- -
- 100%
- +
– Э-э… – протянул мужик, потерев пятерней затылок, отчего его короткие цвета соломы волосы стали дыбом. – Так нет же, вашество. Как есть, запамятовал.
В отчет на что Марко поморщился и, найдя нужную графу на странице, что-то там коротко записал. После чего сунул перо в карман и резко захлопнул тетрадь.
– Так вспоминай. Время – до вечера. – Припечатал подчиненного взглядом, сунул тетрадку под мышку и подошел к Диане. – Я закончил. Прогуляемся? – сказал уже без всякого официоза – мужик остался далеко и не мог теперь их услышать.
– Ну, пойдем, – согласилась Ди, оторвавшись от столба, но демонстративно не убирая с груди скрещенных рук.
Марко скользнул по ней взглядом, наверняка оценив закрытую позу, но комментировать не стал. Сделал приглашающий жест рукой, предлагая ей выйти первой.
***
– Что нужно сделать?! – переспросила Диана, внезапно встав как вкопанная.
Марко тоже остановился, сощурился, на слепящем солнце вглядываясь в ее лицо.
– Нужно проверить на упокоение местную жительницу, скончавшуюся этим утром, – повторил, как само собой разумеющееся. Еще бы, не ему же возиться с трупом. – А что, есть какие-то проблемы?
– Никаких, – огрызнулась Ди и снова решительно пошла вперед.
Под ноги стелилась низкая ярко-зеленая трава, кое-где разбавленная мелкими фиолетовым цветочками. Жужжали стрекозы. Одна, особо ретивая, не рассчитала траекторию полета и чуть не влепилась Диане в лоб, так что ей пришлось махнуть рукой, отгоняя дурацкое насекомое от лица. Стрекоза улетела, а Ди упрямо пошла дальше.
Прямо по курсу располагалась не слишком большая территория для выгула новорожденных жеребят и их матерей, огороженная деревянной изгородью. Диана дошла до ограждения и остановилась. Зацепилась взглядом за совсем маленького жеребенка, не иначе как рожденного только на днях: он еще неуверенно стоял на своих длинных тонких ножках и, казалось, будто вообще норовил в них запутаться.
Примерно так себя сейчас чувствовала сама Ди: иди и упокой мертвеца – всего-то. Вот только возле нее не было поблизости мамы-лошади.
– Да нет, правда, никаких проблем, – бодро заявила Диана, с беспечной улыбкой повернувшись к управляющему. И с облегчением обнаружила, что он все-таки пошел за ней. Вот смеху-то было бы, если бы она обернулась и никого не обнаружила за спиной.
– Хорошо, – ровным тоном откликнулся Марко. – Тогда займись этим, будь любезна, как только сможешь.
– Сегодня? – уточнила Ди.
Он кивнул, не переставая внимательно следить за ее выражением лица, словно ища подвох.
– Желательно сегодня.
– А если не сегодня? – тут же прицепилась она.
– Тогда завтра.
– А если не завтра? – Диана хитро прищурилась и скрестила руки на груди, как делала это возле конюшни.
Марко пожал плечами.
– Тогда мы похороним Шелеку так. Раньше же как-то хоронили.
Ди округлила глаза.
– И не вставали?
Проверять умерших на упокоение – это же одно из самых важных правил. Не проверишь – потом проблем не оберешься. Потому что одним богам известно, в каком виде и когда восстанет из могилы неупокоенный дух.
– Иногда вставали, иногда нет. – Марко невесело усмехнулся и, видимо, собирался развести руками в воздухе, но чуть не уронил свою тетрадь и не стал. – В любом случае контракт с черным магом из Иволги у нас на визит раз в полгода. Остальное – по сверхтарифу. Так что сама понимаешь…
О да, Ди понимала: старая карга решила с ее помощью здорово сэкономить.
– И когда же его визит запланирован в очередной раз? – поинтересовалась она.
Вдруг таки удастся прикинуться больной и потянуть время до приезда специалиста?
– Через полгода. – Управляющий с треском разбил все ее надежды и снова уточнил, не сводя с нее пристального взгляда: – Давай еще раз: у тебя с этим какие-то проблемы? – Какой чуткий, смотрите-ка на него. – Мне не нужны сюрпризы. Проблемы есть? Да или нет?
Ди тоже прищурилась.
– Никаких, – повторила уверенно.
Он первым отвел взгляд, уставился себе под ноги и покачал головой каким-то своим мыслям. Диана не стала уточнять, ясно же, что заподозрил неладное, но это его проблемы. Жаловаться и просить помощи у него она точно не станет.
Тем не менее кое-что нужно было обсудить с ним и ни с кем другим.
Ди шагнула к ограде, развернулась, ухватилась за тонкую жердь за своей спиной, разведя руки в стороны, и, оттолкнувшись ногой от нижней перекладины, запрыгнула на верхнюю, оказавшись к Марко лицом. Села, естественно, широко расставив ноги, чтобы не потерять равновесие и не спикировать вниз. Удачно, что была в брюках.
Или неудачно, потому как ткань брюк натянулась, плотно обхватив бедра и не скрывая теперь ни одного изгиба.
Диана любила играть с мужчинами в игры, но, честное слово, не в этот раз. Может, даже в первый раз в жизни не хотела играть (ну, не с управляющим же поместьем собственной тетки!). Но вышло как вышло, и когда Марко скользнул по ее ногам внимательным взглядом, Ди на мгновение забыла, как дышать.
Впрочем, он быстро отвернулся. Тоже подошел к ограде, пристроил свою тетрадь на траве, чтобы не мешала, и, вновь выпрямившись, встал к Диане боком. Оперся локтями на верхнюю перекладину и переплел пальцы.
О, если бы она не помнила, что эти пальцы умеют выделывать…
Смотрел Марко при этом исключительно на лошадей в загоне. А Ди – на его профиль. Сейчас абсолютно спокойный и даже немного скучающий.
– Ты хотела поговорить, – первым заговорил управляющий, и Диана очнулась.
– Да, хотела, – откликнулась она преувеличенно бодро и вместе с тем с вызовом. – То, что произошло на том постоялом дворе…
Марко усмехнулся и повернулся к ней голову.
– Насчет этого можешь не переживать. Я никому ничего не говорил и не скажу. И портить твою репутацию не собираюсь. Как и пытаться повторить, – он сгримасничал, пытаясь скопировать ее интонацию, – «то, что произошло на том постоялом дворе».
– Ах, не собираешься?! – возмутилась Ди.
Конечно, она тоже не собиралась. Она, а не он! Так ее еще никто не унижал.
Марко вопросительно приподнял брови. А Диана спрыгнула со своего насеста и уверенно направилась в сторону дома.
– Приду через два часа! – крикнула уже через плечо. – Зайди за мной!
– Кого-нибудь отправлю! – ответил этот невыносимой тип.
Ди мстительно сощурилась, но не обернулась.
***
«Эль, срочно! – Диана бросилась писать письмо подруге, едва вбежала в свою комнату. – Как упокаивают трупы?»
«Трупы не упокаивают, упокаивают дух умерших», – к счастью, практически сразу ответила Эль. Ди успела сделать по помещению только один панический круг.
«Ой, да плевать. Рассказывай!» – торопливо заскрипела пером.
Но подруга, на последних месяцах беременности ставшая особенно любопытной, не спешила делиться ценными сведениями.
«Кто там наступил тебе на хвост? – прилетело новое послание. – Какой-то местный красавчик бросил вызов твоим магическим способностям?»
Диана даже рыкнула от злости. Красавчик бросил вызов ее привлекательности, вот что он сделал. Не собирается он, понимаете ли…
«Не он, а тетка Фло».
«Не он?! Кто это «он»? Рассказывай».
Диана закатила глаза.
«Эль!»
«Ди!»
Ну как в детстве, честное слово.
«Никто. Ты – рассказывай».
«Ладно, – добрая подруга наконец сдалась. – Все просто. Сперва надо проверить, не упокоился ли дух сам. Потом…»
Диана читала письмо и все сильнее вонзала зубы в нижнюю губу.
И где были ее глаза и уши, когда они все это проходили на занятиях? Хотя ясно где: смотрели на красавцев-преподавателей и заслушивались тембром их голоса.
Вот она влипла-то…
Глава 23
Закончив переписку и кое-как разложив по полочкам в голове то, что сказала подруга, Диана бросила взгляд на часы, подмигнула своему отражению в зеркале и вышла из комнаты.
Ой, да подумаешь, упокоить какую-то там крестьянку. Неважно кого, все умирают одинаково, и Ди теперь была вполне подкована в знаниях. Во всяком случае, в теоретических. Да и вообще, умершая могла упокоиться сама собой, и возможно, придется это только проверить и подтвердить – делов-то.
Воодушевившись такими мыслями, Диана не на шутку разогналась по коридору, ловко увернулась от рогов декоративного оленя, выскочила на крыльцо и… встала как вкопанная.
– Э-э… – протянула «глубокомысленно». – Это что?
– Это – лошадь, – не менее «умно» ответил оказавшийся во дворе бородатый мужик Корт, старый знакомый Ди из близлежащей деревни.
Лошадь-то лошадь, но…
– А коня не было?
Спустившись по ступеням, Диана подошла к белоснежному созданию и критически осмотрела его со всех сторон – точно лошадь, она в смысле, кобыла. А Ди всегда предпочитала иметь дело с самцами, как с людьми, так и с животными.
– Марко сказал приготовить для вас именно Роззи, – сообщил Корт с такой значимостью, словно ему сами боги велели взять из конюшни конкретно эту Роззи, а не кого-нибудь другого.
– Ах, ну если Ма-а-арко, – язвительно протянула Ди.
Однако деревенский мужик иронии в ее голосе или не услышал, или не понял.
– Так точно, миледи! Все как было сказано! – Еще бы каблуками щелкнул. – Берете?
Корт попытался всучить ей повод, но Диана и не подумала его брать, покачала головой и вновь с сомнением посмотрела на лошадь.
– А дамского седла что, не было?
Корт же воззрился на нее как на безумную.
– Так это ж…
– «Егошество» велело приготовить мужское? – подсказала Диана.
Судя по выражению лица мужчины, он не сразу понял, как она извратила привычное ему «вашество», которое местные часто использовали по отношению к управляющему поместьем. Потом до него наконец дошло, и он интенсивно закивал.
Ясно, мужское, значит. Что ж, учитывая, что она специально купила брюки для удобства, это логично. Но, черт возьми, в последний раз Диана сидела в мужском седле лет десять назад…
– Брать будете? – повторил Корт, снова протянув ей повод.
А может, не надо?..
– Буду! – рявкнула Диана так, что мужик, вдвое шире и в полтора раза выше нее, побледнел и отшатнулся.
Боги, да их же тут правда лупят, чуть что не так. Как она могла забыть?
– Лошадь – брать буду, – сказала Ди мягче. – Повод пока подержите.
Кажется, Корт тайком смахнул пот со лба, но просьбу выполнил.
***
При свете дня деревня оказалась вовсе не такой уж зловещей. И стало понятно, что за ней ухаживают ничуть не меньше, чем за остальной территорией поместья: за те два дня, что Ди тут не было, дорогу здесь успели присыпать и разравнять, и теперь на ней не наблюдалось ни единой ямы или рытвины. А бревенчатые избушки, может, и не были раскрашены в яркие цвета, как примыкающие к усадьбе флигели, но все выглядели добротными и крепкими.
Заново привыкая к верховой езде, Диана так и не перешла с шага на рысь. Тем не менее Корт все время держался на полкорпуса позади нее. То ли для выражения почтения госпоже, то ли потому что доставшаяся ему старая кляча и без того еле перебирала ногами. Однако, стоило въехать в деревню, бородач распрямил плечи и, дав своей кобыле шенкеля, поравнялся с Ди.
– Неплохо тут у вас, – поделилась она впечатлениями, вспомнив, какие захолустья проезжала по дороге в Сливду. На их фоне это место и правда выглядело ухоженно и богато.
– Так-с стараемся, миледи, – откликнулся тот не без гордости и даже, кажется, разрумянился от похвалы. Впрочем, из-за густой растительности на его лице нельзя было сказать наверняка. – Хозяйка у нас строгая, никому не даст залениться.
– И щедрая? – прищурилась Диана.
– И щедрая! – с готовность закивал Корт, для верности приложив крупную пятерню к груди.
Ди усмехнулась и больше первой разговор не заводила – глазела по сторонам.
В разгар рабочего дня в деревне было еще тише, чем ночью. По дороге спокойно бродили куры и гуси. На завалинке одного из домов дрых толстенный полосатый кот. Дворовые собаки находились на привязи. Некоторые из них вовсе не реагировали на не касающееся их движение на улице, другие с любопытством высовывали носы между досок заборов, а из всех залаяла только одна. Но и то Ди не пришлось, как в прошлый раз, применять магию.
– Ополоумела, что ли?! – рявкнул на собаку Корт. – Свои!
И та, быстро осознав ошибку, приветливо замахала хвостом.
Все-таки день – это вам не ночь. И в светлое время суток деревня, однозначно, нравилась Диане больше.
– Кого это к нам принесло… – вдруг недовольно проворчал провожатый, и Ди, отвлекшаяся на прыгающего по крыше белого котенка, повернула к нему голову: Корт, приложив ладонь козырьком ко лбу, хмурясь, смотрел вдаль.
Диана сощурилась. А ведь и точно: у одного из невысоких заборов был привязан черный жеребец. Причем такой холеный и блестящий, что солнечные лучи отражались от его лоснящейся шкуры, точно от поверхности воды.
– Простите, госпожа, я сейчас, – коротко бросил Корт и поторопил свою лошадку.
– А-а?.. – начала было Диана, но мужика уже и след простыл.
***
– Себастиан! – расплылась Диана в широкой улыбке, когда увидела, что за гость на шикарном коне посетил деревню одновременно с ней.
Ну как гость… Судя по всему, гость, считающий себя не то чтобы гостем.
Разбитый кувшин, молоко, разлитое по земле. Совсем юная девушка, недавний подросток, с длинной русой косой – красная как рак, обнявшая себя руками и отчего-то стыдливо смотрящая себе под ноги. В шаге от нее – явно недовольный, что ему помешали, красавец-кузен в распахнутом сюртуке и без привычного шейного платка. И Корт у калитки – грозный и злой, как черт, но в то же время не говорящий ни слова и не предпринимающий каких-либо действий, только пристально глядящий исподлобья на холеного, как и его конь, господина, да бессильно сжимающий могучие и совершенно бесполезные в данной ситуации кулаки.
– Кузина?! – изумленно вскинул голову Себастиан. Надо сказать, физиономию его в этот момент знатно перекосило: нелегко одновременно изобразить радушную улыбку – ей и угрожающую рожу – Корту. – А ты… хм… откуда здесь?
– Ветром судьбы принесло, не иначе, – весело откликнулась Диана, подъехав к самому забору. – Рада тебя видеть. Составишь мне компанию?
Окаменевший у калитки Корт бросил на нее удивленный взгляд и торопливо отвел глаза. Девушка все еще не двигалась с места, зябко обнимая себя за плечи. А кузен смотрел на Ди с видом нашкодившего ребенка, который надеется, что его шалость никто не заметил.
– Компанию? – несколько ошалело переспросил он.
И Диана улыбнулась шире.
– Компанию, компанию. Ты же обещал мне экскурсию по поместью?
Настороженная гримаса на лице кузена сменилась на нечто напоминающее оскал и только потом стала похожа на настоящую улыбку.
– Конечно, дорогая кузина, буду только рад! – И широким шагом направился к выходу со двора.
Девушка попятилась, чтобы оказаться от него как можно дальше. Жалобно скрипнули под ногами черепки разбитого кувшина.
***
– Любишь посвежее? – лукаво спросила Диана, когда они бок о бок поехали по улице.
– Что? – Задумавшийся было кузен растерянно повернул к ней голову, и Ди не выдержала – звонко рассмеялась, заметив, как он воровато забегал глазами по улице.
– Молоко, – пояснила она. – Ты же за парным молоком заезжал, верно?
Напрягшиеся плечи Себастиана мгновенно расслабились, и он с чувством ими передернул.
– А, да. Ты заметила? Попросил молока, а глупая девка все уронила!
– Криворукие слуги – это всегда беда, – с сочувствием покивала Диана.
Как и господа, распускающие руки. Но кому это интересно?
Глава 24
Марко во дворе старосты не оказалось, и Диана вдруг испытала из-за этого такое горькое разочарование, что сама себе удивилась. Сдался он ей, в самом-то деле…
Сдался, черт его дери. Выдал ей задание, как какой-нибудь крестьянке, и ушел по своим управленческим делам – каково!
– Ты чего пыхтишь, как объевшаяся мышь? – поддел ее кузен, незаметно подъехав совсем близко.
– Это называется «пыхтеть, как беременный еж», – огрызнулась Диана.
Себастиан шире распахнул глаза и даже приоткрыл рот, видимо, чтобы уточнить, откуда у нее такие познания в ежах, но Ди уже взяла себя в руки и улыбнулась.
– Не бери в голову. Не нравится мне тут, вот и нервничаю.
Кузен кивнул и проследил взглядом за Кортом, который спешился первым и отправился в дом звать старосту. Потом снова посмотрел на Диану.
– То есть это была не шутка? Ты правда сейчас будешь упокаивать труп?
Ди, правда, не поняла, скривился он при этих словах от ужаса или отвращения.
Недоволен, смотрите-ка на него. А кому, спрашивается, она обязана своим поручением в том числе? Кто так сладко поддакивал тетушке Фло, когда та рассуждала, что в ее доме все должны быть при деле?
– Во-первых, – наставительно сообщила Диана, припомнив слова Эль, – упокаивают не труп, а дух. А во-вторых, я ведь темный маг, и это моя работа.
Даже самой понравилось, как это прозвучало.
Себастиан тоже проникся, потупил взгляд и буркнул:
– Конечно, извини.
Извинять его не больно-то хотелось, как и в принципе не хотелось, чтобы он ошивался поблизости, когда она будет пытаться применить худо-бедно известную ей теорию на практике. Но и избавиться от него сейчас не было возможности: сама позвала – самой и расхлебывать.
Поэтому, придав своему лицу самое что ни на есть деловое выражение, Диана слезла с лошади и тоже направилась в сторону избушки.
– Ты со мной? – бросила уже через плечо.
Пауза, которая за этим последовала, дала ей надежду, что любитель молоденьких доярок отстанет-таки сам. Но не тут-то было.
– Конечно, дорогая кузина! – откликнулся Себастиан и тоже спрыгнул с коня.
***
Старуха умерла естественной смертью. Во всяком случае, обычным зрением не было заметно каких-либо внешних повреждений, а магическим – проклятий. Бабка и бабка. Только бледная чересчур, с пергаментно-тонкой кожей. Руки со скрюченными пальцами то ли просто от старости и тяжелой физической работы, то ли еще и от болезни лежали сцепленными на впалой груди. Гуляющий во дворе ветерок колыхал седые волнистые пряди, выбившиеся из-под платка, повязанного вокруг худого морщинистого лица.
Ди задержалась взглядом на этом лице и отвернулась. Уперла руки в бока, закрыла глаза и задрала голову к небу.
На заднем дворе домика старосты воцарилась воистину мертвая, гробовая тишина.
Корт ушел ослабить подпруги у лошадей и отвести их к поилкам, да так и не вернулся.
Староста, седой как лунь старик в длинном балахоне, на манер каких носили белые маги лет тридцать назад, топтался у стены избушки, не мешая, но и неустанно приглядывая за происходящим.
Его жена, старуха, с точно так же повязанным, как у умершей, платком (вокруг головы и узелок под подбородком), молча цеплялась за локоть супруга одной рукой, а второй промокала платком слезы размером с горох. При этом, как и старик-староста, смотрела на Ди во все глаза, будто ожидала не упокоения почившей, а, наоборот, оживления или еще какого-нибудь чуда.
Себастиан топтался недалеко от них – подальше от трупа. Но тоже пялился на Диану, как на цирковую обезьяну.
Мертвая старуха – просто лежала.
Даже отвернувшись от всех действующих лиц, Ди кожей чувствовала впивающиеся ей в спину взгляды. И, как ни странно, мертвую тоже чувствовала.
Диана даже распахнула глаза от этого открытия. Действительно чувствовала. И это была не вонь, как возле кладбища, хотя она ощущала его близость и отсюда. Нечто другое – энергию смерти, такую плотную, что чуть ли не осязаемую.
Ди обернулась. Прищурилась, переходя на магическое зрение… Нет, ей не почудилось: у трупа была аура – дымчато-серая и колеблющаяся. А у трупов не бывает ауры. А энергия смерти не должна быть такой яркой, если человек скончался не несколько минут назад.
Но черт возьми, она же осматривала тело магическим зрением первым делом, как только его к ней вынесли. Буквально только что – и ничего этого не было. Так какого…
И тут до нее дошло. Слушала же она кое-что на лекциях, слушала. Жаль, что мало и вскользь, но слушала же!
– Бегите, – выдохнула Диана, в ужасе наблюдая за тем, как сцепленные между собой пальцы старухи начали разъединяться. Локоть пополз вниз, ладонь заскользила по груди – все это медленно, неспешно и в то же время неотвратимо.
– Чего? – не понял Себастиан.
Однако с инстинктом самосохранения у него было все в порядке – сперва попятился, а потом спросил.
– Что происходит, леди Делавер? – более внятно и строго сформулировал староста, да еще и шагнул вперед, увлекая за собой, как на буксире, все еще цепляющуюся за его руку жену.
Ответить Диана не успела – мертвая старуха не просто вскочила, а будто взлетела в воздух, причем резко и с места. После чего приземлилась на четвереньки, выкрутив руки и ноги под совершенно невозможным для живого человека углом, и, клацая челюстью, пошла на тех, кто был в этот момент к ней ближе всего, – к хозяевам дома.
– Бегите! – на сей раз закричала Ди что есть мочи. – Это подселенец!
Его не было, не было в теле несколько минут назад. Она была готова поклясться! Это чертово кладбище совсем близко или…
Себастиан среагировал первым: охнул и кинулся наутек, будто ему дали ногой под зад. Староста же и его старуха, наоборот, замерли, выпучив глаза и застыв от ужаса.
– Да бегите же вы! – Диана тоже инстинктивно попятилась, но, в отличие от сбежавшего кузена, не к дому, а в сторону хозяйственных построек и небольшого огорода, разбитого за ними. – Не стойте столбом!
Но именно столбами те и встали, ожидая своей смерти. А их смерть медлила лишь потому, что еще осваивалась в новом теле, привыкала и…
Момент будущего прыжка Ди почувствовала чуть ли не кожей. Захотелось зажмуриться, закрыться, сбежать – да хоть в тот же самый огород и спрятаться под какой-нибудь тыквой. Ее этому не учили, или она прогуляла занятия, или…
Нежить, занявшая недавно освободившееся тело старухи Шелеки, наконец прыгнула, по-паучьи широко расставив переломанные конечности (ну не могут целые кости и суставы так гнуться!), и Диана, больше не рассуждая, выбросила руки вперед.
Сорвавшееся с пальцев черное пламя врезалось в спину умершей и кувыркнуло ее в воздухе. Однако не уничтожило. Как кошка, после падения приземлившись на четыре лапы, подселенец клацнул полубеззубым ртом и, развернувшись, пошел в наступление на обидчицу.
Насколько Диана помнила, у свежих подселенцев всего два инстинкта: есть и убивать. И похоже, так как нежити помешали заняться первым, та резко переключилась на второе.
– Бегите! – снова закричала Диана и сама рванула с места.
Не побежала бы – нежить повалила бы ее в прыжке и обглодала лицо. Ди даже показалось, что она ощутила сверхъестественное зловоние из широко распахнутой пасти, прежде чем успела увернуться.
Кинулась прочь, швырнув магией на бегу. Один раз промазала. Другой раз попала. Тварь ослабла и чуть замедлилась, однако подыхать не собиралась.
Еще один бросок магией. И еще…
А она всего-то маг четвертого уровня. И резерв у нее для таких подвигов более чем скромный – и таял он буквально на глазах.
Тело старухи обгорело, обуглилось, воняло паленым мясом и гарью, но продолжало наступать. Прыгнуло, но Диана сумела выпустить щит. Тонкий и слабый, но и его хватило, чтобы она успела отбежать, а тварь ее не схватила.
Еще один огненный залп из обеих ладоней. Упавшая на грядку отвалившаяся рука старухи…
Нужно было еще немного, всего парочка ударов, Ди видела, чувствовала. Покрытый копотью, уже совершенно лысый череп пошел трещинами. Еще совсем чуть-чуть…
Диана собрала остатки магии, готовясь нанести контрольный удар, и вдруг споткнулась о брошенные поперек канавы вилы. Рухнула на землю спиной. А пламя из уже вскинутой для атаки руки рвануло вверх и бессмысленно ушло в небо.
Ди попыталась встать, но не успела – тварь прыгнула ей на грудь.
Не осталось ни магии, ни сил столкнуть с себя нежить. Диана лишь бессильно выставила перед собой руки, чтобы не дать черным кривым зубам дотянуться до горла в первое же мгновение. Всхлипнула, глотая слезы бессилия…
И вдруг тварь отшвырнуло от нее. Ди закашлялась, когда в освободившиеся от тяжести легкие хлынул воздух.
– Вставай! – прикрикнул на нее знакомый голос.
Диана едва не расхохоталась: может, у нее уже начался бред?
Она приподнялась на локтях, смаргивая перекрывающие обзор слезы, а потом шире распахнула глаза – не бред и не галлюцинации. Неизвестно как оказавшийся здесь Марко подобрал с земли те самые вилы, о которые Ди так не вовремя споткнулась, и теперь насадил на них то, что осталось от старухи. Тварь в теле извивалась, пытаясь соскочить с острых зубцов, и то, что ей это удастся, было лишь вопросом времени. Судя по всему, очень недолгого времени.