Моя Гре́та, мой Э́ос

–Я знаю, что ты хочешь сказать, – покивала Грета, словно прочитав его мысли. – Да, я привыкла к определенному стилю жизни… и что? Ради тебя отказываться от этого? С чего бы?

–С того, что любишь меня… как мне казалось.

–Мы не говорили друг с другом о любви. Никогда.

Что ж, о любви действительно речи не шло… то есть слов “Я люблю тебя” ни один из них ни разу не произнес.

–Это было чем-то очевидным, само собой разумеющимся, – хмуро пояснил Макс. – Не думал, что ты считаешь меня просто-напросто жиголо.

Никогда в жизни его так не унижали. И кто! Женщина, ради которой он отказался от своего места в корабле…

–Ты не жиголо… – возразила она спокойно. – Но и не мой единственный. Так… временный друг… любовник.

–Ну и ну! – пробормотал парень, рывком поднимая себя из кресла. – Даже и не знаю, что сказать…

–А ничего не говори, – предложила женщина, глядя на него снизу вверх. – Расстанемся на доброй ноте.

–Мы уже опоздали… чтоб на доброй, – буркнул Макс. – Так что расстанемся на какой есть.

Грета тоже поднялась, готовая проводить его… ни он, ни она не добавили к сказанному ни слова. И только прощаясь на пороге, женщина произнесла:

–Я лишь за одно прошу прощения, Макс.

–И за что же? – скептически осведомился он.

–За то, что ты пропустил последний корабль. Я думала, ты остался ради Эоса… а не ради меня.

Жаль, у него не было возможности как следует хлопнуть дверью… уж он отвел бы душу!

У него не было настроения общаться с кем бы то ни было, однако времени предупредить Нину не оставалось, поэтому Макс, сжав зубы, отправился в пункт связи.

Наладить аудио- и видео-звонок с другой планетой – задача непростая и дорогостоящая, и организовать подобные условия в домашней резиденции удавалось только очень состоятельным людям – нужная аппаратура стоила фантастических денег. Таким, как Макс, приходилось пользоваться платными услугами специализированных контактных центров, работающих по принципу гиперсвязи (впрочем, деталей парень не знал и разобраться в них не стремился).

–Соединение установлено, – любезно сообщил холодный автоматический голос робота, когда парень устроился в стерильно чистой комнате, скромной по размерам, практически пустой, если не считать нескольких неудобных табуретов (на случай, если желающих пообщаться с жителями другой планеты будет несколько) и столика с напитками (ничего серьезного, соки и вода). Окон не было, помещение освещалось несколькими встроенными в потолок прожекторами, и свет они источали пронзительно-белый, неприятно яркий.

Всю стену напротив двери занимал обширный экран, и именно в него уставился Макс, ожидая момента, когда молочная поверхность оживет и покажет ему Нину.

Наконец, это произошло, хотя изображение оставляло желать лучшего. Впрочем, Нина была вполне узнаваема, а большего Макс не требовал.

–Привет, – Нина улыбнулась ему с такой искренней радостью, что у него невольно защемило сердце. Впечатляющий контраст с реакцией Греты…

–Привет, – он постарался ответить ей не менее теплой улыбкой.

Не только изображение, но и звук был не самым идеальным, и это мешало Максу расслабиться и наслаждаться необычным форматом свидания… да еще напрягало осознание того, что их беседу могут прослушивать. Ничего секретного они, конечно, не обсуждали, однако факт оставался фактом…

–Как ты? – после короткой паузы мягко спросила Нина… спросила почти сочувствующе, как будто уже знала, что Грета порвала с ним.

Или все-таки знала? Они ведь подруги… ну, или, скорее, приятельницы.

Именно поэтому Макс решил сказать девушке правду… хотя изначально вовсе не собирался откровенничать:

–Я неплохо… вот только пришлось расстаться с Гретой.

Ему показалось, или глаза Нины действительно вспыхнули ликованием? Вероятно, просто игра света, да еще и само качество передачи изображения…

–Что случилось? – заботливо (даже как-то нарочито заботливо) спросила девушка. – Вы поссорились?

Макс наморщил лоб, припоминая утреннее свидание (если их скомканную встречу можно было назвать столь благородным словом). Что ж, ссориться они толком не ссорились… спорили, расставляли точки над i.

–Нет, просто… просто мы решили, что так будет лучше, – обтекаемо ответил парень, криво усмехнувшись. Возможно, при личной встрече он был бы более искренен, однако вдаваться в детали, зная, что тебя наверняка слушают посторонние, ему претило.

–Мне… жаль, – коротко проговорила Нина.

Повисло молчание, напряженное и в то же время нелепое: глупо тратить ресурсы и, соответственно, собственные деньги на поддержание бессловесной связи. Поэтому Макс поспешил продолжить разговор – правда, на другую тему:

–Как у вас там дела? Где ты живешь?

–Я ведь на Градосе… тут мои дальние родственники, – пояснила Нина со слабой улыбкой. – Так что с этим проблем не возникло.

–Да, точно, – кивнул парень. – Троюродная тетка, верно?

–Ага. Так что я у тетушки Агаты… не пришлось ютиться в приютах, как прочим эвакуированным.

–Да уж… – вздохнул Макс. – Хоть в чем-то повезло.

Говаривали, в Общинных Приютах (которые в разговорной речи вскоре превратились в Общины) жизнь была несладкой: в одной комнате ютилось по нескольку человек, кухню тоже приходилось делить с сородичами, в “часы пик” в санузлы выстраивалась очередь… и прочее в том же роде.

–Нашла себе занятие? – осторожно поинтересовался Макс, памятуя, что мало кому из беженцев удавалось найти достойную работу.

Нина погрустнела:

–Пока нет… Агата, к счастью, состоятельна, так что спешки нет, но сам понимаешь… я не могу бездельничать вечно.

–Что-нибудь обязательно подвернется, – утешил ее парень. – Рано или поздно.

Девушка печально улыбнулась:

–Я графический дизайнер, не забыл? Когда и что мне подвернется? Тут своих специалистов хватает.

Да, безработица была еще одной проблемой эвакуированных. Создать достаточное количество дополнительных рабочих мест не представлялось возможным. Беглецам выдавали пособие, но столь мизерное, что выжить на эти деньги было трудно.

–Ты очень талантливый графический дизайнер, – твердо произнес Макс. – Ты будешь востребована… просто не сдавайся и не отчаивайся.

Он не стал уточнять, что придется набраться терпения и, вероятно, начать с профессий попроще. Зачем расстраивать беднягу без веской причины? Для реализма есть время и место, и их межпланетный разговор был явно не самым подходящим моментом для такого рода суровой правды.

Тем более что Нина и сама как будто догадывалась о мыслях собеседника, во всяком случае, улыбка у нее стала чуть вымученной:

–Спасибо, я буду держать хвост пистолетом… – она сделала глубокий вдох и торопливо добавила, как будто спешила перевести беседу в иное русло: – А как ты? Когда планируешь домой?

–Домой? – с горечью усмехнулся Макс. – А где я, по-твоему? Я дома.

Даже плохое качество видео-изображения не скрыло густой румянец, проступивших на щеках Нины.

–Да, точно, – смущенно пробормотала она. – Просто я уже считаю своим домом Градос.

–У меня нет там никого, Нина, – напомнил Макс. – Я не хочу жить в Общинном Приюте.

–У тетки Агнаты… большой дом, – с усилием выговорила Нина. – Ты можешь жить здесь, с нами… со мной.

–И в качестве кого я там остановлюсь? – поднял брови парень.

Их взгляды пересеклись, и расстояние не помешало Максу увидеть нечто новое в глазах Нины.

–А в качестве кого ты готов… остановиться? – с нажимом спросила она. Голос ее прозвучал хрипло и взволнованно.

Макс не был уверен, что правильно понял тайный смысл ее слов… и даже если его смутная догадка верна, стоит делать столь судьбоносные решения, когда находишься на энном расстоянии от собеседницы? Да еще и под прицелом камер!

–Я… должен подумать, – наконец проговорил он. – Я… только что расстался с Гретой, Нина. Буквально сегодня. Еще… рано.

Трудно сказать, о чем думала Нина в ту минуту. Лицо ее всегда оставалось открытой книгой, и Максу не составляло проблемы угадывать ее мысли… всегда – но только не сейчас. Впрочем, Максу показалось, что его слова девушку расстроили.

–Понимаю, – вяло отозвалась она, пожимая плечами. – И я не тороплю… но я буду ждать тебя… твоего решения. Хочешь?

На этот вопрос он знал, что ответить. И ответил с готовностью:

–Конечно. Я очень этого хочу. И… Нина. Я обещаю – ждать не придется долго.

Жизнь немного устоялась, приняв некий относительно очерченный курс. Макс успел привыкнуть к окружающей малолюдности и неустойчивости климата… спокойно, почти равнодушно реагировал на утренние новости, сообщающие об очередном коллапсе, землетрясении и прочем. Подобные события стали обыденностью его жизни.

Однако сегодня наметились кое-какие позитивные перемены… что не могло не радовать.

Во-первых, нынешним утром не поступило никаких негативных новостей, что было редкостью. Макс даже удивился, просматривая за кофе информационную сводку. Более того, среди повседневных сообщений затесалось одно, отдаленно напоминающее положительное: вроде бы активные действия экологов начали давать пускай не результат (рановато еще!), но хотя бы надежду на оный.

Во-вторых, Макс выяснил, что скоро прибудет корабль с очередной группой экспертов, а значит, появился шанс в ближайшем будущем убраться с Эоса.

Ну, и в-третьих… в-третьих Макс осознал, что скучает по Нине, и скучает не как по другу… Тут было явно нечто большее.

Может, пора дать ей свой ответ? Она ведь ждет… ее терпение воистину ангельское, однако едва ли бесконечное, не стоит чрезмерно испытывать его на прочность.

“Готовь комнату у тетушки, Нина, – мысленно репетировал он свою речь, не замечая, что мечтательно улыбается собственным мыслям. – Скажи ей, твой… хм… сердечный друг просит приюта. Она разрешит, как считаешь?”

“Для моего сердечного друга двери ее дома распахнуты всегда!” – пылко отвечала ему воображаемая Нина.

Вероятно, она скажет ему что-нибудь другое, но наверняка в том же стиле… в одном парень был совершенно уверен: Нина обрадуется. В отличие от Греты, она его любит… и уже не первый год.

И, пожалуй, еще не слишком поздно наверстать упущенное.