Волшебные сказания мира Эльфир

Глава 11.

Каменные столбы, большие открытые окна с флагами по краям, на которых красуются снежинки. Величественные железные факела с пламенем, что освещают тусклый зал, сладкий успокаивающий кофейный аромат. Лёгкая атмосфера домашнего очага и тихий треск пера по пергаменту. Рендер Далер снова стоял перед классом, скрестив огромные руки на груди. Он выжидал, пока класс запишет тему урока.

– В прошлый раз мы остановились на появлении монстров, юные господа и дамы. Так вот, Древние стали постепенно углубляться в более тёмные уголки этого мира, они столкнулись с нечистью, призраками, неупокоенными душами, даже с тёмной энергией. Постепенно они стали замечать, что многие их действия, слова, техники, сплетаются в ритуалы, тогда они принялись изучать оккультизм. Впоследствии они даже использовали его для борьбы с опасным врагом в лице враждебной природы, стали появляться первые шаманы.

Дракон медленно расхаживал из стороны в сторону.

– Понимаете, Древние были словно дети, они всегда стремились узнать как можно больше, им был любопытен каждый камешек, каждый ручеёк и каждая песчинка в мире. – На этом моменте глаза Рендер Далера стали немного печальнее. Казалось, учитель не просто рассказывал историю, он словно проживал эти события, ощущая и понимая Древних жителей не как сторонний человек, а как лучший друг.

– Они даже представить не могли, на сколько это может быть опасно, они продолжали наивно проникать в глубины мира. Это постепенно подводило их к последней части нашей с вами истории. Третья веха уже имела не радужное название – Первая кровь.

Некоторые ученики вздрогнули и охнули.

– Всё чаще и чаще Древние сражались с монстрами самых разных видов, всё чаще и чаще они контактировали с тёмной магией, не понимая, на сколько это опасный паразит. Тогда люди были крайне храбры, они не пугались трудностей, а напротив, спешили как можно быстрее найти решение всех проблем. Великие Древние сильно развили оккультные и ритуальные навыки, шаманы умели справляться с любыми монстрами, изгонять любых призраков и лечить своих товарищей, спасая их жизни.

На этом моменте белоснежный дракон выждал настолько длинную паузу, что класс даже немного заволновался. Его громкий, раздавшийся бас спугнул учеников.

– Несмотря на все меры Древних, враги эволюционировали, монструозный мир развивался, ритуалы раскрывали свою негативную сторону, превращаясь в проклятья. Людям не хватало скорости и опыта, их обряды были слишком долгими и не изученными, да и воспользоваться ими мог только профессиональный оккультист, коих было очень мало. Нечисть стала чаще нападать на обычных Древних, которые не могли защититься. Однако даже тут они умудрились высказать свой ответ, придумав волшебство. Они научились заточать силу в заклинания и музыку, их Древний язык позволял с легкостью воплощать в реальность самые невероятные чудеса.

– Получается, волшебство – это краткая версия обрядов? – смутилась одна из учениц.

– Именно так, юная леди. Волшебство было призвано помогать обычным жителям, которые не владели магической энергией и не справлялись со сложным оккультизмом. Но вся эта стойкость Древних столкнула их с проблемой, которая навсегда погубила их – человеческой сутью.

Увидев вопросительные взгляды учеников, Рендер Далер слегка улыбнулся, оголив драконьи клыки.

– Я уже говорил. Древние были детьми, они верили друг в друга, доверяли. Но нечисть, враждебность мира, трудности, тёмная магия с проклятьями влияли на них всё больше и больше. Со временем они начали замечать, что нападать со спины выгоднее, врать проще, чем сказать правду, а жестокость к некоторым монстрам и даже Древним была оправдана. Некоторые из них стали на редкость фанатичны, некоторые стали воровать что-то, а не просить. Им казалось, что в этом нет ничего такого, ведь все характеры для Древних были в новинку, но как вы понимаете, вскоре они поняли, что им не нравятся методы некоторых товарищей.

Огонь в каменных столпах слегка дрогнул.

– Древние были друзьями, они пытались понять, должно ли так быть? Неужели их близкие действуют неправильно? Однако эти самые друзья легко оправдывали свои поступки, говоря, что это просто особенность их личности. Древние уважали друг друга и привыкли дискутировать, но именно эта острая тема для разговоров привела к горячим спорам. Они наконец поняли, что фанатики, агрессоры, лгуны и воры им не нравятся. С другой стороны, если монстр или злой дух действует грязно, почему им нельзя делать также? В итоге, Древние поделились на две части – одна утверждала, что нельзя терять лицо и жить с честью, а другая насмешливо смотрела на них и продолжала эффективно использовать негативные характеристики против своих врагов.

– Простите, – поднял руку Венор, – но разве они не могли поговорить и прийти к общему соглашению, они же все лучшие друзья?

– Именно так они и пытались сделать. Вот только бывшие друзья уже стали не друзьями, а настоящими врагами, которые мешали жить и порочили честь Древних… Во время переговоров разразился жестокий спор, в пылу которого один из мудрецов, желавший мира, был убит в спину.

Все понуро опустили головы. Голос Рендера отразился от стен и словно завис в стенах, проникая в голову каждого ученика.

– Неизвестно, было ли это случайно или специально, факт оставался фактом: Древние стали слишком разномастными. Первая кровь была пролита, все понимали, мирному времени – конец.

И на последнем слове прозвучал звонок.

Ученики еще долго обсуждали и спорили после этого урока о том, что услышали. Он рассказал не просто историю, он дал пищу для размышления. Как так вышло? А можно ли было этого избежать? Были ли злые Древние такими уж плохими, ведь они стали такими не просто так, а по понятным причинам. Неизвестно. Эти вопросы до сих пор беспокоят историков. Древнее время такое далекое, что многое оказалось утеряно, и часто казалось, словно фактов просто всегда будет не хватать.

В задумчивом формате ученики просидели ещё несколько уроков, Ная даже решила немного отвлечь своих оладушков, чтобы урок проходил более мягко. И такой отдых пошёл сильно на пользу, особенно прямо перед уроком алхимии, на котором как раз должна была быть злосчастная контрольная.

– Мы готовы? – спросил Венор, смотря на друзей. Те последовательно нервно кивнули.

– Просто действуй по схеме, и всё будет отлично, – снова обвила руками волка Имилия, настойчиво смотря на него.

– Да, Вени, если что, я прикрою.

– Очень героически, Квельтазар, – раздалось ворчание. – Ладно, идёмте уже.

Девочки сели сзади Венора, незаметно приблизив парту, Квельтазар же сел рядом с волчонком, дабы подавать сигналы в тот момент, когда змея не будет обращать на них внимания. Иекресса на зло ребятам выглядела сегодня очень подозрительной, казалось, она о чём-то догадывалась. Волчонку это само собой не нравилось, но Ими довольно убедительно его успокоила и льстиво захвалила, поэтому от небольшой авантюры он отказываться не спешил.

Когда же начался зачёт, ничего трудного ученикам не предстояло делать, но для компании нерадивых алхимиков это уже была нелёгкая задача. Выцедить концентраты нескольких ягод, замешать пару химикатов и сварить из них что-то типа компота, добавив неизвестных им трав в нужное время – задача непростая, хоть она и была сущим пустяком для такого знатока как Венор. Он решил сделать довольно просто: пока он неспешно выполнял работу, остальные за ним повторяли. Такая система проработала примерно до середины, пока Иекресса не стала просить ребят выходить к ней по одному и объяснять свои действия.

Само собой, наш юный алхимик попытался быстро на коленке всё объяснить, но любые разговоры быстро пресекались недовольным шипением учительницы. На этот случай мальчишки придумали интересный манёвр: Венор параллельно с выполнением задания писал краткую шпаргалку на липком листочке, а Квельт следил за Иекрессой, и когда та отворачивалась, давал команду, и волк шустро приклеивал подсказку прямо к низу парты девчонок.

Капитану и Елионель повезло, они попались хоть и на каверзные вопросы, но простые, а потому легко доделали зачёт, получив по твёрдой восьмёрке. Главный алхимик команды без всяких нареканий со стороны учительницы заслужил блестящую десятку. Но когда к доске вышла Имилия, по взгляду Иекрессы она поняла, что вопросы если и будут не с двойным подвохом, то точно очень сложные.

– Прис-саживайся, – прошипела учительница. Лисица по-прежнему с гордой осанкой села, тоже пристально смотря на неё.

– Итак, расскажите про формулу той реакции, благодаря которой вы получили такой цвет, – она пару раз стукнула перстнем с раухтопазом по колбочке, от чего звон неприятно отразился в ушах.

Имилия ловко варьировала свои речи общими терминами, стараясь избегать прямого ответа, но Иекресса чувствовала недостаток знаний, а потому с каждым неправильным ответом она всё сильнее и сильнее постукивала перстнем по столу.

Когда ситуация стала выходить из-под контроля в классе послышался рычащий многозначительный кашель – Венор показывал пальцем в сторону прилепленного листочка впереди первой парты. Он подходил к стойке около Иекрессы, дабы сделать вид, что ему что-то понадобилось, после чего как бы невзначай уронил это что-то, а когда подбирал, прилепил листок по ближе к ученице.

– Куда это вы с-смотрите? – спросила Иекресса, отслеживая глаза ученицы, но та лукаво водила глазами из стороны в сторону, утаивая истинный предмет внимания.

– Просто вспоминаю, сегодня спалось не очень, вы уж извините меня, – проворковала Ими и сладко улыбнулась, после чего продолжила, как бы вспоминая, отвечать на вопросы салиантровки. Наконец Иекресса поставила ей снисходительную семёрку, закончив контрольную, и ребята поспешили в коридор, тихо посмеиваясь и радуясь своей находчивости.

– Ха-ха, Венор, ты лучший! – приобнимал друга Квельтазар.

– Фр-р-р, соглашусь.

– Ой да идите вы все, чтоб ещё раз я согласился на такое.

– Всё равно спасибо большое, ты нам очень помог, – искренне поблагодарила Елионель. – Постараемся в следующий раз сдать сами.

– Хэ-хэ, да всё хорошо, – смягчился волчонок. – Вообще, по такому случаю можно и выпить.

– А сейчас вы наблюдаете, как самец из рода волчьих снова нашёл повод для того, чтобы бухнуть.

– Очень смешно, Квельти, – защитила друга Имилия. – Твоя пародия на детские театральные шоу о природе неуместна.

– Согласна, винцо это святое, – решила подтрунить над другом Елионель, и тот сделал смешное удивлённое обидчивое лицо.

Все решили, что отметить небольшую промежуточную победу можно в рамках Рогула, и поспешили за сладостями, однако к одиноко сидящему в столовой Венору ребята возвращаться не спешили, так как попали в небольшую засаду.

Когда Имилия отходила от прилавка с бодро вальсирующими морковками, то резко дёрнулась в сторону, словно ведомая некой мощной колдовской силой. Квельт среагировал первый и опустил руку в сторону, где по обыкновению висела шпага. Но в Рогуле холодное оружие с собой носить было нельзя для дополнительной безопасности, поэтому из оружия оставались только перчатки. Елионель схватила капитана за руку, потащила за собой, и они узрели картину, которая им не понравилась. Чуть только они оказались подле Имилии, их сковал холодный взгляд пронзительных жёлтых глаз. Иекресса прошипела заклинание, и студенты застыли в небольшой дымке.

– Что это? – Квельту в грудь ткнули некий листочек. Тон Иекрессы звучал крайне ядовито.

– Ах, это… это… – начал мямлить мальчик, – просто листочек, – улыбнулся он.

– Ага, значит просто лис-с-сточек, да?

Елионель нервно сглотнула, само собой, она узнала эту записку, только никак не могла понять, как её удалось заметить.

– Может мне с-спросить вас-с, мисс Имилия? – обратилась она к лисице.

– Как я уже сказала, это не то, чем кажется.

– Интересно. А мне кажется это содранные ответы, которые вы ответили мне сегодня с-слово в с-слово.

– Мисс Иекресса, если и ругать, то только меня! – Квельтазар смело вышел вперёд, как только замедляющее заклинание спало. – Это была моя идея приклеить подсказку для девочек, из-за меня они не учили и положились на меня, идиота, я наивно думал, что так будет проще сдать ваш предмет. Можете аннулировать мой результат по контрольной, но девушек не трогайте.

Подружки переглянулись, удивляясь столь высокой самоотверженности юноши, который без толики сомнения уверенно, не боясь, смотрел прямо в жёлтую кислоту глаз Иекрессы.

– Мы ничего не выучили, и это наш прокол, Квельтазар просто пытался помочь, – Ими не оставила мальчика одного и тоже взяла вину на себя.

Салиантровка слегка опустила свой вздутый капюшон в знак успокоения и внимательно осмотрела каждого ученика по очереди.

– Плохо, что не выучили. Что ж, за честность и находчивость, на с-сей раз прощаю, – с этими словами она змеёй молниеносно скрылась из виду.

– Фу-у-ух, спасибо, – Елионель сползла головой на плечо Квельта.

– Хорош, капитанчик, ха-ха! – Имилия бодро кулаком подтолкнула друга в плечо.

– Ладно вам, пойдёмте лучше к Венору, – покраснел мальчик, стараясь спрятаться за треуголкой.

В столовой Вени сидел один и безмятежно поглощал сытный суп.

– Ох, как же вы долго, – проскулил он.

– Не вой на луну, мы шуршали как могли, – улыбнулся Квельт.

– Иекресса нас за руку поймала! Представляешь, нашла твой листочек, слава Астралу, отделались, – бурно выражала эмоции Ель.

– Ого… А оценки-то хоть нам не понизила?

– Не-а, отделались лёгким выговором и испугом.

– Пипец, а я вам говорил, что это сомнительная идея! – деловито закинул ногу на ногу волчонок. – В следующий раз лично вас всех Имморталом прожарю, если будете предлагать нечто подобное.

– М-м-м, прожарка будет крепкой? – подмигнула Имилия, присаживаясь рядом и облизываясь. Волк немного смущённо потупился и продолжил уплетать суп.

– К слову нам, с вами ещё на профессиональные заклинания топать, не забыли, надеюсь?

– Как такое забыть, Квельти, – Елионель мгновенно забыла о плохом настроении и настроилась не нечто обворожительное и волшебное.

Глава 12.

Как только наступил вечер, и школа опустела примерно наполовину, друзья отправились искать волшебный кабинет под номером триста двадцать пять. Находится он должен был, понятно, между предыдущим и следующим номерами, где-то в районе достаточно длинной каменной стены большого снежного замка. Стучаться в каждый камешек было глупо, поэтому друзья присмотрелись к плотной кладке, в которой надеялись увидеть что-то выбивающееся. Найти ничего особого не удалось, зато удалось спросить это у другого ученика.

– Ты ведь тоже в класс Альмии? – весело подбежала Елионель.

– Именно так, прекрасная леди, – очень любезно поклонился парнишка с пышной золотистой шевелюрой и в рыцарских доспехах, прям как у Рендера.

– Супер, а не подскажешь, как нам попасть внутрь?

– Вот так, – волшебник постучал три раза по камням, и внезапно кусок стены отъехал назад, отворяя потайной проход прямо в кабинет.

– Благодарю!

Вся компашка ввалилась внутрь и оказалась в тёплом и очень солнечном кабинете, с большим количеством разнообразных комнатных растений. Здесь царил небольшой домашний бардак, и вообще создавалось впечатление, что это своеобразная берлога Альмии, в которой она может побыть как дома, не соблюдая нормы правил и чистоты. Сама же женщина вразвалочку сидела на высоком кресле и с большим интересом направляла взглядом кисточку, чтобы та самостоятельно вырисовывала ей ноготки. Как только внутри оказались все ученики, она отложила инструмент и хлопнула в ладоши, знаменуя тем самым начало урока.

– Все собрались, чудненько. Начну, пожалуй, с того, что здесь не будет чего-то того, что вы не смогли бы сделать. Легко и непринуждённо тоже не будет, не надейтесь, данный клуб предназначен только для тех, кто хочет прямо сейчас познать что-то непростое и потратить на это время. Наши уроки длятся столько же, сколько и обычные, ну, разве, чуточку дольше. Зато, вы сможете получить здесь уникальные знания, могу вам это гарантировать. Итак, есть ли вопросы?

– У меня! – потянула руку Елионель.

– Конечно, что интересует? – с большим воодушевлением спросила леди Альмия.

– Скажите, а у нас будут какие-нибудь особые артефакты, а мы будем изучать что-то из старших курсов, а когда мы сможем колдовать как вы?

– Ой-ой, как много-то. Что ж, мне нравится ваш настрой. Всё будет постепенно, не торопитесь, волшебство требует терпения. Понимаю, вы все заинтригованы, потому поспешу утолить чуток ваш голод и начну урок с заклинания Коиско́п.

Никто, разумеется, не знал, что вообще значит это слово, но, судя по всему, оно позволяло делать нечто интересное.

– Что оно делает? А очень просто – позволяет искать потерянные предметы, при чём как ваши, так и чужие.

– Ого!

– Только и всего… – расстроилась Имилия, она ожидала чего-то большего, например, колдовства, всего лишь позволяющего править миром, в конце концов, это же не такая большая просьба!

– Вижу у вас нахмуренные лица. Не спешите списывать интересность этого умения со счетов, – погрозила женщина в бирюзовом. – Оно, как никак, помогает многим детективам и инспекторам, вы же хотите побыть сыщиками?

– Да!

– Уже лучше, ха-ха. Теперь смотрите: выполнить это заклинание будет сложнее, чем обычные, для него не требуется работа руками, только наличие исполнительного предмета у вас в руке. Затем вы скажите Коиско́п и легонько помашите вашей перчаткой, посохом или что там у вас есть, это будет сигналом того, что вы произнесли это слово не случайно. После этого начнётся самая главная и основная работа, придётся напрячь ваши мозги, память и воображение. Отсутствие оных разрешу использовать как отмазку от этих уроков, – пошутила Альмия и сама же рассмеялась, веселя класс.

Заклинание действительно оказалось непростым. Стоило только его активировать, в теле появлялось еле уловимое ощущение, некая тяга, сравнимая со слабой паранойей, ведущая за поводочек волшебника к тому, чего он желал. Чувства были крайне специфичными и крайне тяжело контролируемыми, новички с трудом могли продержаться и минуты перед тем, как заклинание само переставало работать.

– Как видите вы ничего не ищите, ваш разум не сосредоточен на поиске, поэтому заклинание просто аккуратно дёргает вас в разные стороны. Сравнимо со сбитой с толку собакой, не так ли? – верно подметила учительница. – А теперь давайте мы с вами что-то потеряем, передайте мне один ваш предмет на выбор, и я запрячу его в районе этого класса, а вы попробуете его найти.

Ученики отдали по одной мелкой вещице и закрыли глаза, а когда была дана команда искать, открыли и применили заклинание. Ощущения изменились, и Коископ, как будто изображая ищейку, начал шнырять в разные стороны, вызывая внутри волшебника желание идти туда, куда велит колдовство, пришлось поддаваться этому искусственному наитию.

– Теперь, пока вы пытаетесь совладать с вашим интуитивным зрением, я дам вам понять, как следует лучшего всего управлять этим сильным волшебством. Для начала рассмотрим пример с потерей вашей личной вещи, а потом уже с чужой, так как принцип кардинально различается. Итак, вы потеряли серёжку, представьте в своей голове как она выглядела, тактильные ощущения, запах, звук, если он имеется. Всё это поможет усилить ваше наитие, как только представите, начинайте искать.

– Похоже на игру в прятки, – сравнила Елионель, весело идя туда, куда ведут её невидимые узы.

– О! – Альмия показал пальцем на ученицу в знак одобрения приведённого примера. – Отличная ассоциация. Представьте, что играете в игру «Горячо или холодно», помните такую?

Ученики ответили утвердительно. Задача была проста: один игрок прятал предмет, а второй начинал искать, руководствуясь подсказками первого. Если искатель отдалялся от предмета, ведущий говорил «холодно», а если приближался, то «горячо». Тут принцип был очень похожим: если ученик шёл не туда, то заклинание старалось боднуть его, как верный пёс, в нужное направление, еже ли шёл верно, то наоборот, вызывало большую тягу идти дальше. Таким образом, у большинства получалось выполнить умение, хотя даже это вызывало трудности. Стоило хоть на секунду потерять эту тонкую интуитивную нить, как Коископ сходил с ума и сбивался со следа. Если неопытный волшебник поддавался смятению, то окончательно терялся и был вынужден активировать заклинание заново.

– Подскажите, а какой радиус действия у этого заклинания? – спросил Венор, в очередной раз поднимая запрятанную монетку.

– Достаточно большой, точную длину вам не скажу, она немного меняется в зависимости от ситуации. Однако могу заверить, что если Коископ даже при полном контроле ничего не находит, значит, он бесполезен по тем или иным причинам.