладбище, но за пределы дворца уж точно.
Особняк же леди Гарье напоминал даже не музей – в музее существовало бы деление на секции, – а сокровищницу пирата, где все дорого-богато, но при этом ослепляюще и несочетаемо.
– У хозяйки дома необыкновенный вкус, – пробормотала Ди, проходя мимо колонны, из которой выступал огромный олень: великан как будто успел высунуть рогатую голову, грудь и передние ноги, да так и застрял, окаменев, словно распиленный пополам. Выглядело… безобразно.
– Безупречный, – откликнулся дворецкий, покосившись на гостью с высоты своего роста. – Вы правы, у леди Гарье безупречный вкус.
Диана едва не расхохоталась и споро отвернулась, делая вид, что изучает портрет какого-то усатого господина в старомодном цилиндре.
***
– Вам подходят покои, леди Делавер? – чопорный голос экономки настиг Диану, когда она стояла посреди помещения и с любопытством рассматривала обстановку.
Гордис отстал где-то в середине пути, и до места Ди довела уже одна «мышиная» женщина. Как ее? Тауриния? Впрочем, не суть.
Главное, что вокруг не обнаружилось ни оленей, ни вычурных вазонов. Обычная комната, светлая и просторная, обставленная не то чтобы современно, но и не в доисторическом стиле, и уж точно не похожая на пещеру пирата – сносно. Ди, конечно, добавила бы на столик живые цветы – не экзотические лопухи, а что-то небольшое и нежное, и заменила бы тяжелые шторы на нечто менее массивное. Но после холла и коридора, демонстрирующих вкусы хозяйки во всей красе, и правда не на что было жаловаться.
И все же, обернувшись через плечо, Диана поинтересовалась:
– А какие еще есть варианты?
– Других нет, – отрезала экономка и, сделав многозначительную паузу, добавила: – Миледи. – Как сплюнула, в общем-то.
– Тогда – беру! – Диана вдруг развеселилась.
Все вокруг было таким странным, словно ненастоящим. И эта экономка, точно сошедшая со страниц сказки о бедной сиротке и издевающейся над ней злобной домоправительнице. И дворецкий, который, судя по его манере себя держать, будто прожил последние пару веков в склепе и теперь потерялся во времени. И слуги, больше похожие на механические игрушки, чем на живых людей.
Тут уж впору сесть и разрыдаться, умоляя отвезти ее домой, или получать удовольствие от новых впечатлений. Ди всегда выбирала удовольствие.
– Я распоряжусь, чтобы Мариша приготовила вам ванну, – сообщила экономка с каменным лицом и, не дожидаясь, ответной реакции, развернулась к двери, где как раз мялась, все еще цепляясь за свой саквояж, Жнеда.
При приближении суровой мадам, камеристка испуганно попятилась. А Ди, нахмурившись, уперла руку в бок.
– Зачем мне Мариша? У меня есть Жнеда.
Во взгляде загнанной в угол служанки мелькнула благодарность. А экономка от прилетевшей ей в спину фразы встала как вкопанная, на мгновение закостенев плечами. Честное слово, отрасти она сейчас крылья, как у гаргульи, и взлети под потолок, Диана бы уже не удивилась.
Тем не менее Тария (точно, вот как ее зовут!) соизволила повернуться к ней.
– Эта? – уточнила пренебрежительно, качнув головой в ту сторону, где все еще переступала с ноги на ногу шокированная происходящим Жнеда. Диана же не сочла нужным пояснять свои слова, только приподняла брови, мол, эта – и что? – А этой сперва следует пройти инструктаж, как следует себя вести в доме леди Гарье.
Ди усмехнулась.
– Проинструктируете, что запрещено качаться на оленьих рогах?
Направленный на ее взгляд невнятно цвета глаз полоснул как бритва.
– Всего доброго, миледи, – процедила Тария. После чего развернулась на каблуках и с решительностью ледокола двинулись к двери. – За мной, милочка! – бросила на ходу обмершей от страха Жнеде и скрылась в коридоре.
Диана не сдержалась и прыснула. Да они тут все чокнутые!
– Миледи? – робко спросила Жнеда, не зная, кому ей следует подчиняться.
– Иди, иди, – все еще посмеиваясь, отмахнулась от нее Диана. – Инструктируйся сколько душе угодно.
Служанка, не заметив иронии в ее голосе, торопливо поклонилась и бросилась вслед за ушедший Тарией.
Глава 10
После ванны, отдыха на оказавшейся неожиданно удобной кровати и неторопливых сборов при помощи готовой во всем угодить Мариши, служанки, лицо которой, откровенно говоря, Ди даже не запомнила, настроение внезапно поднялось. Диана чувствовала себя полной сил и готовой для новых свершений.
Так что, когда к назначенному времени за ней явился Гордис, чтобы проводить на ужин с хозяйкой, Ди пребывала в самом что ни на есть хорошем расположении духа. И даже бордовая ковровая дорожка, в которую беззвучно вонзались ее острые каблучки, теперь не вызывала раздражения, а, наоборот, создавала ощущение легкости и полета.
Что толку переживать, решила она. В конце концов, вариантов всего два: или они с тетушкой найдут общий язык, или недолго повоюют, и та сама потребует лорда Делавера забрать дочь назад. В любом случае Ди останется только в выигрыше.
Да и Сливду она еще толком не видела. Вдруг тут имеется что-то интереснее параллельных и перпендикулярных лугов?
– Гордис, скажите, – не стала Диана тратить время на предположения и решила сразу все выяснить, – а леди Гарье живет одна? Еще какие-то родственники, может быть, гости?..
Высоченный дворецкий, все это время шагающий рядом молчаливой тенью, бросил на нее неодобрительный взгляд.
– Никого, леди Делавер. Только господин Форст.
Мужское имя звучало обнадеживающе, но не говорило Ди ровным счетом ни о чем.
– И он?.. – подтолкнула Ди.
– Племянник леди Гарье, миледи, – снова разомкнулись тонкие губы. – Ваш кузен.
Вот это новость. Сколько же еще у Делаверов родственников, о которых Диана ни сном ни духом? Как любопытно.
Внутри мгновенно поселился целый рой вопросов: а кто этот господин Форст, откуда, сколько ему лет? В конце концов, мужчины – это всегда самое интересное. Но что-то подсказывало, что вредный дворецкий точно не тот, кто с удовольствием поделится с ней информацией и уж тем более сплетнями.
Поэтому Диана обошлась одним-единственным вопросом:
– А господин Форст будет сегодня присутствовать на ужине?
За что немедленно заслужила еще один осуждающий взгляд.
– Всенепременно, миледи, – чопорно ответил старый дворецкий. – Всенепременно.
Всенепременно – уже отлично! Судя по тому, что этот Форст – племянник, а не, скажем, кузен хозяйки, то вряд ли он мог оказаться замшелым стариком вроде того же Гордиса. А уж к молодому мужчине Диана точно найдет подход, кем бы он ни был.
Губы невольно растянулись в предвкушающей улыбке. Однако воображение тут же сыграло с ней злую шутку: при одной только мысли о молодом мужчине сразу же подсунуло воспоминание о совсем другом кандидате на это звание.
…Умные серые глаза, смотрящие на нее с легким прищуром…
…Светло-рыжие волосы, взъерошенные ее пальцами и в беспорядке падающие на высокий лоб…
…Нежные губы, умеющие шептать на ухо всякие глупости, провоцировать едкими шутками и возносить на вершину блаженства одним своим прикосновением…
Диана даже сама не заметила, как замечталась. Да отродясь с ней такого не бывало, чтобы какой-то мужчина так запал в душу – будь он хоть трижды красавчик. А этот – гляди ж ты.
И чтобы она врезалась в предметы на своем пути – с ней тоже обычно не случалось…
– Осторожно! – ахнул Гордис, вскинув руки в узких черных рукавах и белоснежных перчатках, и не иначе как чудом успел предотвратить столкновение замечтавшейся Ди с треклятым оленем из колонны.
Диана ойкнула от неожиданности и покачнулась, на мгновение потеряв равновесие, так, что едва не переломала тонкие каблуки туфель. Чертов аленсиец!
– Благодарю, – пробормотала она, когда уберегший ее от позорного падения дворецкий наконец убрал руки и чинно отступил в сторону. – Неловко вышло… – Потерла левое плечо, где на обнаженной коже, сразу под рукавом-фонариком, появилось красное пятно – старик стариком, а хватка у него оказалась железной.
Тот же и не подумал просить прощения за то, что невольно сделал ей больно. Зыркнул недобро и перевел взгляд на все так же безмятежно торчащую из колонны зверюгу. Аккуратно смахнул перчаткой невидимую пылинку с оленьего носа.
Диана невольно вскинула брови, наблюдая за этой трогательной заботой.
– Вы бы его еще за ушком почесали, – не удержалась от колкости.
Мало того, что олень действительно был верхом безвкусицы, так еще и выпячивал острые рога и колени прямо в проход: отвлечешься и не сместишься вовремя в сторону – только тебя и помнили.
Закончивший с «уборкой» Гордис неодобрительно покачал головой.
– Покойный лорд Гарье лично высек эту фигуру из камня, – сообщил он назидательно.
Смотрел старик при этом на каменное животное с таким обожанием, что Ди невольно прыснула.
– Не с себя ли ваял? – пробормотала себе под нос.
Но вездесущий старикан услышал.
– Это не тема для шуток, леди Делавер! – упрекнул он, не забыв задрать острый нос к потолку, и потряс в воздухе костлявой рукой. – Леди Гарье крайне дорожит его работой и тщательно следит за ее целостностью!
После чего наконец оторвался от местного сокровища и продолжил движение по коридору. Этакий немой укор с идеально ровной спиной.
Ди усмехнулась этой индюшачьей важности, но поспешила следом, вновь приноровившись под широкий шаг старика.
– То есть вы спасали не меня, а произведение искусства? – поддела она все еще мечущего глазами молнии дворецкого.
Правда, на сей раз ее не удостоили даже взглядом.
– Конечно, – коротко откликнулся Гордис и, кажется, пошел еще быстрее.
Глава 11
– Леди Диана Делавер! – торжественно объявил все еще явно обиженный на Диану дворецкий, распахивая двустворчатые двери обеденного зала и пропуская ее внутрь. – Приятного аппетита, господа!
Миг – и двери за едва переступившей порог Ди стремительно захлопнулись, обдав спину прохладным потоком воздуха и заставив внутренне поежиться. А этот Гордис – мастер психологических эффектов, старый проказник.
Но уже через миг Диана и думать забыла о каком-то там своевольном дворецком – потому что на нее уставились две пары глаз (лакей у окна и две суетящиеся с сервировкой служанки не в счет). И первая пара из них была, безусловно, куда интереснее – во-первых, потому что принадлежала мужчине, во-вторых, потому что светловолосый обладатель этих глаз сидел непосредственно напротив двери.
Ярко-голубые, глубокого, насыщенного цвета, обрамленные пушистыми темными ресницами, длине которых позавидовала бы любая модница, они, как магнит, притягивали к себе внимание. Впрочем, и то, что располагалось ниже, выглядело ничуть не хуже: прямой нос, пухлые яркие губы на фоне по-аристократически бледной кожи чуть удлиненного узкого лица, длинная шея, по-щегольски обвернутая шелковым платком, широкие плечи.
Диана проскользила взглядом по свободным рукавам белоснежной рубашки, выходящим из-под строгого темного жилета, выгодно обтянувшего стройный торс, – к ухоженным пальцам, расслабленно лежащим на скатерти по обе стороны от еще пустой тарелки. Снова вверх – к губам, теперь изогнувшимся в радушной улыбке. И еще выше – опять к глазам, один из которых вдруг весело подмигнул, а затем оба красноречиво скосились в сторону.
И лишь тогда Ди отмерла. Хозяйка, ну конечно же! Вечно-то она все забывает, когда замечает красивого мужчину.
– Подойди, – сухо приказал скрипучий старческий голос, и Диана послушно шагнула к его обладательнице.
Она изначально представляла себе тетушку Фло женщиной преклонного возраста, но, что та окажется такой древней, не ожидала. Семьдесят? Восемьдесят? Больше? На самом деле, вряд ли больше – слишком идеальная осанка, слишком ровные плечи и не менее «слишком» ясный взгляд.
Да, миниатюрная женщина, затянутая в плотное черное платье с высоким кружевным воротом, выглядела, мягко говоря, немолодо. Белоснежные волосы, испещренная глубокими морщинами кожа, явно когда-то карие, а теперь выцветшие до бледно-янтарного оттенка глаза с редкими, почти отсутствующими, а потому больше нарисованными бровями над ними. Тем не менее направленный на Диану взгляд – прямой, цепкий, даже какой-то хищный и совершенно недобрый – четко давал понять, что старуха точно в здравом уме и твердой памяти.
– Добрый вечер. – Ди улыбнулась, рассчитывая на то, что леди Гарье, как это обычно бывает, отзеркалит улыбку и улыбнется в ответ.
Но не тут-то было: лицо тетушки оставалось неподвижно, лишь глаза продолжали скользить по фигуре вновь прибывшей: от свободно лежащих на плечах завитков волос, лишь прихваченных заколками у висков, по легкомысленным коротким рукавам, по яркой ткани выбранного сегодня Дианой алого платья – к острым носам туфелек, кокетливо выглядывающих из-под пышной многослойной юбки.
Ди знала, что выглядела великолепно, и полный восхищения взгляд красавчика-кузена это явно подтверждал. Однако, завершив осмотр, старуха нахмурила нарисованные брови и резко качнула головой – так, что Диана забеспокоилась, не переломится ли ее тощая шея под весом башни-прически.
Не переломилась.
– Так вот ты какая, – произнесла тетушка Фло, как сплюнула, и, брезгливо поджав губы, демонстративно повернулась обратно к столу. – Подавайте! – велела ждущим команды слугам и сделала вид, что больше совершенно не заинтересована ни в племяннице, ни в ее обществе.
Диана улыбнулась шире.
– Мне уйти?
Она, конечно, была не против варианта номер два, того самого, в котором тетка сразу выдворяет ее из своего поместья, возвращая назад в родительский дом. Но даже в самых смелых мечтах не предполагала, что это может произойти так скоро.
Кузен, сидящий по правую руку от хозяйки, мгновенно округлил глаза и качнул головой, прося… не нарываться? Во всяком случае, Ди расшифровала его посыл именно так. Но она и не нарывалась – только спросила. Так-то чемоданы еще не разобраны, и ей ничего не стоит…
– Сядь! – гаркнула тетушка Фло так, что оставалось только дивиться, откуда такая мощь легких в тщедушной высохшей фигурке. – Садись и ешь. Раз уж не можешь выглядеть прилично, хотя бы веди себя соответствующе статусу!
Ого, серьезно? Вообще-то, это не она не поздоровалась в ответ на вежливое приветствие.
Серьезнее некуда, судя по тому, как кузен резко отвернулся, сделав вид, что рассматривает пейзаж на стене. Ему тоже смешно, поэтому?
Однако долго любоваться полотном молодому человеку не дали.
– Ну, а ты чего расселся, спрашивается? – теперь леди Гарье обратила свой гнев на племянника. – Помоги кузине, прости господи!
Диана прикусила губу, чтобы не рассмеяться в голос, зато кузен мгновенно вскочил со своего места и бросился выполнять приказ старшей родственницы.
– Она всегда такая? – шепотом спросила Ди, воспользовавшись тем, что хозяйка в этот момент отвлеклась на служанку с супницей.
Кузен, как раз склонившийся к ней, чтобы помочь придвинуть стул, тихо усмехнулся, скользнув по ее щеке теплым дыханием.
– Бывает гораздо хуже, – шепнул на ухо и поспешил отстраниться, пока старуха ничего не заметила.
Диана проводила его взглядом, оценивая вид сзади. Потом вздохнула и потянулась к салфетке. Неплох, но худоват.
Другой вопрос: какого черта при взгляде на одного мужчину она опять вспомнила про другого?
Глава 12
Кузена звали Себастиан, и да, он был сыном некоего лорда Форста, живущего где-то далеко на западе Реонерии и являющегося леди Гарье каким-то там то ли троюродным, то ли четвероюродным братом. То есть для Ди – седьмой водой на киселе. Немудрено, что ни о каких Форстах она ни разу не слышала.
Стоило старухе объявить, что ужин окончен, а она устала и отходит ко сну, Себастиан вызвался проводить новоиспеченную кузину до ее покоев и познакомиться поближе. Услышав это, леди Гарье, конечно же, возвела глаза к потолку и бросила что-то о нетерпеливости молодежи, но, так как не возразила, надо понимать, дала добро.
Диана тоже не видела смысла отказываться. Кузен был молод, хорош собой и явно пока что претендовал на звание самого приятного собеседника во всем поместье. Так почему бы нет?
По дороге к ее комнате он с удовольствием и поведал о своей родословной, ну, и о себе любимом, ясное дело. А когда мужчины говорили не о себе?