Волшебные сказания мира Эльфир

- -
- 100%
- +
– Охо! – крикнула Имилия, и заклинание высвободило невидимую силу, которая разбросала предметы.
– Класс. Теперь можно натренировать использование этого заклинания, а вслед за ним Роула. – Венор прогорланил волшебные слова и увидел нужный эффект.
– Хочу обратить ваше внимание, что Охо тоже не способно поднимать крупные предметы, лишь слегка толкнуть или подвинуть, – объяснил дракон, ходя по огромному залу и поправляя учеников. – Рекомендую использовать его как способ смятения врага, но будьте осторожны! Заклинание может вас задеть.
Елионель стала активно жестикулировать рукой, произнося заклинание, стараясь что-то проверить.
– Что ты делаешь?
– Хочу понять кое-что. Скажите, мистер Далер… – обратилась она к учителю, – а рукой можно махать как угодно?
– Именно так.
– Тогда получается если я охну от испуга, то это спровоцирует заклинание?
Рендер улыбнулся, явно довольный таким необычным вопросом, и подошёл к ребятам дабы пояснить.
– Смотрите, вообще некоторые заклинания сами по себе не активируются, например, Иммортал не может атаковать волшебника. Это своеобразный волшебный предохранитель. С Охо ситуация такая же, и оно не сработает если волшебник на нём не сконцентрируется или не напряжёт руку.
– То есть нужно немного времени для его активации.
– Всё правильно, Имилия. Пара секунд примерно, – прикинул дракон, качая рукой и гремя латами. – Когда почувствуете лёгкое напряжение в руке сможете либо разрешить заклинанию выстрелить, либо запретить.
Данный момент преподаватель решил дополнительно проработать с учениками, давая им возможность сначала разрешить заклинанию стрелять, а потом, наоборот, нет. В общем, следующий урок тоже обещал быть более чем продуктивным и интересным, как этот. Ная подготовила для ребят небольшой экскурс по поведению волшебника, так сказать, решила углубить знания новичков в общей колдовской эстетике.
– Наверняка вы уже потихоньку стали замечать необычное поведение учителей и других учеников, – сообщила учительница, влетая в комнату на подушечках. Все утвердительно кивнули.
– Так вот, в волшебном мире есть несколько негласных неписаных правил, которые вам стоит запомнить и периодически применять. Например, пока вы только осваиваетесь, вам стоит держать руку в перчатке, сжатой в кулаке, чтобы случайно не активировать заклинание. Хотя лучше всего, конечно, просто не носить колдовские перчатки в повседневной жизни, так как это может вам помешать.
– И привлечь внимание, хе-хе, – шепнул Венор.
– А если на меня нападёт какой-нибудь драчун? – спросила маленькая леди.
– Если вам с исполнительным оружием спокойнее, то лучше, конечно, его не снимать и не откладывать в сторону, если это трость. Но тогда держите кулаки сжатыми, всё равно это временная мера только на первом курсе, пока вы ещё не освоились, – Ная отдала ученику готовый кофе, и тот с благодарностью его принял.
– Ещё отмечу ваше внимание, что, например, всем вам известная Альмия или та же Молли, да даже иногда и наш многоуважаемый директор Осеннего факультета, держат руку с перчаткой за спиной. Это делается не только для красоты и подчеркивания статуса, а в первую очередь для проведения скрытой атаки или возможности внезапно защититься.
– Хм-м, необычно, – Квельтазар попробовал заложить руку за спину, хоть это было и неудобно.
– С таким видом ты скорее похож на задержанного, ха-ха.
– Иди ты, Венор.
Ная легонько зевнула и достала несколько волшебных исполнительных вещей из сундука на столе.
– Перед вами самые разные предметы: варежки, перчатки, трости трёх разных видов для разных целей, да даже вот зонтик. Он, безусловно, крайне сложен в освоении, но тоже может подойти. Все эти штуки, как и колдовство в целом, может обнаружить только другое колдовство, мои сладкие.
– Только… другое… колдовство, – бурчал про себя анельянец, строча свой мощный конспект.
– Старайтесь не носить варежки летом и зонтик в не дождливую погоду. Словом, не привлекайте внимания, помните про то, то только вы знаете о чудных свойствах ваших вещиц. А вот с магическими артефактами будьте осторожны, так как они источают сильную энергию, поэтому скорее всего быстрее выдадут вас.
– Нас прям учат какому-то шпионажу, ха-ха-ха, – рассмеялся Венор, поправляя очки.
– Так военная хитрость превыше всего, – с видом знатока добавила лисица. Ная мягко улыбнулась и сделала пару пшиков из небольшой бутылочкой с персиковыми духами.
– А вообще, если вам не нужно скрываться, просто показывайте всем, на сколько вы блистательны и обворожительны. Вы же колдуны и колдуньи, чёрт дери, так что найдите свой уникальный стиль и подчеркните свою индивидуальность.
– Хорошая идея, – Елионель сделала ещё одну пометку в тетради чисто для себя. – Если найдём время для подбора красивой одежды, то сможем выглядеть неподражаемо!
– Чего ты смотришь на свою сто раз облитую ромом жилетку, Вени? Пытаешься оценить крутость своего прикида, да?
– Квельтазаров не спрашивали, – гаркнул волк и ладошкой протёр невидимую грязь на воротничке.
– Кстати об одежде, – Елионель вытащила треуголку. – Держи.
– Ой, спасибо! Я уже её обыскался, ха-ха, – обрадовался мальчик, напяливая драгоценную шляпу на голову.
После этого было ещё пара уроков по биологии и снова одно занятие по монстрам, на которых ребята уже куда более эффективно справлялись с противником, попривыкнув к особенностям академии и методике обучения Халсайора. В целом настроение под вечер было более чем положительным, так что друзья в невольном общении зашли в тему о том, что надо бы ещё раз прогуляться, а не расходиться по домам. Так как корабль Квельтазара всё ещё, по его мнению, был не убран от слова «совсем», Имилия решила перенять инициативу и сходить с друзьями к ним в общину. У них как раз сегодня планировалась вечерняя тусовка со всеми прилагающимися развлекательными мероприятиями. Чем не повод немного развеяться?
Рыжешёрстая волшебница попросила Квельтазара помочь вернуться ей в Венициар, после чего назвала восемь часов вечера временем сбора.
– А мы с тобой пока давай решим, что делать с нашим сокровищем, – положил лапу на плечо друга Венор.
– Предлагаю его спрятать в местном банке, говорят, хороший.
– М-м-м, вообще можно. Это будет всяко лучше, чем хранить огромный сундук на Ласточке, которая ещё и ко дну пойти может.
– Вени…
– Прости, я… ты понял, что я имел ввиду, верно? – скуксился волчонок.
– Да, всё с тобою понятно, – Квельт двинулся за сундуком.
– Постой ты, ну чего ты обижаешься? Кве-е-ельт.
– Вообще не обижаюсь, – вздёрнул нос мальчик и состроил очень важную мину, изображая надувшуюся даму.
Сквозь шутки и подколы ребята дошли до корабля, где их встретил Лейк, он как раз уже заканчивал готовить ужин.
– Чего так долго?
– Прости, парень, задержались. Нам ещё сундук надо в банк отвезти.
– Подождите, а поесть? Я тут весь вечер летал, между прочим! – нахмурился совёнок. Капитан улыбнулся и потрепал его по голове, высказывая желание сначала подкрепиться и лишь потом занятья делом. Венор же со скоростью света смёл всё съестное и пошёл искать крытую телегу для перевозки столь ценного груза, а то в Венициаре привлекать внимание к драгоценностям было нежелательно, того гляди утащат. Когда моряки поели, то попросили корабельную команду помочь довезти тяжеленную ношу до банка. Пользоваться услугами обычных извозчиков волшебники не решились – это был тот самый случай, когда нужно было по всем лекалам колдунов скрываться и стараться буднично пройтись по вечерним улицам.
К счастью, прогулка завершилась без инцидентов, и сундук был успешно доставлен по месту назначения. В груди билось небольшое волнение, а лицо Квельтазара надо было вообще видеть: он был похож на нашкодившего проказника, который теперь пытается сделать вид, будто это был не он. Сотрудник банка изо всех сил старался сохранять официальное выражение лица, смотря на тот сундучище, что ему притащили. Теперь он сидел вместе с ещё двумя помощниками и перебирал монеты с самоцветами, проверяя их подлинность.
– Десять тысяч, – отложил часть драгоценностей в контейнер мужчина. Это была специальная заколдованная ячейка, из которой было очень тяжело что-то спереть. После этого он продолжил считать остальное, его же помощница даже пару раз бросила на ребят такой взгляд, словно пытаясь выяснить, как им удалось столько награбить и у кого. Можно понять, почему капитан чувствовал себя ой как неловко!
После двух часов работники наконец-то всё разложили, надёжно заперли и выдали несколько письменных расписок о поступлении денег в банк.
– Держите, здесь все необходимые реквизиты, по ним сможете приходить сюда и снимать любую сумму с ваших накоплений.
– На них хоть розыскного указа нет? – прокашлялась девушка.
– Всё в порядке, миледи, – Квельтазар неловко улыбнулся, потирая пальцы. – Мы просто нашли клад.
Было видно, что она не особо поверила его словам, однако обозначила сокровища как честно заработанные, и ребята были свободны. Венор подбрасывал в руках два небольших мешочка с самоцветами, которые он отсыпал на всякий случай, чтобы по каждому поводу не бегать в центр Венициара.
– Один тебе, один мне.
– Спасибо, осталось только теперь поделиться процентами с остальными, и можно отправляться в сторону Имилии.
Корабельная команда отнеслась к повышению заработанной платы очень положительно и оценила щедрость своего капитана. Лейку же было и так хорошо, ему как маленькому филину деньги были не нужны, а вот вкусная еда очень даже.
Приодевшись в более-менее приличную одежду, какая завалялась в гардеробе, волшебники отправились за стены Венициара, поймав небольшую каретку. В солнечном городе улицы были не очень широкими и достаточно людными, поэтому перемещаться на лошадях и кэбах было запрещено, только на очень маленьких каретках, что ездили по отдельному для них специально созданному маршруту. Как раз одна остановка была прямо под высокими стенами, которые ограждали жителей со стороны земли, и именно за этими каменными преградами расположился самый настоящий цыганский табор.
В целом об этом можно было догадаться по внешнему виду Имилии, которая одевалась достаточно тематически: широкие расписные юбки с кучей плафонов и завихрений, небольшие украшения, браслеты, кольца и так далее. Местный вольный народец был достаточно популярной кочевой общиной, одной из многих других. Фактически, данная группа состояла из самых разных рас и людей, которые объединялись по одному конкретному принципу, прямо как в племенах или верующих коммунах. В данном случае общей идеей была свобода, кочевая разгульная жизнь, авантюрная, на полную душу. Эти люди были в первую очередь теми, кто не нашёл своего призвания, но при этом оказался наделён огромной любовью к красоте окружающего мира и путешествиям по нему. Если жизнь одна, то нужно прожить её так, чтобы было что рассказать по итогу, нужно повидать как можно больше мест и не заморачивать себя определёнными рамками.
Зарабатывали же себе на жизнь местные цыгане кто чем мог, кто на что был горазд, то и делал, никто никого ни в чём не ограничивал, в том числе и в разбое. Единственное, что сильно порицалось, были прямые убийства, которые не нравились людям этого объединения. В какой-то степени Венор правильно назвал их пиратами-пацифистами, чем-то они и правда похожи друг на друга. И именно сейчас наши волшебники оказались среди бесчисленного количества разномастных, в беспорядке раскиданных палаток, среди которых шныряли туда-сюда суетящиеся люди. Было видно, что идёт некая шумная активность: уже слышалась громкая музыка с разных сторон табора, горели высокие костры, вокруг которых плясали молодые девушки и мужчины, словом, проходило безудержное веселье.
Найти в таком балагане Имилию просто не представлялось возможным, но, к счастью, ребятам повстречалась Елионель, и они объединили усилия по поиску. Она, в отличие от мальчиков, чувствовала себя достаточно уверенно и расслаблено, очевидно ей уже доводилось бывать здесь не раз, и потому она привыкла к местному полыхающему нраву людей. В какой-то момент они немного замешкались, и капитан чуть не врезался в необычного мужчину, очень похожего на ходячего кота, что был закутан в бесчисленные малиновые подвязанные мантии.
– Извините, вы не видели здесь лису? – спросил Квельт первое, что пришло ему в голову, хотя он прекрасно понимал, насколько он дал размытое описание Ими.
– Мр-р? Может уточнишь какую именно? – мужчина посмотрел на мальчика странным дёргающимся кошачьим глазом.
– Такая в расписном платье, с рыжей шерстью, в чёрных перчатках.
– А, она недавно повстречалась мне, побежала в ту сторону, – кот указал пальцем в нужное направление.
– Спасибо.
– Кстати, классный костюм, – похвалила Елионель, продолжая разглядывать незнакомца.
– Не костюм, – слегка улыбнулся кот и пошёл по своим делам.
Ребятня переглянулась, пожала плечами и в скором времени уже забыла о странном чудаке. Встретившись с Имилией, они прошли к одному из костров. Лисица явно была настроена повеселиться и потому сразу увлекла ребят в гущу событий, льющейся музыки и танцевальных движений. Ей даже как-то удалось уломать бедного Венора на танцульки, хотя тот в жизни этого не делал и не особо горел желанием начинать. Лисица обвилась вокруг него пламенным вихрем и манящим взглядом непринуждённо подбила того принять условия её дикого танца. Под влиянием дурманящих духов волчонок принял приглашение и всё же решил немного размять ноги, в то время как Елионель и Квельтазар испытывали взаимное чувство неловкости, словно были не в своей тарелке. Даже девушка не ожидала такого размаха празднества, потому просто слегка изображала некое подобие танца, смеясь на пару с парнем, который совсем растерялся и пытался сделать что-то непонятное, но очень забавное.
Когда все натанцевались, наступило время отдыха, небольшой передышки, в течение которой все присели возле костра и, принимая самые разные угощения, стали травить страшные байки. Лучше всех рассказывать получалось у Имилии, а пугаться у Ельки, остальные же внимательно слушали и тоже придумывали на ходу жуткие истории. Даже провели небольшой конкурс, у кого лучше получится, после чего снова отправились активно проводить отдых.
Глава 10.
Уроки алхимии не были любимыми примерно ни у кого, кроме Венора. Алхимик быстро втянулся в стиль Иекрессы и стал показывать крайне хорошие результаты. Оказалась, в руках чёрной кобры химия становится куда более интересной и лучше усваивается в голове, так что никто особо не был против повторения уже пройденного школьного материала.
– Я против! – в сердцах крикнула Имилия. – Против высчитывания этих формулок, вывода каких-то цифр.
– Не хочется буковки читать? – сочувственно погладила Елионель подругу. – Понимаю, мне тоже.
– Вроде не так уж всё плохо, – Квельт старался быть оптимистом в команде, хотя сам выглядел как самый замороченный человек на белом свете.
– Тише вы, я сосредоточиться пытаюсь.
– Ну простите профессор, что мы вас не заметили, – недовольно махнула своим хвостом лисица и сбила открытую банку с едкой кислотой, пролив её прямо на руку лиантинки.
– Ай. – Ель схватилась за руку, однако скорее от испуга, чем от боли. Рана на её руке слегка покраснела и быстро стала превращаться в бурлящую пурпурную воду. Венор спустил очки на нос, смотря на эту картину маслом, пытаясь понять, а почему столь высокая концентрация не разъела руку до кости и чего это Елионель сидит так, будто её легонько пихнули.
– Тебе не больно? – беспокоились Ими и Квельтазар.
– Нет. Сначала было очень неприятно, но быстро я почувствовала облегчение, сейчас только слегка пощипывает.
– Да погоди ты, лизать-то не надо, – капитан остановил лисицу от попытки зализать рану подруги в качестве извинения.
– Что у вас-с-с, тут проис-с-сходит? – строго подошла учительница к суетящимся ребятам. Ель грустно показал руку, Иекресса грубо схватила её и пару раз покрутила, после чего прошипела заклинание и провела пару раз пальцами по ране ученицы. Та мгновенно затянулась.
– Не балуйтесь.
– Почему мне не было больно?
– Рогул с-с-сильно заглушает любую боль, так что тебе нечего бояться, девочка, вовзращайс-с-ся к работе, – зыркнула кобра, дёрнув в сторону ребят длинной шеей, и плавно вернулась к своему насиженному месту.
На самом деле это было хорошим решением с точки зрения академии. Так ученики могли не бояться получать удары во время тренировок или экспериментировать с алхимией. При этом все ощущения, в том числе сама боль, оставались, тем самым помогая ученику почувствовать эффект от его действий. Если бы ученики не ощущали совсем ничего, то просто потеряли бы на подсознательном уровне страх к боли и смерти, а так они по-прежнему помнили, что очень уязвимы, и не забывали о чувстве самосохранения.
Иекресса, по мимо обычного обучения, ещё очень любила давать редкие промежуточные контрольные работы. Другие учителя этим не заморачивались, максимум могли проверить знания учеников через полгода, но сессия в учебном году была одна и лишь в июне. Только вот салиантровка так не считала. Она была уверена, что необходимо периодически держать юных волшебников и волшебниц в ежовых рукавицах, выдавать им мотивацию стараться, жить от контрольной до контрольной. Венора такой расклад устраивал полностью, он молча и вдумчиво выполнял все необходимые задания, пока остальные рвали волосы на голове и пытались хоть что-то в спешке запомнить.
– Венор, умный ты наш.
– Нет.
– Да погоди ты ёрничать, ты ведь не услышал главное, – охмуряющее вилась вокруг него Имилия.
– Просто нет.
– Хи-хи, – остальные ребята захихикали.
– А ты вот послушай, мы же друзья тут все, так давай на следующей контрольной ты поможешь нам, а мы тебе.
– И как я должен буду помочь?
– По крайне мере, ты не отрицаешь, что готов протянуть утопающим лапу, – хитренько облизнулась лиса, смотря на каменное лицо волка. – Так вот, ты дашь нам списать у тебя контрольную, а мы пообещаем помочь тебе, когда ты попросишь.
– Ишь как интересно получается: тебе помоги сейчас, а мне потом как-нибудь, – упёр руки в боки волшебник. – Квельтазар а ты чего молчишь, или ты сегодня не на стороне мужиков?
Капитан намекающе улыбнулся и развёл руками.
– Лодыри, блин. Р-р-р, ладно.
– Я знала, что на тебя можно положиться, – Имилия фигурально положила ему голову на плечо.
Договорившись о небольшой уловке, которую наши смекалистые волшебники продемонстрируют на следующем зачёте, они пошли на урок по боевым заклинаниям. Атаковать ребята уже научились, теперь нужно было научиться защищаться, а то какой же волшебник без защитных заклинаний? Мёртвый, правильно. Альмия своим стандартам качества не изменяла и снова дала возможность попрактиковаться своим ученикам, после краткого рассказа про новое умение.
– Кви́льер, второй хлеб волшебника, самое простое и очень полезное защитное заклинание. Самое прекрасное, что оно не требует практических никаких движений руками, достаточно произнести слово и сделать минимальное движение ладонью сверху вниз или снизу вверх, вот так. – Альмия отчётливо произнесла заклинание и выполнила резкое еле заметное движение ладонью, благодаря чему её покрыла слабо видимая сероватая аура.
– Как видите, щит покрывает всё тело волшебника и пассивно защищает вас от ударов врага, как физических, так и эфемерных. Снять его можно, просто сказав в голове слово наоборот, – друидка мысленно произнесла развёрнутое наименование, и щит буквально стёк в небытие. – Очень просто и понятно. Можете приступать к выполнению.
Ребята с довольно высокой эффективностью смогли применить заклинание на себе. Елионель осматривала себя так, словно она примеряла новую юбочку, красуясь перед друзьями своим изящным Квильером. Квельтазар также обратил внимание, что его будет легко наложить в условиях повышенной скованности. Только очень прочно связанные руки не смогут воссоздать это колдовство, в остальном же щит прекрасно подходил для боевых ситуаций. Вероятнее всего, его придумал какой-то блюститель порядка или опытный боец, чтобы эффективно защищаться от быстрых ударов врага.
– А долго щит будет держаться? – поинтересовалась Имилия, которая заметила, что заклинание довольно длительное время не спадает.
– Около нескольких часов, достойно, не так ли? – улыбнулась преподавательница, накручивая свои каштановые волосы на палец. – Но учтите, что он развеется если вы потеряете сознание или умственную ориентацию.
– И я могу в нём всю битву проходить?
– Во-первых, никто не запрещает, Квельтазар, во-вторых, его вам сломают гораздо быстрее. Слабость данного барьера в небольшой прочности, его нужно периодически восстанавливать.
– А можно я тогда, вот, когда оно уже почти спадёт, ещё раз использую?
– Ха-ха, вы посмотрите… – Альмия глянула исподлобья на мальчика. – Юноша, вы забегаете далеко вперёд, такие защитные техники вы пока не сможете использовать. Да и вам не о чём беспокоиться, так как в отличие от других щитов, Квильер не теряет прочность, а распадается лишь тогда, когда устанет оказывать вам максимальную помощь. Тоже очень удобный момент.
– Понял, спасибо вам большое, миссис Далер!
– Ха-ха, беги тренируйся.
На поверку получалась очень неплохая связка: ставим щит – атакуем. Альмия, разумеется, этим моментом воспользовалась, выдав на ближайшие уроки ученикам репетировать только эту связку, монотонно приручая тело, науськивая его, как котёнка, рефлекторно использовать эти приёмы. В результате даже в самой критической ситуации у волшебника сработает сто раз повторённая комбинация, которая, кто знает, может и жизнь спасти. Безусловно, заниматься этими учениями было до жути скучно, зато руки волшебников привыкали к тому, что заклинания они обязаны использовать быстро, превращая свой бой в связку размеренных выверенных действий. Вся ватага колдунов была под столь сильным впечатлением от таких занятий, что им захотелось нечто большее. В конце концов, они уже не раз видели, как на прилавках в Элиасе преступно соблазнительно лежат красивые учебники по боевым чудодейственным словам. Даже в некоторых местах они заметили тренирующихся дуэлянтов, которые хоть и делали примитивные по их же словам вещи, но от того не менее завораживающие для наших ребят.
Если бы в Рогуле можно было колдовать не только в учебных классах и боевых площадках, но и в коридорах, то ребята бы заплевали всю академию своими увертюрными изысканиями. Возможно, поэтому это не разрешалось делать (а ведь так хотелось. Уверен, вы бы точно не удержались и разочек пальнули бы чем-то таким этаким). Поэтому в конце урока ребята уверено подошли к учительнице и попросили выдать им углублённую программу.
– Может, учебник посоветуете какой?
– Да, или покажите нам ещё заклинаний, мы хотим больше! – пожаловалась Имилия.
– Ох, мои вы любознательные, – высокая друидка каждого удостоила внимательным заговорщицким взглядом. – Давайте так, я вас запишу в свой клуб, а вы пообещаете мне, что будете очень стараться.
– Да!
– А что за клуб такой, секретный? – восторженно спросила Елионель, чуть ли не прыгая на месте.
– От части, – подыграла учительница задорным голосом. – У нас, знаете, своя группа, даже отдельный невидимый кабинет. Я веду профессиональные заклинания для новичков, обычно я беру тех, кто уже что-то понимает в волшебстве и ему скучно на обычных уроках.
– Пожалуйста!
– Уверен, мы все вас не подведём. Мы быстро учимся, и я лично ручаюсь, что будем лучшими в вашем классе. – Вышел вперёд Квельтазар, говоря за всех.
Елионель мысленно поблагодарила его за внезапную решимость, и Альмия удостоила молодого юношу изучающими кариями глазами.
– А вы уверены в себе и своих друзьях. Ладно, так уж и быть, возьму всех вас, как говаривала наша Ная: «В команде учится бодрее и веселее». Приходите по понедельникам и пятницам в триста двадцать пятый кабинет, сейчас напишу, что вам нужно будет взять в нашей библиотеке.
– Подождите, а вы же сказали, что кабинет невидимый, как нам его найти тогда?
– А вы постучите три раза по стене и узрите вход.
– Ага, поняла, – запомнила Елионель. Женщина в бирюзовом выставила руку, и как только заколдованное перо перестало плясать чечётку, к ней в руку прилетел листок. Быстро сверив написанное, она протянула бумажку ребятам и объяснила, как пройти в библиотеку.
Снова изливаясь визгом радости, друзья незамедлительно поспешили приобрести всё, что нужно. Книжная сокровищница находилась в одном из центральных зданий на Элиасе и была поистине солидным зданием в два громоздких этажа, наверху даже крутилась вокруг своей оси большая переливающаяся красками полураскрытая книга, из которой вылетали странные символы. Видимо, архитектура была сделана так, чтобы ну точно никто не пропустил самый главный источник знаний. Внутри же это был буквально настоящий лабиринт из стеллажей книг, который извивался серпантином в разные стороны и уходил куда-то в пустоту. В свою очередь, вы правильно подметили, эта библиотека и вправду очень похожа на ту, в которой мы сейчас с вами находимся, только, поверьте, Рогуловская и одну миллиардную не занимает от того места, в котором мы с вами сейчас восседаем.



